Глава 2

Сопровождавшие меня визоры остались за плотно закрытыми дверьми, но позволить себе проявить эмоции я не могла. Пусть меня больше и не лицезрела широкая общественность, но оставались двое стражников и ожидавшая в коридоре женщина в длиннополой монашеской рясе. Терять при них лицо я просто не имела права.

Поклонившись, служительница храма предложила следовать за ней. Достаточно быстро мы миновали коридор и поднялись по крутой винтовой лестнице на три пролета. Затем пересекли залитую солнцем галерею, которая, судя по виду из окна, вела в соседствующее с главным храмом здание.

Скорее всего, в обычное время это был жилой корпус. Во всяком случае длинный широкий коридор и цепочки однообразных дверей по обеим его сторонам навевали подобные ассоциации. Правда, перед шестью ближайшими из них стояли стражники.

«Избранниц в невесты как раз шестеро, – мелькнула догадка. – А я седьмая».

Предположение полностью подтвердилось, когда моя провожатая остановилась у следующей же за последними стражниками двери и, выудив из кармана связку ключей, отперла замок.

– Здесь вы будете ожидать окончания церемонии, – сообщила она, пропуская меня внутрь.

Небольшая келья больше напоминала карцер. Каменный мешок без окон освещался единственным потолочным светильником. У одной из стен стояла простая, аккуратно заправленная кровать. Рядом – тумбочка и стул. Чуть в отдалении виднелась крохотная дверца, видимо, в уборную, а больше здесь не помещалось ничего.

Н-да, странные апартаменты для императорских невест. Больше похоже на клетку или тюрьму.

Однако выказывать удивление и возмущение я, разумеется, не стала. Может, подобная мера была предпринята ради нашей же безопасности. Или являлась какой-то проверкой на такое полезное качество, как смирение.

В любом случае проявить недовольство сейчас – большая ошибка, а ошибок я допускать не имею права. Домой, конечно, вернуться хочется, но не с позором. Одно дело достойно проиграть конкурентке, и совсем другое – продемонстрировать собственную несдержанность.

– Покидать келью нельзя. За вами придут, как только закончится первый отбор, – сообщила служительница. – За дверью будет находиться охрана.

Бабушка всегда учила меня в любой ситуации держать лицо. И раз уж на мою долю выпало подобное испытание, необходимо пройти его достойно наследницы рода. Поэтому, несмотря на внутреннее раздражение, я вежливо улыбнулась и кивнула:

– Хорошо, я поняла.

После чего последовал новый поклон, и меня все-таки оставили одну.

Атмосфера в келье давила, а отсутствие хотя бы небольшого окошка угнетало. Очень хотелось хоть ненадолго выйти и подышать, но поддаваться унынию я себе запретила. И, присев на краешек кровати, приготовилась ждать окончания церемонии.

В келье, несмотря на отсутствие экрана, голос освещавшей события дикторши слышно было прекрасно. Так что представление о происходящем я имела.

– А вот и графиня де Гартрин! Ее семья всегда была приближена к императорскому двору, и юная леди надеялась на благодать богини. Но, увы. Арка осталась нема к заслугам этого рода, и графиня отправляется домой! А теперь удачу испытывает виконтесса Малеран…

Череда проходящих сквозь арку девушек, казалось, была бесконечной. Не прошло и получаса, как я окончательно перестала вслушиваться в их титулы и имена. Утомленное ожиданием сознание лишь в редкие моменты выплывало из какого-то транса, когда раздавались фанфары в честь очередной претендентки, осененной благодатью богини.

Счастливиц расхваливали со всех сторон и желали им удачи в дальнейших испытаниях.

Я к этим пожеланиям присоединялась со всей искренностью. Пусть всем им улыбнется удача, и это позволит мне быстрее вернуться домой. Потому что я не имею права оставить род без наследницы. А если выбор императора падет на меня…

Арка отчетливо подтвердила то, чего так боялась бабушка: индарийские гены возьмут верх. Принцу Дамиану я смогу родить только мальчика.

Мальчика! От одной мысли о мальчике по коже пробегали испуганные мурашки. Ох, может, права была бабушка, возражая против моего участия в этой церемонии? В конце концов, и с ограничениями на торговлю можно жить, а без наследницы…

Нет, нельзя об этом думать.

Я резко выдохнула и мотнула головой. Впереди достаточно испытаний, чтобы какое-то из них не пройти. Ведь если не стараться – победить невозможно, верно?

А отбор все продолжался. Казалось, что время уподобилось смоле – стало таким же липким и тягучим. Все чаще и чаще я поглядывала на браслет с часами, но лишь когда стрелка достигла отметки в семь часов вечера, прозвучало вожделенное объявление:

– И вот дорогие дамы и господа через арку прошла последняя претендентка, которая, как это ни печально, тоже отправляется домой.

По поводу дома я с диктором была абсолютно не согласна, и с удовольствием уступила бы той девушке свое место. Но – увы.

– Подводя итоги, хочется отметить, что на этот отбор откликнулись абсолютно все приглашенные девушки, – продолжала торжественно вещать дикторша. – Однако из двух тысяч кандидаток продолжат проходить испытания лишь двадцать три счастливицы. И на этой приятной ноте мы сделаем небольшой перерыв в трансляции. Уважаемые зрители, ждем вас у экранов после перерыва на рекламу. Нас ждет еще много интересного!

Стоило трансляции прерваться, как дверь моей кельи без стука распахнулась, и на пороге появилась очередная служительница храма. Девушка держала в руках поднос, на котором возвышался графин с водой и тарелка овощного рагу.

Несмотря на то что монастырский ужин выглядел скудно, я осознала насколько проголодалась. Ведь не ела-то с самого утра! И как только поднос был водружен на тумбочку, а девушка исчезла за закрытой дверью, я тотчас приступила к еде.

Обманчиво простое блюдо неожиданно оказалось вкусным и питательным. Под конец я даже почувствовала легкий прилив бодрости – похоже, в еду были добавлены какие-то тонизирующие специи. А едва я закончила с ужином, как служительница появилась вновь.

Случайность? Вряд ли. Скорее всего, даже в кельях за нами следили.

«Значит, даже оставаясь в одиночестве необходимо себя контролировать», – сделала мысленную пометку я.

Девушка тем временем протянула мне небольшой сверток и сообщила:

– Для следующей церемонии вам необходимо переодеться. В келье необходимо оставить все ваши личные вещи, украшения и белье. Кроме этой сорочки на вас ничего быть не должно.

– А родовой перстень? – принимая вещь, с легким беспокойством уточнила я.

Кольцо на моей руке было с совершеннолетия, и расставаться с ним не хотелось. Тем более что оно являлось не просто украшением, но еще и некоторой гарантией моей безопасности.

– Перстень не является исключением, леди, – откликнулась служительница. – К тому же, пока вы находитесь в статусе невесты, вы не принадлежите роду. Каждая из невест с момента прохождения через арку является исключительной собственностью императора.

От подобной новости я аж дар речи потеряла. Чувствовать себя вещью, было не просто неприятно – возмутительно! Я – герцогиня! Мой род мог поспорить древностью даже с самими индарийцами! Но…

Но выбора не оставалось. Пришлось титаническим усилием удержать на лице спокойное выражение и ровно проговорить:

– Хорошо. – После чего я вдруг поняла, что под тонкой тканью не чувствую больше ничего. – А обувь?

– Обуви для прохождения этого испытания не предусмотрено.

– Погодите, – кажется, с таким трудом обретенный самоконтроль вновь пошатнулся. – Вы хотите, чтобы я шла босиком? По каменному полу? Неужели даже легких тапочек не полагается?

– Все делается только для вашей безопасности. Враги Короны изобретательны и даже в обуви могут спрятать какое-то оружие, – безэмоционально прозвучало в ответ. – Пожалуйста, переоденьтесь, леди. Как будете готовы, выходите. Я буду ждать вас снаружи.

Служительница вновь вышла.

«Что ж, остается надеяться, что император заготовил партию зелья от простуды», – мелькнула мысль, и я потянулась к застежкам платья.

Благо помощи, для того чтобы от него избавиться, мне не требовалось. Как говорила бабушка: «Хочешь быть хорошим правителем, будь самостоятельным даже в мелочах». Поэтому большая часть моей одежды, включая и это дорожное платье, была пошита с учетом возможности самостоятельного разоблачения.

Учитывая подозрения о том, что за мной, скорее всего, наблюдают, разделась быстро, и еще быстрее натянула тонкую белоснежную сорочку. А когда увидела результат, едва не сдержала обреченный стон.

И вот в этом, они хотят, чтобы я показалась на людях?! Да, сорочка была длинной, но приталенной, на тонких невесомых лямочках и… она была полупрозрачной!

Стыд-то какой! Даже перед стражниками и служительницей в таком показаться – стыд!

Да, под такую условную одежду точно ничего не спрячешь, но… но… они тут совсем на безопасности, похоже, свихнулись!

На этот раз, чтобы взять себя в руки, пришлось несколько раз глубоко вздохнуть. После чего медленно снять родовое кольцо, скользнуть на прощание пальцами по огранке бриллианта и с обреченностью смертника шагнуть к выходу.

Перешагнув порог, я вновь оказалась в окружении охраны и почувствовала, как запылали от смущения щеки. Ощущение собственной обнаженности так и норовило заставить меня зябко обхватить себя руками.

Но я не могла показать свою слабость, поэтому продолжала шагать босыми ногами по холодному полу и старалась не думать о том, что ждет дальше. В конце концов, я такая не одна. И эти постыдные минуты необходимо просто перетерпеть.

По счастью, идти пришлось недалеко – лишь подняться на пару пролетов вверх по лестнице. Открыв передо мной дверь, служительница посторонилась. Сама она, как и охрана, похоже, намеревались остаться за порогом.

Я же вошла в просторную круглую комнату, которая, судя по всему, находилась в одной из башен храмового комплекса. Свет заходящего солнца проникал из огромных панорамных окон и проходил сквозь тонкие сорочки находящихся в помещении шестерых простоволосых девушек. Благодаря этому сквозь ткань легко просматривались силуэты аристократок, что делало нас всех еще более обнаженными.

Девушки держались по отдельности и меня одарили лишь быстрыми взглядами. Почти все – одинаково бледные и, как я, смущенные собственным видом. Пожалуй, только Изабелла стояла спокойно и уверенно, словно на ней красовался праздничный наряд.

Отчего-то именно уверенность молодой графини заставила успокоиться и меня. В конце концов, ни отсутствие одежды, ни отсутствие родовых регалий не отнимает у меня того, кто я есть.

«Страх и неуверенность убивают разум, Ариана, – любила повторять бабушка. – Разум, который у каждой из рода де Арден в любой ситуации должен быть холоден и исполнен достоинства».

Походке как-то разом вернулась плавность, и, не желая жаться у стенки, я прошла в зал.

Одна за другой появлялись и остальные претендентки, окидывая друг друга быстрыми оценивающими взглядами. Я же, напротив, ни на кого старалась внимания не обращать. Какая разница, кто будет бороться за место императрицы, если мне оно не нужно?

А вот мою кандидатуру рассматривали пристально. Причем большая часть – с едва прикрытой неприязнью.

Когда же все невесты собрались, двери в зал снова распахнулись, впуская пожилого мужчину в дорогом камзоле и рыжеволосую даму лет сорока на вид, в пышном платье цвета спелой сливы. А вслед за ними в зал вошел архимаг Райан! И если присутствие старика и дамы мало смущало, то его высочество – очень даже! Ведь возрастом он был лишь на несколько лет старше своего брата – принца Дамиана!

– Леди, – тем временем взял слово старик. Его голос, несмотря на возраст, оказался уверенным и громким, полностью лишенным старческого дребезжания. – Меня зовут лорд Карриган де Ферсель, я третий советник его императорского величества по связям с общественностью. Сегодня мне выпала великая честь следить за проведением второго этапа отбора. Вы ведь понимаете, что будущая императрица должна продемонстрировать своему народу не только приятную улыбку, но и свою открытую и чистую душу. А также готовность отречься от своего дома и полностью посвятить себя императору и служению народу.

Я в который раз поняла, что надо было наплевать на желания тетки и послушаться бабушку. Ибо я хоть и готова была служить народу, но стоять в столь унизительном виде перед посторонними мужчинами – нет!

– Императорская сваха леди Далила расскажет вам о том, как будет проходить второй этап, – сообщил в конце своей пламенной речи советник и уступил место даме.

– Добрый вечер, юные леди, – поприветствовала, в свою очередь, та. – Сейчас вам необходимо выстроиться в ряд, после чего архимаг проверит вас на чистоту души и тела.

– К чему это? Если бы мы не были чисты, то не приехали бы на отбор, – пробормотала одна из девушек рядом со мной.

– Тогда вам не стоит опасаться проверки, – с легким снисхождением проговорила сваха. – Понимаю, что вы чувствуете неловкость, но будущая императрица обязана справляться со своими эмоциями. И пройти проверку на соответствие вам все-таки придется. Ничего не поделаешь, со всем уважением, но это непременное условие.

Больше возражений не последовало. Смирившись с неизбежным, мы послушно расположились, как требовалось.

Вслед за этим вдоль нашего ряда направился архимаг. Останавливаясь у каждой из невест, пристально рассматривал, после чего говорил:

– Она невинна. Аура чиста.

А на восьмой девушке, стоявшей рядом мной, случилось неожиданное. Скользнув по ней изучающим взглядом, архимаг вдруг нахмурился и объявил:

– Она не девственница.

Девушка испуганно вскрикнула и упала в обморок.

Ловить ее не стали. Лишь потом вызванный стражник вынес ее из зала.

Ну надо же!

– Как же так? – пробормотала сваха. – Мы ведь проверяли досье…

– Над ней поработал маг, – архимаг пожал плечами. – Но все же до конца стереть следы невозможно.

И подошел ко мне. Он был высок, длинные черные волосы небрежно перехвачены лентой. Прямой нос и точеная надменная линия губ выдавали королевскую кровь. Вот только лицо принца… точнее, с момента принятия должности архимага, лорда Райана, выглядело точно неживая маска. Архимаг смотрел на меня словно на породистую кобылу, и только. На миг его синие глаза потемнели, и я вдруг почувствовала себя полностью обнаженной. А затем, как в тумане, услышала его отстраненный голос:

– Она невинна. Аура чиста.

Мужчина отступил и подошел к следующей в очереди девушке, а я едва сдержала облегченный вздох. Исчезло давление посторонней силы и сразу стало спокойнее.

Больше непредвиденных неожиданностей не случилось. Пройдя с проверкой до конца ряда, архимаг сухо разрешил:

– Леди Далила, прошу, продолжайте.

Женщина растянула губы в улыбке и, в свою очередь, направилась вдоль ряда. Начала со стоящей первой Изабеллы и доверительным тоном, как самая добрая тетушка, спросила:

– Леди Изабелла, ответьте: вы действительно готовы посвятить себя нашему будущему императору?

– Да, – спокойно ответила фрейлина императрицы, чем заслужила одобрительный кивок от Далилы.

– Очень хорошо, – проворковала сваха и перешла к следующей невесте. – А вы, моя дорогая леди Сильвия, готовы?

Раз за разом она задавала один и тот же вопрос. И, получив различные по интонации и окраске положительные ответы, двигалась дальше. Я спокойно ждала, когда очередь вновь дойдет до меня. Вопроса не боялась: знала, что не совру, ибо у меня просто нет другого выбора. Я не имею право отступить и тем самым очернить свое имя.

– Леди Ариана, ваш род отказывался от прохождения отбора не единожды. Вы уверены, что действительно хотите посвятить себя нашему будущему императору?

– Да, уверена, – спокойно ответила я.

Но вместо одобрительного кивка получила настороженный взгляд.

– У вас очень хорошая ментальная защита, – проговорила сваха. – Я не могу понять, искренны ли вы. И хочу попросить лорда Райана это проверить.

Своим недоверием она меня разозлила, даже оскорбила. Но что я могла сделать? То же, что и остальные девушки до меня – только стерпеть. Вытерпеть очередное приближение архимага, его тяжелый взгляд и жаркую пытливую волну.

– Ваши сомнения напрасны, леди Далила, – он отвел глаза, и мне полегчало. – Леди Ариана говорила правду.

– Что ж, – сваха вновь мило улыбнулась, – в таком случае, примите мои извинения, герцогиня.

Надеюсь, моя ответная улыбка все же не походила на оскал. Это было бы неприлично.

А вот последней кандидатке тоже не повезло. Сваха заявила, что она в кого-то сильно влюблена, поэтому не сможет отдать всю себя императору.

После такого вердикта девушка вздрогнула, а ей буквально указали на дверь.

– Идите, милочка, жизнь на этом не заканчивается, – пропела сваха и обратилась уже к нам: – Остальных прошу пройти за архимагом для прохождения обряда верности.

«Еще один обряд?» – простонала я мысленно.

Ноги на каменном полу окончательно заледенели. За окнами уже сгущались сумерки. После напряженного дня хотелось получить хоть немного законного отдыха. Я даже на ту мелкую келью была согласна! Но – увы.

«Жаловаться – недостойно будущей императрицы!» – резюмировав все услышанное за сегодняшний вечер, констатировала я. Оставалось лишь надеяться на то, что новый обряд будет недолгим и на сегодня последним.

Развернувшись к лорду Райану, мы цепочкой последовали за ним. А за нашими спинами зазвучал голос лорда Карригана, видимо, активировавшего один из карманных визоров.

Судя по краткому пересказу всего, что случилось в этом помещении, он давал интервью. И, попутно, расписывал, как нехорошо поступили девушки, прибывшие на отбор с неподобающими мыслями и скрывающие собственную недевственность. Мол, надо было раньше думать и просто отказаться приезжать, мотивировав это все вескими причинами.

Я, как представительница рода, который дважды отказывался от отбора, знала – никакие причины не являлись уважительными для отказа. Все равно семьи этих девушек заклеймили бы позором и обвинили в отсутствии уважения к Короне.

– Оставшиеся претендентки, а их, напомню, двадцать одна, отправляются в нижний храмовый зал, где каждая даст клятву верности, – продолжал вещать лорд Карриган, а мы уже спускались по крутой витой лестнице.

Холодный камень неприятно обжигал кожу на ступнях, а гуляющий в башне ночной ветер заставлял ежиться. Но обуться и сменить одежду нам даже теперь не предлагали, так что приходилось продолжать терпеть.

«Весь этот отбор – одно большое издевательство», – мысленно констатировала я.


На этот раз нас привели в подземелье. Следом за архимагом мы вошли в просторный темный зал, в центре которого возвышался невысокий каменный постамент с небольшой хрустальной чашей. Замыкала наше шествие императорская сваха.

Подойдя к постаменту, лорд Райан положил рядом с чашей тонкий ритуальный кинжал.

– Сейчас вам необходимо по очереди окропить кровью чашу и произнести стандартную клятву верности, – равнодушно оповестили нас.

Первой, естественно, была Изабелла. Она уверенно подошла к постаменту и, протянув руку над чашей, резким движением рассекла кинжалом ладонь.

– Клянусь быть верной императору до конца своих дней, – отчеканила графиня, едва красные капли крови окрасили дно чаши.

В следующий миг ее руки коснулся архимаг, и рана моментально затянулась.

После Изабеллы потянулись и остальные. Не стала исключением и я, быстро сделав все необходимое и позволив залечить рану.

Когда же все клятвы были произнесены, а в чаше оказалась собрана наша кровь, лорд Райан подхватил ее и неожиданно начал произносить заклинание. Тягучее и, несмотря на то что я не понимала слов, явно грозное.

Когда нас коснулась шедшая от архимага волна жара, девушки вокруг начали встревоженно переглядываться.

– Сентентро!

С последним властным словом кровь в чаше на мгновение вспыхнула. А в следующий миг стоявшая рядом со мной виконтесса захрипела и, схватившись за горло, рухнула на пол!

Охнув, я перепуганно отшатнулась. Одновременно чуть поодаль раздались такие же вскрики, указывая, что там упала еще одна девушка. Не прошло и минуты, как их содрогающиеся в конвульсиях тела обмякли.

Умерли! Обе!

Я в ужасе перевела взгляд на архимага, но тот оставался абсолютно равнодушным, словно ничего не произошло.

– Надо же, в этот раз целых двое, – неожиданно коснулся моих ушей обеспокоенный голос свахи. – Враг настроен очень решительно, чтобы сорвать отбор.

– Мы что, могли умереть?! – взвизгнула одна из претенденток. – Почему нас не предупредили?!

Ее вопросы поддержал неровный хор испуганных и возмущенных голосов.

– Зачем? – холодно ответил вопросом на вопрос лорд Райан. – Для тех, кто верен императору, этот обряд безопасен. А неверных нет смысла предупреждать, их надо уничтожать.

Ответом ему было полное молчание. С железной логикой мужчины спорить было глупо.

– На сегодня все, – заключил архимаг и взмахнул рукой, создавая пылающее кольцо портала. – Это путь во дворец. Ваши вещи прибудут отдельно, после досмотра.

После пережитого стресса уверенности в претендентках поубавилось. Большинство нерешительно косились на Изабеллу, ожидая, что сделает она. И та не подвела – первая сделала прощальный книксен и шагнула в портал.

«Кажется, у нас появился негласный лидер», – мысленно констатировала я.

Впрочем, оно и неудивительно: Изабелла всю свою жизнь прожила во дворце. Кому, как не ей, знать все детали этого отбора?

Мы поспешно покинули жуткое подземелье и оказались в тускло освещенном беломраморном холле. Несколько тяжелых больших хрустальных люстр указывали на то, что свет в этом помещении обычно проблемой не является. А, значит, его притушили специально для нас.

Что ж, спасибо и на этом. В полумраке наши сорочки все ж почти не просвечивали. Это было вдвойне хорошо, ибо в холле нас уже ждали очередные стражники.

– Леди, сейчас вас проводят в личные апартаменты, – произнесла появившаяся из портала императорская сваха. – Располагайтесь, отдыхайте. Во дворце вы находитесь в абсолютной безопасности. И помните, с этого момента судьба каждой из вас, вне зависимости от выбора принца Дамиана, будет устроена наилучшим образом. Каждая из вас получила благословение богини Плодородия. Это значит, каждая из вас способна зачать наследника, сильного, выносливого представителя мужского пола. После окончания отбора оставшиеся кандидатки получат возможность выбирать из лучших мужчин нашей империи и продолжить их род.

«Н-да, действительно, великая честь», – мысленно хмыкнула я.

Впрочем, судя по сияющим лицам невест, это и впрямь так. Им-то просто нужна выгодная партия для брака. Это мне необходимо свой род продолжать, а не для чужого стараться.

Отбросив неуместные в данный момент мысли, я кивнула двум подошедшим стражникам и по их указанию направилась к широкой золоченой лестнице. Как бы там ни было, больше всего мне сейчас хотелось забраться в постель, согреться и хоть немного поспать.


Когда транслируемые визором службы безопасности девушки направились к лестнице, принц Дамиан устало откинулся в кресле и помассировал виски.

Перед ним на заваленном бумагами столе личный секретарь только что расположил девятнадцать папок с личными делами претенденток… точнее, его невест.

– Что ж, похоже, на сегодня все, – констатировал советник тайной службы лорд Тарион, перебирая худыми крючковатыми пальцами несколько листков с пометками.

Его вытянутое лицо выражало крайнюю степень сосредоточенности, а и без того тонкие губы то и дело сжимались.

– Мои ребята проинструктированы и проводят каждую из девушек в подготовленные апартаменты, – громыхнул глава императорской службы безопасности генерал Зайгон.

Будучи полной противоположностью советнику, высокий широкоплечий генерал и записями себя не утруждал. Его заботой было отслеживать действия, а не копаться в чужих характерах.

Дамиан удовлетворенно кивнул, а в следующее мгновение в кабинет вошли императорская сваха и его старший брат Райан.

– Вещи девушек доставят через час, – сообщил архимаг.

– К досмотру все готово. Мои люди оснащены необходимыми артефактами и указаниями, – откликнулся генерал.

– И зачем это все? – принц поморщился. – В конце концов, я ведь уже сделал выбор. Еще вчера я активировал арку, мы проверили, она подходит. Так что этот отбор – пустая формальность.

– Традиция, – напомнила сваха.

– Пф-ф, давно бы отменили.

– К тому же ваша избранница не прошла всех испытаний.

– Прошла бы в частном порядке. Я более чем уверен, осечек у нее не будет.

– Ваше высочество, это невозможно, – вкрадчиво произнесла сваха. – Народ должен узнать будущую императрицу, привыкнуть к ней, увидеть, что выбрана действительно лучшая из лучших.

Дамиан застонал и посмотрел на брата.

– И почему я не на твоем месте?

На губах казалось бы ледяного архимага проскользнула сочувственная улыбка. Вопрос был риторическим и не требовал ответа. Каждый понимал, что от своего призвания и своих обязанностей отказаться не сможет.

Повисшее на мгновение молчание прервал очередной отчет, пришедший тайному советнику, и его доклад:

– Тела предательниц отправили в морг тайной службы. Их семьи взяты под арест и будут допрошены. Разумеется, как и в отборы прошлых лет, мы не стали подвергать огласке смерть претенденток. Просто сообщили пресс-службе о том, что один из этапов девушки не прошли.

– Хорошо, – задумчиво проговорил принц.

– Я бы так не сказал, – не согласился с братом Райан. – На отбор смогли проникнуть целых две предательницы. Это чересчур много.

– Как вообще нашварцам подобное удалось? – пробормотал Дамиан. – Благословление богини получают единицы! А тут…

– Эти девушки из семей, матери и бабки которых проходили отбор в прошлые разы, – хмуро пояснил лорд Тарион, скользнув взглядом по своим пометкам. – Видимо, нашварцы предполагали, что гены могут проявиться вновь.

– Пожалуй, усилю охрану дворца и систему наблюдения, – решил генерал. – Нужно исключить любые попытки переманить и завербовать прибывших девушек.

– Разве среди невест есть нелояльные? – Дамиан нахмурился. – Кто?

Тайный советник и императорская сваха быстро переглянулись, а затем лорд Тарион уверенно указал на фотографию изящной блондинки с точеными, чуть надменными чертами лица и выразительными голубыми глазами.

– Мы имеем некоторые основания подозревать леди Ариану из рода де Арден.

– Тем более у нее очень сильный ментальный щит, который мешает считывать эмоции, – добавила сваха. – Конечно, сейчас упрекнуть девушку не в чем, но учитывая ее род…

Лицо принца Дамиана вмиг заострилось.

– Подробнее, – отрывисто приказал он.

– Де Арден – очень древняя фамилия с королевской кровью, – произнес тайный советник. – Одна из последних, согласившихся подчиниться империи. Все наследование у них идет по женской линии. Причем сразу при рождении, если дочь проходит соответствие на признаки и магию рода, она получает герцогский титул. Это показывает ее равные права на владение и управление. Однако если рождается сын – ему не достается ничего. Более того, рождение мужчин у де Арден считается позором. По этой причине они уже дважды отказывались от приглашений на императорский отбор невест.

– Дважды отказывались? – Дамиан недоуменно хмыкнул. – Интересно, почему согласились теперь?

– Поумнели, возможно. Поняли, что в изоляции не прожить.

– Сложно назвать принадлежащие им обширные земли изоляцией. Вполне вероятно, что она предатель и скрывает истинные мотивы за ментальным щитом, – вновь указала на особенность девушки сваха.

Принц удивленно вскинул брови и перевел взгляд на брата:

– Рай, она может тебе солгать?

– Нет, – тот отрицательно качнул головой. – По крайней мере на испытании полностью закрыться от меня она не смогла. Впрочем, ее ментальный щит и впрямь интересен. При возможности постараюсь изучить его получше.

– Так, может, просто исключим ее из отбора? Зачем нам во дворце потенциальная угроза? Поблагодарим за участие, сошлемся на ценность леди для ее рода и отправим домой, – предложил генерал.

– Нельзя, – твердо заявила сваха. – Озвученное вами предложение не является веской причиной. Подобное вызовет слишком много вопросов и пересудов. Лучше всего будет, если леди Ариана просто не пройдет какое-то испытание.

– Ладно, значит, пока что ее оставляем, – утвердил Дамиан. – Проверяйте вещи претенденток. И держите де Арден под особым контролем.

– Приставим к ней лучших соглядатаев, – заверил тайный советник. – Я лично этим займусь.

– Вот и хорошо. – Принц удовлетворенно кивнул и поднялся из-за стола, показывая, что разговор окончен. – В таком случае всем продуктивной ночи. Лорд Тарион, генерал Зайгон, жду вас завтра с результатами.

Откланявшись, мужчины и императорская сваха вышли. Лишь Райан задержался на пороге и обеспокоенно уточнил:

– Ты в порядке? Тонизирующего не нужно?

– Нет, не надо Рай, спасибо, – Дамиан отрицательно качнул головой. – Физически я в норме. Это… на душе тяжело. Тяжело отпустить. Тем более твои иллюзии такие реальные, живые, и видеть их постоянно…

Принц не договорил и с тоской посмотрел в темное окно.

– Я вынужден держать их, – в голосе архимага послышалась горечь.

– Знаю.

– Иди спать, Дамиан. Это лучшее, что ты сейчас для себя можешь сделать.

Пара мгновений, тяжелый кивок, и его высочество исчез в полыхнувшем портале.

Загрузка...