Ночная помощница

Обида на бывшего мужа снова зашевелилась в груди. От тупой злости даже захотелось бросить все и пообещать себе больше никогда не возвращаться к дизайну. От напряжения ведьминская сила обожгла кончики пальцев, и уголок чертежа едва заметно обуглился. Я взяла себя в руки и переключилась на решение проблемы.

- Я попробую сделать проект из того, что есть. Но мне нужно несколько часов. — Сказала мужчине. — Идеально не получится. Но открыться сможете.

- Что от меня нужно?

- Не мешайте пока. Мне нужно подумать.

- Арис... Вы нас спасете! Юрий оплатит вам двойной гонорар! Я должен ему позвонить!

Эдвард еще что-то говорил, но я его уже не слышала.

Руфус

Вампир вернулся в кабинет. Графиня с упоением рассказывала его помощнице о морском круизе. Наташа вежливо ахала и охала, стараясь поддержать диалог. Но Руфус знал, что морские путешествия девушку вообще не интересовали. Она ненавидела все, что связано с кораблями, потому что когда-то имела неосторожность связать свою жизнь с капитаном-неудачником, который после свадьбы оказался обычным моряком. Повелась на морскую романтику, как многие молодые женщины, и сейчас сама пыталась тащить на себе детей, пока горе-муж пропадал в рейсах и имел портовых куртизанок. Были ли в жизни Наташиного мужа настоящие куртизанки, Руфус точно не знал. Хотя и догадывался, что любовные хвори из ниоткуда у женщин не появляются.

- Прости меня, Конни. Нужно было срочно разобраться с типографией. — Руфус уверенно вошел в кабинет и изобразил на лице досаду за опоздание.

Наташа с облегчением поняла, что пора исчезнуть, а Конни встала с явным желанием продемонстрировать новое платье. Из прошлой, человеческой жизни, графиня сохранила привычку красоваться перед мужчинами. Обычно вампирессы выглядели великолепно, но считали это чем-то естественным. А Конни новое платье, колье или туфли преподносила как что-то праздничное, требующего особого внимания. И в этом скрывался особый шарм графини.

- Не страшно! Мы славно побеседовали с твоей помощницей.

- Спасибо Наташа. — Поблагодарил девушку Руфус, давая ей понять, что можно идти. - Расскажешь, как обстоят дела с поместьем?

Он жестом пригласил графиню сесть в гостевое кресло и пошел к бару. Вампиры не нуждались ни в пище, ни в воде, но столетия научили носферату не только есть то, что едят люди, но и получать от этого процесса удовольствие.

- С поместьем все в порядке. — Выдохнула Конни и поправила складки бирюзового платья. — Даже лучше, чем я думала.

- Неужели? — Удивился Руфус и подал гостье бокал с вином. — Тогда зачем ремонт?

- Слишком много воспоминаний. — Призналась Конни. — Дом как будто пропитан моим покойным Генри. Я думала, что время утихомирит боль, но когда вернулась туда... Знаешь, Руфус, мне кажется, что там даже запах его сохранился. Такой приятный. Родной.

Руфус кивнул. Он сделал это больше из вежливости, потому что не понимал, что чувствует Конни. Он с любопытством ученого исследовал ее лицо, пытался на себя примерить эмоции, но ничего не получалось. Он ничего не чувствовал. Только знал, что в этот момент графиня переживает что-то неприятное. Но не был в этом уверен.

- Поэтому ты затеяла ремонт?

- Да. — Кивнула вампиресса. — Мне пора отпустить Генри из своего сердца. И начать новую жизнь. Тратить вечность на страдания - глупо. Не находишь?

Руфус вежливо кивнул. Он никогда над этим не задумывался.

Тамер

Домой Тамер вернулся с желанием разгромить все к чертям. Оборотень был в бешенстве, и эти эмоции были настолько сильными, что жители поселка, чувствуя настроение волка, решали обойти его стороной.

Машина Леды была припаркована на стоянке. Тамер вспомнил, как несколько месяцев назад на этом же месте стоял желтый кабриолет Арис и разозлился еще сильнее. Он забежал на крыльцо, распахнул дверь, и заорал:

- Леда!

Волчица отозвалась не сразу. Но Тамер чувствовал, что жена дома. Ее запахом был пропитан весь дом. Он был настолько сильным, что догадаться о том, что когда-то в этом доме жила другая женщина было невозможно. Он снова крикнул:

- Леда!

- Что случилось?

Жена вышла из спальни, на ходу завязывая пояс шелкового халата. Как и остальные волки, она чувствовала злость мужа, но в отличие от других оборотней не могла избежать этой встречи.

- Это я должен тебя спросить, что случилось! Как это понимать?!

Тамер бросил на стол претензию, которую принесла секретарь, и подождал, пока жена с ней ознакомится. Леда спустилась вниз и посмотрела на документ. Она уже поняла, почему Тамер так зол, но не была готова к тому, что этот документ попадет к нему в руки, а не к ней.

- Я не понимаю, - волчица смотрела в бумаги и пыталась достоверно изобразить удивление, - это проект Арис. Мы только его изготовили по ее чертежам. Неужели?!

— Волчица картинно уронила лист, который только что читала и прикрыла рот ладонью. — Неужели она настолько тебя ненавидела, что испортила заказ?! Не могу в это поверить! Может, ошибка на производстве?

Тамер был настолько ошарашен игрой волчицы, что даже забыл о том, что минуту назад собирался ее растерзать.

- Ты, правда думаешь, что я не ознакомился с проектом, который утвердила Арис?

- Ты не мог с ним ознакомиться. — Хмыкнула волчица. — Все проекты твоей бывшей жены лежат у меня в кабинете.

- Все проекты моей бывшей жены, Леда, лежат не только у тебя в кабинете! Они еще лежат на производстве! У заказчика! У меня! Тебе гормонами мозги отшибло? Или ненавистью?! Зачем ты нас подставляешь?!

- Я ничего не сделала! — Продолжила упорствовать волчица.

- Не ври мне! — Взбесился Тамер и правая рука стала больше, покрылась шерстью, вместо ногтей появились когти.

- И что ты сделаешь? Изобьешь мать своего сына?! — Леда швырнула в мужа безликую диванную подушку.

Тамер успел от нее отмахнуться и замер.

- Ты беременна?

- Да! — Соврала волчица.

Тамер побледнел и плюхнулся в кресло. Леда медленно опустилась на диван, еще не понимая, в какое дерьмо она только что вляпалась.

Глава 11.

Конни

Графиня осмотрела предоставленные ей апартаменты и поморщилась. Квартира была неплохой: три спальни, небольшой будуар, бар. В общем, здесь было все, что нужно для более или менее комфортного проживания, но рассчитывала она на большее. Тут даже элементарной прислуги не было и ей пришлось самостоятельно справляться с одеждой!

- Надо будет кого-нибудь нанять на время.

Конни выдохнула, расстегнула боковую молнию платья и рухнула на диван, закинув стройные ножки на мягкий подлокотник. Вино, выпитое у барона, неприятно шумело в голове, мысли хаотично прыгали из стороны в сторону и никак не хотели остановиться.

Встреча с Руфусом прошла не так удачно, как планировала графиня. В ее фантазиях Руфус должен был оставить все свои дела, и как минимум провести с ней день. А как максимум исполнить ее самые необычные эротические фантазии ближайшей ночью.

Впрочем, барон не был похож на любителя фантазий. Эта мысль заставила Конни поморщиться и вспомнить, что у вампиров в целом с фантазией плохо. По крайней мере все, с кем она имела дело, интерес к сексу как к таковому, потеряли году на трехсотом вечности.

- Может, и он такой же? — Спросила сама у себя Конни. — Как тогда мы будем вместе жить?

Возвращаясь на родину, графиня была уверена, что уже через неделю после встречи с Руфусом он сделает ей предложение, от которого она не сможет отказаться. Все знали о его черном сердце. А еще все знали, что это сердце досталось тому, кто отчаянно жаждал отношений. Луна иногда любит пошутить. Это обстоятельство и делало Руфуса идеальной жертвой для графини: красив, богат, вечно свободен. Но что-то она упустила.

Конни заложила руки за голову и посмотрела в идеально белый потолок.

- Я была уверена, что нравлюсь ему. И на празднике он не отходил от моей юбки.

Она медленно тянула слова, как будто от этого зависел успех всего мероприятия. Дела графини в последние годы шли не очень хорошо. Наследство, оставленное первым мужем, давно закончилось. Настолько давно, что Конни уже и не помнила, осталось ли хоть что-нибудь у нее от покойного графа, кроме заложенного поместья. Руфусу она рассказала жалобную историю о том, что не может находиться в доме из-за воспоминаний. Но на самом деле, там элементарно не осталось ни мебели, ни техники, даже подсвечники и столовое серебро в свое время были распроданы.

Долгие годы финансовые дыры Конни пыталась закрывать удачными браками с бизнесменами. Сначала она вышла замуж за владельца виноделен. Его звали Эдуард, и двадцать лет Конни наслаждалась чистым горным воздухом. Эдуард был человеком добрым, безумно любящим, но скучным. Его единственным увлечением было вино. Он днями пропадал в своих погребах, забывая о еде и нормальном отдыхе. Часами рассказывал ей о винах, букетах, ароматах. Ничего интересного в этом Конни не видела, но терпела. Тогда она еще боялась снова остаться без средств и с радостью играла роль идеальной жены. Когда становилось совсем невыносимо, Конни напоминала себе, что люди хрупки и не вечны. Становилось веселее, и жизнь на винодельне переставала казаться такой тоскливой. Её смирение было вознаграждено миллионным наследством. Тогда графиня решила, что ее финансовые проблемы решены, продала дом, виноградники, погреба с коллекционными винами и отправилась жить свою лучшую жизнь.

Миллионов Эдварда хватило ровно на тридцать лет. Чтобы не остаться на мели, Конни снова вышла замуж. В то время мир только-только начал присматриваться к кинематографу. Ее следующим избранником стал режиссер по имени Миро. Не то, чтобы у него было много денег, но он отлично пускал пыль в глаза и то, что дом, дорогие автомобили и студия были давно заложены банкам, графиня узнала только после трагической кончины супруга.

Чтобы закрыть долги она снова распродала имущество, рассчиталась с кредиторами и начала присматриваться к банкирам. Третий брак был как никогда прибыльным и интересным. Это был первый мужчина, который ей изменял, и которому изменяла она. Правда, если измены мужа были спровоцированы холодностью вампирессы, то сама Конни изменяла ему чисто для ровности счета. В общем, это был один из немногих союзов, о котором она вспоминала с удовольствием.

Потом был еще Юзеф, Арчибальд, Вильям. И посредственный художник - Юнг. Художник в ее жизни появился в период активного «междумужья». Он неплохо ее содержал. Тогда цветастая мазня была в моде. Официального брака они так и не заключили, но в завещании художник передал ей несколько картин. Конни уже не помнила, что там были за полотна. И не была уверена, что вообще видела их, а не продала через галерею. Столько лет с тех пор прошло.

Мужья умирали, наследство испарялось, и нужно было что-то менять. Несколько раз графиня пыталась заниматься бизнесом, пару раз играла в инвестиции, но как оказалось, деньги она умела исключительно тратить, а не зарабатывать. И вот, получив очередное письмо от Руфуса, в светлую голову вампирессы пришла гениальная мысль не размениваться больше, а женить на себе барона.

Руфус Баратор казался ей неплохим кандидатом в мужья. У него были своя финансовая империя и власть. Он мог бы решить все ее проблемы, а она с удовольствием изображала бы его верную спутницу в ближайшие лет триста, или четыреста.

- Он идеальный кандидат. — Начала рассуждать вслух Конни. — Богат, красив, знатен и без угрозы встретить пару. А когда надоест, всегда можно убедить его лечь в летаргию и стать еще раз вдовой.

План казался Конни идеальным. Вот только Руфус ее намеки на более тесное знакомство игнорировал.

- Может, нужно было проявить инициативу? Как-то намекнуть? — Спросила у пустоты Конни, но ее вопрос остался без ответа.

Руфус

Встреча с Конни быстро стерлась из памяти вампира, как стирались оттуда все незначительные события. И вспомнил он о графине только тогда, когда Варя положила ему на стол маленький конверт, пропитанный сладким парфюмом.

- Что это? — Спросил вампир, не скрывая своего замешательства.

- Записка. — Буднично ответила женщина.

- От кого?

- От графини.

Руфус несколько раз моргнул, пытаясь понять, зачем отправлять записки, когда есть телефон.

- Спасибо. Ты можешь идти домой.

- Мы ждем Альбину. Хотим с ней попрощаться. Вы же купили ей прощальный подарок?

Это был второй раз за неделю, когда на бледном лице Руфуса проступили красные пятна. Он не просто забыл купить помощнице подарок, он даже не подумал о том, что это нужно сделать. За подарки всегда отвечала сама Альбина.

- Надо же, вы и правда, ее цените. А мы думали, у вампиров нет чувств.

Руфус не понял, о чем говорит секретарь, а потом посмотрел в ту сторону, куда смотрела Варя. На маленьком столике, в паре метров от его стола, стояла красивая коробка с бежевым бантом. Как он ее не заметил?

- У нас нет чувств. — Подтвердил слова помощницы Руфус. — Про вашу с Наташей пенсию я тоже не забуду.

- Если мы доживем до пенсии. — Усмехнулась Варя и пошла в сторону выхода.

Вампир подождал, пока за Варей закроется дверь и подошел к коробке. Тонкий запах эдельвейсов тут же коснулся кончика носа. Барон взял конверт и достал оттуда не подписанную открытку. Через пару секунд сработал его личный телефон, а на экране появилась короткая инструкция:

«Подпишите открытку. В коробке книга, которую вы ей якобы советовали прочитать, а она так и не прочитала. Настоящий подарок в верхнем ящике стола. Арис»

Руфус второй раз перечитал сообщение и подошел к столу. Там лежала прозрачная коробочка с винтажной зажигалкой. Он положил ее в карман пиджака и еще раз с удовольствием вдохнул цветочный аромат новой помощницы.

Леда

Тамер, как этого и следовало ожидать, в беременность волчицы не поверил. И это еще больше бесило Леду. Всю ночь он принюхивался к ней, вызывая жгучее желание обернуться и сбежать в лес. Желание повыть на луну волчица в себе подавляла. Пыталась убедить мужа, что на таком сроке он ничего не почувствует и нужно подождать, пока ребенок подрастет. Тамер кивал, ворочался и снова тянул воздух носом. Это была самая длинная ночь в ее жизни.

- Тебе нужно сходить к врачу. — На рассвете потребовал оборотень.

- Еще рано.

- Он должен подтвердить.

- Когда малыш подрастет, тогда и подтвердит.

- Если врач не подтвердил, откуда ты знаешь, что беременна?!

- Чувствую! — Рыкнула Леда и встала с постели.

К ее радости, у оборотней этот аргумент работал лучше, чем любая медицинская справка. Дети природы, они хорошо чувствовали свое тело. Вот только сама Леда точно знала, что никакого ребенка нет. Она быстро переоделась и вышла на улицу. Тамер ее останавливать не стал. Он просил богиню, чтобы Леда ошибалась в своих ощущениях, потому что ребенок от волчицы в его планы не входил. Ему нужен был сильный альфа. Наследник, которого жена родить просто не сможет. А слабое потомство ему просто не к чему.

Леда о мыслях Тамера не догадывалась. Она села в машину и поехала прочь из поселка. Ей нужно было проветриться и с кем-нибудь поговорить. Обсуждать сложившуюся ситуацию с кем попало волчица не могла. Чуть больше часа она простояла на заправке, размышляя над тем, как поступить в сложившейся ситуации. Зачем она вообще сказала про беременность, когда шансы зачать ребенка стремились к нулю, Леда даже себе ответить не могла. Забеременеть от мужа искусственно тоже было невозможно. Как она ему это объяснит? Да и ЭКО в такой ситуации делалось не сразу. Это долгий процесс подготовки, который у оборотней мог занять годы. Соврать про выкидыш? Тогда какая она вторая самка стаи, если даже волчонка выносить не может!

Все эти мысли, кружившиеся плотным роем в голове, заставляли нервничать сильнее. Ее волчица недовольно рычала, усиливая тревогу. Ситуация каменной плитой давила на плечи и в конце концов Леда решила съездить к старухе Руте. Однажды старуха помогла ей избавиться от пары. Может, и с ребенком подскажет что делать.