Никола Тесла – вампир. Сумеречный гений

Вампиры в европейском фольклоре

Вампиры настолько долго считались легендой, что большинство сведений о них сохранили не научные и исторические источники, а именно фольклорные предания. Фольклору о вампирах посвящено огромное количество литературы, поэтому мы ограничимся лишь беглым обзором тех знаний о вампирах, которые накопили народы Европы – в основном, конечно, Балкан и Центральной и Восточной Европы, где и зародился вампиризм.

Даже самый беглый обзор фольклорных источников показывает, что существа, так или иначе сосущие кровь (или жизненные силы) у людей, присутствуют практически повсеместно – и были известны с древнейших времен.

Вероятно, первыми в западном мире осознали существование кровососущих существ древние греки (обратим внимание на то, что они, как известно, населяли Балканский полуостров), которые называли их «ламиями» – по имени дочери Посейдона, соблазненной Зевсом, которую ревнивая Гера превратила в чудовище, поедающее детей. В отличие от современных вампиров, греческие ламии были духами, умевшими превращаться в прекрасных женщин, которые соблазняли молодых мужчин и пили их кровь. Однако с современными вампирами их роднит то, что они могли пополнять собственные ряды. В латинской Библии – Вульгате – слово lamia используется как аналог имени демонессы Лилит, первой жены Адама.

Кровью (но не людей, а жертвенного скота) питались, по представлению древних греков, и обитающие в Аиде души умерших – об этом писал Гомер: именно кровью Одиссей приманил к себе тень прорицателя Тиресия.

Римляне переняли у греков легенды о ламиях – существуют даже статуи этих тварей, – однако у них были и свои вампиры – эмпузы, суккубы, высасывающие жизненные силы из соблазненных юношей, и лемуры – души умерших, сосущие кровь живых людей. Для ублаготворения лемуров римляне даже учредили особый праздник – лемурии. Торжества длились трое суток, в течение которых храмы богов были закрыты и свадьбы запрещены. Существовал обычай бросать на могилы усопших черные бобы или сжигать их, так как считалось, что лемуры не выносят этого дыма. Для отпугивания лемуров произносили заклинания и били по котлам и барабанам, надеясь, что духи удалятся и больше не вернутся тревожить живых.

Вампирические свойства римляне приписывали и сове-неясыти, которую римляне называли стрикс: они считали, будто эта ночная птица питается человеческой, в особенности детской, плотью и кровью. Казалось бы, упоминать об этом невинно оболганном пернатом и вовсе не стоило – однако именно от этого слова произошли и румынское название вампиров «стригои», и имя албанского Штрига.

В Германии выделяют две основные разновидности вампиров: «Nachtzehrer» («Ночной пожиратель») и – в южных землях – «Blutsauger» («Кровосос»). Нахтцерерами становятся те, кто умер мучительной смертью, погиб от руки убийц, в результате несчастного случая или покончил с собой: такие мертвецы восстают из могил и сосут кровь у живых. В этом смысле, как мы увидим, нахтцереры подозрительно напоминают вампиров из славянских стран. Блатзаугеры – это призраки, одержимые жаждой крови.

Кашубы, живущие на северо-востоке Польши, выделяют две разновидности вампиров, которые можно распознать при рождении. Первые рождаются «в рубашке», и эту пленку нужно сохранить, высушить, растереть в порошок и дать ребенку выпить, когда ему исполнится семь лет, иначе впоследствии он станет вампиром. Вторые появляются на свет с двумя зубами. Такие малыши – вампиры от рождения, исправить это нельзя. Чтобы уничтожить вампира, кашубы обезглавливали его и клали отрубленную голову между ног – так же, как было принято у сербов.

В фольклоре многих восточноевропейских культур с вампиризмом тесно связано самоубийство. Хотя легкой жертвой вампиризма также становятся пьяницы, убийцы, насильники и колдуны, именно самоубийцы особенно часто возвращаются в виде нежити и терроризируют друзей и родственников. Это один из основных мотивов историй о вампирах на Балканах, в Румынии и в России.

Все народы Восточной и Центральной Европы сходились на том, что вампиром можно либо родиться, либо стать после смерти (обычно ими становились самоубийцы, преступники или злые колдуны), либо превратиться в кровососа, заразившись вампиризмом через укус. Однако иногда вампиром могла стать и жертва жестокой, несвоевременной или насильственной смерти. Вампир приходит к людям и пьет их кровь, отчего они могут и умереть. В отсутствие людей вампир довольствуется кровью домашнего скота или диких животных. Живут вампиры в собственных могилах, заброшенных строениях, глухой чащобе и т. п. Похоже, что до XIX века европейские вампиры были ужасными чудищами, восставшими из могилы. Большинство румынских верований в вампиров (за исключением стригоев, о которых речь впереди) и европейские истории о вампирах имеют славянское происхождение.

В целом в славянских верованиях признаками или причинами вампиризма могло быть рождение в «рубашке», с зубами, хвостом, лишним соском, патологическим оволосением и тому подобными рудиментами, зачатие в определенные дни, «неправильная» смерть или смерть до крещения, отлучение от церкви и неправильные похоронные ритуалы. Вампирами становились недоношенные дети, дети, чьей матери перешла дорогу черная кошка, разумеется, внебрачные дети, а также седьмой ребенок того же пола в одной семье, ребенок беременной женщины, которая отказывалась есть соль или на которую посмотрел вампир или ведьма. Более того, быть укушенным вампиром означало несомненный приговор к вампирскому существованию после смерти.

Чтобы умерший не стал вампиром, следовало положить в гроб распятие, поместить какой-либо предмет под подбородком, чтобы не дать мертвецу съесть похоронный саван, пригвоздить одежду к стенкам гроба по этой же причине, положить в гроб опилки или насыпать зерна (проснувшийся вечером вампир должен пересчитать все крупинки, что занимает целую ночь, так что он не выйдет на промысел и умрет, когда его застанет рассвет), или проколоть тело шипами или кольями. Причина последней меры предосторожности была чисто механическая: труп прибивали к земле, не позволяя ему встать. Иногда в гробу у потенциального вампира над шеей трупа закрепляли косу или серп, чтобы мертвец обезглавил себя, если вздумает подняться из могилы. В XIX веке стало принято простреливать гроб пулей, а если она не проходила насквозь, прибегали к традиционному ритуалу – тело обезглавливали, расчленяли и сжигали. Пепел разводили водой и давали членам семьи вампира как лекарство.

О том, что в окрестностях появился вампир, узнавали, если начинался падеж скота либо умирали загадочной смертью родственники и соседи недавнего покойника. Тогда зачастую принимали решение об эксгумации трупа – и обнаруживали тело без признаков разложения, но с отросшими ногтями и волосами, или с раздувшимся животом, или с неповрежденным румяным лицом. Отметим, что раздутый живот и не тронутое тленом лицо свойственны умершим от чумы – таковы особенности этой страшной болезни. В таких случаях прибегали к вышеописанным противовампирским мерам, а также к обезглавливанию (иногда отрубленную голову клали вампиру между ступней), повторению для верности погребального обряда, окроплению святой водой, экзорцизму или сожжению трупа. В Румынии, например, где вампирская активность традиционно была очень высока, было принято вскрывать могилы детей – через три года после смерти, юношей и девушек – через пять лет, взрослых – через семь лет. Если труп не разлагался или одна из его ступней оказывалась в углу гроба, прибегали к традиционной профилактике.

Фольклор тех земель, которые теперь составляют территорию Чешской Республики и Словакии, сохранил два примечательных сюжета о вампирах, на которых не подействовал осиновый кол. В 1300 годах после череды загадочных смертей в богемской деревне Блау местные жители извлекли из могилы и пронзили колом подозреваемого вампира, а он поблагодарил их за то, что они предоставили ему оружие для самообороны, и распугал демоническим смехом. После захода солнца он вырвал кол из груди и продолжил свои смертоносные вылазки, его соседи умерли через неделю после его ночного визита. Вампир убил еще несколько человек, и конец террору положила лишь кремация. Затем, в 1345 году, жители города Левин посчитали, что умершая женщина превратилась в ведьму, которая принимала обличья животных и терроризировала округу. Когда ее эксгумировали и пронзили колом, она ночью ожила и в человеческом обличье напала на местных жителей, пользуясь колом для обороны. Единственным действенным средством избавления от вампира снова стал огонь.

Когда-то боснийцы и сербы, а также балканские цыгане придерживались представления о том, что вампиры-мужчины, восстав из могилы, возвращаются к супругам, занимаются с ними любовью и даже способны таким образом произвести потомство под названием дампиры – прирожденных охотников на вампиров, способных чуять и убивать вампиров. Болгары называли охотников на вампиров «вампирджия». Эти специалисты пользовались магическими свойствами чудодейственных икон, чтобы чуять и находить вампиров, отдыхающих в могилах.

Особенно развиты легенды о вампирах у балканских народов, а сильнее всего – у румын (они же валахи). Румыния граничит со многими славянскими странами, поэтому румынские и славянские вампиры так похожи.

Главная разновидность румынских вампиров – это стригои, которых в некоторых областях называют мороями. Живые стригои и стригойки – это колдуны и ведьмы, а после смерти они становятся мертвыми стригоями, то есть вампирами. По ночам они оживают, возвращаются к домашним и сосут их кровь, а также кровь домашнего скота и соседей. Встречаясь, живые и мертвые стригои устраивают всяческие безобразия – не всегда смертоносные, но всегда неприятные. Считалось, что живые стригои не переносят чеснока, поэтому в церквях иногда раздавали чеснок и следили, кто его не ел.

Большой вклад в разработку корпуса славянских и балканских мифов и легенд о вампирах внесли и цыгане. Эсхатологические представления цыган заключаются в том, что после смерти душа попадает в мир, во всем похожий на наш – только там нет смерти. Душа остается неподалеку от тела и иногда хочет вернуться. Поэтому и вампиров в цыганском фольклоре часто называют просто мулло – мертвец, покойник. Считается, что покойник возвращается и вредит людям, а иногда пьет чью-нибудь кровь. Обычно жертвами вампира становятся родственники, если они были виновны в его смерти, не соблюли должную погребальную церемонию или сохранили имущество покойного, вместо того чтобы уничтожить его, как того требует обычай. Женщины-вампиры могут возвращаться, вести обычную жизнь и даже выходить замуж, но будут изнурять мужа. Вообще в цыганских легендах вампиры отличаются повышенным сексуальным аппетитом.

Цыгане, как и славянские, балканские и многие другие народы, подозревали в вампиризме носителей всяческих уродств и рудиментарных черт – а также обладателей ярко-голубых глаз. Вампиром мог стать и человек, умерший без свидетелей, и тот, чье тело успело распухнуть до похорон. Более того, вампирами могли стать и домашние животные, и даже сельскохозяйственные орудия, плоды и овощи: например, если слишком долго держать в доме дыню или тыкву, она оживет, и на ней покажется кровь.

Цыгане считали, что вампиров отпугивает сталь, поэтому перед похоронами вонзали в сердце трупа стальные иглы или клали кусочки стали ему в рот, на глаза, в уши и между пальцев. Если это не помогало, в могилу вбивали колья, поливали ее кипятком, а в тяжелых случаях обезглавливали или сжигали покойника.

Согласно покойному сербскому этнологу Татомиру Вукановичу, цыгане из Косово верили, что вампиры невидимы для большинства людей. Однако их могут разглядеть «близнецы, брат и сестра, родившиеся в субботу, если они наденут свое исподнее наизнанку». Так что селение могло быть защищено от вампиров, если удастся найти таких близнецов. Эта пара ночью могла разглядеть вампира на улице – а как только вампир их заметит, он убежит.

Представления о том, что вампиры не выносят солнечного света, время от времени возникали в мифологии славянских народов, но были не очень распространены. Обнародовал их немецкий кинорежиссер Ф. Мурнау в своем эпохальном фильме «Носферату». Неудивительно, что фильм, открывающий одну из важнейших тайн вампиров, был уничтожен – и до наших дней чудом дошла одна-единственная копия.

Итак, пора подводить промежуточные итоги – и создать обобщенный портрет среднеевропейского вампира, согласно фольклорным данным. Вампир – кровососущее существо, обычно оживший покойник. Единственный достоверный способ распознать вампира – освидетельствовать эксгумированный труп: если тело не тронуто разложением и имеет здоровый вид, у него растут ногти и волосы, а живот раздут, это, скорее всего, вампир. Вампир ведет преимущественно ночной образ жизни и не выносит солнечного света. Для пропитания он сосет кровь у людей и животных, но предпочитает все же людей. Вампир бессмертен, так как один раз уже умер. Тем не менее его можно физически уничтожить. Самые распространенные способы уничтожения вампира – пронзить его осиновым (серебряным, стальным и пр.) колом (острым предметом), обезглавить, сжечь. Вампир притягателен для противоположного пола и крайне сексуально активен. Он одержим манией все считать, поэтому отвлекается на опилки, зерно и прочие сыпучие предметы. Он боится священных предметов – святой воды, распятия, звезды Давида и пр. В христианской традиции вампиры не могут входить в церковь или другое священное место, так как они слуги дьявола. Вампир не отбрасывает тени и не отражается в зеркале, и это одна из его ярчайших отличительных черт – фольклорные источники связывают это с тем, что у вампира нет души. Вампир способен превращаться в других существ, обычно в животных, в особенности – в летучую мышь или стаю летучих мышей, а также в пауков, волков, змей, сов, воронов и др. Согласно некоторым легендам, вампиры даже способны принимать газообразную форму и просачиваться в мельчайшие отверстия. Вампир не может войти в дом без приглашения, и дело тут не в учтивости.

Естественно, далеко не все из вышеперечисленного – правда. Однако анализ фольклорных данных и сопоставление их с историческими сведениями показывает, что в каждой сказке, как всегда, оказалась доля правды – и немалая доля. Фольклорные источники настойчиво рассказывают нам о совершенно реальном феномене, с которым приходилось сталкиваться нашим предкам-славянам на территории Восточной и Центральной Европы, а в наши дни столкнулись и мы с вами.

Вампиризм на Балканах

Одним из древнейших источников современного представления о вампирах считают мифы и легенды Древней Греции (о ламиях мы уже упоминали), а также новогреческий фольклор. В Греции, как и в Румынии, рассказывали о кровососах-стригах (все о той же несчастной неясыти), крылатых демонах, сосущих кровь у детей. Кроме того, кровь сосали и мормолики (названные так по имени некоей Мормо, убившей своих детей). В античности ламиям уделяли много внимания, затем эти верования отошли в тень, однако до сих пор об умерших во младенчестве в Греции говорят «ламия задушила».

Однако самые похожие на вампиров существа в греческом фольклоре – это вриколаки. Само название их родственно южнославянскому слову «волколак» или «волкодлак» – «волк-оборотень», «носящий волчью шкуру».

Греческий вриколак был ожившим покойником, и его тело обычно сжигали, не протыкая колом и не отрубая голову. Однако поначалу вриколак не был вампиром – он возвращался в мир живых, чтобы завершить недоделанные дела, помириться с супругом или близким человеком. Поэтому его не боялись. В более позднее время появились рассказы о вриколаках, которые возвращались в семью навсегда и вели нормальную жизнь, а также о вернувшихся покойниках, переселявшихся в другие места, чтобы обзавестись новой семьей и детьми. Однако примерно к 1700 году относится рассказ о том, что вриколак начал досаждать живым, и тогда его труп эксгумировали, извлекли сердце и сожгли. Это не помогло, и тогда приезжий из Албании (страны, обладающей, как и Румыния, богатой вампирской традицией) предложил пронзить могилу «христианскими мечами». После этого тело предали огню.

Изучая греческую литературу и фольклор, ученые обнаружили, что нетленность часто становится наказанием за грехи или следствием проклятия: нетленное тело не дает человеку обрести свое место среди усопших (этот мотив есть у Эсхила и Еврипида). Кроме того, оказалось, что есть три обстоятельства, предрасполагающие к тому, чтобы человек стал вриколаком. Во-первых, родительское проклятье, во-вторых, преступление против своей семьи – например, убийство родственника или любовная связь с невесткой или зятем, – в-третьих, внезапная или насильственная смерть или неподобающие похороны.

Греческая православная церковь развила эти представления: если тело усопшего остается нетленным (а следовательно, его душа не находит успокоения), это следствие проклятия, но не столько родительского, сколько церковного – акта отлучения от церкви. Истории о проклятых мертвых, чьи тела не распадались, постепенно стали основой веры в то, что отлучение имеет физические последствия, а сообщения об изменениях в телах отлученных, с которых это отлучение было потом снято, прибавили церковным писаниям живописности. Более того, церковь признала и реальность вриколаков: мертвые могут стать вриколаками, если умерли в отлучении, были неподобающим образом похоронены или умерли насильственной смертью. Кроме того, появились еще два условия: это мог быть либо мертворожденный ребенок, либо родившийся в один из великих церковных праздников.

Христианизация славянских и балканских народов активно началась в конце первого тысячелетия нашей эры и достигла впечатляющих результатов в к XII веку. Когда православная церковь стала господствовать в России, Румынии, Венгрии и среди южных славян, верования этих народов перешли в Грецию и еще явственней изменили образ ожившего мертвеца, превратив его в настоящего вампира-кровососа. Раньше вриколаков не боялись – разве что покойник принимался мстить живым, но его месть была обоснованной. Именно у славян греки переняли представление о том, что вампир может быть бессмысленно-безжалостным. Теперь вриколаки жаждали крови и всячески бесчинствовали – причем чаще всего их жертвами становились родные и близкие. Поэтому и врагов стали проклинать фразами «Чтобы тебя земля не приняла» или «Чтобы земля отвергла тебя»: проклятый возвращался к своим в виде вриколака и причинял им горести.

Славяне Восточной и Центральной Европы вправе гордиться тем, что именно у них легенды и мифы о вампирах разработаны подробнее всего – и именно у них чаще всего встречаются настоящие вампиры. Вспышки вампирской истерии среди этих народов в XVII и начале XVIII века привлекли к вампирам внимание западного мира и привели к развитию современного представления о вампирах. Кроме того, славянам мир обязан и разработкой стандартных антивампирских мер.

Славянские народы населяют практически всю Восточную и Центральную Европу. В центре славянских земель расположены два неславянских государства – Румыния и Венгрия, – однако и они переняли много обычаев и верований своих соседей. Кроме того, во всех славянских странах с древних времен жили цыгане – и живут до сих пор.

Самым значительным историческим событием для славянских народов было введение христианства. Сильнейшее влияние на их историю оказал раскол 1054 года между православными и католиками. Русские, болгары и сербы примкнули к восточной православной церкви, а поляки, чехи и хорваты – к западной католической. Раскол имел большое значение и для развития представлений о вампиризме: православные считали, что если тело не разлагается после смерти, это признак вампиризма, а католики – что это свидетельство святости. Впоследствии, однако, обе церкви изменили свою точку зрения: уже в 1472 году писали, что у русских «кто не в теле лежит, тот не свят», а в наши дни и католики, и православные убедились в том, что нетленность тела – не обязательно признак святости.

Ученые полагают, что представление о вампире зародилось на Балканах и видоизменялось под воздействием не только христианских доктрин, но и всевозможных ересей, распространенных среди южных и восточных славян, в том числе богомильства. Именно на Балканах, как полагают, появилось и слово «вампир», давшее в русском языке название «упырь» (подобные же названия носят вампиры и у прочих славянских народов).

Изначально славянский вампир считался ожившим покойником, который мог нанести вред живым. Однако универсальным символом зла, каким он станет в западноевропейской культуре XIX века, вампир еще не был. Вмешательством упырей объясняли все те непредсказуемые и незаслуженные беды, которые обрушивались на крестьян в повседневной деревенской жизни – например, падеж скота, – а также все события сверхъестественного толка (полтергейст, явления привидений, инкубов и суккубов и пр.)