Глава 3

– Отличный сборник, – похвалил Кайл. – Альбом станет хитом. В нем чувствуется девичья сила. Жаль, что я не написал и половины таких хороших песен.

У Брук от постоянных улыбок болели щеки, но она все равно улыбнулась Кайлу. Она ценила его мнение, и зрителям песни, кажется, тоже понравились. Все было бы замечательно, если бы не появление Флэша Лоуренса. И что теперь делать?

– Я так горжусь тобой, – добавил Кайл, обнимая Брук.

Брук рассеянно ответила на его объятие. Ее мысли были заняты Флэшем. В кафе она почти собралась с духом, чтобы подойти к нему и выяснить, для чего он здесь. У нее было только два предположения: либо это случайность, либо он хочет увидеться с ней…

Внутренний голос подсказывал Брук, что Флэш ждет ее снаружи. Значит, ей придется поговорить с ним и рассказать о Бине. Ее сыне. Его сыне.

– Эй, – окликнул ее Кайл, положив руку ей на плечо. – Ты в порядке?

– В порядке, – ответила Брук, изображая улыбку.

Она скрывала существование Бина по многим причинам, но ни одна из них не могла стать препятствием к тому, чтобы не рассказать о сыне Флэшу. К тому же Брук не хотела повторять ошибку своей матери, которая все время пряталась и лгала. Ей надоело прятаться.

Кайл с беспокойством посмотрел на нее:

– Уверена? Я знаю тебя, Брук. Я знаю, как ты пишешь. Тексты песен… кажутся слишком личными.

– Нам нужно идти, – сказала Алекс, оттесняя Кайла. – Извини, Морган.

– Господи, женщина, – сказал Кайл, потирая плечо, – тебе надо было идти в футбол.

Брук снова обняла Кайла и быстренько убежала в дамскую комнату. Черт побери, она тянет время.

«Хватит прятаться», – приказала она себе.

Вернувшись в коридор, она убрала гитару в чехол. Алекс открыла заднюю дверь, и Брук вышла на улицу, где ее окутал влажный воздух Теннесси.

– Брук.

Сбылся самый худший ее кошмар и одновременно самая заветная мечта. Флэш пришел за ней.

– Эй, пошел прочь отсюда! – рявкнула Алекс, загораживая Брук. – Шоу окончено, приятель.

– Брук, – повторил Флэш. – Я всего лишь хочу поговорить. Наедине.

Да, Брук знала, что бывает, когда они остаются наедине. В первый раз, когда они оказались наедине в ее гримерке, она не планировала заниматься с ним сексом.

Брук положила Алекс руку на плечо.

– Все в порядке, – тихо сказала она, обходя подругу. – Я его знаю.

Алекс наклонилась к Брук.

– Не нравится он мне, – прошептала она, но по ухмылке Флэша было понятно, что он услышал.

Крисси Боннер он тоже не понравится.

– Алекс, можешь подождать в машине?

Алекс посмотрела на Флэша и чертыхнулась.

– Хорошо. У тебя есть пара минут, – Алекс двинулась в сторону машины.

Но тут Флэш дерзнул подойти к ней и представиться:

– Привет. Я – Флэш Лоуренс. А вы кто?

Алекс посмотрела на него так, что другой на его месте сбежал бы. Однако Флэш был не из пугливых.

Бросив быстрый взгляд на Брук, Алекс ответила:

– Алекс Эндрюс. И давай без дураков!

– Даже и не думал об этом! Брук может подтвердить, что у меня нет чувства юмора.

Брук не могла сдержать улыбку. Она прекрасно помнила, как легко он мог ее развеселить. С ним было чертовски просто общаться – добрый, веселый, нежный, горячий…

Она не могла не влюбиться в него.

А потом она увидела все те заголовки и узнала о его диких выходках. И ей стало ясно, как сильно она ошибалась на его счет.

Флэш стоял, не двигаясь, пока Алекс шла к машине, в которой находилось детское автомобильное кресло. Правда, на него было наброшено покрывало, чтобы никто его не заметил.

Брук смотрела на Флэша. В жизни он выглядел лучше, чем в ее мечтах.

Алекс захлопнула дверь машины. Флэш и Брук остались в уединении, которое однако, было неполным: в любую минуту из «Синей птицы» мой выйти Кайл или кто-то еще.

– Прекрасно выглядишь! – нарушил молчание Флэш.

– Что тебе надо, Флэш? – сурово спросила Брук, хотя комплимент доставил ей удовольствие.

«Прошу, не говори приятные слова», – сложилась у нее в голове музыкальная фраза и сразу за ней зазвучала еще одна: «Приятные слова услышать я хочу». Надо бы потом записать это, подумала она, хорошее начало для новой песни.

Флэш снял шляпу и одарил ее улыбкой, которая тогда растопила ей сердце.

– Я снова захотел увидеться, но у меня такое чувство, что ты не рада встрече.

– Ты это уловил?

– Звучало очень завуалированно, – ответил он с легкой усмешкой, – но я смог распознать гнев в твоих песнях.

– Великолепно. Чудеса дедукции. Логика у тебя в прекрасной форме. – Брук хотела обойти его, но он преградил ей дорогу. – Что, Флэш? Я устала.

– Я хочу извиниться, – сказал он.

Брук горько усмехнулась.

– Вот как? А за что именно ты извиняешься?

– Даже не знаю. Ну… если честно, я причинил тебе боль. А если судить по песням, которые я сегодня услышал и которые мне очень понравились, я ранил тебя очень глубоко. Так что позволь мне извиниться, Брук.

Господи, неужели он говорит серьезно? Ей хотелось, чтобы он был дерзким и самоуверенным. С ним таким ей было бы проще. Она с ним смогла бы совладать.

– Хорошо. Извинения приняты. Спокойной ночи, Флэш.

– Брук, – прошептал Флэш. – Я безумно скучал по тебе. Даже не знаю почему.

– Неужели? – огрызнулась Брук. В ней закипала ярость. И закипала не от его сладких слов, а от того, что она вспомнила: ее жизнь перевернулась с ног на голову только потому, что она купилась на его сладкие слова. – Это не похоже на извинение. Это оскорбление.

– Может, выслушаешь? – сказал он с раздражением в голосе. Потом Флэш повел себя странно: отступил на шаг, глубоко вздохнул и медленно выдохнул. – Я хочу сказать, что ты потрясающая, великолепная, веселая, умная, что с тобой легко общаться, и я был бы дураком, если бы не хотел большего. С тобой, – быстро добавил Флэш.

Брук снова фыркнула, скрестив руки на груди. Флэш продолжил:

– Мы были вместе всего одну ночь. Мимолетную ночь, как ты красноречиво выразилась. – Флэш провел рукой по волосам, а затем посмотрел ей в глаза. От этого взгляда, полного желания, у Брук перехватило дыхание. – И этим все должно было закончиться, но, черт побери, не для меня. Я тогда хотел большего с тобой, и того же хочу сейчас.

– Это все хорошо, Флэш, но этого недостаточно. Для меня, во всяком случае.

Надо рассказать ему о Бине, мысленно уговаривала себя Брук. Нечестно скрывать от него факт существования сына. И нечестно лишать Бина отца.

Но Брук не могла преодолеть себя. Она отговаривалась тем, что нужно сначала выяснить, что он хочет. Еще одну ночь? Нет, на это она не пойдет. Флэш нужен ей как отец для ее сына. И ей важно понять, можно ли ему доверять.

Флэш снова сделал глубокий вдох, а затем шагнул к Брук. Он взял ее лицо в свои ладони и большим пальцем погладил по щеке. Брук понимала, что должна бы оттолкнуть его, но, когда он коснулся своим лбом ее лба, она не удержалась и с наслаждением вдохнула его запах. Запах мужчины.

– Я следил за твоей карьерой, наблюдал, как ты поднимаешься в чартах. Радовался за каждый твой хит и праздновал победы в номинациях на премиях. Всякий раз, когда я закрывал глаза, я видел твое лицо, – тихо сказал Флэш. – Я очень сильно старался забыть тебя, но не смог. И за это прошу прощения.

– За то, что не смог меня забыть?

– Нет, – усмехнулся он и продолжил: – Вот об этом я никогда не пожалею.

– Но тогда что тебе нужно?

– Я пришел сюда не для того, чтобы сказать тебе, что хочу тебя. Хотя это действительно так. Я пришел, чтобы рассказать, что со мной произошло после той истории. После того как меня приговорили и отстранили от участия в соревнованиях, я окончил курсы по управлению гневом. Я пообещал себе и своей семье, что не позволю гневу управлять мной.

– Неужели?

Флэш слегка повернул голову так, что его губы коснулись ее виска.

– К тому же я бросил пить. Не скажу, что я алкоголик, но когда я выпиваю, то не могу сдержать свой гнев и попадаю в неприятности. Я не пью уже восемь месяцев.

– А сегодня? – спросила Брук хриплым и напряженным от нарастающего желания голосом.

– Я пил имбирный эль. Из пивной кружки.

Флэш прикоснулся губами к ее губам, и Брук оказалась бессильна что-либо сделать, кроме как открыть рот и впустить его язык. Ответив на его поцелуй, она почувствовала вкус сахара и имбиря, а не пива.

Все происходящее было безумием. Откуда Флэш знает, что это именно то, что ей нужно? Почему он так приятен на вкус? Как она до сих пор может столь сильно желать его?

Флэш оторвался от ее губ, но не отстранился. Он стоял настолько близко, что Брук могла почувствовать его эрекцию.

– Я хочу повторить ту ночь, – прошептал Флэш, проводя губами по ее шее. – Мне нужно больше, чем одна ночь. И я ни о чем другом не прошу.

– Да. – Это слово слетело с губ Брук прежде, чем она успела осадить себя.

– Где? Только скажи, и я буду там, детка.

Флэш просунул колено ей между ног, оказывая давление именно там, где необходимо. Брук не смогла подавить стон.

– Только скажи, что ты хочешь меня.

– У меня дома. Я хочу…

И тут Брук вернулась в реальность.

Дома мать, которая сидит с ее сыном. И если Брук заявится домой с Флэшем под ручку, добраться до кровати им будет не суждено. К тому же начнется скандал, а она к такому не готова.

– Приходи через полчаса.

Брук надо было выпроводить мать и дать себе время передумать. Или по крайней мере убедиться, что у нее есть презервативы, потому что она не хотела снова совершить ту же самую ошибку.

В ночи раздался гудок. Флэш и Брук отпрянули друг от друга. Брук виновато посмотрела в сторону Алекс, сидевшей в машине. Именно в этот момент из дверей «Синей птицы» вышел Кайл Морган.

– Эй, Брук, все в порядке? – спросил Кайл.

Брук впервые слышала, чтобы в его тоне было столько злости.

– Где Алекс?

Флэш отступил на шаг и смотрел на Брук, словно ожидая ее реакции.

– В машине.

Кайл подошел к ней и устремил на Флэша сердитый взгляд.

– А это мой знакомый.

– Прекрасное выступление, – сказал Флэш, разряжая обстановку и протягивая руку Кайлу. – Флэш Лоуренс. Похоже, ваши великие хиты только и ждали своего часа, чтобы вырваться на волю. Может, Эрик Черч? Спев хотя бы одну песню про мятежников, он соберет стадионы.

Кайл осторожно взглянул на Брук, прежде чем пожать в ответ руку.

– Благодарю. Тоби Кит как раз присматривается к песне «Мой единственный» для своего альбома.

Флэш одобрительно присвистнул, и Брук почувствовала, как расслабился Кайл. И как только у Флэша это получается? Ведь он способен расположить к себе любого в любой ситуации. Она уже однажды попалась на его удочку.

Пока Флэш и Кайл вели светскую беседу, Брук размышляла о том, как Флэш догадался о том, что она хочет услышать – что он уже не тот человек, про которого писали в заголовках, что он действительно постарался исправиться.

Но стал ли он тем мужчиной, которого она готова была видеть рядом с ее сыном?

Брук напомнила себе о том, что Бин не только ее сын. Он также и сын Флэша. Она знала, каково это – расти без отца, и не могла допустить такой участи для Бина. Только готов ли Флэш быть отцом?

– Что ж, приятно было познакомиться, Морган, – сказал Флэш, протягивая Кайлу руку. – С нетерпением жду очередного мегахита.

Кайл даже покраснел.

– Приятно слышать добрые слова от поклонника. Надеюсь, мы снова увидимся? – Кайл пожал протянутую руку.

Слово «мы» резануло слух Брук. Флэш тоже обратил на это внимание.

– Все зависит от Брук, – сказал Флэш.

Не выпуская руки Флэша, Кайл дернул так, что Флэш едва устоял на ногах, и процедил:

– Ты чертовски прав, так и есть. И знай, что Алекс не единственная, с кем тебе придется иметь дело, если ты причинишь ей боль.

На лице Флэша отразилось удивление, но через мгновение он расплылся в улыбке, которую Брук часто видела у Бина.

– Поверьте мне, у меня нет желания причинять Брук боль.

Оба мужчины повернулись к ней.

Брук поняла: настал момент, когда надо принимать решение. Правильно ли она поступит, если снова впустит Флэша в свою жизнь и жизнь сына? Или это станет еще одной ошибкой?

– Давай я тебе оставлю свой номер и адрес, – сказала она Флэшу, протягивая руку за его телефоном.

Флэш разблокировал аппарат и передал его Брук. С бешено бьющимся сердцем она вбила адрес и телефон, добавила пометку «через полчаса» – этого времени должно было хватить, чтобы выпроводить мать из дома и… понять, как вести себя с Флэшем.

Вернув телефон, она повернулась к Кайлу:

– Слушай, если мне потребуется помощь с несколькими песнями, поможешь?

У Кайла загорелись глаза.

– Черт возьми, конечно, милая. Просто позвони. Рад был познакомиться, Лоуренс.

Однако он никуда не ушел. Он остался стоять и наблюдал за Брук и Флэшем.

– Морган. – Флэш приподнял шляпу. – Брук. Еще увидимся.

Брук смотрела ему вслед. Одно можно было сказать наверняка: за последний год его задница определенно стала лучше. Правда, она пригласила его домой вовсе не для секса. Главной ее целью было сообщить ему, что он отец.

– Милая, – заговорил Кайл, когда Флэш скрылся из вида, – неужели я только что познакомился с музой всех твоих песен?

– Никакая он не муза, – ответила Брук, – он просто знакомый.

Кайл устремил на нее скептический взгляд. Ну да, его не проведешь.

– Чтобы простой знакомый так смотрел на тебя? Глупости все это. Он хочет большего, чем просто дружба, – сказал Кайл. – Давай рассказывай. Я, может, и старик, но не слепой.

Брук не смогла быстро придумать, что ответить. Однако положение спасла Алекс, которая практически заорала из окна машины:

– Мы едем?!

– Будьте осторожны, – сказал Кайл, когда Брук садилась на пассажирское сиденье. – Позвони мне, если нужна будет помощь.

Алекс уже рванула с места, и Брук успела только помахать рукой.

Интересно, как Кайл отреагирует, когда узнает, что она месяцами скрывала от него такие пикантные подробности? Брук надеялась, что окружающие не сильно обидятся на нее, когда узнают новость. О существовании Бина было известно только руководству студии, личному гинекологу и акушерке, которые принимали роды у Брук дома, частному педиатру и Алекс. И матери, естественно.

Брук уже устала прятать Бина от друзей и поклонников. Она мечтала, как будет ходить с ним в парки, зоопарки… да просто гулять. Как будет общаться с другими мамочками, как отведет его в фотостудию, чтобы сделать несколько нормальных фотографий. И в ее мечтах всегда присутствовал Флэш. Он был рядом с ней и днем и ночью. У ее сына был отец, а сама она не чувствовала себя одинокой.

Но мечты оставались всего лишь мечтами. А она жила в реальном мире. И в этом реальном мире ей предстояло рассказать Флэшу про Бина и постараться не заняться с ним сексом.

Они свернули на шоссе, которое вело на запад, к дому. Особняк Брук купила на деньги, до которых каким-то чудом не добрался дядя. Она планировала заняться ремонтом, если ее новый альбом и тур будут успешными. Во время беременности делать ремонт было невозможно, так как от запахов ей становилось дурно.

– Выступление прошло хорошо, правда? – нарушила долгое молчание Брук.

– Ты рассказала ему про Бина? – ворчливо спросила Алекс.

Вот этим и отличаются лучшие друзья. От них ничего нельзя скрыть. Конечно же, Алекс догадалась, что единственное шоу, на котором она не присутствовала, было родео «Всех звезд».

– Нет, – ответила Брук.

Алекс сосредоточилась на перестроении. Пробравшись через поток машин, она наконец спросила:

– А собираешься?

Брук закрыла глаза. Флэш – отец мальчика. У нее нет другого выбора.

– Да, – призналась она, – только…

– Да, я помню, не рассказывать твоей маме. Хотя рано или поздно она все равно узнает.

Ее мать двадцать с лишним лет хранила тайну о том, кто отец ее дочери. А Брук через короткое время откроет тайну о том, что Флэш отец Бина. Только прежде – пусть это эгоистично и неправильно – она еще раз побудет наедине с Флэшем. Вопрос только в том, что ей принесет появление Флэша в ее доме? Очередную ошибку или новые впечатления от пережитых эмоций?

Загрузка...