Глава 6.


– Ну и морда у тебя подозрительно хитрая, – Кирилл уставился на Виктора, который приближался к их излюбленному столику в вип-зоне в клубе «Хамелеон».

Он посмотрел на друзей и на мгновение расстроился, понимая, что теперь их стало меньше. Марк пал под натиском брака и красавицы жены, которая вскоре должна была накинуть на него еще одну обязанность в виде младенца. Нет, Вик не был против детей, но лишь бы самому не становиться отцом. И не участвовать в жизни этих самых детей. Он надеялся, что ему удастся избежать этой участи, поэтому и выбирал для себя самодостаточных, состоявшихся в жизни женщин, которые искали в отношениях удовольствие, и никакого семейного быта. Тем более детей.

Никольский не был создан для роли отца и мужа.

– Тебе стоит присмотреться к самому себе, – ответил Виктор, усаживаясь напротив Боба и развалившегося рядом Кира.

– А что не так? – парень подобрался и склонился над столом. – Что я опять не так сделал? И так пляшу под твою дудку. Даже не могу с девицами погулять. Сам мне подружек выбираешь. Может еще свечку будешь держать?

Виктор скривился, а Роберт громко смеялся. Кирилл повернулся к Громову и недовольно на него уставился.

– Поддержал бы меня, – фыркнул блондин. – Он же и тебя терроризирует.

Боб покачал головой.

– Нет. Вик помогает мне вести дела. А вот твою задницу он действительно спасает от очередных неприятностей.

– Друзьями еще называетесь, – проворчал Кир. – Так что, по какому поводу мы тут собрались?

Он повернулся к Виктору, который уже оформлял заказ у официанта, возникшего около него через мгновение.

По привычке заказав виски со льдом, он отпустил парня и повернулся к Левину.

– А просто выпить нельзя?

Гонщик усмехнулся.

– Так-с, кто повезет его тушу домой? – теперь он обращался к Бобу.

Тот покачал головой и предложил сыграть в «Камень-ножницы-бумагу». Вот тебе и друзья. Победил Боб. Кирилл удрученно вздохнул и заказал стакан сока. Своего любимого, апельсинового. А Боб – темного пива.

– Расскажешь, что у тебя происходит? – Роберт внимательно посмотрел на Виктора, который наконец-то дождался своего заказа и теперь наслаждался напитком.

– Просто устал, – сказал он, игнорируя пытливые взгляды друзей.

Никольский не был готов поведать им о своих личных проблемах. О мыслях, которые уничтожали его спокойствие. И если раньше ему хватало проблем в бизнесе, начиная от бесконечной череды препятствий, с которыми он сталкивался, помогая Марку, а после, борясь с соблазном по имени Валерия, то с недавних пор его мысли были полны другой девушкой. И когда он успел дать слабину? Маргарита Некрасова. Черт, нет! Не так. Мара. Она просила ее называть этим именем, и теперь он смаковал эти четыре буквы, глотая виски и посылая ворчание друзей куда подальше.

– Все дело в бабе, – вдруг сказал Кирилл и пригубил стакан с соком.

Боб поперхнулся и уставился на гонщика. Чуть не подавился и Виктор, но удержался, лишь недовольно взглянув на друга.

– Откуда такие предположения? – поинтересовался Роберт, пока Вик стоически молчал и пытался сохранить хоть видимое спокойствие. Но внутри все бушевало.

Левин же пожал плечами.

– Да так всегда. Вспомни Марка, когда он с Лерой только начал встречаться. Помнишь, как он выглядел? Загадочно мрачный, недовольный, молчаливый. Да я могу так бесконечно перечислять, а в итоге вот как все вышло. Женился, ждут ребенка.

Боб согласно кивнул головой.

А вот Виктор не был готов, чтобы ему приписывали те же симптомы. Потому что он точно не испытывал к Маре чувств. Точнее, кое-что было. Она привлекла его внимание. Но он все списывал на свой воспалившийся от усталости мозг. Лишь галлюцинации. Стоит только напиться и выспаться. Тогда все пройдет.

– Так что мой друг, – Левин склонился к Бобу, похлопав того по плечу, – мы его теряем.

Гонщик кивнул в сторону Виктора.

– Может, заткнешься, – все же проворчал Вик, но получил в ответ средний палец.

Кирилл и Вероника были не просто двойняшки. Они даже жестикулировали одинаково. И портили жизнь также.

– Интересно, кто она? – протянул Роберт и повернулся к Кириллу, подмигивая.

Так, его друзья сговорились.

Левин пожал плечами.

– Даже не знаю, – отозвался он, а после хлопнул ладонью по столу так резко, что Никольский и Громов разом вздрогнули и уставились на хохочущего Кирилла.

– Я вспомнил, – улыбнулся он. – Мне тут птичка напела, что у нашего друга появилась помощница.

– Птичка по имени Ника? – поинтересовался Никольский, допивая порцию виски, которое уже не обжигало горло.

Кир довольно закивал головой. Надо же! Ника совсем не умела держать язык за зубами. Странно, что не рассказала тому про Мару всю подноготную. Да и сам Кир уже видел его помощницу, в тот самый день собеседования. Именно он первым обратил внимание на ее ржавый пикап.

Виктор напрягся и отставил в сторону пустой бокал. Иначе зашвырнет его в друга.

– И кто она? – хитро прищурился Боб, поворачиваясь к Вику.

– Отвалите, – прорычал Никольский и вернулся к бутылке виски.

Он сегодня напьется и продолжит игнорировать друзей.

– Да ладно, Вик, мы же пошутили, – первым ретировался Боб. – Раз решил молчать и пить, то продолжай. Мы тут просто посидим, подождем. А после отвезем тебя домой.

Кирилл согласно закивал и немного присмирел.

– Спасибо, – ответил Виктор и занялся тем, ради чего приехал сегодня в клуб.


Переступив порог приемной, я обнаружила мрачную Инну, которая уже пыхтела над документами, сортируя письма.

Покосившись на закрытую дверь кабинета, я поинтересовалась, на месте ли наш босс.

– Да, – кисло отозвалась она. – Совсем не в духе.

Значит, вечер удался.

Я присоединилась к Инне, проигнорировав желание поприветствовать начальника. Пусть лучше придет в себя, чем будет вымещать на мне свою злость.

Через минут десять раздался звонок, и Инна сняла трубку. Выслушав задание, она кратко ответила и умоляюще взглянула на меня, положив трубку на место.

– Что? – уставилась на секретаря, которая начала загадочно улыбаться.

– Виктор Алексеевич попросил приготовить ему кофе, – сказала она, и я почувствовала в ее словах подвох.

Кажется, я буду посыльным, в которого полетит та самая кружка с кофе.

Поднявшись, я покорно последовала в сторону небольшого закутка, где Инна варила для Никольского кофе. Даже меня научила, как пользоваться кофемашиной. Порывшись в ящиках, я обнаружила там чай и пузырек с капельками.

– А это что? – помахала пузырьком, привлекая внимание Инны.

Девушка поднялась из-за стола и приблизилась ко мне. Выхватив капельки, она хитро прищурилась и вернула мне их обратно.

– Давай-ка усмирим тирана. Все равно все поездки запланированы на вторую половину дня.

И она быстро зашуршала упаковкой чая, кипятком и пузырьком, колдуя над кружкой. И когда ее зелье было готова, она самодовольно вручила его мне и подтолкнула в спину.

– Ты уверена? – обречено посмотрела на кружку с поднимающимся паром и перевела взгляд на секретаря.

Она усердно закивала головой.

– Он немного расслабится. Просто успокоительное. Мое личное. А то в последнее время доводил меня до точки, что выть хотелось.

– Мстишь? – подобие улыбки отразилось на моем лице.

– Ага, – вновь кивнула головой, наблюдая, как я направилась в кабинет к боссу, несся в одной руке поднос с кружкой, а второй закрывая за собой дверь.

Переступив порог, я убедилась, что Виктор точно не в духе. Привычный полумрак царил в его обители, он сидел за столом и шуршал бумаги, проводя рукой по волосам.

Стараясь не нарушать тишины, я приблизилась к его столу и остановилась перед ним, держа в руках поднос. Виктор наконец-то отвлекся от дел и взглянул на меня. Сквозь стекла очков я отчетливо рассмотрела затуманенный взор покрасневших то ли от похмелья, то ли от усталости глаз. Черты бледного лица заострились, и теперь начальник был больше похож на затаившегося раненного зверя, чем на охотника, каким мне казался в начале нашего знакомства. Так, капельки Инны тут точно не помешают.

Опустив перед ним кружку с чаем, я прижала поднос к груди, дожидаясь новых заданий. Никольский покосился на кружку, вздохнул и проигнорировал то, что ранее просил совсем другой напиток. Пригубив немного чая, он поморщился, но не швырнул в меня кружку. Уже хороший знак.

– Странный вкус, – сказал он и задумчиво посмотрел на содержимое.

– Новый чай, – быстро заговорила. – Недавно Инна купила, на пробу. Нам понравился.

Понадеялась, что мой голос не дрожал, и врала я убедительно.

– Почему тогда так смотришь на меня? – пусть у босса и были усталые глаза, но прежний притягательный зеленый цвет заставлял меня замереть и смутиться.

– Вы прислушались к моим словам и все еще живы. Хоть и собирались вчера напиться.

Виктор удивленно раскрыл рот, собираясь что-то ответить, но через мгновение рассмеялся и поморщился от боли, проведя пальцами по вискам, словно разминая их. После вернулся к чаю, еще раз повертел кружку в руках и залпом выпил весь напиток.

Мысленно выдохнув, я приняла кружку обратно и выскочила из кабинета пулей, не дожидаясь от начальника указов.

– Ну как? – тихо поинтересовалась Инна, боязливо поглядывая на закрытую дверь.

Наверное, она рассчитывал на звуки борьбы, ругань и бьющуюся посуду. Но наш босс действительно выглядел отвратительно, не способным на то, чтобы повысить голос. Голова точно побаливала после вчерашнего.

Еще через час Инна совсем запаниковала, ругая себя за то, что удумала напоить успокоительным Виктора. От него не было ни одного задания. И вообще, тишина настораживала нас обеих.

– Хорошо, – вздохнула, поднимаясь из-за стола и вручая секретарю стопку писем для отправки. – Я проверю его. Дай что-нибудь, на подпись.

Инна суетливо выдернула черную папку и вручила ее мне. Я шагнула в сторону кабинета, пытаясь привести дыхание в порядок как много лет назад перед выступлениями на соревнованиях. Практика с дыханием сейчас мне пригодилась.

Отворив немного дверь, я заглянула в кабинет. Темно и тихо. Я вошла, закрыла дверь и на цыпочках, чтобы не издавать лишних звуков добрела до стола начальника. Не знаю, с помощью каких сил я смогла удержать в себе удивленные ахи и вздохи, когда поняла, что Виктор спал как младенец. Все в той же позе, сидя, облокотившись на спинку кожаного кресла, склонив немного вперед голову. С его прямого носа почти сползли вниз очки, и я, проигнорировав внутренние звоночки «беги, дурочка», потянулась к лицу Виктора и стянула их. Мужчина не шелохнулся. Неужели, такие крепкие капельки? Или босс настолько устал, что его можно было вырубить чаем?

Повертев в руках очки, я заметила логотип на дужке и мысленно присвистнула, подсчитав, что данное творение стоит как три мои нынешние зарплаты. Отложив аккуратно очки на стол, я взглянула на Виктора. Не думала, что можно выглядеть так. Расслаблен, спокоен, тих. Сон творит с людьми чудеса.

Залюбовавшись им, я снова протянула руку вперед и слегка коснулась его переносицы, стараясь разгладить пару глубоких морщинок. Слишком часто хмурился. Увлекшись этим делом, я не заметила, как рука мужчины дрогнула, поднялась вверх и перехватила мою ладонь. А после он распахнул глаза и внимательно посмотрел на меня.

– Мара? – хриплый голос испугал.

Я постаралась выдернуть руку и ретироваться, но Виктор не отпускал. Напротив, потянул вперед, привлекая меня к себе. Сделав шаг, я оказалась перед ним на недопустимо близком расстоянии.

– Что вы делаете?

Я улыбнулась так бесхитростно, как только могла, но мужчина все рано не выпускал моей руки. Жар его ладони опалял кожу.

– Пришла проведать вас, – сказала я, ощущая, как Виктор напрягся и потянул снова меня.

Еще один шаг и я бы шлепнулась прямо на него, но Никольский во время подхватил меня и по-хозяйски усадил на колени. На такое общение с начальником я не рассчитывала.

Почувствовав теплое дыхание, коснувшееся моего лица, я посмотрела в глаза мужчины и задохнулась от страха. Его взор больше не был затуманенным или уставшим. Ясные внимательные зеленые глаза гипнотизировали, выбивали почву из-под ног. И все это вперемешку с неоднозначной позой и странным ощущением около моего бедра заставило задуматься, что к мужчинам лучше не приближаться, когда они спят.

– И как? Проведали? – теперь голос Виктора не был хриплым ото сна. Твердый, звучный и низкий.

Я мотнула головой и задумалась, а не грохнуться ли мне в обморок как романтичная девица, может тогда он скинет мое тело с колен. Будет шанс уползти, потому что ноги точно не слушались мозга.

– Вы неплохо выглядите, – сорвалось с губ, и мужчина ухмыльнулся, при этом покрепче обвив рукой за талию, заставил меня покраснеть. – Выспались?

– Почти, – отозвался он и сократил расстояние между нашими лицами настолько, что я могла чувствовать тепло его кожи.

Так не должно быть между подчиненной и начальником.

– Мара? – все тот же низкий звук, срывающийся с тонких губ.

– Да, – произнесла я, наслаждаясь его голосом.

– Не могли бы вы проконтролировать, чтобы секретарь больше не подмешивала в мой чай успокоительное или снотворное. Иначе, я ее уволю, и вас, как соучастницу.

Хитрая ухмылка заиграла на его губах. Я же от осознания, что нас раскрыли, тяжело вздохнула и покачала головой.

– А теперь отправляйтесь работать. После обеда у нас выездная встреча. Подготовьте все необходимые документы.

Виктор резко сменил позу, подтолкнул меня, поднимая на ноги. Я ухватилась за край стола, чтобы устоять на дрожащих от волнения ногах. Сделав пару неуверенных шагов, я оглянулась назад, замечая, как Виктор вновь хмурится и тянется за своими очками. Он больше не смотрел на меня, я же не могла отвести от него взгляда.

– У вас есть вопросы? – спросил он, возвращаясь к работе.

– Нет, – почти выкрикнула и сбежала.

Как нашкодивший котенок, покинула кабинет и с мрачной миной сообщила Инне, что затея с чаем провалилась. Она горько усмехнулась и занялась своей работой.


Ровно в 14.00 Виктор вышел из кабинета, кивнул мне и направился вниз, на парковку, не дожидаясь, когда я соберусь и присоединюсь к нему. Инна торопливо ткнула в меня папкой с необходимыми документами. Подхватив ее, я забрала свою сумку и помчалась за Никольским, надеясь, что он не успел добраться до лифта. Иначе придется идти по лестнице.

Догнав Виктора, я тяжело пыхтела, входя в кабинку лифта. Он же игнорировал меня, всматриваясь в экран телефона.

– После встречи, что по плану? – поинтересовался он, переведя взгляд на меня.

Я напрягла память, и строчки всплыли перед глазами.

– В 15.35 встреча с Соловьевым, в 16.45 – с Марком Громовым. После свободный график.

Виктор кивнул и вернулся к экрану смартфона. Я же выдохнула, напоминая себе, что стоит носить с собой расписание босса. А лучше заучивать его каждое утро.

Добравшись до парковки, я заметила, как на меня посматривают редкие сотрудники, которые встречались нам по пути. Неужели, все еще сомневаются в моем существовании? Вот Никольский даже не замечал косых взглядов, полностью углубившись в какую-то переписку.

Мое же внимание привлек собственный смартфон. Потянувшись к сумке, я быстро извлекла его и взглянула на экран. Интересно, что понадобилось Тане в разгар рабочего дня.

– Да, – быстро ответила, немного отстав от Никольского.

Мужчина на мгновение обернулся, но не сказал ни слова, приближаясь к своему автомобилю.

– Марочка, кажется у Василисы проблемы, – выдохнула подруга, а я напряглась, стоило услышать ее подавленный голос.

– Что случилось? – внутри нарастало давление.

– Ее рвет с кровью, кашляет и хрипит. Она вялая, почти не шевелиться. Я не знаю, что делать, – всхлипнула Таня.

– Скоро буду, – выкрикнула я, отключаясь и подбегая к опередившему меня мужчине, с размаху вручая папки с документами и разворачиваясь на каблуках в сторону собственного пикапа.

Никольский за мгновение до падения ухватился за бумаги и опасно глянул на меня.

– Васе плохо, – пролепетала я, проклиная туфли, в которых невозможно бегать.

Добравшись до машины, я запрыгнула в салон, завела мотор и умчалась домой, проигнорировав недовольного, грозно смотрящего на меня начальника. Наверное, уволит. Но в моей жизни были более важные заботы. Вот и Василиса была главной, нежели работа. Я не прощу себе, если с моей кошкой что-нибудь случится.

Спустя час я уже была в ветеринарной клинике, куда приехала вместе с Таней. Пока я маневрировала в потоке машин, подруга прижимала к себе сжавшийся серый комочек и рыдала так горько, что я сама еле сдерживала слезы. В клинике нас экстренно приняли, опросили и выгнали за дверь, пока врач и его помощница осматривали кошку. Через несколько томительных минут нам объявили страшную новость – Вася проглотила нитку с иголкой.

– Прости, Мара, – зашептала Таня, прижавшись к моему плечу. – Я виновата. Подшивала новые шторы и не заметила, как Васечка утащило у меня нитки. Я даже и подумать не могла, что она проглотила иголку.

Я похлопала подругу по руке, которой она вцепилась в ворот пиджака и тяжело вздохнула.

Врач отправил кошку на операцию, сказав, что инородное тело застряло в пищеводе, и извлечь его не составит труда. Они уже подготавливали Васю, а нам велели ждать конца операции.

Оставив всхлипывающую Таню на диванчике для клиентов, я отошла немного в сторону, к высокому окну и вспомнила, как сама проходила операцию. Одну за другой. Самой страшной была первая, после аварии, когда я отчаянно боролась за жизнь. А после, каждый раз, я боялась все меньше, пока не стала воспринимать подобные процедуры как часть своей новой жизни. Из раздумий выдернул звонок мобильного. Я развернулась и приняла из рук подруги свой смартфон, который она успела достать из сумки.

Звонил Никольский. Два пропущенных от него. Еще три сообщения.

Я проигнорировала звонок, отключила звук и просмотрела сообщения. Наверное, грозится уволить.

«Маргарита, куда вы умчались?»

«Я жду ответа».

«Не уверен, что стоит терять работу ради парня».

– Парня? – прошептала я, задыхаясь от возмущения.

Так босс решил, что я бросила его из-за того, что умчалась к своему парню? Он так обо мне подумал?

Устало вздохнула и набрала его номер. Будь что будет. Пусть увольняет. Вася превыше всего.

– Алло, – отозвался он после четвертого гудка.

Я выдохнула. Голос у Никольского был недовольным. Сердитым.

– Я хочу извиниться за то, что уехала так поспешно и не отвечала на звонки и сообщения, – дрожащими губами проговорила, крепко сжимая телефон в руке.

– Слушаю, – произнес он. – Где вы сейчас?

Я представила, как на его лице отразилось презрение, смешанное со злостью.

– В клинике, – тихо отозвалась я.

– В клинике? В какой больнице? – слишком резко спросил Виктор, заставив меня вздрогнуть. Наверное, всё еще думал, что я у парня.

– В ветеринарной клинике «Пушистый друг», на Вострецова. Моя кошка проглотила иголку, и я привезла ее сюда. Сейчас она на операции.

Легкое шипение подсказало мне, что мужчина выдохнул. Странно.

– Я вас понял, – сказал он и в тот же миг отключился.

Подозревая, что пора начать поиск нового места работы, я горько усмехнулась. Не долгим было мое счастье.

И пока Вася была на операции, а мы с Таней молились, чтобы с кошкой ничего плохого не случилось, мой телефон вновь ожил. Входящее сообщение.

«На парковке, перед входом в клинику. Жду в течение трех минут».

– Вот черт, – выругалась я, а подруга покосилась на телефон.

– Что случилось?

Показав ей сообщение, я помчалась на выход, поручив Тане ждать врача и результатов, пока я сама буду выслушивать от Никольского тираду о своем поведении.

Загрузка...