Глава пятая

В бронзовом зеркале в прошлое

Обезьяна проделала вход;

Во Дворце Зеленой Жемчужины

попадает Укун в переплет.


Сунь Укун заглянул во второе зеркало с надписью «Небо» – старинное, украшенное затейливым узором бронзовое зеркало – и увидел каменную плиту под высоким кипарисом, а на плите древним уставным почерком вырезанную надпись: «Мир Древних, испокон веку примыкающий к Миру Первого Ветра».

«Раз это Мир Древних, – подумал Сунь Укун, – здесь должен обретаться император Цинь Шихуан. По словам служанки из дворца Новой Тан, у него есть Колокол, Передвигающий Горы. Я раздобуду этот Колокол и отодвину горы, что стоят на нашем пути в Западный Рай. К тому же чудищам и разбойникам тогда негде будет прятаться».

Он превратился в жука-бронзоеда, сел на зеркало, примерился, прогрыз дырку и пролез внутрь. И тут же очутился на высокой террасе. Снизу доносились голоса, поэтому он не осмелился принять свой настоящий облик и, оставшись маленьким жучком, спрятался в оплетенном цветами зеленом окне, чтобы посмотреть, что происходит вокруг.

Случилось так, что в Мире Древних жила одна красавица по имени Зеленая Жемчужина[25]. Что ни день устраивала она пиры, на которых всегда звучали стихи и рекой лилось вино. Но Зеленой Жемчужине казалось этого мало, и она надумала выстроить себе башню высотою в сотню локтей и дать ей имя «Башня Благоухающей Капели».

Как раз в тот день, когда Сунь Укун появился в Мире Древних, закончилось возведение башни, и к Зеленой Жемчужине пришли с поздравлениями госпожа Сиши[26] и девица Сысы. Зеленая Жемчужина очень обрадовалась и поспешила устроить в новой башне пир в честь любезных гостей. Девица Сысы сидела посередине, Зеленая Жемчужина – по правую руку от нее, а госпожа Сиши – по левую. Прекрасные собой прислужницы подносили им вино и собирали для них букеты цветов. И тут Сунь Укуну пришел в голову хитрый замысел. Он принял облик прекрасной девы и смешался с толпой служанок. Как же он выглядел?

Прическою —

богиня речки Ло[27],

И брови-бабочки

украсили чело.

А талия! —

такая в Чу ценилась,

Девица

в ханьские одежды облачилась.

Под ветром осени

поют в ушах сережки,

Бутоны лотоса —

изящнейшие ножки.

– Наша Башня Благоухающей Капели воистину привлекает все ароматы, – хихикая, сказала одна служанка. – Хотя эта красивая девушка нездешняя, она сразу пришлась ко двору.

– Сестричка, ты видела нашу Зеленую Жемчужину? – спросила Сунь Укуна другая служанка.

– Старшая сестра, я здесь новенькая. Не соблаговолите ли отвести меня к ней, – попросил Сунь Укун.

Служанка усмехнулась и повела Сунь Укуна к Зеленой Жемчужине. Увидев новенькую, та так обрадовалась, что даже всплакнула и, утирая слезы, сказала Сунь Укуну:

– Ах, Красавица Юй![28] Как давно я тебя не видела! Но почему твое белое, как яшма, лицо печально?

Сунь Укун подумал: «Странно! С тех пор как я вылупился из каменного яйца[29], я ни в кого не перерождался и никогда не обладал прелестями „туманов и цветов“. Когда же я мог познакомиться с Зеленой Жемчужиной? С каких это пор я стал прекрасная Дама Глина, прекрасная Дама Бронза, прекрасная Дама Железо, прекрасная Дама Трава? А впрочем, не все ли равно, как меня называют: Красавица Юй или еще как-нибудь? Сыграю-ка я эту новую роль, что называется „одну ошибку покрою другой“. Тут, правда, есть маленькая закавыка: у Красавицы Юй непременно должен быть муж. Если меня спросят про него, а я им в ответ ляпну что-то вроде „ослиной морды“ вместо „лошадиной пасти“, они быстро распознают, кто я таков. Сначала нужно выведать, кто мой муж. Тогда можно смело с ними пировать».

– Красавица! – позвала опять Зеленая Жемчужина. – Садись поскорей вот здесь. В наших чашах простое вино, но оно прогонит твои печали.

Сунь Укун состроил плаксивую мину и проговорил, обращаясь к Зеленой Жемчужине:

– Старшая сестра, говорят, вино согревает довольную душу, а я не могу свидеться со своим супругом. Завеса дождя и стена ветров наполняют мое сердце печалью. Могу ли я предаться веселью?

– Дорогая моя, что ты говоришь? – удивилась Зеленая Жемчужина. – Твой муж – Сян Юй, властелин царства Чу. Вы живете вместе – отчего же ты не можешь с ним видеться?

Услыхав про Сян Юя, властелина царства Чу, Сунь Укун выпалил первое, что пришло ему на ум:

– Ах, старшая сестра, вы и не знаете, что правитель Чу нынче совсем переменился. Он взял себе наложницу по имени Скорбь Чу, и та колдовскими чарами привязала к себе повелителя, а меня с ним разлучила. Однажды мы гуляли втроем при ясной луне, и я прошла мимо заросшего травой пруда, не восхитившись его красотой, а она облокотилась на перила галереи, будто погруженная в возвышенные мысли. И мой супруг произнес: «Как очаровательно она любуется прудом!» В другой раз мы гуляли среди цветов, и я не попросила принести вина, а она вынесла из своей комнаты кувшин с изысканным узором – точь-в-точь трещины на льду, – и он был до краев наполнен лучшим вином. У нас это вино называют Пурпурным Цветком и Яшмовой Росой. Со словами «Желаю моему милостивому господину тысячу лет жизни» она поднесла моему супругу кувшин с вином и, уходя, бросила на него обольстительный взгляд, а он проводил ее взором, полным восхищения. Я всем сердцем люблю своего супруга и хочу только одного: чтобы мы всегда были вместе, словно уточка и селезень. Могу ли я не страдать и не печалиться, когда вижу, что меня откладывают на заднюю полку? Потом супруг стал упрекать меня в том, что я не выказываю ему столь нежных чувств и не пекусь о нем, как Скорбь Чу. Он вытащил из-под кровати свой меч и дорожную котомку, закинул их за спину и ушел без оглядки, даже слуг с собой не взял. Я не знаю, куда лежал его путь. Это случилось дней двадцать тому назад, и с тех пор я ничего о нем не слышала. – И Сунь Укун залился слезами.

Выслушав рассказ Сунь Укуна, Зеленая Жемчужина заплакала так горько, что рукава ее до половины стали мокрыми от слез. Сиши и Сысы горестно вздыхали. Даже у служанок, стоявших рядом и державших в руках кувшины с вином, сердца сжались от сострадания. Вот уж поистине:

Коль оба печальны,

помогут друг другу едва ли,

Беседа с печальником

лишь умножает печали.

Потом Сунь Укуна усадили, как полагается, и Сиши сказала:

– Сегодня наша Красавица грустит, и мы должны ее развеселить. Не будем причинять ей лишние страдания.

С этими словами она взяла в руку кости и воскликнула:

– Сестры по пиру! Слушайте, что я вам скажу. Сейчас мы по очереди будем бросать кости. Если с первого раза не выпадет ни одной единицы, каждая из нас прочтет стихотворную строку в древнем стиле. Если со второго раза не выпадет двойки, каждая из нас расскажет о тайнах своего сердца. Если с третьего раза не будет тройки, выпьем по кругу штрафную чару вина.

Сиши возвела взор к небу и кинула кости.

– В первый раз ни одной единицы! – объявила она.

Зеленая Жемчужина продекламировала певучим голосом:

– Мой господин не приходит, холодная ночь длинна.

Сысы восхищенно воскликнула:

– Двойной смысл в этой фразе на редкость тонкий! – И тоже прочитала строку: – Сережки яшмовой девы дрожат на осеннем ветру.

«Теперь моя очередь, – подумал Сунь Укун. – Я могу припомнить кое-что из других видов словесности, но от стихов у меня болит голова. К тому же я не знаю, умела ли Красавица Юй сочинять стихи. Если не умела, то все обойдется. А если умела, мне конец».

– За тобой строка, Красавица, – поторопила Сунь Укуна Зеленая Жемчужина.

– Я не умею сочинять стихи, – ответил Сунь Укун не то шутливо, не то всерьез.

Сиши возразила со смехом:

– Избранные стихи Красавицы Юй знают все на Срединной Равнине. Даже маленьким детям известно, что Красавица Юй обладает великим поэтическим даром. А сегодня вы так жеманитесь!

Загрузка...