Она твоя дочь! Мы не семья (СИ)

Глава 37

— Это был второй курс. Ты прекрасно помнишь, каким я был. Неуклюжий, тощий и страшный как черт, — проговорил он, отчего я не смогла сдержать улыбку. — Меня постоянно задирали. Всем было все равно на то, что происходит в жизни такого студента. Проходя мимо, они нарочно задевали меня так, что я постоянно падал или ронял вещи. Моя жизнь казалась сущим адом. Но я все терпел, прекрасно понимал, что должен окончить учебу. Ведь от этого зависело мое будущее.

Слушая Петра, я попыталась вспомнить учебные годы. Студенческая жизнь, общение с друзьями, долгие, а порой и нудные пары… Я вспомнила все, что происходило тогда. Только после встречи с Олегом моя жизнь заиграла яркими красками.

Но как бы я ни пыталась, не могла припомнить Петра. Даже как-то странно, что я вообще вспомнила, что у нас был такой студент.

Я и подумать не могла, что у него была настолько тяжелая студенческая жизнь. Подобное есть в каждом учебном заведении, чего уж там. Но я и не представляла, что таким людям бывает настолько сложно.

— В какой-то момент мне это осточертело, и я решил дать отпор своим обидчиком. Вот только не рассчитал силы. Поначалу было больно. После я лишь надеялся, что они оставят меня в живых. Когда перед глазами заплясали черные мошки, я услышал испуганный крик, а после недовольный, с нотками злости голос, — Петр едва заметно улыбнулся уголком губ. — Позже мне стало известно, что если бы не та девушка, то я бы просто умер.

Мои брови поползли вверх от удивления. Кто бы мог подумать, что Петру пришлось пережить подобное. Даже как-то жаль его.

— Ну и к чему весь этот рассказ? — все же не выдержав, спросила я.

Я хотела узнать, почему он решил мне помочь, а не то, как ему жилось в студенческие годы.

— Ты даже не помнишь этого. А я, между прочим, долго искал девушку, которая спасла меня, — немного разочарованно проговорил Петр. — Той девушкой оказалась ты. И ты мне понравилась с первого взгляда. Я знал, что не имею права даже думать о подобном. Тем не менее наблюдал за тобой со стороны, надеясь, что когда-нибудь ты просто посмотришь на меня. Но этого так и не произошло. Поскольку ты никого, кроме своего Олега, не видела.

Я с шоком смотрела на Петра, пытаясь вспомнить то, о чем он говорит. Но сколько бы ни пыталась, в памяти ни намека на подобное не было.

— А ты уверен, что это была я? — аккуратно спросила, не желая ненароком обидеть его. — Что-то я не припомню такого. Думаю, если бы это действительно случилось со мной, то вряд ли бы я забыла о подобном.

Петр как-то печально усмехнулся, словно иного ответа от меня не ожидал.

— Как я и думал, — бросил он, продолжая чему-то усмехаться. — Ладно, сейчас это уже неважно. Ты хочешь знать, почему я решил тебе помочь? Просто на тот момент я любил тебя. Мне было стыдно признаться в этом самому себе, не то чтобы сказать тебе. Поэтому я просто держался в стороне. До того самого случая.

Вот такого я точно не ожидала!

Впрочем, если вспомнить слова Ленки о том, что я многим нравилась, это имеет смысл. Вот только никто, кроме Петра, не решился поступить со мной так жестоко.

— Значит, ты решил воспользоваться мной во имя большой любви? — с сомнением спросила, не особо веря ему.

— Я же сказал, что не собирался спать с тобой! — снова возмутился он.

— Допустим, тогда почему ты не признался в случившемся? Неужели тебя не мучила совесть?

— Думаешь, я не хотел? Я бы никогда не упустил шанс быть рядом с тобой, — и губ Петра коснулась печальная улыбка. — Вот только ты ничего не помнила! К тому же Олег приложил немало усилий, чтобы никто не смог подойти к тебе. Он не отходил от тебя ни на шаг! Боялся, что кто-то решит рассказать тебе о случившемся.

— Но ведь ты мог сделать это после, когда Олег бросил меня, — я никак не могла понять мысли и поступки Петра.

— Мог, — согласился он. — Но ты бы мне поверила? Прошло столько времени. К тому же ты была так расстроена из-за разрыва с Олегом, что никого и ничего не замечала вокруг.

Вспоминая то время, я была солидарна с Петром. Вряд ли тогда я стала слушать его.

— Тем не менее у тебя было столько возможностей!

— Я не пойму, почему ты злишься? — нахмурившись, спросил Петр. — Нет, я знаю, что ты имеешь право злиться. Но что изменится, если мы и дальше продолжим спорить о прошлом?

Сузив недовольно глаза, я с подозрением смотрела на Петра. Неужели он хочет избежать дальнейшего разговора? Может быть, он хочет от меня что-то скрыть? Впрочем, он прав. Сколько бы мы ни спорили, ничего уже не изменить.

Я узнала, почему он так поступил, пусть и не особо веря в его оправдания. Любовь? Смешно! Впрочем, может, я и правда ему нравилась, раз он решился на подобное. А насчет того, что его опоили… Об этом можно будет спросить у Ленки. Если, конечно, к концу нашего разговора мне все еще будет это интересно.

— Ты прав, давай забудем о прошлом и поговорим о насущном, — предложила я, решив не зацикливаться на том, что уже случилось. — Говори, зачем ты снова появился в моей жизни? Ни за что не поверю, что это простое совпадение.

— Неужели ты не веришь в судьбу? — спросил он.

— В судьбу, может быть, и верю, но тебе — нет!

Возможно, я могла бы все списать на простое совпадение, если бы дело касалось чего-то одного. Допустим, работы. Петр мог бы подать резюме, не подозревая, что я являюсь директором фирмы. Но то, что он купил квартиру в том же доме, еще и этажом ниже, уже подозрительно. А та вроде как случайная встреча? И все остальное тоже случайности?

— Странно, совсем недавно все было иначе. Ты была не против нашего общения и даже в дом свой пустила. Я уже не говорю про остальное. Так что же изменилось сейчас? Неужели на твое отношение ко мне повлияло прошлое?

Я смотрела на Петра, не зная, что и ответить. Мне самой непонятно, что именно я чувствую к нему: разочарование или ненависть. Если подумать, то ни того, ни другого я не испытываю. Я злюсь на него из-за того, что он скрыл от меня, что мы знакомы. Впрочем, и тут я не имею права злиться, потому что Петр не обязан был мне это рассказывать.

— Не совсем, — призналась я, не видя смысла скрывать. — Меня просто беспокоит тот факт, что ты не просто так появился в моей жизни. Я не знаю, что именно ты задумал, поэтому не знаю, как относиться к тебе. Самый проверенный способ, чтобы оградить себя и дочь от опасности — держать на расстоянии подозрительных людей.

— Значит, теперь я для тебя подозрительная личность? Неожиданно! — с некой обидой произнес Петр. — Кажется, совсем недавно ты была иного мнения обо мне.

— Тогда я не знала, что нас связывает!

До того момента, пока я не узнала, кем именно он является и что нас связывает, я думала о Петре иначе. Он действительно стал для меня особенным. Мне было приятно чувствовать себя в его объятьях живой. Те эмоции и страсть, которые я испытала с ним, казались мне давно забытыми.

Но сейчас он отец моей дочери и тот, кто поступил со мной некрасиво в прошлом. Я просто сбита с толку и не знаю, что думать на этот счет.

— А сейчас знаешь? — спросил он, вскинув вопросительно бровь.

— Знаю!

«У нас общая дочь!» — так и хотелось сказать, глядя Петру в глаза, чтобы увидеть его реакцию.

Но я пока не намерена рассказывать о ней. До тех пор, пока Петр не раскроет передо мной все карты! Я должна убедиться, что он не задумал ничего плохого.

— И что же такого ты узнала, раз теперь смотришь на меня как на врага?

Петр казался спокойным и невозмутимым. Он сохранял холодное и отстраненное поведение, но его взгляд был напряженным и пронизывающим.

— Я хочу знать, что ты задумал и почему появился в моей жизни, — сказала то, что должна была, игнорируя его вопрос.

Сейчас не до того, что я чувствую. Главное — узнать о его намерениях, а уже после буду решать, как быть дальше.

— Ты действительно хочешь узнать правду? — вскинул он вопросительно бровь.

— Да!

— Тогда почему не посмотришь в тот конверт, который недавно принесли тебе?

Я ненароком вздрогнула от неожиданности.

— Ты что, следишь за мной? — спросила о том, что первое пришло на ум.

Мне стоит начинать бояться этого человека? Как много он знает обо мне? А что насчет Крис? Если Петру не составило труда узнать о том, что я искала на него информацию, то вполне вероятно, он уже давно в курсе, что Кристина его дочь?

— Возможно, — уклонился он от ответа.

Даже если это так, то я не должна показывать ему, что боюсь! Да, он застал меня врасплох. Но ведь я не сделала ничего плохого!

— Вряд ли в том конверте есть то, что меня интересует, — сказала, пытаясь сохранять спокойствие.

— Тогда зачем же нужно было заставлять человека рисковать своей работой, чтобы раздобыть эту информацию?

И я поняла смысл сказанных слов Вячеслава Демидовича о том, что мне стоит опасаться этого человека. Значит, Петр не так прост, как хочет казаться. Кто же он на самом деле?

— Мне нужно было разыскать одного человека, тогда я еще не знала, что это ты, — я решила раскрыть перед ним карты, не видя смысла скрывать правду.

— Вот как⁈ — произнес Петр, словно не ожидал, что я признаюсь. — Хочешь знать правду? Что ж, тогда я расскажу. Видишь ли, все эти годы я не вспоминал о тебе. Осознав, что мне с тобой ничего не светит, я решил забыть о случившемся. Все же на свете есть и другие женщины.

Недовольно поджала губы. Почему-то мне не понравились его слова. Это ж надо быть таким наглым, чтобы хвастаться мне, что у него баб много! У меня, между прочим, тоже есть другие ухажеры, но я же не кричу об этом на каждом углу!

— В тот вечер я случайно столкнулся с тобой у ресторана. Ты была в компании Олега и Кристины. Вы выглядели как настоящая семья. Я сразу узнал тебя. И мне стало любопытно: неужели ты с Олегом тогда снова сошлась? Поэтому я решил немного покопаться в твоей жизни.

— Как мило с твоей стороны! — недовольно, с сарказмом проворчала я.

Неприятно осознавать, что кто-то рылся в твоем прошлом. Особенно если этот кто-то небезразличен тебе.

— Неприятно, правда? — словно прочитав мои мысли, спросил Петр, тем самым намекнув на мой поступок. — Тогда-то я и узнал, что, оказывается, все эти годы ты воспитывала дочь одна. А когда я увидел информацию о Кристине, то был, мягко говоря, потрясен. Мне не составило труда подсчитать сроки, чтобы у меня возникли подозрения о том, что она может быть моей дочерью. Тогда-то у меня и возникла идея сблизиться с вами, чтобы убедиться в своих догадках.

— Так ты знаешь… — едва слышно прошептала я.