Глава 1

А-ааа!

Мать вашу, да что же…

Вода, ударив наотмашь, будто я упала на бетон, накрыла с головой, перекрутила, притопила, завернула так, что и не ожидаешь от вялого городского потока… Меня захлестнула паника, но я быстро её подавила. Нельзя! Вода и паника не совместимы, и тут нет ничего такого, с чем я бы не справилась.

Перестав кувыркаться в мутной толще, я сориентировалась, наконец, где верх, а где низ, и рванула к слабому свету, вынырнула, жадно хватая воздух, отплевываясь и отфыркиваясь.

Костюм стал тяжелым, сумочка все еще болталась на руке, а на ногах – туфли на ремешках, волосы растрепались и залепили глаза… Черт с ним, со всем, берег близко, я доплыву, а потом найду ту тварь, что так со мной поступила!

Никогда я еще не была так зла. Даже в тот момент, когда застала своего мужа с дрянью, которую я по ошибке считала близкой приятельницей!

Эта злость придала мне сил. Я заработала руками и ногами и вскоре уже коснулась земли, камней, чего-то склизкого, выкарабкалась на твердую поверхность, отдуваясь, матерясь и недоумевая, откуда в центре Москвы взялась глина и поросль колючего мха…

Зло отлепила с лица волосы, намереваясь вскочить на ноги и рвануть на мост, чтобы поймать того парня и не знаю что с ним сделать… но осталась сидеть.

Молча. Не дыша. Не шевелясь.

Потом таки пошевелилась – протерла глаза, хлестнула себя по мокрой щеке…

Картина не изменилась.

Мрачный лес. Голые ветви на фоне серого неба, вековые ели, мшистый и пологий противоположный берег… И река, из чьих глянцевых, почти черных вод я только что выбралась.

Я всхлипнула и тут же прикусила свою руку, испугавшись громкого в зловещей тишине леса звука.

Может, я ударилась при падении головой? Умерла? Воскресла? Я – это вообще я?

Осмотрела себя, насколько это было возможно, и убедилась – то самое тело. Костюм, уже ненавистный и ни на что не годный. Туфли на устойчивом каблуке. Порванные в нескольких местах капроновые колготки – когда только успели? – обнажающие бледные худые ноги. И сумочка в комьях глины…

Сумочка!

Подрагивающими пальцами открыла её и выхватила телефон. Мокрый… потухший. И почему-то мне показалось, что от того, что он работал, ничего бы не изменилось.

Меня затрясло. Если это такой…своеобразный Ад или Рай, то есть моя собственная жизнь после смерти, то выглядит странно. И слишком уж холодно и неуютно тут – и разве должна я… чувствовать? Дышать? Видеть грязь под ногтями, которыми скребла берег? Дрожать от холода и страха?

Может, очередное видение? Не слишком ли реалистичное? А может… Меня просто далеко унесло? В область? Допустим, я потеряла сознание, но чудом не захлебнулась, уплыла и.... Пусть звучало бредом, но это было не более бредом, чем любая другая версия!

– Т-твари… – отбили мои зубы дрожь по ком-то. Да по всем сразу! По бывшему мужу; по парню, который сделал вид, что хочет меня спасти; по Самохину, моему однокласснику, которому я призналась в любви, а он высмеял меня перед всей школой…

Вздохнула и снова осмотрелась.

Ни следа человеческого присутствия. И ощущение, что сейчас не поздняя весна, как и должно быть, а очень ранняя… вон, пятно снега даже виднеется. Может и правда область? Или сон?

Пришло осознание, что это не самое важное. И я подумаю обо потом. Важнее было согреться. Костер? У меня нет зажигалки. И в округе не вьется дымок… ну, не знаю, походников, например. Если только быстро идти или бежать… Куда нибудь.

Меня уже трясло крупной дрожью.

Потому я пересилила себя, встала на ноги, сделала шаг, поскользнулась, но снова упрямо встала и выбралась таки с наклонного берега в чахлый кустарник. Стянула туфли, кое как запихала их в сумку – идти босыми ногами было больно, но в туфлях я и шагу не могла ступить – и быстро-быстро двинулась по лесу, стараясь не терять из виду ленту воды. Повизгивая от обжигающе холодной земли и сглатывая слезы, заставляя себя шевелить интенсивно руками и ногами, натирая плечи, уши, лицо, разгоняя кровь.

Я понимала, что не понимала ничего. И что так долго я не выдержу, что вскоре устану, замерзну, упаду. Но все равно шла и всматривалась в сгущающихся сумерках – или это просто было тут так темно? – в малейшие признаки человеческого присутствия. Дорога, дома, электрические провода… Да что угодно!

Но я ничего не находила.

Не знаю, сколько шла. Разболелась голова, перед глазами стала мутная пелена, ноги потеряли чувствительность. Пару раз я опускалась на землю и разминала сбитые ступни, стараясь не задумываться, что будет дальше – через пятнадцать минут, через полчаса…

И снова двигалась вперед. Или назад?

Да какая разница…

Мне еще подумалось, что самоубийство, которое я не собиралась совершать, как-то сильно затянулось. И в этот момент услышала странный стук. Он раздавался в молчаливом лесу глухо и, в то же время, громко, и я замерла, пытаясь определить источник. Бросилась в сторону, надеясь, что не ошибаюсь, и этот стук издает кто-то вроде… Человека.

Механизма.

Хоть бы не дикий зверь…

Снова тишина, но я продолжала бежать, надеясь хоть на что-то… И выскочила, неожиданно, на проселочную дорогу.

Дорога! Она ведет откуда-то и куда-то, по ней ездят! Я рассмеялась каркающим, хриплым смехом, и пошла по широкой, утоптанной тропе, едва уже переступая ободранными, ледяными ногами… И снова нарастающий стук. Сзади?

Резко обернулась.

Нет, это оказалась не лошадь. Из-за поворота на меня вылетел… вылетело… Что-то огромное, лохматое, похожее на тибетского мастифа размером с медведя, бегущее на четырех лапах и несущее на себе человека.

Как в замедленной съемки я наблюдала, что оно по очереди поднимает в беге огромные лапы с блестящими железными штуковинами на них и не находила в себе силы сдвинуться с места.

Всадник – всадник ли? – что-то заорал, а я только и успела, что закрыть глаза и прикрыть голову руками, прежде чем почувствовать удар…

И потерять сознание.

Загрузка...