Илайдж Бейли бросает вызов

На мгновение Гладия затаила дыхание. А затем прошептала еле слышно:

— Я ничего не понимаю… Вы знаете, кто сделал это?

Бейли кивнул.

— Тот же, кто убил Рикэна Дельмара.

— Вы уверены?

— А вы нет? Посудите сами. Убийство вашего мужа было первым преступлением на Солярии за долгие годы. Спустя месяц происходит следующее убийство. Возможно ли такое совпадение? Возможно ли, чтобы в мире, где нет уголовных преступлений, в течение столь короткого промежутка времени произошло два убийства, совершенных двумя разными убийцами? Маловероятно. Учтите также, что жертва второго преступления организовала расследование первого и представлял реальную опасность для преступника.

— Ну, что же, — Гладия занялась десертом, — в таком случае, — промолвила она, с аппетитом жуя торт, — в таком случае, я оправдана.

— Почему же?

— Ну как же, Илайдж. Уверяю вас, я ни на одну секунду никогда в жизни не приближалась к поместью Груэра. Значит, я никак не могла отравить его владельца, не так ли? А если я не отравила Груэра, значит, и не я убила Рикэна.

Но Бейли угрюмо молчал. Постепенно оживление молодой женщины начало таять, уголки её губ опустились, и она спросила упавшим голосом:

— Вы не согласны со мной, Илайдж?

— Я не могу быть уверенным в ваших словах, Гладия, — ответил детектив. — Я вам уже сказал, что догадался о том, как был отравлен правитель Груэр. Надо сказать, что это было хитро придумано. Каждый житель Солярии, независимо от места его нахождения, мог бы таким способом привести задуманный план в исполнение.

Гладия сжала маленькие кулачки.

— Итак, вы всё-таки считаете меня преступницей? — вскричала она.

— Ну, так я не говорил.

— Но вы подразумеваете, — голос Гладии дрожал от возмущения, глаза потемнели от гнева. — Вот почему вы снова захотели говорить со мной! Вы всё время пытаетесь поймать, запугать меня!.. Вы… — она задыхалась от гнева, её губы побелели и тряслись.

— Постойте, Гладия, послушайте меня, — попытался было успокоить её Бейли.

— Вы казались таким милым, таким сочувствующим… А на самом деле вы — коварный землянин!..

Безмятежное лицо Дэниела обратилось к Гладии.

— Извините меня, госпожа Дельмар, — невозмутимо произнёс он, — но вы неосторожно обращаетесь с ножом. Вы можете поранить себя.

Молодая женщина диким взором уставилась на небольшой тупой и, очевидно, совершенно безопасный нож, который она держала в руках. Непроизвольным движением она взмахнула им.

— Вы всё равно не дотянитесь до меня, Гладия, — сказал Бейли.

Она перевела дух.

— Вы мне противны, землянин! — Она передёрнула плечами с явно преувеличенным отвращением и приказала невидимому роботу: «Немедленно прервать контакт!» В мгновение ока Гладия вместе со столом исчезла из поля зрения Илайджа Бейли.

— Прав ли я, партнёр Илайдж, предполагая, что в данный момент вы считаете эту женщину виноватой?

— Нет, — решительно ответил Бейли. — У этой бедняги девочки не хватает тех качеств, которыми должен обладать убийца.

— Но она весьма вспыльчива.

— Ну и что? Не забудьте, что она живёт под постоянным гнётом и постоянным страхом. А сейчас она решила, что я собираюсь обвинить её в новом преступлении. Любой человек на её месте ещё и не так вспылил бы.

— Я не имел такой возможности, какую имели вы, партнёр Илайдж, лично наблюдать за отравлением правителя Груэра, — заметил Дэниел. — Поэтому должен признаться, что у меня ещё нет логической схемы совершения этого преступления.

Бейли почувствовал удовольствие, когда авторитетно ответил:

— Конечно. У вас и не может её возникнуть. — Он сказал это с непоколебимой уверенностью, и робот воспринял заявление столь же невозмутимо, как всё остальное.

— У меня два задания для вас, — продолжал Бейли.

— Я слушаю вас, партнёр Илайдж.

— Во-первых, выясните у доктора Тула, в каком состоянии он нашёл госпожу Дельмар после смерти её мужа, сколько времени потребовалось на то, чтобы привети её в чувство. Во-вторых, узнайте, кто займёт пост Груэра, как главы Департамента Безопасности, и организуйте мне беседу с ним завтра с утра. Что касается меня, — продолжал он без всякого энтузиазма, — я лягу в постель и, надеюсь, сумею заснуть. Как вы думаете, мог бы я получить какую-нибудь приличную книгу-фильм здесь?

— Я сейчас вызову робота, ведающего фильмотекой, — ответил Дэниел.

Бейли неизменно раздражало общение с роботами.

— Нет, — сказал он, когда вызванный робот предложил ему несколько книг-фильмов. — Меня интересует ни евгеника, ни роботехника. Мне нужна обыкновенная беллетристика. Что-нибудь о жизни на Солярии.

— Возможно, господин интересуется приключенческой литературой прошлого, или отличным обзором по химии с движущимися моделями атомов, или справочник по галактографии, — монотонно перечислял робот. Предлагаемый список был бесконечным. Бейли мрачно слушал, а потом сказал:

— Ладно, парень, вот эти пойдут, — и схватил несколько книг-фильмов.

— Нужно ли помочь господину? — почтительно спросил робот.

— Нет, — рявкнул Бейли, — оставайся там, где ты есть.

Уже лёжа в постели с освещённым изголовьем, Бейли почти пожалел о своём отказе от услуг робота. Книги-фильмы он никогда раньше не видел и не знал, как с ними обращаться. В конце концов, после больших стараний, он кое-как разобрался в устройстве и стал кадр за кадром их просматривать. И хотя фокусировка заставляла желать лучшего, всё же он испытывал известное удовлетворение. Хоть в чём-то он не зависел целиком и полностью от тех созданий…

За два часа Бейли просмотрел четыре из выбранных им шести фильмов. Он надеялся, что книги помогут ему разобраться в жизни планеты, на которую забросила его судьба, помогут проникнуть в психологию её обитателей. Но из этого ничего не вышло. В романах описывались люди, перед которыми возникали какие-то несерьёзные проблемы, люди, которые вели себя иногда не понятно, а иногда просто по-дурацки. Ну почему, например, героиня считала свою жизнь загубленной только потому, что её дочь занялась тем же делом, что и она сама? И что было сверхблагородного в том, что какой-то доктор химии стал заниматься роботехникой? Чепуха какая-то! — раздражённо подумал Бейли, потянулся было за пятым фильмом, но вдруг почувствовал себя смертельно усталым.

Во сне Бейли видел Джесси. Всё было как прежде. Он никогда не покидал Земли. Он и Джесси собирались идти обедать в столовую, впервые по классу С-7. Он был счастлив. И Джесси удивительно хороша. Никогда ещё она не была такой красивой. И ещё одна необычная вещь приснилась ему. Он взглянул наверх и увидел основание верхних слоёв почвы. Больше ничего не было видно. Сверкающее яркое солнце освещало их своими лучами. Это было прекрасно и совершенно не страшно.

Сон не освежил Бейли, он проснулся хмурым и встревоженным. Он не мешал роботам прислуживать за завтраком и не разговаривал с Дэниелом. Молча выпил чашку превосходного кофе, даже не почувствовав его вкуса.

— Коллега Илайдж, — мягко обратился к нему партнёр.

— Да?

— Контакт с Правителем Корвином Атлбишем будет установлен через полчаса.

— Кто такой, чёрт побери, этот Корвин? — раздражённо спросил Бейли.

— Он — главный помощник Правителя Груэра, партнёр Илайдж. В настоящее время он возглавляет Департамент солярианской Безопасности.

— Тогда давайте его сейчас же.

— Как я объяснил вам, аудиенция состоится ровно через полчаса.

— Плевать мне на аудиенцию. Давайте его сейчас же. Я приказываю.

— Я сделаю попытку, партнёр Илайдж, однако он может и не согласиться принять вызов.

— Попробуем, и довольно об этом, Дэниел.

Новый глава солярианской безопасности принял вызов. Впервые на Солярии Бейли увидел человека, точно отвечающего представлениям землян об обитателях Внешних Миров.

Корвин Атлбиш был высок, хорошо сложён, с бронзовой кожей. Его глаза были светло-коричневого цвета, подбородок смел и решителен. Он слегка напоминал Дэниела, но ему недоставало совершенства черт робота.

Атлбиш брился. Робот слегка водил по его щекам и подбородку маленьким бритвой-карандашиком.

— Если не ошибаюсь, вы прибыли с Земли? — медленно спросил космонит, не прерывая своего занятия.

— Я — Илайдж Бейли, полицейский инспектор с Земли, индекс жизни С-7.

— Вы торопитесь, как я вижу, — Атлбиш закончил бритьё и небрежным движением отпустил робота. — Ну что вы хотите сказать мне, землянин?

Бейли не понравился бы тон собеседника и в лучшие времена. Теперь же он просто вспыхнул.

— Я хочу знать, в каком состоянии находится правитель Груэр.

— Он ещё жив. Возможно, он и останется жив, — ответил Атлбиш.

Бейли кивнул:

— Здесь, на Солярии, отравители недостаточно умелы в обращении с ядами. Груэру дали слишком большую дозу. Половинная доза убила бы его.

— Отравители? Не обнаружено никаких следов яда.

Бейли уставился на Атлбиша.

— Что же, вы думаете, могло быть, кроме яда?

— Что угодно. Мало ли что может случиться с человеком. — Атлбиш потёр лицо, чтобы удовлетвориться, что ни волоска не осталось на нём. — Особенно, когда ему уже перевалило за двести пятьдесят.

— Ну если так, должно быть авторитетное медицинское заключение.

— Доклад доктора Тула… — спокойно начал Атлбиш.

Но больше Бейли не мог сдерживаться. Гнев, который кипел в нём с самого утра, наконец-то нашёл выход.

— Мне наплевать на вашего доктора Тула! — закричал он. — Я сказал, что нужно авторитетное медицинское свидетельство, понимаете, — авторитетное. Ваши доктора ни черта не смыслят в медицине, ваши детективы ни черта не смыслят в криминалистике, их у вас просто нет. Вам пришлось вызвать детектива с Земли, так вызовите и врача с Земли.

— Если я не ошибаюсь, — холодно осведомился Атлбиш, — вы даёте мне указания?

— Вот именно. И выполнять их нужно как можно скорее. Я знаю, что говорю. Груэра отравили. Это произошло на моих глазах. Он начал пить, покачнулся и вскрикнул, что у него жжёт в горле. Как прикажете назвать все это, если ещё учесть, что именно он, Груэр, опасался… — Бейли запнулся.

— Опасался чего? — невозмутимо переспросил Атлбиш.

Бейли внезапно ощутил присутствие Дэниела, которому, как представителю Авроры, Груэр не хотел доверять своих секретов. Он помолчал и неловко закончил:

— Опасался некоторых политических осложнений.

Глава солярианской безопасности скрестил руки на груди и надменно посмотрел на детектива.

— У нас не бывает политических осложнений, во всяком случае, в том смысле, в каком они бывают у вас. Груэр хороший солярианин, но несколько впечатлительный человек. Именно он уговорил пригласить вас сюда на Солярию. Он даже согласился на присутствие вашего компаньона с Авроры. Я не считал, что все это необходимо. В убийстве Рикэна Дельмара нет ничего непонятного. Безусловно, убийца его жена, и мы скоро выясним причины убийства, всё равно её подвергнут генетическому исследованию, и будут приняты все надлежащие меры. Что касается ваших фантазий об отравлении Груэра, то они не представляют для нас никакого интереса.

— Иными словами, вы хотите сказать, что я вам больше не нужен? — недоверчиво спросил Бейли.

— Да, я полагаю, что вы нам сейчас не нужны. Вы можете, если хотите, возвратиться на Землю. Более того, мы бы попросили вас сделать это.

— Нет, сэр, я не собираюсь повиноваться вам, — вскричал Бейли и внутренне сам удивился своей реакции на слова солярианина.

— Мы вас вызвали, полицейский инспектор, и мы можем отправить вас обратно. Через час вы должны покинуть Солярию.

— Ну нет. Теперь вы послушайте меня, — Бейли говорил негромко, но ярость клокотала в нём. — Я вам скажу кое-что. Вам кажется, что вы — великий обитатель Великих Внешних Миров, а я всего лишь ничтожный житель ничтожной Земли. Но при всём том я-то знаю, в чём причина вашего решения. Вы просто испугались, вот и все.

— Немедленно возьмите ваши слова обратно, — солярианин вытянулся во весь свой гигантский рост и сверху вниз с презрением смотрел на землянина.

— Ни в коем случае. Ещё раз говорю, вы испугались… Да, да, испугались до смерти. Вы боитесь, что следующим станете вы, лично вы, если не прекратите расследование. Вы сдаётесь так легко, чтобы они вас пощадили, чтобы они сохранили вам вашу презренную жизнь!

Бейли толком не знал, кто были эти «они» и вообще существовали ли «они». Но это не имело никакого значения. Он испытывал удовольствие оттого, что его слова попали в цель и пробили броню самоуверенности этого космонита.

— Вам придётся уехать немедленно! — Атлбиш повысил голос. Его лицо потемнело от гнева. — Я даю вам сроку один час. Если вы не подчинитесь, предупреждаю вас о возможности дипломатических осложнений.

— Не стоит угрожать мне, солярианин. Я признаю, моя планета для вас ничто. Но я здесь не один. Разрешите представить вам моего коллегу с Авроры, Дэниела Оливо. Он не любит много говорить. Но мой партнёр с Авроры отлично умеет слушать. Уверяю вас, он не пропускает ни единого слова. А теперь поговорим начистоту, Атлбиш, — Бейли с удовольствием назвал своего собеседника без титула Правитель. — У вас, на Солярии, происходят весьма подозрительные штуки. Знайте, что Аврора и другие Внешние Миры не будут относиться к ним равнодушно. Если вы выгоните нас, ну что ж, это, конечно, ваше дело, но запомните: следующая делегация на Солярию прибудет на военных ракетах. Мы, земляне, хорошо знаем, что происходит при таких визитах.

Атлбиш взглянул на Дэниела и произнёс — на этот раз в его голосе не было прежней надменности:

— У нас не происходит ничего такого, что могло касаться чужих миров.

— Правитель Груэр считал иначе, и мой партнёр с Авроры слышал его слова (сейчас не время, — промелькнуло в мозгу Бейли, — останавливаться перед необходимостью сказать ложь).

Дэниел повернулся и взглянул на него. Но Бейли, не обращая внимания, продолжал:

— Знайте, я намерен довести свою работу до конца. Говоря по правде, ничего на свете мне не хочется так, как попасть к себе домой, на мою родную планету. Мне все здесь противно — дворец, наполненный роботами, в котором живу, и вы, Атлбиш, и все остальные аристократы-соляриане, и весь ваш паршивый мир человеконенавистников. Но… не вы будете приказывать мне. Во всяком случае, до тех пор, пока не выяснены все обстоятельства того дела, которое мне поручено расследовать. Только попытайтесь избавиться от меня против моей воли, и вы увидите, что за этим последует. Более того, начиная с сегодняшнего дня я беру все расследование в свои руки. И буду вести его своими методами. Когда мне понадобится, я буду лично встречаться и лично, понимаете, лично допрашивать ваших людей, а не любоваться их изображением. Для всего этого мне нужна официальная поддержка вашего Департамента, вам ясно, Атлбиш?

— Но это невозможно, это совершенно невыносимо! — возмущённо воскликнул солярианин.

— Дэниел, поговорите с ним, — обратился Бейли к своему партнёру.

Робот поднялся с места, и как всегда бесстрастно, заговорил:

— Как мой партнёр сообщил вам, Правитель Атлбиш, мы прибыли сюда с целью расследования убийства, совершённого на вашей планете. Очень существенно, чтобы мы преуспели в своей деятельности. Разумеется, мы нисколько не хотели нарушать какие-либо из ваших обычаев, и возможно, у нас и не возникнет необходимости встречаться лично с жителями Солярии, но хотелось бы, чтобы у нас имелось ваше полное одобрение всей нашей деятельности, включая и личные контакты, когда это будет неизбежно. Я получил инструкции от Правительства Авроры полностью поддерживать моего уважаемого коллегу с Земли и сделать все, чтобы довести дело до успешного конца. Что касается того, что нам придётся покинуть Солярию против своего желания, полагаю, это было бы более чем нежелательно, хотя мы крайне сожалеем, что наше пребывание здесь может затронуть чувства кого-нибудь из жителей вашей планеты.

Бейли слушал пространную витиеватую речь своего партнёра, внутренне усмехаясь. Для тех, кто знал, что Дэниел робот, было понятно, что его напыщенная речь была попыткой не затронуть чувств никого из людей, ни Бейли, ни Атлбиша. Для тех же, кто воспринимал Дэниела, как представителя милитаризованной планеты Аврора, его речь звучала как завуалированная вежливой формой серия прямых угроз.

Атлбиш кончиками пальцев прикоснулся ко лбу.

— Я должен подумать, — наконец вымолвил он.

— Только не слишком долго, — резко сказал Бейли, — в течение ближайших часов мне предстоит совершить несколько визитов, и не телеконтактов, а настоящих визитов. А пока… прервать контакт! — обратился Бейли к роботу и откинулся на спинку кресла.

Самые разнообразные чувства бушевали у него в груди. Всё, что произошло, не было им запланировано. Какой-то импульс толкнул его на неслыханную смелость, импульс, отчасти вызванный поведение Атлбиша, а отчасти рождённый его памятным сном. Сейчас, когда всё было позади, он испытывал одновременно и удивление, и чувство гордости. Ну и задал он великолепному солярианину! Как бы хотелось ему, чтобы кто-нибудь из землян слышал, как он отчитывал гордого космонита. Атлбиш выглядел таким типичным космонитом! «Тем лучше, — думал Бейли, — он получил то, что заслужил. Тем лучше.»

Одна мысль не давала Бейли покоя. Почему он проявил такое рвение в вопросах личной встречи с обитателями Солярии? Он не вполне понимал себя. Конечно, такая возможность сильно облегчила бы его работу, это так. Но… Данный вопрос чересчур задевал его за живое. Когда он говорил на эту тему, ему казалось, что он готов сделать все, даже уничтожить стены своего дома. Но почему? Что-то в нём поднималось, не связанное ни с какими очевидными соображениями, даже с вопросом безопасности Земли. Но что? Он снова и снова припоминал свой диковинный сон… солнце, солнце, ярко светившее солнце, проникавшее сквозь все слои вглубь залёгшего под почвой царства Земли.

Дэниел сказал задумчиво (насколько его голос мог выразить какие-то сходные с человеческими эмоции):

— Хотелось бы мне знать, партнёр Илайдж, достаточно ли безопасно ваше поведение?

— Вы имеете в виду, что опасно блефовать с этим типом? Но ведь получилось удачно, а? Кроме того, то, что я говорил, не вполне блеф. Аврора действительно интересуется тем, что происходит на Солярии. Поэтому вы — здесь. Кстати, благодарю, что вы не поймали меня на некоторой неточности.

— Совершенно естественное решение с моей стороны. Промолчать — означало причинить некоторое незначительное и косвенное неудобство Правителю Атлбишу. Уличить вас во лжи означало бы причинить вам весьма значительный и непосредственный вред.

— Потенциалы сравнили, и больший выиграл? Не так ли, Дэниел?

— Именно так, партнёр Илайдж. Полагаю, приблизительно то же самое, хотя и не в столь определённой форме, происходит и в человеческом мозгу. Однако, повторяю, ваше новое намерение не вполне безопасно.

— О каком новом намерении вы говорите?

— Я не одобряю вашего решения лично видеться с людьми. Предпочёл бы для вас телеконтакты.

— Понимаю. Но я не нуждаюсь в вашем одобрении, Дэниел.

— Но у меня имеются инструкции, партнёр Илайдж. Я не в курсе того, что именно сообщил вам Правитель Груэр вчера во время моего отсутствия. Но догадываюсь, что он сообщил вам нечто весьма важное, нечто, заставившее изменить ваше отношение к проблеме в целом. На основании имеющейся у меня информации я могу предположить, что слова Правителя Груэра касались общей ситуации на Солярии. По-видимому, на Солярии возник заговор, представляющий опасность для всех остальных миров.

Бейли невольно потянулся к карману, где у него обычно лежала трубка, но отдёрнул руку. Отсутствие трубки неизменно вызывало у него чувство раздражения.

— На Солярии проживает всего двадцать тысяч человек, — осторожно заметил он, — какую опасность могут они представлять для других миров?

— У моих господ на Авроре, — сказал Дэниел, — имеются какие-то опасения по поводу событий, происходящих на Солярии. Однако они не передали мне всей информации, которой располагают…

— И то немногое, что вам известно, вы не должны сообщать мне, не так ли? — прервал его Бейли.

— Многое подлежит выяснению до того, как я смогу открыто обсуждать это дело с вами, — уклончиво ответил робот.

— Но что же соляриане могут сделать? — воскликнул Бейли. — Изобрести новое смертоносное оружие? Сомнительно, чтобы это могли сделать на мирной, малонаселённой планете. Что в состоянии предпринять двадцать тысяч против многих миллионов обитателей других Внешних Миров? И зачем им это?

Дэниел молчал.

— Ну, ладно, не хотите говорить — не надо. Но будь я трижды проклят, если я сам не сумею докопаться до корня вопроса.

— Безусловно, партнёр Илайдж. Это наша общая цель. Но личные контакты я считаю опасными для вас. Мне даны строжайшие инструкции обеспечить вашу личную безопасность.

— Естественно. Первый Закон роботехники.

— Нет, значительно больше, чем гласит Первый Закон. В конфликте между вашей безопасностью и безопасностью любого другого человеческого существа я, не колеблясь, должен думать только о вас.

— Конечно, я все понимаю. Я здесь по приглашению правительства Солярии. Пока я жив, мы можем совместно употребить все наше влияние и делать наше общее дело. Если я погибну, тогда ситуация изменится. У вас не будет предлога оставаться на Солярии, во всяком случае без серьёзных осложнений, к которым ваша Аврора пока, видимо, не готова. Поэтому вам предписано оберегать меня от всех существующих и несуществующих опасностей. Не так ли, Дэниел?

— Я не имею права обсуждать мотивы данных мне инструкций, — ответил Дэниел.

— Ну ладно, не беспокойтесь. Если мне даже придётся нанести кому-либо личный визит, со мной ничего дурного не случится. Открытое пространство не убьёт меня. Я должен привыкать к нему, и я привыкну, ручаюсь.

— Дело не только в открытом пространстве, партнёр Илайдж, — упрямо возразил Дэниел. — Мои господа с Авроры решительно не одобрили бы ваших личных контактов с солярианами.

— Они опасаются, что солярианам не понравится мой запах? Ну, что ж, придётся им заткнуть носы фильтрами, надеть перчатки, дезинфицировать воздух, вообще делать всё, что угодно. Если их высокоэстетическое чувство будет шокировано зрелищем простого человека с Земли, человека из плоти и крови, ну, что ж, пусть фыркают, морщатся, негодуют, но тем не менее я намерен поступать так и только так.

— Я не могу разрешить вам этого, партнёр Илайдж, — невозмутимо заявил робот.

— Что? Вы не разрешите поступать мне по моему усмотрению? — гневно воскликнул Бейли.

— Вы, разумеется, понимаете мои мотивы, партнёр Илайдж?

— Чёрт бы вас побрал вместе с вашими мотивами и опасениями причинить неприятность человеку!

— Обратите внимание, партнёр Илайдж, — бесстрастно продолжал робот, — кто является центральной фигурой на Солярии, заинтересованной в расследовании убийства? Правитель Груэр. Его и пытались убить. Кто, по-вашему, может быть следующей жертвой? Безусловно, вы. Опасность неизмеримо возрастает, если вы будете разъезжать с места на место и встречаться с разными людьми. Как же я могу допустить, чтобы вы покинули безопасное убежище, каким является наш дом?

— Нет, а каким образом, интересно знать, вы собираетесь удержать меня, Дэниел? — иронически промолвил детектив.

— Силой, если понадобится, партнёр Илайдж, — спокойно ответил робот, — даже если при этом я вынужден буду причинить вам неприятность. Ибо, если я не сделаю этого, вас непременно убьют.

Загрузка...