Отмороженный 12.0

Глава 10

— Отличный план, — я подхватил контейнер с семплами и пересыпал все в подставленный баул. — А дальше куда? Мне машина нужна.

— Большая? — хитрым тоном спросил Руперт, небось еще и прищурился в операторской.

— Да.

— О, это хорошо! Знаю, где добыть. Правда, там фоггеров много, — понизив голос, сказал Руперт, выковыривая обратно из мешка семплы только с «Ледяной миной». — Но это даже хорошо, устроим им такую акцию, чтобы весь сектор содрогнулся. А там, глядишь, и Данди подтянется.

— Когда?

— Ну, когда мы мост откроем и энергетические хабы фоггеров из строя выведем, так кавалерия сразу же и прискочит, — ответил Руперт, оглядываясь, можно ли еще что-то забрать с собой.

— Отличный план, — повторил я и пошел к соседнему проему, надеясь, что он приведет к выходу.

К нормальному выходу, а к двери, за которой сразу же отметился почти десяток вражеских маркеров. И еще в два раза больше, прямо у меня над головой. М-да, хоть обыскажайся, а расположение ближайшего выхода фоггеры нашли. И судя по глухим звукам и вибрации двери, уже активно пытались ее взломать.

Я посмотрел на символы, не зеленые, а уже перекрасившиеся в красный. И медленно начал сдавать назад, отмахиваясь от Руперта, чтобы он меня не подпирал.

— Не сюда, — сказал я, когда мы вернулись в общий зал. — Уже ломают и может сработать система защиты.

— Понял, догоню, — ответил Руперт и, взмахнув в воздухе парочкой мастер-семплов, скрылся в коридоре.

Я сверился с картой от Искорки и выбрал самый дальний проход, практически противоположный. Просветил тоннель, добив лучом фонаря метров на двести и поняв, почему на карте нет продолжения. Впереди был завал, сначала горка с торчащими из нее корнями, а дальше плотная спрессованная масса замерзшей земли.

Ладно, смотрим следующий. Я вырулил в соседний проем, и метров через шестьдесят остановился перед дверью. С той стороны вроде бы было тихо, но над головой уже стягивались фоггеры. Следят они что ли за нами, несмотря на хваленую маскировку с искажением? Или здесь искажать просто некуда?

Дальше (направо и налево) вместо себя отправил двойников. Что в тоннелях не узнал, но убедился, что фоггеры реагируют на каждое движение под землей. Что за первой, что за второй иллюзией тут же отправились маркеры на поверхности. Черт! В итоге только сам же фоггерам все выходы показал.

— Да, это бесполезно, — пробурчал Руперт, проходя и мимо меня, и сквозь вернувшуюся иллюзию. И уже через пару минут оттуда прилетело раскатистое эхо. — Аууу! Здесь тууупик!

— Весело тебе? — спросил я, когда мы вновь встретились в центральном зале.

— Если честно, то не очень, — пожал плечевыми фермами «напарник» и задрал голову к потолку. — Уже копают, похоже.

Прямо над нами образовалось чистое место — корни, будто что-то чувствуя, оттянулись в разные стороны. А те, что остались, слегка вибрировали, осыпаясь крошками мерзлой земли.

Оставалось три прохода.

Но тот, что на карте виделся, как самый короткий, мы сразу же вычеркнули. Тоже завал, но со следами бетона и арматур из астериуса. Здесь, похоже, рванула защита двери. Либо фоггеры уже здесь пытались, либо корни оргенума проросли куда-то не туда, активировав ловушки.

Предпоследний тоннель выглядел многообещающе. И уводил в сторону, явно затрудняя проход для погони наверху, и даже корни досюда еще не добрались. Так, всего пара хвостиков, торчащих из стены.

Я подскочил к двери, пытаясь почувствовать какое-нибудь ускоренное открывания. Мы же все-таки изнутри идем! Но фигу — получите стандартный разброс символов и распишитесь так, чтобы без ошибок и логически выверено. Руперт молча замер рядом, либо понимал, что лучше не отвлекать, либо просто заворожено пялился на вспыхивающие символы. Согласен, для неподготовленного выглядит как магия.

— Алекс, стой! — все-таки не удержался Руперт, когда мне оставалось активировать последний символ. — Это ловушка. Они уже за стеной!

— Думаешь, не пройдем? — я буквально завис с поднятой рукой над активацией последнего символа. Тоже видел энергетические следы в радиусе тридцати метров, но пока сильно меньше, чем у прошлых выходов.

Руперт отступил на несколько шагов, но ответить не успел, вместо него высказались фоггеры. За дверью раздался протяжный звонкий скрежет, похожий на визг тормозов, и дверь вылетела из проема. Вместе со мной.

Ощущение было, будто меня ударило дважды. Сначала взрывная волна, а потом уже и дверь. Меня протащило пару метров в каком-то полном аду! По бокам от моего случайного щита вырвались языки пламени сине-зеленого цвета, бронированная дверь фонила радиацией — система уже не визжала, а трещала как счетчик Гейгера. Стены вокруг грохотали и не крошились только потому, что пламя моментально запекло все, до чего успело добраться. Весь тоннель тут же заволокло черным дымом.

Система Ориджа только-только справилась с акустическим ударом, как у меня над ухом тут же заработал пулемет Руперта.

Пум-пум-пум-бум…

Я приподнял тяжелую скрюченную дверь, пытаясь скинуть ее с себя, как в нашу сторону тут же прилетела ответка. Как трещоткой по ладошкам прилетело вибрацией, отзывающейся на каждое попадание!

А я все еще никого не видел — только пули светящиеся как трассеры свистели в обе стороны.

— Алекс, не морозься, отступаем! — закричал Руперт, вроде как уже сильно издалека.

Попытка номер два!

Я потряс головой, подпер дверь плечом и, стараясь не высовываться из-за нее, начал подниматься. Сделал шаг назад и потащил дверь за собой. Не глядя метнул «Ледяную мину», а когда грохот взрыва рассеялся, обдав холодком, пробравшимся даже в синхронизацию, отстрелялся из крафткомпакта. В тишину — в ответ не стреляли, и Руперт ушел на перезарядку.

И в этот же момент рука фоггера схватилась за край щита и рванула его на себя. Да пожалуйста! Я пнул неустойчивую дверь ногой, отскочил сам и, на ходу активируя меч, отмахнулся от еще одного фоггера, появившегося сбоку. Чиркнул его по краю шлема, но добить не смог — тот уже потерялся в дыму.

— Алекс, ложись, а то зашибу! — крикнул Руперт и снова врубил свою «шарманку», чуть ли не восьмеркой поливая весь тоннель.

Но меня там уже не было. Я телепортировался прямо за спину Руперта. Похлопал его по раме, сдвигая в сторону, и одну за другой метнул три пирамидки по углам тоннеля. Первый взрыв не о чем, только осколки застучали рикошетом. А вот второй и тут же раздавшийся третий рванули кучно, выломав кусок стены и обрушив потолок.

Слабенько, конечно, с просветами и всего на пару метров, но минут десять форы нам это могло дать.

— Ходу! Хо… — теперь уже я крикнул, но осекся, когда Руперт повернулся ко мне. — Херового выглядишь, идти можешь?

Часть рамы спереди отсутствовала. Как это все продолжало держаться, было для меня загадкой. Броня на груди в подпалинах, открытые люки с прожектором — просто забытая каша на дне кастрюли. Дополнительный лицевой щиток брони, который крепился к раме, был перекошен и напоминал улыбку с порезанной щекой. Обе руки — точнее, рамы скелета отсутствовали, а срезы, где ее оторвало, пузырились все той же сине-зеленой пастой. Пулемет, который раньше крепился на спине, Руперт просто держал в руках. В цепких и крепких руках Ориджинала.

— Охренеть! Они мне раму спалили, а Оридж невредимый! Хо-хо! — ответил Руперт, но последние хо-хо у него задвоились и прозвучали довольно нервно.

Минуту ему потребовалось, чтобы прийти в себя — выбраться из остатков рамы. И еще две минуты я убеждал его, что баул с дровами оргенума лишний, хватит одного с семплами. Убедил, забрав его себе. Ибо без рамы с пулеметом руперту все-таки было некомфортно.

Мы выскочили в общий зал, оставив в тоннеле парочку пирамидок, заряженных на движение. Тормознули возле появившегося в потолке разлома, расстреляв двух самых шустрых копателей, и бросились в последний неосмотренный тоннель.

Проскочили метров сто, заложили мины и побежали дальше. Я уже видел на сканере очертания двери, но и какое-то темное пятно прямо перед ней, похожее на очередной завал.

И почти не ошибся. Завал был, но вместе с ним была и огромная яма, уводящая куда-то на нижний уровень. Землетрясение или какое другое бедствие здесь разыгралось по максимуму. Потолок сложился вместе с полом и осел ниже, открыв новый проход.

Я дождался Руперта, который никак не мог привыкнуть к обычному (оригинальному «человеческому») способу передвижения на своих двоих. Он то подскакивал, то спотыкался. И мы, не сговариваясь, вместе сиганули в темный провал.

Скатились по довольно гладким корням оргенума, которые здесь уже везде успели просочиться, и оказались в низкой, но длинной пещере. В этот раз естественного происхождения, с неровными острыми краями и кривыми участками, идущими вниз под небольшим углом.

— Ну что? Как в старые добрые времена? — хохотнул Руперт. — Трещины в породе, открывающие входы к самому вкусному и ценному?

— Пошли скорее, нам выход нужен… — я поднял палец, типа призывая к молчанию, где-то над головой сработала мина. — Входов нам уже достаточно…

Отчасти Руперт был прав — место, где мы оказались, довольно сильно напоминало тот разломчик (после знакомства с настоящим Разломом, все остальное так называть уже не хотелось), где мы путешествовали с Бобом и Рупертом.

Похожая глубина, похожая кривизна — каменные плиты то наползали друг на друга, то торчали и свисали, формируя выступы. Перепрыгивая с одного на другой, мы спустились метров на семьдесят, достигнув дна. Дальше пошли по узким пещерам, плавно перетекающих одна в другую. Куда-то свернули, потом еще раз и еще.

Были участки, где из-за прошлых обвалов проход мог быть всего пару метров, потом поворот, развилка, снова пара метров и длинная галерея. Забрались чуть ли не в лабиринт. Успели потеряться на развилке, но даже этого не поняли, потому что уже через пару поворотов нашлись, чуть не постреляв друг друга.

По моим ощущениям, подкрепленным данными Искорки в плоскости карты, мы отдалились от мастерской с семплами уже на пару километров. Причем в сторону гористой местности, где я оставил байк. Это радовало, вот только выход никак не находился.

— Руперт, есть предложение вернуться, — я остановился на очередной развилке, пытаясь найти хоть какие-то признаки того, что выход вообще существует.

— Там фоггеров до жопы, — «напарник» прислонил пулемет к ледяной стене и присел на корточки, словно устал идти. — Сотни две. Пусть даже двоятся из-за оргенума, но это все равно под сотню. Мы штук восемь только вырубили, а я уже без брони.

— Может, засаду хотя бы устроим, — я махнул рукой на лабиринт. — Место неплохое.

— Чутка давай еще протопаем, — Руперт махнул рукой на правое ответвление. — Кажись, сквозит оттуда. У меня на такое чуйка!

Насчет сквозит, я пока ничего не чувствовал, но сканер уловил какое-то движение, определив органику. Руперт тоже ее заметил. Мы тут же рассыпались в стороны. Точнее, я отошел за каменный выступ и активировал скаутган, а Руперт просто лег на землю, спрятавшись за пулеметом.

Точка на карте приближалась. Послышалось шуршание снега и редкий цокот, когда монстр задевал камни. И через несколько секунд в проеме выступил силуэт: плоский бочонок на ножках. Нечто насекомообразное. Тупая широкая морда, красный хитиновый панцирь на шести лапах (или это были щупальцы — я не успел разглядеть). Хрень почувствовала нас и будто это блоха-переросток скакнула на стену, оттуда на противоположную и оттуда уже понеслась на моего «напарника».

Молниеносно, резко и так быстро, что Руперт даже выстрелить не успел. Монстр уже навис над ним, а он еще только голову от первой точки поворачивал. А вот я успел — выкинул навстречу прыгуну «Шаровую молнию», попал между лап и хорошенько его просветил. Долбануло так, что подсветка внутри панциря зажглась, чуть ли не рентгеновский снимок сделав.

Мертвый монстр рухнул рядом с Рупертом, а из треснувшего панциря пошел дымок.

— Фу, не люблю копченые креветки, — фыркнул Руперт. — Спасибо. Я что-то ступор какой-то поймал. Что у них там? Феромоны? Галлюциногены? Ты как? Ничего не почувствовал?

— Нет. Хотя… — я глянул в логи: атака по типу излучения была, вот только уровень моей брони ее не воспринял за угрозу. Это радует, плюсик к моим шансам в дальних землях за Разломом.

— Ты тогда первый иди, а я прикрою. По-любому там проход есть! — сказал Руперт, обходя мертвого монстра.

Метров через пятьдесят мы вышли практически на открытую территорию. Пещера расширилась раза в четыре, появился высокий (метров двадцать) потолок с явными трещинами, выходящими на свежий воздух. Сквозило уже прилично, все было завалено снегом и стало довольно светло. Я как ни всматривался, проходов в потолке не нашел — очередное нагромождение льда и снега с природной системой отражений.

Красных «блох» тоже стало больше. Почти каждые тридцать метров на нас выскакивала новая особь. Иногда сразу по две. Выбегали из трещин в стенах или спрыгивали с выступов под потолком. Я вертелся, отстреливая части панцирей, а потом и Руперт втянулся. Успевал выстрелить первым, до того как до него доберется ступор.

Дорога пошла вверх, и за очередным подъемом перед нами открылась вся пещера. Футбольное поле, не меньше. С обледенелыми стенами, острыми сосульками на потолке и главное — с круглым проходом в самом конце пещеры. Ровный круг диаметром пять метров, сложенный из бетонных (или чего-то похожего) блоков. Проем был покрыт снегом, но вариантов, что это не строение древних — не было вообще.

— Я же говорил, будет вход! Погнали скорее! — прикрикнул Руперт и вскинул пулемет, наводя его на «блоху» появившуюся из-за толстого куска льда.

Местная органика нам была не рада. Руперт спалил первого, но на его место тут же выпрыгнул новый. И еще один с другой стороны. Появились чуть другие виды — помельче (размером с Хомяка), побольше (самый крупный доставал мне до груди), пошире (уже больше похожие на крабов и передвигающиеся бочком). А дальше изучать их было уже некогда — мы встали спина к спине, я активировал двойников, призвал Искорку и открылся тир.

Минут через пять его пришлось закрыть, перейдя на обычную поножовщину. У Руперта заклинил пулемет. И пока он не понял, что починить его не сможет, и не переключился на свои обычные навыки, нас почти окружили с его стороны. А потом и с моей, потому что я не успел перезарядиться.

Пришлось метаться, оставив Руперта в роли приманки, и рубить направо и налево.

«Напарник» подключился чуть позже, но внес ощутимый вклад в разлом панцирей. В руке у него возник топор с короткой рукояткой и широким лезвием, уходящим вниз и даже частично закрывающим руку. В памяти всплыло название «борода», как раз за это длинное лезвие.

Мы оба по уши изгваздались в какой-то красной слизи и пока я подзаряжал энергию, Руперт скакал и вопил, будто с него кожу заживо сдирают. Даже выпал из синхронизации на несколько минут. Я же поставил еще один плюсик обновленной броне, хотя пришлось потратить пауэрбанк поверх энергии, полученной от монстров.

— Готов? — спросил, когда «напарник» вернулся в строй.

— Нет, — честно ответил Руперт взбудораженным голосом. — Но пойдем, пока новые креветосы не подтянулись. Вон, две уже на нас смотрят…

Пулемет Руперт в итоге бросил и сейчас активировал пистолет. Довольно необычный на мой вкус — он был похож на спортивную пневматику из моего времени. Тонкий длинный ствол, под ним толстая трубка (типа баллон с газом, но скорее аккумулятор, нагнетающий энергию выстрела) и широкая рукоятка. На «баллоне» загорелась полоска индикатора, и, когда она стала полной, пистолет тихонько «чихнул». А на ближайшем склоне лопнул панцирь монстра, окрасив снег красной слизью.

— Впечатляет, — я кивнул, выцеливая следующего, кто к нам приблизится.

— Перезарядка долгая, — вздохнул Руперт. — Ща, запитаюсь и пойдем.

— Тихо, — я замер, показалось, что из проема что-то послышалось. — Не торопись… А лучше давай-ка назад…

До проема было метров пятьдесят, но я все отчетливее слышал какой-то шум. Сначала будто ветер гуляет, потом он усилился и начал расти до уровня проехавшего в метрополитене поезда. Затем к гулу добавился скрип — жуткий, словно металлом по стеклу. И, наконец, в темном проеме что-то промелькнуло.

Из дыры вырвался поток воздуха. Будто его там нагнетали специально. С такой силой, что не только снег всполошился, но и я сделал непроизвольный шаг назад.

А как только снег перестал кружиться, из тоннеля вылез и сам «поезд», раскрашенный в красный цвет.

— Это что за хрень? — прошептал Руперт.

Я не нашелся что ему ответить. Общего с поездом у этого существа был только размер. Круглая красная голова, покрытая отростками-щупальцами. Поперек, почти на весь шар, шло вертикальное отверстие. Предположительно — рот с клыками внутри. Но почему-то (может, свет так падал, может, шкура лоснилась и блестела) это отверстие напоминало открытую рану. Будто сделали надрез и растянули его в разные стороны, обнажив череп.

— На глаз похоже. Типа зрачок вертикальный, кожаное красное глазное яблоко, а сам проем, как глазница. Брр! — тихонько донеслось от Руперта. — Алекс, я тут подумал. Может, ну его на хер, ну сколько там этих фоггеров-то осталось, а?