Арина
Что же творю! Что же творю! Я не настолько пьяна, чтобы выдать это за отмазку. Нет, сама приняла решение, поддалась своим чувствам и сдалась ему. Этому наглому индюку, который мнит себя павлином.
Яков открывает дверь своим ключом, пропускает меня вперед. Переступаю через порог, свет включается автоматически, от неожиданности даже вздрагиваю.
— Не стесняйся, — бросает он и принимается стаскивать с меня шапку и шарф. — Ну и чего мы застыли? Уже жалеешь, что пошла со мной?
— Очень, — киваю. — Ты же противный.
— Ну спасибо на добром слове. Ты тоже, та ещё змеюка.
— Павлин.
— Дикарка.
— Выпендрежник.
— Стервозина.
— Понторез.
— Охеренная.
— Чего? — внезапно теряюсь, от такой смены направления нашего «милого» диалога.
Яша улыбается, быстро убирает нашу одежду в гардероб, а затем тянет меня за собой.
— Ну что, Аринка-мандаринка, чем займемся? Чай, кофе… ке-е — е-кс испечем? — играет он бровями.
— Яша, я тебе тресну сейчас по башке, пошляк.
Хмыкает и разводит в сторону руки.
— Ну-у-у, как хотите, леди. Мое дело предложить.
Уверена, сейчас он думает о том, какого черта я вообще тогда притащилась сюда. Сама не знаю. Мозгов, видимо, нет.
— Змейка, как ты смотришь насчет винишка? Эм-м, если поможешь мне, то бутербродики сделаем на закуску.
— Хорошо смотрю на это, Павлин.
Перемещаемся на кухню и пока идем, я параллельно осматриваюсь. Не квартира, а квартирище. Трехметровые потолки, панорамные окна, минимум мебели и всякой ненужной требухи. Гостиная в темно-синих и черных оттенках, мрачная, абсолютно мужская, с приятным древесным ароматом и нотками цитрусовых. Кухня в бетонно-оранжевых тонах. Вся мебель грубоватая, под камень.
Мы на самом деле готовим бутерброды, потом Яша достает вино, штопор, а я заканчиваю возиться с сырно-ореховой тарелкой. Сервируем в гостиной столик, падаем на диван, Он включает старый, новогодний фильм и…
Нас мгновенно накрывает. Пульт летит в сторону и мы одновременно накидываемся друг на друга. Тяжело дыша, срываем одежду, словно в нас дикие животные вселились.
— Черт! Я с ума сейчас сойду, Арин.
— Просто заткнись, так ты хотя бы меньше меня бесишь, — выпаливаю, задыхаясь от нахлынувших эмоций.
Яша бросает на меня взгляд, усмехается и усаживает на себя сверху. Из одежды на нас самый минимум, который прикрывает стратегически важные места.
— Кажется, я тогда ошибся в примерочной.
— С чем?
— С размерчиком, — отвечает с хитринкой в интонации. — У тебя четверочка.
— Дурак.
— Угадал?
Его рука перемещается с моей талии к груди. Плавные, неторопливые движения, ласкающие чувствительное полушарие. Он сжимает мой сосок пальцами, немного оттягивает и отпускает. Тянется вперед и вбирает его в свой рот. Из моего горла тут же вырывается хриплый стон, а внизу живота становится так горячо, что я тут же начинаю неосознанно ерзать на Яше, ощущая, как его эрегированный член упирается в меня. Нас разделяет лишь два слоя тонкой ткани. Одна мысль об этом, окончательно кружит голову, и мои трусики промокают насквозь от выделившейся смазки. Как же я хочу его. В себя. Ощутить, как он заполняет меня. Властвует.
— Яша… — шепчу. — Возьми меня…
Даже с приглушенным светом, замечаю, как его серые глаза потемнели и в них появился звериный отблеск.
— Прости, Змейка, сейчас придется немного отвлечься, — говорит он и укладывает меня на диван, чтобы стянуть с себя боксеры.
Каждая из пяти секунд длится вечностью. Когда Яшка оказывается полностью голым, мой взгляд тут же приковывается к его члену, и желание только усиливается. Кажется, если он прямо сейчас не овладеет мной, я просто слечу с катушек и сама наброшусь на него.
— Нравится? — спрашивает он с улыбкой, заметив мой голодный взгляд.
— Придурок. Иди уже сюда. И молчи, как я и просила.
Яша качает головой и подходит к дивану. Наваливается на меня сверху, целует в губы. Перемещается в сторону и покрывает меня мелкими поцелуями от мочки уха к ключице. Ведет обратно языком к ушку. От этих ласк по телу практически без остановки волнами бегут мурашки, раздражая мою нежную кожу. Его пальцы почти невесомо касаются внутренней стороны бедра, медленно скользят вверх и останавливаются, встретив преграду в виде тоненькой ткани. «Хочу его. Безумно хочу!» — долбит в висках. Что ж он за мучитель такой… Чего медлит? Наконец, он поддевает резиночку трусиков, и я тут же приподнимаю бедра, чтобы он поскорее освободил меня от них. Пошире разводит мои ноги. Наклоняется вперед, нежно целует лобок, пальцами раздвигает складочки половых губ, размазывая влагу.
— Арин…
— Молчи… — выдаю со стоном.
Яша выгибается и обхватывает рукой член, несколько раз проводит вдоль ствола.
Вот и все. Отступать поздно. Бой проигран. Я полностью под влиянием его чар.
— Какая же ты красивая, — шепчет он. — Королева.
Сердце и без того колотится на максималках, но сейчас на него словно обрушился горячий водопад. Кровь закипает в венах от его слов, взгляда, касаний. Никогда, ни один мужчина не вызывал во мне такую бурю и смесь разных, словно специи, эмоций.
— Я могу? — спрашивает он.
Молча киваю и прикрываю глаза. Яша с шумом выдыхает, а в следующее мгновение чувствую, как его разгоряченная головка упирается в мое влагалище. Давление усиливается. Он во мне. Медленно входит до самого конца. И в этот момент, тысячи звезд одновременно упали с небес на Землю. Нереальный, невозможный, невообразимый кайф.
Обвиваю его руками, мягко царапаю спину, оставляя розовые следы. Подмахиваю бедрами ему в ответ и распадаюсь на частицы безграничного удовольствия.
В этот момент, мне кажется, он мой, а я его. И так было всегда.
Движения Яши становятся все настойчивее, жестче, быстрее.
— Еще. Еще быстрее, — подгоняю его. — Еще, Яш…
Ускоряется. Мое тело начинает напрягаться. Внизу живота каменеет, а в следующее мгновение, по телу прокатывается волна дрожи и мои рваные стоны разносятся по всей квартире эхом. Мышцы влагалища сокращаются, сжимая член Яши, отчего и он издает гортанный стон, бросает парочку отборных матов. Затем останавливается, выходит из меня и отдает команду:
— Раком встань.
От неожиданности мои глаза расширяются и вместе с тем… Да. Сама хочу. Поднимаюсь, меняю позу. К лицу приливает жар оттого, что я сейчас так уязвима перед ним. Слишком открыта, полностью покорна.
Он входит одним рывком и сразу начинает двигаться, обхватив меня руками за бедра. Вся комната заполняется пошлыми звуками влажных шлепков, моими громкими стонами, тяжелым дыханием Яши и терпким ароматом нашей первобытной страсти. Как только мой организм полностью настраивается на это, мозг окончательно отключается. Работают только органы чувств. Новая огненная волна и я повторно испытываю просто космический оргазм, руки больше не держат, падаю лицом на диван, прогибаясь в спине и еще больше открываясь Яшке. Он тут же издает рык, увеличивает скорость, и его член становится в разы тверже. В самый последний момент он вытаскивает его и изливается семенем на мою спину, после чего шлепает по моей попке и целует ее.
— Хорошая девочка, — выдает с улыбкой.
Чуть позже мы переместились в его спальню и остаток ночи мы ненасытные дикари занимались сексом, пока окончательно не выбились из сил…
*Канкан (с франц. cancan) — энергичный и откровенный танец.