Ханна Хауэлл Огонь гор

Глава 1

Северо-западное побережье Шотландии

Август 1400 года


– Ну же, милочка, моя лесть заслуживает хоть какой-то улыбки.

Мойра украдкой взглянула на мужчину, обратившегося к ней. Он не упускал ее из виду с тех пор, как она взошла на корабль три дня назад. Горбатая Энни, ее дуэнья с острым языком, постоянно ворчала из-за этого человека и сурово наставляла Мойру – говорила, что та должна избегать его, хотя на таком крохотном суденышке это была задача не из легких.

Почему-то в присутствии этого незнакомца Мойра чувствовала себя ужасно неловко – возможно, из-за его необычной внешности. В его густых черных волосах было немало седых прядей, а черная борода казалась клочковатой и довольно неопрятной. Шляпу же он надвигал так низко на лоб, что рассмотреть глаза никак не удавалось.

На первый взгляд незнакомец был уже немолод, однако Мойра приметила кое-какие детали, свидетельствовавшие об обратном. Под облегающими рукавами его элегантного дублета угадывались изящные и вместе с тем мускулистые руки, ноги были длинные и стройные, а низкий голос казался необыкновенно красивым и даже мелодичным – такой голос мог быть только у молодого человека. К тому же двигался он с необычайной легкостью и изяществом, что явно противоречило его бросавшейся в глаза полноте. Когда же он улыбнулся Мойре, та окончательно убедилась в том, что этот человек совсем не тот, кем кажется. Это открытие еще больше смутило девушку. Невольно нахмурившись, она покосилась на Горбатую Энни – старуха по-прежнему за ней наблюдала, хотя и беседовала в этот момент с пожилым матросом, таким же горбатым, как и сама Энни.

– Будем надеяться, что она уйдет отсюда, – сказал незнакомец и снова улыбнулся.

– Пожалуй, я присоединюсь к ней, – пробормотала Мойра, еще больше смутившись.

Девушка вздрогнула от неожиданности, когда незнакомец внезапно схватил ее за руку.

– Нет, моя милая, не мешайте ей. Ведь и старухе хочется немного любви, неужели не понимаете?

Слова незнакомца поразили девушку. Поразили и взволновали. Мысль о том, что Энни способна любить, встревожила почти так же, как прикосновение этого совершенно незнакомого человека. А он посмотрел на нее внимательно, потом вдруг нахмурился, и Мойра поняла, что он заметил ее страх. Что ж, ничего удивительного – ведь опекун научил ее опасаться мужчин.

– Ах, бедная девочка… – пробормотал незнакомец. – Не стоит бояться старика Джорджа Фрейзера.

Почему он так говорит с ней?! Какое право он имеет называть ее «девочкой»? Мойра рывком высвободила руку и заявила:

– Мастер Фрейзер, я прекрасно понимаю, что вы… раза в три старше меня, но это не дает вам права так говорить со мной.

– Старше раза в три? – Незнакомец уставился на Мойру с удивлением. Потом вдруг усмехнулся, провел ладонями по животу и, пожав плечами, проговорил: – Что ж, может, и в три. Но никакой возраст не помешает мужчине оценить красоту женщины.

– Тогда лучше оценили бы красоту вашей супруги.

– Я так и сделал бы, но, увы, ее больше нет со мной. – Незнакомец тяжело вздохнул и, опершись на поручни, добавил: – Моя Маргарет подхватила лихорадку и испустила последний вздох… года три назад.

– О, прошу прощения, сэр… – Мойра в знак сочувствия похлопала незнакомца по руке и тут же добавила: – Простите, я не хотела вызывать печальные воспоминания.

– Эй ты, отойди от девушки! – закричала Горбатая Энни; дуэнья, незаметно приблизившаяся к ним, крепко ухватила Мойру за руку.

Девушка поморщилась от боли. Пытаясь высвободить руку, она пробормотала:

– Мы говорили о жене мистера Фрейзера, вот и все.

– Я бы на ее месте надрала уши этому распутнику, – проворчала старуха.

– Но, Энни… – Мойре стало неловко за свою спутницу. – Видишь ли, Энни, его супруга умерла…

Старуха усмехнулась и проворчала:

– Наверное, умерла из-за его похождений, не выдержала…

– Прошу прощения, сэр, – пробормотала Мойра в смущении. – Не сердитесь, пожалуйста. – Она взглянула на незнакомца, и ей показалось, что он подавил улыбку.

– Идем же, идем… – Энни дернула ее за руку и потащила в сторону крошечных кают. – Ты же не хочешь, чтобы Бернард увидел, как ты разговариваешь с мужчиной, да?

При одной лишь мысли об опекуне Мойра вздрогнула, и по спине у нее пробежал холодок. Теперь она даже не пыталась сопротивляться.

– Нет-нет, конечно, не хочу, – пробормотала она.

Тэвиг Макалпин проследил взглядом за Горбатой Энни, уводящей Мойру, прислонившись к поручням, осмотрелся. Удостоверившись, что никто за ним не наблюдает, тщательно поправил то, что находилось вокруг его талии и создавало видимость полноты. С того момента как он увидел Мойру Робертсон, костюм стареющего Джорджа Фрейзера стал для него настоящим проклятием, хотя он и вынужден был носить его, чтобы сохранить жизнь. Награда, назначенная за его поимку, была довольно велика, и на корабле наверняка нашлось бы немало тех, кто соблазнился бы и гораздо меньшим вознаграждением.

Прошло три долгих дня, прежде чем у него появилась возможность заговорить с Мойрой, хотя Тэвиг и не понимал, зачем ему это понадобилось. Все эго время он внимательно наблюдал за девушкой, прогуливавшейся по палубе в обществе сгорбленной седой няньки. Чудесные волосы девушки – цвета меди – были всегда заплетены в тугую косу, но мягкие локоны постоянно выбивались из прически и очаровательнейшим образом обрамляли милое, чуть веснушчатое личико. Тэвиг же, впервые заглянув ей в глаза, искренне удивился. До этого ему почему-то казалось, что у Мойры Робертсон должны быть карие или зеленые глаза, но ни в коем случае не такие ярко-синие. Однако он ошибся – выяснилось, что у нее именно синие глаза. И ему вдруг подумалось, что он многое бы отдал зато, чтобы как можно чаще видеть эти чудесные глаза с длинными темными ресницами.

Тэвиг невольно усмехнулся; ему пришло в голову, что лицо девушки произвело на него столь сильное впечатление лишь по одной простой причине: все остальное он никак не мог рассмотреть. Впрочем, было очевидно, что Мойра невысока, худощава и, судя по всему, обладала очень даже неплохой фигурой. Правда, Тэвигу обычно нравились более полные женщины, но на сей раз он был вынужден признать, что Мойра Робертсон понравилась ему с первого взгляда.

Тэвиг выругался, вспомнив страх, промелькнувший в прекрасных глазах Мойры, едва он коснулся ее руки. И этот же страх отразился на ее милом личике, когда Горбатая Энни упомянула про опекуна девушки, сэра Бернарда Робертсона. Тэвиг был почти уверен, что этот человек ее обижал. Хотя за прошедшие несколько дней Бернард еще ни разу не поднял руку на Мойру, было ясно, что такое вполне могло произойти. «Только бы он не тронул ее до того, как я окажусь в надежном убежище, у кузена Мунгана», – говорил себе Тэвиг. Он прекрасно знал, что не сумеет сдержаться, если Бернард Робертсон поднимет руку на Мойру. В результате же его, Тэвига, могли бы разоблачить и отправить к другому кузену, вероломному Айверу. А там уж его ожидала казнь через повешение – казнь за убийство, которого он не совершал.

Внезапно налетел порыв холодного ветра, и Тэвиг, вздрогнув, поплотнее закутался в свой черный плащ. Взглянув на небо, он нахмурился: небо затягивалось зловещими черными тучами, предвещавшими непогоду. И почти тотчас же на палубу обрушился еще один порыв ветра, гораздо сильнее предыдущего. Было совершенно ясно: очень скоро разразится шторм. И тогда придется вернуться в каюту, а там…

Мысль о каюте приводила его в ужас. В крохотной каютке, кроме Тэвига, находились еще трое, и это увеличивало вероятность разоблачения. «Но оставаться на палубе гоже опасно», – подумал Тэвиг. И он был абсолютно прав, потому что дождь, который почти всегда начинался вместе со штормом, непременно испортил бы его «маскарадный костюм».

Мойру разбудило что-то тяжелое, давившее все сильнее на грудь… Почувствовав, что задыхается, девушка открыла глаза. Судорожно вобрав побольше воздуха, Мойра уже приготовилась вскочить и закричать, но тут вдруг увидела в тусклом свете фонаря, раскачивавшегося на крюке под потолком, что ее придавил к матрасу Коннор – солдат опекуна.

Мойра в ужасе замерла, затаила дыхание… Какое-то время она лежала без движения, потом вдруг поняла, что Коннор слишком пьян и не представляет для нее ни малейшей опасности. Страх тотчас же сменился раздражением. Бормоча проклятия, Мойра выбралась из-под храпящего охранника и, приподнявшись, осмотрелась. С минуту она прикидывала, не лечь ли ей на полу. Увы, каюта была переполнена. Повсюду спали пьяные мужчины, так что места для нее не оставалось. Тихонько вздохнув, девушка прижалась к стене, чтобы находиться как можно дальше от Коннора – от него ужасно воняло вином и потом.

Мойра ежечасно и ежеминутно проклинала этот корабль. И постоянно раздумывала о том, почему они не поехали верхом или в повозке. Неужели не хватило времени? Нет, едва ли. Ведь требование выкупа за ее двоюродную сестру Уну поступило еще несколько недель назад, и опекун, если бы захотел, мог отправиться в путь по суше. Даже самые плохие дороги не причинили бы ей, Мойре, таких ужасных страданий, как путешествие на корабле. И, конечно же, ей не пришлось бы спать в крошечной каюте, в тесноте и духоте.

Тут корабль вдруг закачался из стороны в сторону, и Мойра, чуть вскрикнув от неожиданности, ухватилась за край соломенного матраса, чтобы удержаться подальше от Коннора. «Но что же случилось? – подумала девушка. – Почему такая качка?» Внезапно глаза ее расширились – она услышала свист ветра и шум дождя. Теперь все ясно: они попали в шторм. Шторм довольно сильный, насколько она могла судить. Во всяком случае, ветер завывал все громче, а волны с грохотом врезались в обшивку корабля.

Снова осмотревшись, Мойра вздрогнула, и сердце ее сжалось. Теперь уже было совершенно очевидно, что в каюте Энни нет. Но где же она? Скорее всего, она захотела встретиться с матросом, с которым флиртовала, и, возможно, ее застиг на палубе шторм. Значит, следовало как можно быстрее убедиться, что с Энни все в порядке.

Затаив дыхание, Мойра осторожно перебралась к изножью кровати. Сняв с гвоздя свой плащ, она накинула его, затем, стараясь не шуметь, спустилась на пол. Но корабль вдруг стал так раскачиваться, что было бы просто невозможно обойти спавших на полулюдей. Опустившись на четвереньки, Мойра начала тихонько пробираться к двери. К счастью, никто из спавших не проснулся, и ей без помех удалось выбраться из каюты.

Прикрыв за собой дверь, Мойра немного помедлила, прижавшись к стене в узком проходе. «Что же дальше? – думала она. – Энни сейчас в безопасности? Может, находится в какой-нибудь каюте?» Девушка со вздохом покачала головой: «Нет-нет, едва ли…» Ведь мужчина, с которым Энни флиртовала всего несколько часов назад, был простым матросом, и ему было бы некуда отвести Энни, разве что на палубу. «Значит, надо выйти на палубу и убедиться, что с няней ничего страшного не случилось», – сказала себе девушка.

Она направилась к палубе, но тут корабль в очередной раз накренился, и Мойра, не удержавшись на ногах, сильно ударилась о стену. Чуть не вскрикнув от боли, она снова прижалась к стене. Когда же боль немного утихла, пошла к ступенькам.

Добравшись наконец до палубы, Мойра тут же ухватилась за поручни – ветер едва не сбил ее с ног. К тому же шел проливной дождь, и даже не верилось, что Энни рискнула бы сейчас выйти на палубу. Но с другой стороны, в каюте ее не было, и, возможно, именно сейчас она очень нуждалась в помощи.

Стиснув зубы, хватаясь за все, что попадалось под руку, Мойра с трудом продвигалась по залитой дождем палубе. Время от времени она останавливалась и осматривалась, потом шла дальше.

Заметив маленькую хрупкую фигурку, Тэвиг в сердцах выругался – он сразу же узнал Мойру Робертсон. Едва держась на ногах, девушка медленно шагала по палубе и постоянно озиралась; было ясно, что она отправилась на поиски Горбатой Энни.

Час назад Тэвиг пошел к себе в каюту, но ему почти сразу же пришлось вернуться на палубу. Выяснилось, что одного матроса не хватает, и капитан решил, что Тэвиг должен заменить его. Отсутствующий матрос был с Энни – Тэвиг прекрасно это знал. И еще он знал, что маскировка его приходит все в большую негодность с каждой каплей дождя. Однако Тэвиг никак не мог покинуть палубу, потому что во время шторма без его помощи здесь не смогли бы обойтись.

Но появление Мойры еще больше его встревожило. Тэвиг очень надеялся, что девушка не отправится на поиски своей распутной няньки. Увы, надежды его не оправдались: Мойра все-таки вышла на палубу, и это не сулило ничего хорошего.

Тут девушка, не удержавшись, рухнула на колени и тотчас же снова ухватилась за поручни. Тэвиг тяжело вздохнул – он понял, что больше не сможет оставаться в стороне.

– Что ты тут делаешь? – спросил он, приблизившись к Мойре. – Те матросы, что сейчас на палубе, привязаны к своим местам. А все остальные в трюме, где и тебе следует находиться.

– Вам тоже, мистер Фрейзер.

– Я вышел, чтобы помочь задраить люки. – Тэвиг взглянул на небо. Ветер внезапно стих, и дождь постепенно прекращался. – Похоже, шторму захотелось передохнуть, – добавил он с усмешкой.

– Вот и хорошо, – кивнула Мойра. – Теперь я смогу найти Энни.

– Энни кувыркается со своим матросом, – проворчал Тэвиг.

При этих его словах девушка густо покраснела.

– Может, и так, – пробормотала она. – Но ей грозила опасность. Энни должна была вернуться в каюту, когда начался шторм.

Тэвиг молча пожал плечами. «Что же придумать, как убедить ее спуститься в каюту?» – спрашивай он себя. Так ничего и не придумав, Тэвиг проговорил:

– Отойди от поручней. И вообще, тебе нечего делать на палубе. Спускайся в каюту.

Мойра нахмурилась, уловив в голосе мистера Фрейзера какие-то странные нотки.

– Конечно, спущусь, – ответила она. – Но сейчас мне надо найти Энни. Ведь ветер немного утих, и я думаю…

– Утих, но совсем ненадолго, – перебил Тэвиг. – Пойми, это самый настоящий шторм. И скорее всего он усилится. Отойди же от поручней, будь они трижды прокляты.

Мойра так и хотела поступить, но что-то ее остановило – настораживала странность в облике собеседника. В следующее мгновение она сообразила: волосы мастера Фрейзера совсем не того цвета… Да-да, они явно изменились – серый цвет с них как бы слезал и на концах прядей превращался в какую-то липкую массу. Тут еще одна из седых прядей потемнела, и Мойра наконец-то поняла: мистер Фрейзер совсем не тот, за кого себя выдавал.

Охваченная любопытством, девушка протянула руку, чтобы прикоснуться к волосам Тэвига.

– Дождь смывает ваш возраст, – пробормотала она. Тэвиг сквозь зубы выругался.

– Я знал, что это произойдет. Мне не следовало выходить под дождь.

– Так вот куда ты отправилась! Чтобы распутничать!.. – Сэр Бернард Робертсон схватил девушку за руку.

– Нет-нет, сэр, я просто вышла, чтобы найти Горбатую Энни. – Мойра в страхе смотрела на своего опекуна.

– В объятиях этого распутника?! – прорычал Бернард. – Не добавляй ложь к своим грехам, проклятая потаскушка!

Сэр Бернард вскинул руку, и Мойра, тут же приготовившись к удару, постаралась расслабиться; она давно уже поняла, что так легче переносить боль. Когда же опекун ударил ее по лицу, девушка не издала ни звука. Рухнув на палубные доски, Мойра чуть приподнялась и, покосившись на сэра Бернарда, снова приготовилась к боли. Теперь она ожидала удара ногой.

Однако удара не последовало. Зато раздался какой-то странный звук, и лишь через несколько мгновений, обернувшись, Мойра поняла, что это крик ярости, вырвавшийся из глотки человека, назвавшегося Джорджем Фрейзером. В следующий миг он бросился на сэра Бернарда и сбил его с ног одним ударом кулака, хотя Бернард был гораздо тяжелее и выше его.

Мойра в изумлении уставилась на мастера Фрейзера, а тот, с презрением глядя на поверженного противника, проговорил:

– Какой же ты храбрец, Робертсон. Сколько нужно смелости, чтобы ударить беззащитную девушку…

– Поосторожнее, сэр! – прорычат Бернард, поднимаясь на ноги. – Мужчина, который бегает за молоденькой девчонкой, не вправе так разговаривать с ее опекуном. Ты просто старый развратник, пытающийся соблазнить глупую девчонку.

– Твои обвинения глупы и лживы. Но даже если бы ты был прав… Уж лучше быть старым развратником, чем трусливым мерзавцем, избивающим слабую девушку.

Бернард в ярости набросился на мастера Фрейзера, и мужчины с грохотом повалились на палубу. Мойра в ужасе закричала, потом попыталась приблизиться к мужчинам, чтобы как-нибудь остановить драку, – ведь все началось из-за нее…

– Не глупи, – раздался за ее спиной чей-то голос. Мойра обернулась и увидела своего кузена.

– Никол, откуда ты?..

– Я пошел за отцом, когда он отправился искать тебя. Видимо, он догадался, что ты собираешься совершить какую-то глупость. Господи, Мойра, зачем тебе понадобилось назначать свидание этому старому болвану?

– Я не назначала ему свидание. Я просто искала Горбатую Энни. А мастер Фрейзер пытался вернуть меня в каюту.

– Лучше бы тебе вообще из нее не выходить, – проворчал Никол и тут же, выругавшись, тихо добавил: – А живот твоего спасителя изменился…

«Что за глупости он болтает?» – подумала Мойра. Обернувшись, она посмотрела на дерущихся. Те уже поднялись на ноги и теперь кружили по палубе, выискивая друг у друга слабые места. Взглянув повнимательнее на мастера Фрейзера, девушка раскрыла рот от удивления. Его довольно внушительный живот странным образом сдвинулся в сторону. Дублет же был разорван, и Мойра заметила, что из него что-то торчит. Присмотревшись, она поняла: живот мастера Фрейзера был не чем иным, как комком лоскутьев.

– А еще его седину смыло дождем, – заметила Мойра.

– Да, верно, – согласился Никол. – Этот человек совсем не тот, за кого себя выдает. Надо выяснить, кто он такой.

– Но зачем ему понадобилось… – Снова повернувшись к кузену, Мойра увидела, что он уже отошел от нее.

Никол направился к отцу, а тот в этот момент сбил противника с ног. При падении шляпа свалилась с его головы, и тотчас же ее подхватило ветром и унесло в море. Теперь стало ясно, что мастер Фрейзер совсем еще молодой мужчина. У него были черные волосы без малейших намеков на седину, и он, упав после удара противника на палубу, тут же вскочил на ноги – проворно и ловко.

Когда Никол подошел к отцу, тот замер, глядя на своего противника. И по выражению его лица Мойра поняла: ее опекун узнал этого человека и ужасно удивлен.

Какое-то время отец с сыном молчали, наконец сэр Бернард, положив ладонь на рукоять меча, воскликнул:

– Тэвиг Макалпин, это ты?

– А тебе до этого какое дело? – пробурчал Тэвиг, исподлобья глядя на Бернарда Робертсона.

– До этого есть дело каждому честному человеку.

– Это ты, Робертсон, честный человек? – усмехнулся Тэвиг. – Нет, ты редкостный мерзавец, который властвует с помощью кулаков. Ты не можешь заслужить ни уважения, ни преданности, тебя просто боятся, ты внушаешь людям страх. – Приготовившись к нападению, Тэвиг тоже положил ладонь на рукоять меча. – Удивительно, что ты до сих пор жив, что никто не перерезал тебе горло.

– И ты неплохо справился бы с этим делом, верно Макалпин? Подкрался бы ночью сзади и перерезал горло. Или вспорол живот, как ты поступил со своими двумя друзьями. Твой кузен Айвер Макалпин предлагает за тебя внушительную сумму, и я собираюсь ее получить. – С этими словами сэр Бернард обнажил меч и ринулся на Тэвига.

– Остановись, отец! – воскликнул Никол. – Сэр Айвер вовсе не говорил, что надо его убить!

– Этот мерзавец заслуживает смерти! – сказал сэр Бернард. – Заслуживает – и я убью его!

– Что ж, попытайся, – усмехнулся Тэвиг. – Может, тебе и повезет, но клянусь, что я тоже достану тебя мечом.

Сэр Бернард яростно атаковал противника, но тот парировал все его удары. Умирать Тэвиг вовсе не собирался, но пленником ему тоже не хотелось становиться. Тэвиг прекрасно знал: если его отправят к вероломному кузену Айверу, то не удастся избежать медленной мучительной смерти за убийства, которых он не совершал. Поэтому он решил, что лучше уж умрет, чем станет пленником сэра Бернарда.

– Нет, не надо! – закричала Мойра, когда Тэвиг внезапно споткнулся и противник занес над ним меч.

В последний момент Тэвигу все же удалось уклониться от удара, а в следующее мгновение к сэру Бернарду подбежала Мойра, помешавшая ему нанести повторный удар. Бернард в досаде выругался и с силой отбросил девушку в сторону так, что она ударилась о поручни. Воспользовавшись тем, что противник ненадолго отвлекся, Тэвиг стремительно бросился на него и сбил с ног. Затем оглушив его несколькими ударами по голове, направился к девушке.

– Отойди от поручней, – сказал он, не обращая внимания на Никола, стоявшего неподалеку с мечом в руке. – Отойди, поняла?

Мойра уже поднялась, но все еще нетвердо стояла на ногах после удара Бернарда. Молча кивнув, она попыталась отойти, но в этот момент на нее обрушился внезапный порыв ветра, крепко прижавший к поручням. Тэвиг протянул ей руку, и девушка попыталась дотянуться до нее, однако ветер удерживал ее на месте; более того, Мойра чувствовала, что ее все сильнее прижимает к поручням, больно впивавшимся в тело. Тэвиг приблизился к ней еще на шаг, но теперь она уже не могла даже пошевельнуться.

Внезапно раздался зловещий треск, и тотчас же послышались крики Тэвига и Никола. А в следующее мгновение Мойра почувствовала, что поручни, в которые она вцепилась, отделяются от борта судна. Посмотрев вниз, она увидела, что висит над бурлящей водой, а обломок, который она крепко сжимала, был соединен с бортом корабля лишь тоненькой деревяшкой, то и дело поскрипывавшей. Тэвиг и Никол протягивали к ней руки, и от спасения ее отделяла всего лишь длина пальца – но что она могла поделать?

Тут деревяшка в очередной раз скрипнула, и Мойра поняла, что падает… Она пронзительно закричала и почти тотчас же почувствовала, что оказалась в холодной воде.

Держась за остатки поручня, Тэвиг вглядывался в бушующие за бортом темные воды. К счастью, девушка все еще барахталась на поверхности – она крепко сжимала обломок, и, судя по всему, это отчасти помогало ей бороться с волнами. Однако Тэвиг прекрасно понимал, что Мойра долго не продержится – скоро она окажется под водой и непременно погибнет, если ей вовремя не помочь.

– Дай мне вон тот канат, – сказал он, повернувшись к Николу, и указал на пеньковый канат, привязанный к ближайшей швартовой тумбе.

– А что ты можешь сделать? – спросил Никол. Но он все же вложил свой меч в ножны и выполнил распоряжение.

– Прыгну за ней, – ответил Тэвиг, обвязываясь канатом.

Тэвиг шагнул к бреши, образовавшейся в поручнях, но Никол схватил его за руку:

– Ты что, с ума сошел? Утонешь.

– Лучше уж умереть, спасая рыжеволосую милашку, чем на виселице у Айвера. Хотя очень может быть, что я не умру.

Никол взглянул на бушующие за бортом воды и проворчал:

– Непременно умрешь.

– Предпочитаю об этом не думать. Сейчас я думаю лишь о том, что должен прыгнуть за Мойрой, иначе ей конец. Я привык доверять своему внутреннему голосу, а он требует, чтобы я прыгнул за ней. Надеюсь, внутренний голос подскажет мне, что делать дальше.

Никол уставился на него в изумлении:

– О чем ты говоришь, Макалпин?

– О судьбе, парень. О проклятой судьбе…

«Только бы предчувствия и на этот раз меня не подвели», – сказал себе Тэвиг и, сделав глубокий вдох, прыгнул в воду. Вода оказалась ужасно холодной, и он в страхе подумал о том, что никогда уже не вынырнет. Отчаянно работая руками, он устремился к поверхности и, вынырнув, с облегчением вздохнул. Затем осмотрелся и, заметив белую рубашку девушки, поплыл в ее сторону, хотя плыть было не так-то просто – казалось, волнение на море усиливалось.

Преодолевая волну за волной, Тэвиг наконец-то подплыл к Мойре, все еще державшейся за обломок поручней. Быстро привязав себя к деревяшке канатом, он схватил девушку за руку и привлек к себе – так, чтобы она могла опереться на него и отдышаться. Несколько минут она откашливалась и выплевывала соленую воду, потом, заглянув ему в лицо, прокричала:

– Сумасшедший, теперь мы оба утонем!

Тут на них накатила огромная волна, а у Тэвига промелькнуло: «Очень может быть, что она права».

Загрузка...