Глава 6

– Сержант, вызови техподдержку, у нас что-то с табло, – капитан, откинувшись в кресле, смотрел сериал, запивая свежие пончики хорошим кофе. Бешено скачущие цифры под конец рабочей смены и постоянные перемещения рейтингов отвлекали его от спокойной картинки на проекторе.

– Слушаюсь, сэр!


Спустя десять минут

– Эм, сэр, – в дверь начальства заглянул очень смущённый подчинённый, – техники сказали, что всё исправно, данные напрямую поступают из разных приёмных пунктов Луисвиля, которые очень быстро заполняются задержанными.

– В смысле? – капитан отставил кружку в сторону и посмотрел на табло, где было указано, что патрульная машина 9876 сдала в автоматизированный пункт приёма тюрьмы Луисвиль уже более пятисот преступников, и цифра всё продолжала расти.

– Кто у нас такой бойкий на 9876? – поинтересовался он, но сержант не успел ответить, поскольку два имени на первом месте дневного рейтинга были ему слишком хорошо знакомы, к тому же они же сейчас бойко взлетали по табло недельного.

– Твою же мать! – выругался он, возвращаясь за стол. Хренов киборг оказался слишком хорош. Что могло пойти не так, отчего вечером при разводе он вынужден будет хвалить их перед строем за проделанную работу? С этим стоило разобраться, такого он не планировал, назначая надоевшую выскочку из богатой семейки и непонятного киборга, которого спустили свыше, на самостоятельное патрулирование.

***

Утром следующего дня я стоял в строю рядом со своей напарницей, а хмурый и недовольный капитан зачитывал новые правила расчёта личного рейтинга полицейских. С сегодняшнего дня в зачёт не входят преступники с нелегальным оружием. Задерживать и сдавать их можно, но единица рейтинга будет равняться только ста сданным преступникам. Вопросов из строя о том, почему это произошло, не было. Поскольку личный рейтинг патрульного Джонсон красноречиво говорил сам за себя, мало того что мы вчера с ней сделали недельную норму вообще всего полицейского департамента этого района, так ещё с последнего места, где она обычно находилась, Кейси поднялась на десятое, сразу попав в список тех, кому положено внеочередное повышение. Этим фактом многие были недовольны, по понятным причинам. Люди месяцами пахали, чтобы туда попасть, а тут один день – и рейтинг по факту у стажёра вырос до значений опытных полицейских.

Получив задание на патрулирование, мы спустились на парковку и заняли свободную машину. Девушка выглядела задумчивой.

– Кейси?

– А, что?! – она закрутила головой по сторонам.

– Всё хорошо? Ты сегодня с самого утра несобранная.

– Да просто я начинаю думать, Ник, что, может, и правда не стоит осуществлять свои мечты? – она грустно покачала головой. – Если вчера меня попросту не замечали, то сегодня я стала объектом ненависти для многих в подразделении, хотя всё, что мы вчера сделали, – это просто выполнили свою работу.

– Прекрати, – тут же не согласился я, – ты сама мне вчера рассказывала, как долго к этому шла! Сколько трудностей преодолела и чего тебе стоило отстоять у родителей самостоятельность. Бросать сейчас мечту, когда до её осуществления осталось сделать один шаг, – преступление! Да ты сама об этом пожалеешь, я уверен в этом!

– Думаешь? – с надеждой в голосе спросила она.

– Без всяких сомнений! – твёрдо заверил я её. – Текущая система рейтинга полицейских никак не отражает реальную работу по раскрытию преступлений или помощи гражданам, какие-то странные KPI, которые кто-то ввёл из эффективных менеджеров, и они не служат людям, а помогают пускать пыль в глаза начальству. Так что давай доведём ситуацию до абсурда, чтобы их пересмотрели.

Глаза девушки едва не вспыхнули от возбуждения.

– Я согласна! Спасибо, Ник!

Хмыкнув, я потрепал её по голове, как это частенько делал с Чи Хоном, когда хотел его подбодрить. Сработало это и сейчас. Девушка покраснела и смутилась.

– Отлично, какой тогда следующий важный KPI?

– Сдача нелегальных киборгов, роботов, протезов, а также выезды на тревожные вызовы от граждан.

– Ну, выезды – это долго и явно непродуктивно, так что займёмся нелегалом, – решил я, направляя машину по вчерашнему маршруту.

Девушка тяжело вздохнула.

Сюрпризом для обоих оказалось, что возле въезда в Эбертон нас ждала патрульная машина нашего департамента, но из другого района. Едва мы подъехали ближе, как я тут же понял, кто это.

– Ник! – стоило выйти, как передо мной закрутилась Седьмая, показывая себя со всех сторон.

– Смотри, какая у меня крутая форма! Правда, мне идёт темно-синее?! Ник?!

– Очень, прямо подходит к твоим глазам, – согласился я, хотя цвет глаз она так же, как и я, могла менять по своему желанию, и в данный момент они были зелёными. Но почему бы не добавить капельку лести?

– Да?! Не обманываешь?! Круто! – она была как довольный ребёнок, которому дали новую игрушку, а с её возможностями становилось немного жаль гетто. Поскольку я понял по её словам, что она так впечатлилась нашими с напарницей вчерашними результатами, что сегодня уговорила напарника составить нам компанию. И неудивительно, внутрирайонный рейтинг департамента также скакал как бешеный от количества сданных нами преступников. По её энтузиазму было понятно, что особо ни моё мнение, ни мнение флегматичного полицейского, с которым мы кратко поздоровались, особо в расчёт не бралось.

«Бедный Эбертон», – почему-то подумалось мне, когда две полицейским машины со включенными сиренами и проблесковыми маячками въехали в самый криминальный район города.

***

– Это моё! – чаще всего с этим возгласом под крики боли Элисс на живую вырезала или выламывала запрещёнку прямо из тел людей, поскольку, обладая специальным модулем, могла с лёгкостью взламывать и подключаться к чужим системам или протезам, чем вовсю пользовалась, когда мы посещали бары, бордели или легальные наркопритоны. Не слушая объяснений или жалоб, она просто сбивала человека с ног, забирала у него протез и просто оставляла лежащие в крови и, после столь варварской операции, чаще всего в собственных испражнениях тела.

Видя, что такое патрулирование идёт больше ей в зачёт, чем нам, я сказал, что либо делим всю добычу пятьдесят на пятьдесят, либо мы с Кейси уезжаем. Подумав и вспомнив, скольких мне пришлось убить или оглушить, прежде чем она доберётся до своих вожделенных протезов, Седьмая нехотя согласилась, но сказала, что будем делить шестьдесят на сорок и никак иначе, я с радостью согласился, поскольку, кроме как охранять двух полицейских и успокаивать бандитов, чаще всего летально, возмущавшихся варварским вторжением полиции в их район, мне особо и делать-то ничего не нужно было. Основную работу по изъятию протезов, киборгов и роботов без серийных номеров или со взломанным ПО делала Седьмая, не забывая при этом моментально клепать отчёты в полицейский департамент.

***

На следующее утро капитан стоял на разводе с красными от недосыпа глазами, небритый и во вчерашней, уже слегка мятой одежде. Держа перед глазами список, он зачитывал новые изменения рейтинга, отныне сдача протезов, киборгов и остального нелегала также изменяет рейтинг один к сотне, не меньше. Вот только сегодня из строя послышалось множество недовольных возгласов других полицейских, а на нас с Кейси никто больше не смотрел со злостью, люди поняли, что система, которую им годами преподносили как идеальную, оказалась малорабочей, если возвести её в абсолют. Имена патрульной Джонсон и моё в топе рейтинга нашего района красноречиво об этом говорили. Капитан злился, брызгал слюной, но под общественным давлением не смог устоять и пообещал запросить департамент и руководство Корпорации о смене нормативов или их пересмотре.

Когда мы выходили на парковку, с Кейси поздоровались и пожелали спокойной работы три других простых патрульных. Девушка только что не сияла, как реклама небоскрёба, когда села в машину.

– Ну-с, мадмуазель, – улыбнулся я её восторгам, – что у нас там дальше по списку?

– Следующий важный KPI – выезд на вызовы граждан, – она слегка приуныла, – за остальные нет таких больших повышающих коэффициентов, как за них, прошлые высокие пункты, как ты знаешь, убрали из рейтинга.

– Хм, – я задумался, – нам ведь неважно, было ли само преступление или нет, важен сам факт вызова?

– Не знаю, – она немного стушевалась, – нужно глянуть в правилах.

– Я уже посмотрел, – остановил я девушку, когда она полезла в планшет, – если дословно, то звучит это так: «Звонок от любого гражданина, который прошёл по номеру 911 и которому был присвоен собственный ID».

– Но этих вызовов в благополучных районах очень мало, – нахмурилась она, – в большинстве закрытых жилых комплексов собственная охрана, а из гетто, как правило, нас никто не вызывает, они привыкли решать проблемы своими силами или пользоваться покровительством банд.

– Ладно, на месте придумаем, – решил я, направляя машину к многострадальному Эбертону и ничуть не сомневаясь, что возле ворот встречу вторую машину с чрезвычайно довольной Седьмой. В их участке за дневной рейтинг давали какой-то переходящий голографический вымпел «лучший патрульный», который она мне вчера поздно ночью и продемонстрировала, заявив, что и сегодня хочет оставить его за их парой.

***

На въезде нас ждал десяток машин, на крыше которых виднелось даже тяжелое вооружение. Они перекрыли въезд в квартал и явно ждали нас, поскольку мы вот уже три дня приезжали сюда в одно и то же время.

– О-о-о, запрещённые военные пушки и пулемёты! – в кабине раздался счастливый и возбуждённый голос Седьмой, которая говорила с нами по рации. – Ник, это куча рейтинга, за сданное вооружение военных начисляются бонусы и деньги!

– Элисс, вас не смущает, что они направлены на нас? – раздался голос её флегматичного напарника. – Боюсь, броня полицейских автомобилей не рассчитана под такой калибр.

– Ой, да пофигу. Ник, поддержишь?

– Да, выхожу.

– Кейси, что бы ни происходило, не выходи из машины, – предупредил я напарницу, – меня могут произвести заново, а ты, если забыла, всего лишь хрупкий человек с единственной жизнью!

– Хорошо, Ник, – она покивала, хотя порывалась выйти следом. Пришлось её осадить.

Я объединился с Седьмой, и, активировав мечи, мы отправились к автомобильной баррикаде. Из нескольких машин вылезли четыре человека и направились к нам. Подойдя ближе, я заметил, что оружия никого у них не было, так что пришлось деактивировать меч и убрать пистолет-пулемёт в спинной держатель. Недовольной Седьмой, которая хотела уже крушить налево и направо, я напомнил, что мы всё же на службе полиции и должны подчиняться установленным правилам, так что, если граждане безоружны и не представляют угрозы, нельзя их просто так убивать. Она нехотя согласилась.

Наш диалог было прекрасно слышно сильно кибернизированным людям, которые подошли ближе. Они полюбовались на то, как я уговариваю Седьмую никого пока не убивать, и переглянулись.

– Вы точно полицейские? – пробасил один из них с глазным имплантом и позолоченным ручным протезом.

– Слышь, дылда, – мгновенно завелась Элисс, которая весьма ревностно относилась к своему новому статусу и форме, – видишь машину? Значок? Написано, департамент полиции! Тебе глаз вырвать и в жопу вставить, чтобы он оттуда всё лучше рассмотрел?

Огромный мужик от такого хамства побагровел и сделал шаг вперёд, хилая с виду девушка тоже подалась навстречу и упёрлась носом ему в грудь. Он, наверно, думал, что легко спихнёт её с дороги, вот только веса в ней было явно больше, чем в нём, даже с учётом протезов.

Он, как, впрочем, и остальные, это быстро поняли.

– Господа! – один из них поднял руки в примирительном жесте и, наткнувшись на злобный взгляд Седьмой, тут же поправился. – И дамы, конечно же, прошу прощения. Давайте просто поговорим!

Набыченный мужик и фыркнувшая Элисс отошли друг от друга, так что тот продолжил.

– Я могу только догадываться, но, похоже, вы временные офицеры, это так? Раньше в нашем районе не было патрульных, а последние два дня все только и говорят о… хм, как бы это помягче сказать… не совсем обычных полицейских, с их не совсем привычными для нас методами работы.

– Да, мы ненадолго в департаменте, – не стал отрицать я, – но наше руководство просто попросило хорошо себя зарекомендовать.

– Хм, – он прищурился, а трое других напряглись, – если вы временно на этой работе, может быть, мы можем как-то договориться, чтобы и ваша работа выполнялась, и наши люди при это не сильно страдали?

– Змей, да что с ними говорить, – попытался перебить его новый участник, – их всего двое, те двое в машинах вообще не в счёт.

– Амбал, если хочешь, с лёгкостью уступлю роль переговорщика тебе, только потом будешь ответственным за разрушения и компенсации семьям погибших. Договорились?

Его собеседник замялся, за что был тут же словесно наказан.

– А если нет, тогда заткнись и дай мне договорить!

Тот, кого назвали Змей, обернулся к нам и извинился за этот небольшой досадный инцидент, повторив вопрос.

– В принципе, я не против. – Обдумав предложение со всех сторон, я повернулся к Элисс. – Что скажешь?

– Мне всё равно, главное – рейтинг! – она с вожделением посмотрела на одну установку на ближайшей к нам машине.

Все четверо снова напряглись.

– Видите ли, уважаемые, – вежливость – наше всё, решил я, поскольку они говорили с нами крайне корректно, – у полицейских есть крайне смешная система оценки эффективности, так что, чтобы стать лучшими, мы должны следовать этим правилам. Позавчера это было нелегальное оружие, вчера нелегальная техника.

– А сегодня? – осторожно поинтересовался собеседник.

– Сегодня, – улыбнулся я, – нам нужно, чтобы вы массово звонили в полицейский департамент и оставляли вызовы, указав наши две машины, их номера вы видите на дверях.

– Всего-то? – крайне удивились все четверо, переглянувшись.

– Не наши правила, не нам их менять, – я пожал плечами, – ну, и в качестве жеста доброй воли, отдайте, пожалуйста, вон ту тридцатимиллиметровую автоматическую установку, моей напарнице она очень сильно приглянулась.

Они проследили взглядами за моим жестом и попросили дать им время подумать.

Надо отдать им должное, размышляли они недолго, вернувшись всего через пять минут.

– У нас с коллегами только один вопрос, а если эти ваши рейтинги потребуют чего-то другого, кроме обычных звонков? Вы можете сначала предупредить нас об этом, а только потом приниматься за работу? – поинтересовался Змей.

– Вот мой ID, – я озвучил вслух номер резервного модуля связи, – если дадите свой, я обязательно с вами свяжусь. Я вижу, что вы сознательные граждане, готовые к конструктивному диалогу.

– Да, запишите мой, – он кивнул и сказал свой номер. – Тогда мы договорились? Сегодня вы получите массу вызовов из нашего района, пушку, но, в свою очередь, сначала согласуете с нами ваши показатели эффективности работы в полицейском департаменте, когда соберетесь следующий раз патрулировать наш район?

– Я лично только за такое соглашение! – воодушевился я.

Все четверо протянули руки, и мы с Седьмой их пожали. Я постарался не заметить, как побелел и едва не упал на колени тот громила, который вначале встречи столкнулся с Элисс, а сейчас она с лёгкой улыбкой на лице пожимала его ладонь.

– Насчёт установки, к сожалению, её нельзя просто так демонтировать, у нас нет с собой кран-балки, – довольный Змей также это заметил, но проигнорировал небольшое недоразумение, – можем мы её прислать вам доставкой?

– А не, не беспокойтесь, – Седьмая отмахнулась от предложения и в два огромных прыжка добралась до крыши их автомобиля, затем с показной лёгкостью выломала из креплений артиллерийскую установку, взгромоздила её на плечо и, насвистывая весёлый мотивчик, понесла к своей машине.

– Джентльмены, хорошего дня, – поднёс я руку к козырьку своей полицейской фуражки и вежливо откланялся.

Загрузка...