Осколки

Глава 3 Кристина

Шок. Это самое первое чувство, которое я испытала после того, что услышала. Ни горе, ни боль, ни горечь, а именно шок. Шок из-за того, что его больше. Никогда не думала, что этот день настанет. Я всегда считала, что папа, как Китайская стена, вынесет всё и никогда не падёт. Ещё я испытала удивление, потому что человек без сердца умер из-за болезни сердца, какой-то каламбур дешёвый получился, но смеяться не хотелось, ровно, как и плакать.

-Тина, с тобой всё хорошо? – не знаю, как мне удалось устоять на ногах и не рухнуть прямо там, посреди офиса, но я твёрдо стояла на ногах, хотя на секунду мне показалось, что прямо сейчас я потеряю сознание, но нет. Я всё выдержала, жаль только, что сейчас нельзя скинуть шпильки и выпить чего-то крепкого и обжигающего.

-Со мной всё хорошо, просто лёгкое головокружение, - не сразу поняла, что заговорила по-русски, но удивлённый взгляд нашего администратора Стейси дал мне понять, что что-то не так. – Прости. Со мной всё хорошо, просто неважно себя чувствую. Наверное, давление подскочило, - дежурный ответ, который возымел свой эффект, Стейси вернулась на своё рабочее место, а я отправилась на выход из офиса.

Не знаю сколько я шла, но когда снова посмотрела вокруг себя, то поняла, что сейчас сижу на лавочке в Гайд-парке. Вначале я растерялась, тем более что со мной давно уже не происходило такого, но потом поняла, что и ситуация сейчас не совсем обычная, поэтому не стоит раньше времени паниковать, а лучше сосредоточиться на том, что происходит в данную минуту.

Папа умер, а я всё никак не могла испытать то, что должна чувствовать дочь. Я не чувствовала ничего, кроме шока и меня это пугало. Я боялась того, что рецидив может повторится, поэтому сделала то, что должна сделать в подобной ситуации.

-Алло, - доктор Элизабет Стайлз взяла трубку после второго гудка.

-Элизабет, добрый день. Это Тина.

-Добрый день, Тина, - за годы борьбы я работала со многими психологами и психотерапевтами, но из всех врачей мне удалось наладить контакт только с ней. Элизабет была интересной женщиной сорока пяти лет. Многие пациенты-мужчины характеризуют её, как сексуальную докторшу и это их первая ошибка. Да, Элизабет очень хорошо выглядит, но внешность обманчива и как только ты списываешь её со счетов, она сразу доказывает, как сильно ты ошибался. Но больше всего мне нравится в ней то, что она никогда не лезет к тебе со своими вопросами, не пытается расположить тебя к себе, а просто ждёт, когда ты сам будешь готов сделать первый шаг.

-Мы можем встретиться в ближайшее время? – это то, что в данный момент мне было необходимо, не знаю почему, но моё теперешнее состояние пугает меня, мне не нравится то, что происходит со мной, поэтому я нуждаюсь в профессиональном совете.

-Прости, дорогая, но я не могу принять тебя до нашего сеанса в четверг, - ещё одна особенность Элизабет, она никогда не принимает пациента, раньше назначенного срока, если только не возникает экстренных ситуаций, но понятия об экстренных ситуациях у неё весьма специфические. Вообще, как бы это парадоксально не звучало, доктор Стайлз считает, что ни один человек не должен зависеть от психиатра или психотерапевта, она придерживается мнения, что после полного курса лечения пациенты должны как можно меньше контактировать с раздражающими факторами, одним из которых она считает врачей своей специализации. У Элизабет очень мало пациентов, которые бы наблюдались у неё годами, и я одна из этих «счастливчиков», правда наши встречи происходят строго один раз в месяц и не больше часа. В критической ситуации она просит связываться с ней, но я никогда даже не задумывалась, что бывает после такого звонка, потому что раньше до самого звонка дело не доходило.

-Ладно, но моё дело не может терпеть до четверга.

-Хорошо, у меня есть несколько минут до следующего пациента. Скажи мне, дорогая, что случилось?

-Мой папа… - мой голос дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. – Мой папа, умер.

-Мне жаль, дорогая.

-Хотела бы я сказать тоже самое.

-Что ты имеешь в виду?

-Я не чувствую никакой жалости, только шок от того, что его больше нет.

-Дорогая, в этом нет ничего страшного. Шок – нормальная реакция в сложившейся ситуации, но рано или поздно он пройдёт и тогда ты поймёшь, что испытываешь на самом деле.

-Ты так думаешь?

-Не могу сказать, что уверена на все сто процентов, но думаю, что всё именно так и будет.

-Ладно, хорошо. Ты меня успокоила.

-Что ты собираешься делать дальше?

-Ну, у меня большие планы. Сегодня я уволилась с работы и теперь мне нужно связаться с другой компанией, которая предлагает мне возглавить новый проект. По сути, моя работа не изменится, но теперь я сама буду вести большой проект, поэтому я в предвкушении, - это была чистая правда. Слова Элизабет меня успокоили и теперь я снова думала о том, что меня ждёт дальше. Я снова отрезала режим «старой Тины» и переключилась на своё привычное состояние, хотя была опасна близка от потери контроля.

-Нет, милая, я не это имела в виду. Когда ты летишь на похороны к отцу? – этот вопрос поставил меня в тупик.

-Я не собираюсь никуда ехать.

-Вот мы и добрались до настоящей проблемы. Ты ведь знаешь, что это неправильно?

-Ты знаешь, как он со мной поступил, поэтому у меня нет никаких причин ехать в Москву, чтобы с ним попрощаться.

-Ты в этом уверена? Ты точно знаешь, что не пожалеешь о своём решении через неделю, месяц или год?

-Я не знаю, - и это была чистая правда. Сколько бы горя и обид мы не принесли друг другу, но мы всё равно были семьёй, и я любила его. В следующую секунду мне стало немного горько от того, что меня не было рядом с папой в последние минуты его жизни. Несмотря на то, каким он был отцом или человеком, я его очень любила за то, что он просто был, за то, что много лет назад он взял меня к себе, а не выбросил на произвол судьбы. И, чтобы я о нем не думала или как бы я на него не обижалась, сейчас это все стало абсолютно не важным. Сейчас, важно лишь то, что его больше нет, а я так и не успела ему сказать, как сильно его люблю и как благодарна за все то, что он для меня когда-то сделал.

-Послушай, мы с тобой много разговаривали о твоей жизни в России и сейчас опять повторю всё то, что говорила тебе много раз, тебе нужно разобраться с тем, что ты оставила позади, иначе тебе никогда не удастся построить счастливое будущее. Избегая проблемы, ты никогда не решаешь её и твои действия никак не помогают тебе разобраться в себе или своём прошлом. Помнишь, что я тебе всегда говорю? Не беги от проблемы, посмотри ей прямо в лицо, а теперь у тебя есть шанс разобраться сразу и со всем.

-Я не думаю, что это правильно.

-Это не правда. Ты уже знаешь, что я права ведь твоя терапия так и не дала тебе стопроцентного результата, хотя ты очень старалась, но так и не смогла выполнить главное условие, - я знаю, что она права, но ничего не могу с собой поделать. Я ещё не готова встретится со своим прошлым лицом к лицу, но сейчас, судя по всему, у меня просто нет другого выбора.

-Думаю ты права. Правда я даже не знаю, когда будут похороны, - очередная отговорка, знаю, но мне нужно несколько секунд, тогда я снова стану сама собой, соберу свою силу в кулак и позвоню брату. Брат, странно так обращаться к человеку, который так жестоко поступил со мной, но теперь он моя единственная семья и мне нужно набраться сил и терпения, чтобы позвонить ему. – Ладно, спасибо тебе за хороший совет, но теперь свои проблемы я должна решить сама. Кстати, как мне отблагодарить тебе за твою помощь?

-Всё очень просто, милая, буду благодарна, если ты мне пришлёшь чек по стандартному тарифу, - я сделала себе пометку, что нужно перевести деньги Элизабет, а затем распрощалась с ней и взяла минутную паузу, чтобы собраться с мыслями и набрать знакомый номер. Очень надеюсь, что брат не сменил его, потому что мне очень не хотелось бы звонить его помощнику. Есть вещи, которые мне нужно обсудить с Максимом и мне бы очень не хотелось впутывать в них посторонних людей, поэтому я молча вздохнула и набрала знакомый номер.

Когда на мой звонок не ответили, я решила, что это знак и спрятала телефон обратно в сумку, но потом быстро достала его вновь, ругая себя, при этом, за трусость. Набирать номер брата повторно не хотелось. В памяти всё ещё свежа ссора, которая случилась между нами незадолго до моего отъезда. Она полностью нас разрушила, а ведь раньше мы были очень близки, несмотря на разницу в возрасте в пятнадцать лет. Брат был для меня всем. Он заменял мне вечно занятого отца и мать, которую я видела последний раз в пятилетнем возрасте. Я очень гордилась им и старалась изо всех сил сделать все, чтобы он гордился мной. Брат был для меня примером, опорой и просто другом, который мог выслушать даже самую глупую историю и дать совет, в котором я так нуждалась. С ним я делилась своими «страшными тайнами» и знала, что он никогда меня не предаст, но как же горько я ошибалась. Он показал мне, что семья не всегда бывает превыше всего.

Несмотря на то, что мы в ссоре мне неприятно то, что не он сообщил мне о папиной смерти. Мне сложно понять почему он не позвонил раньше и не сказал, что у папы проблемы со здоровьем, если бы я знала, что он болеет, то… Хотя кого я пытаюсь обмануть? Даже если бы я знала о состоянии папы, то ничего бы не сделала. Я бы не приехала в Москву. Максимум на что я была способна – это телефонный звонок отцу. Да, это не решило бы проблему, но это тот максимум, который я могла ему предложить. А ведь когда-то я его боготворила, но потом всё изменилось и как бы некрасиво и ужасно это не звучало, но я бы никогда не смогла бы прийти на помощь отцу. Не после того что он со мной сделал. Не после того как, когда я молила его о помощи, он оставил меня и ушёл.

Я снова набрала номер брата и стала ждать, когда же он снимет трубку, но время шло, а трубку так никто и не брал. Когда я уже решила сбросить, мне, наконец, ответили:

-Алло, - голос звонившего был настолько пьяным, что сложно было понять ответил мне Макс или кто-то другой. В конце концов, прошло уже столько лет со времени моего последнего звонка, что он легко мог изменить номер и звоню я теперь неизвестному алкашу.

-Привет. Это я, Кристина. Мне нужно с тобой поговорить, - мне казалось глупым спрашивать у ответившего кто это, поэтому я просто нейтрально представилась и сказала зачем звоню. А вообще, жизнь всё-таки странная штука. Пять лет назад я кричала Максу, как сильно его ненавижу и что больше никогда не заговорю с ним, но, в глубине души, каждый день ждала звонка. Мне очень хотелось услышать, что у нас с ним всё в порядке и я всё так же могу рассчитывать на него, но звонка так и не последовало. Теперь ему звоню я, при этом я даже не уверенная, что мне ответит, тот кто нужно.

-О, предательница объявилась. Не звонила, не писала пять лет, а тут вдруг объявилась. Хотя, почему, вдруг? Костик, наверняка тебе уже позвонил и сообщил новости, а значит звонишь ты не для того, чтобы узнать, как у нас здесь дела. Знала бы ты, сколько мне таких уже позвонило, - Макс еле разговаривал, а каждое его слово меня больно жалила. Не знаю на что я рассчитывала, звоня ему, но точно не думала, что будет так. Да, мы были не близки, но это не означает, что через столько лет первое что я должна от него услышать это ушат дерьма и то, что он сейчас пьян его совершенно не оправдывает. Нет, я больше не та маленькая девочка, которая готова ловить каждое его слово, поэтому этот словесный фонтан нужно закрыть.

-Я тоже рада тебя слышать, дорогой братец. Я бы тоже хотела обменяться с тобой любезностями, но, увы, сейчас не самое подходящее время. Я звоню тебе, чтобы поговорить с тобой об отце, вернее о том, что с ним случилось, - да, всё-таки не такого разговора мне бы хотелось с братом спустя столько лет. Это так дико и неправильно звонить брату, спустя пять лет, по такому поводу. Я ему в этом никогда не признаюсь, но на одной из терапий я поняла, как неправильно вела себя по отношению к нему и тогда мне сразу стало стыдно за все свои слова, сказанные много лет назад. Как же я тогда хотела, чтобы брат был рядом, я мечтала крепко держать его за руку. В те страшные для меня времена, я бы крепко-крепко его обняла и забыла бы обо всех бедах, которые есть в этом мире, потому что эти объятия для меня всегда были символом стабильности и защищенности, но прошлое, к сожалению, не вернешь.

-Испугалась, что со смертью отца прекратятся и выплаты тебе? Об этом можешь не переживать. Отец, в своем завещании, позаботился о тебе. Хотя, тебе его забота и так не нужна, ведь о тебе всегда будет кому позаботится, - со смешком сказал брат. Его слова мне были очень неприятны, но я не видела смысла сейчас затевать скандал. В таком состоянии объяснять ему что-то или скандалить с ним бесполезно.

-Я позвонила не за этим. Я звоню тебе, чтобы узнать, когда будут похороны, - попутно вспомнила все методики, которые должны помочь успокоится и старалась использовать их, иначе наша мирная беседа превратиться в скандал.

-А тебе какая разница? Или ты решила удивить всех и явиться? – после его слов мне стало противно. Я никак не могла понять, как из родных людей мы превратились в чужаков, и почему мой брат говорит мне столько гадостей. Сейчас мне очень хотелось положить трубку и больше никогда ему не звонить, но я давно уже не отступаю от намеченных целей, поэтому буду разговаривать с этим пьяным болваном до тех пор, пока он не скажет мне то, что меня интересует.

-Я прилечу. Скажи, когда мне нужно быть в Москве.

-Так-так-так, наша киса решила вернутся. Ну, что ж. Это обещает быть интересным. Похороны будут завтра в девять. Хоронить отца будут рядом с мамой. Смотри не опоздай. Тебя никто ждать не будет. До скорой встречи, киса, - брат отключился, а я откинулась на скамейку и стала наблюдать за людьми вокруг.

Киса. Такое ненавистное мне прозвище придумал брат, когда я была ещё маленькой девочкой. Радует только то, что кроме него меня больше никто так не называл, иначе у меня было бы очень трудное детство. А ведь были времена, когда я была совсем не против такого прозвища. Мне было приятно то, что брат придумал мне его, я воспринимала это, как ласку. Только со временем я поняла, какой же дурой была и никакая это не ласка, а точное указание моего места, помоечной кошки. Жаль только, что я слишком поздно поняла, что брат, на самом деле, думает обо мне.

Не помню сколько я вот так просидела в парке, но, когда пришла домой на улице уже стемнело, а мне пора было ехать в аэропорт.

*****

Москва встретила меня морозом и снегом. Не знаю можно ли назвать это везением, но я успела прилететь в Москву последним рейсом. Наш самолёт был последним, который принял аэропорт до того, как закрыться из-за сильного снегопада. Только в такси я поняла, что едва не пропустила похороны отца и тогда меня впервые накрыло. Я отрешённо смотрела в окно на ночную Москву, а по моим щекам текли слёзы. Только тогда на меня накатило понимание того, что папы действительно нет, а мы так и не смогли с ним сесть и нормально поговорить. В ту минуту я жалела о том, что так и не попробовала разобраться во всех тех событиях, которые заставили меня покинуть Москву, ведь именно всё то, что произошло тогда стало точкой невозврата для всего. Я жалела, что вину за всё возложила на папу. Я жалела о том, что жалость к себе перевесила самоуважение и я просто сбежала, оставив других разбираться с моими проблемами. Я жалела ещё о многих вещах, но в то же время я понимала, что жалость никак мне не поможет, поэтому слёзы в такси единственная слабость, которую я себе позволила.

-Девушка, мы приехали, - водитель такси вывел меня из задумчивости и я, быстро вытерев слёзы, расплатилась с ним, а затем вышла из такси и осмотрелась вокруг.

Многоэтажный элитный дом. Ничего не изменилось с тех пор, как я была здесь в последний раз. Все тот же пустой двор и полное отсутствие людей на территории. Иногда мне казалось, что здесь никто не живет, но это конечно не так. Просто люди, живущие здесь, не пользуются прилежащей к дому территорией. Соседей можно встретить только на подземном паркинге и то, это случается крайне редко. Не смотря на отличную детскую площадку, я не разу не видела, чтобы на ней играли дети. Хотя, в этом доме я провела не так много времени, поэтому я не могу знать наверняка.

Я зашла в фойе дома и меня тут же встретил услужливый швейцар. Все как в лучших домах Европы и Америки, хотя даже они могут позавидовать шикарному убранству этого дома. Когда папа впервые меня сюда привез, я думала, что попала в отель, а не дом. Здесь в фойе стоят стойки, как ресепшн в шикарном отеле. За ними стоят девушки, которые улыбаются всем во все свои выбеленные тридцать два зуба, наверняка мечтая здесь встретить своего принца. На входе тебя встречает улыбчивый швейцар, которому так и хочется улыбнутся в ответ. Квартиру в этом доме себе могут позволить только самые богатые из богатых, потому что здесь нужно не просто купить себе квартиру, но и оплачивать богатые атрибуты жилого комплекса.

-Доброй ночи. Чем я могу вам помочь? – только сейчас я поняла, что не успела заранее предупредить о своем приезде, а поскольку этот персонал новый и я здесь давно не была, меня могут и не впустить в мою же квартиру.

-Доброй ночи. Меня зовут Кристина Барсова и я… , - не успела я закончить фразу, как меня перебили. Я не люблю, когда меня перебивают, но сегодня была этому даже рада, потому что совершенно не знала, что говорить, а это мне не нравилось ещё больше.

-Здравствуйте. Нас предупредили, что вы должны приехать. На ресепшене, вы можете взять все свои ключи и документы, - швейцар указал рукой на девушек, которые тут же мне улыбнулись, что совершенно не удивительно. Мой пентхаус занимал весь последний этаж этого дома, поэтому для них я была почетным клиентом.

Я взяла свой конверт и, отказавшись от помощи с багажом, отправилась к персональному лифту, который доставит меня в мой личный ад.

Моя квартира мне когда-то очень нравилась. Из ее окон открывался удивительный вид, причем из любого окна. Сама квартира оформлена в тёмных тонах современного стиля и изначально мне казалось, что это чисто мужской стиль, но потом я привыкла и мне стало даже нравится.

Зайдя в квартиру, я направилась в гостиную, где сразу увидела свой портрет во весь рост. На нем я была запечатлена до всех горьких событий, поэтому выглядела искренне счастливой и беззаботной, такой меня уже давно никто не видел. До того, как уехать я изрезала этот портрет, но видимо кто-то позаботился об его восстановлении.

Не только фотография осталась на своем месте, но и все остальное, чтобы в этом окончательно убедится я прошла к гардеробной, где так и висели оставленные мной вещи, что было очень кстати. За последние годы, размер моей одежды совсем не изменился, а лондонский гардероб совсем не подходит для суровой московской зимы, а вот одна из моих старых шуб, будет очень кстати.

Посмотрев на время, я поняла, что если хочу немного отдохнуть перед похоронами, то сейчас самое время. Мне нужно было расслабиться, и я выбрала для этого самый действенный метод – ванную. Горячая ванная позволяет не только расслабить тело, но и привести мысли в порядок. Ванна – это то место, где я могу пропадать часами, жаль, что сейчас у меня не так много времени, потому что мне нужно готовится к похоронам.

Одежда, в которой я провожу папу в последний путь, была выбрана еще в Лондоне. Простое, но элегантное чёрное платье идеально подчёркивало мою фигуру. Оно было достаточно скромным, чтобы никто не смог обвинить меня в том, что я неподобающе выгляжу, но на мне смотрелось очень сексуально. «Естественный» макияж занял у меня больше времени, чем обычно, но я была полностью довольна результатом. Каждый, кто меня увидит сегодня удивиться тому, как гадкий утёнок мог превратиться в прекрасного лебедя, но мне было наплевать на мнение других. Я уже давно не одеваюсь так, чтобы понравится другим, я выбираю одежду так, чтобы нравится себе и с уверенностью могу сказать, что сегодня справилась со своей задачей на все сто. Сегодня мне было плевать кто и о чём думает, я приехала, чтобы попрощаться с отцом и похоронить своё прошлое вместе с ним, а остальные… Пусть все думают, что у меня все отлично, потому что для них у меня нет другого ответа о состоянии своих дел, а слёз моих они больше не увидят никогда.