Отрицание чувств. Столица

Глава 7. Черный список

Даниил

Наши разговоры с Марго явно выходили не слишком удачными. Я не понимал до конца, в чем конкретно кроется загвоздка, в условиях или наших личных недопониманиях, но прояснить ситуацию никак не удавалось. Когда на презентации Марго ушла, оставив меня в коридоре одного, я какое-то время просто стоял, осмысливая весь разговор. Теперь мне было известно, что письмо не попало ей в руки, а главное непонятно, попадет ли вообще. Рассказывать, что на самом деле я ей ответил, не имело смысла, ведь сейчас она все равно была здесь. Изначально я был на взводе, потому что не понимал, как она относится к вниманию Павла, но теперь точно знал, что она пришла сюда ко мне. Это оказалось для меня самым важным, немного успокоив эмоции, однако услышать ответ на последний вопрос, почему она все-таки приехала в столицу, неизменно хотелось. Только она с легкостью ушла, лишь указав, что все-таки узнала моего отца. Из размышлений меня вывел официант, который завернул к служебным помещениям и удивленно посмотрел в мою сторону, поэтому я решил наконец вернуться в зал. Подойдя к раскрытому на время паузы входу, снова встретил Марго, которая стремительно прошла мимо меня, бросив напоследок свой неодобрительный взгляд. Неподалеку стоял Павел, которого она видимо предупредила, что уходит. Он лишь смотрел ей вслед, а увидев меня, сразу заговорил.

— Ты хоть знаешь, что ее так называемые женские хитрости на самом деле были далеки от законных методов? — его вопрос оказался слишком неожиданным, причем Павел явно смог разглядеть мое беспокойство касаемо этой темы, поэтому тут же растянулся в хитрой улыбке. — По глазам вижу, что знал. У вас ведь с ней точно что-то было.

Пока я смотрел на Павла и пытался придумать, как уйти от этой щекотливой темы, к нам подошел мой отец.

— Удивительно конечно, я словно увидел Вильницкого в юбке! — появление отца впервые оказалось очень кстати, переключив внимание Павла на него.

— Вы знали Вильницкого? — мой коллега явно заинтересовался этим открытием.

— Да, я даже Маргариту еще вот такой маленькой видел. — отец показал рукой рост ребенка, явно воодушевленный этим. Безусловно, это оказалось открытием уже для меня.

— И вы ее скрывали от нас?! — Павел явно был настроен выведать как можно больше.

— Да, чтобы вы не отвлекались от работы и как мальчишки не пытались перетянуть внимание девочки на себя. — настрой моего родителя был на удивление веселым, раз он позволил себе такую шутку. — И кто же из вас двоих ее сюда привел?

Пока я пытался осознать, что мой отец отнесся к появлению Марго с несвойственной ему теплотой, Павел однозначно разговором забавлялся, поэтому поддержал беседу, изобразив провинившегося школьника. Он якобы виновато поднял руку и сразу сдал нас двоих на суд строгого учителя.

— Привел я, а к трибуне вывел Даниил. Вы сами все видели, мы об этом не договаривались. — он поднял ладони в своеобразном защитном жесте, не скрыв своего веселья, вот только на отца эти слова повлияли скорее отрицательно, полностью вернув его внимание мне.

— Она выступала перед советом директоров без подготовки? О чем ты думал, Даниил? — отец не сдержал своего упрека, хотя я и сам знал, что поступил крайне неосмотрительно.

Только отвечать сразу на подобное проявление родительского недовольства я не планировал, а Павел понял, что шутки закончились и поторопился нас оставить.

— О-о-о… Я, пожалуй, пойду. — он похлопал меня по плечу, шепотом пожелав удачи, и скрылся в зале, оставив меня один на один с отцом.

— Не узнаю тебя, это было глупо, так рисковать. А если бы она не справилась? — отец не скрывал своего сильного возмущения.

— Но ведь справилась же!

— Это неважно, нельзя вот так поступать с девушкой. Привезли ее в столицу, так дайте ей спокойно жить и не подвергайте возможности остаться вообще без работы. — его волнение за Марго неизменно удивляло, а напор, с которым он пытался учить меня жизни, лишь сильнее злил, что я не удержался и намекнул о своей осведомленности на тему его прошлого.

— Мне удивительно, что ты так за нее беспокоишься, учитывая, как легко в свое время вычеркнул их семью из своей жизни. — мне однозначно удалось его задеть. — Кстати, если вдруг у тебя проснется совесть, могу показать, где находится могила Вильницких. Ты, насколько мне известно, даже их похороны не соизволил посетить. — я был достаточно груб, однако пусть отца не оставили равнодушным мои слова, он сумел выдержать невозмутимое лицо.

— Значит тебе все рассказали?

— Случайно познакомился с бабушкой Марго, когда та еще была жива. Узнал все как раз на ее похоронах.

— Марго… — отец не сдержал усмешки. — У вас с ней все серьезно?

— Тебя это не касается.

— Даниил, одумайся. Она разобьет тебе сердце. Наш образ жизни им не понять.

Я не смог сдержать смех, потому что его слова звучали крайне нелепо. Конечно можно было признаться, что Марго уже изрядно меня потрепала, но все-таки сказанное отцом мне удалось оставить без ответа и тоже вернуться в зал. В дальнейшем мне отводилась исключительно роль зрителя, в то время как мои коллеги продолжали выступление. Пусть я внимательно наблюдал за всем вокруг, меня упрямо волновала исключительно она. Естественно за весь оставшийся вечер мне не раз довелось услышать вопросы относительно ее незапланированного выступления вместе со мной, на что пришлось придумать легенду, якобы неожиданно встретив Марго здесь, просто воспользовался ее присутствием. Однако в то время, как я уклончиво отвечал на подобный интерес, Павел, позволивший себе несколько бокалов шампанского после своей презентации, восторженно делился, что она совершенно не готовилась к выходу на сцену. Конечно моя идея была и впрямь легкомысленной, однако итог вышел более чем удачным. Она произвела на всех крайне положительное впечатление, словно окончательно убедив коллег, что у меня в свое время действительно были веские причины назначить на должность именно ее. Несмотря на то, что Павел с особым удовольствием обсуждал с другими, какими женскими хитростями Марго могла помочь заводу избежать разорения, он больше не заикнулся о своей реальной осведомленности на эту тему. Безусловно меня интересовало, откуда ему все известно, но говорить с ним об этом пока был не готов.

Направляясь домой после мероприятия, раз за разом прокручивал в голове наш с ней разговор. Презентация прошла успешно, давая многообещающие прогнозы, однако думать сейчас об этом мне совершенно не хотелось. Не сильная загруженность дороги тоже не помогала отвлечься, потому что между нами с Марго по-прежнему оставалось слишком много недосказанностей. Наверное, сейчас я вдруг осознал, что наша странная встреча не отменяет моих первоначальных планов, поэтому сразу набрал ее номер. Монотонные гудки не обещали ничего хорошего, ведь увидев пропущенный от меня, она вряд ли перезвонит. Вторая попытка оказалась намного короче, потому что она просто сбросила звонок. Словно приняв ее правила, я позвонил еще раз, только теперь абонент был вне зоны доступа. Приехав домой, я решился на последнюю попытку, но в итоге понял, что она просто выключила телефон, отобрав единственную возможность хоть как-то с ней связаться. В том городе я практически ничего не делал, чтобы найти ее, ведь условия сами сводили нас несколько раз, однако столица оказалась более беспощадной, ведь кроме места работы и периодического появления Марго в главном офисе, я больше ничего не знал. Наверное, обстоятельства не оставили мне выбора, ведь если она сама не захочет со мной говорить, то кроме Павла обратиться больше будет не к кому.

Презентация дала свои плоды уже на следующий день, о которых высшее руководство сообщило нам на внеплановом совещании. Теперь в распоряжении проекта могли появиться дополнительные ресурсы, однако для начала нужно было проверить результаты деятельности завода после внедрения учетной системы. Также удалось получить согласование установки системы на втором предприятии, где после моей командировки работа по новой концепции модернизации уже началась. Все стало приобретать более понятные очертания, словно сборка механизма, который в скором времени должен наконец заработать. Конечно, расслабляться было рано, но так или иначе перспективы меня радовали. После окончания встречи, меня на полпути к кабинету остановил Павел и попросил потратить свое обеденное время на него по безотлагательному вопросу. Возможно я бы предложил найти на это рабочее время, но так как коллега настаивал именно на обеде, я решил не сопротивляться, тем более сам имел к нему парочку вопросов касаемо Марго. В оговоренном кафе в отличие от своего коллеги я появился вовремя, а пока ждал его, изучал в телефоне свои текущие дела.

Я не сразу понял, что произошло, а главное не успел разглядеть девушку, которая в своем восторженном приветствии неожиданно меня обняла. Как только хотел уточнить, что она видимо ошиблась, наконец разглядел ее лицо, которое сразу узнал. Однако кроме внешности и общих впечатлений от давнего общения с ней я больше ничего не смог вспомнить. Она явно была настроена решительно, потому что тут же села рядом со мной. Пока я перебирал в голове имена, чтобы обратиться к ней и уточнить отсутствие возможности вести беседу, какой бы случайной наша встреча ни была, к столу подошел Павел. Подвох я понял сразу, стоило увидеть с ним Марго, которая с трудом сдерживала смех от происходящего. Коллега галантно отодвинул стул, позволив ей присесть, и тут же сам занял место напротив меня, объяснив наконец свою затею. Оказалось, что увидев себя на фото со мной, девушка без особого труда узнала, кто я, а главное где работаю, поэтому в один из дней пришла сюда в попытке получить мои контакты. Естественно подобную информацию выдавать ей никто не торопился, однако она была очень настойчива, а у Павла оказалось время лично узнать, кто посягает на персональные данные его коллег. В итоге он сразу опознал девушку с последнего фото в сети и припомнил, как видел ее в тогда в отеле. Моим номером коллега предусмотрительно делиться не стал, но при этом предложил девушке непременно устроить так называемую встречу, что вышло у него сделать только сегодня.

Участие Марго оказалось поверхностным, так как Павел просто решил при помощи нее разбавить нашу и без того странную компанию. На самом деле в свете последних событий у меня не получалось исключить, что он все это удачно рассчитал и подстроил, преследуя свои личные цели, но я все-таки скоропалительных выводов предпочел не делать. Однако именно Марго была причиной, почему я не покинул эту якобы судьбоносную встречу в самом ее начале, ведь очень надеялся все-таки с ней поговорить. Пока Павел активно общался с девушкой, которую вроде как привел ко мне, Марго лишь молча, как и я, наблюдала за всем, искренне забавляясь и периодически бросая на меня насмешливый взгляд. Мне хотелось бестактно вклиниться в беседу и попросить ее выйти на пару слов, но сомнение в простом согласии не позволяло решиться на это, однако ситуация резко изменилась, когда Павел временно покинул нас для важного телефонного разговора. Девушка сразу заговорила со мной, припомнив нашу прогулку, когда я планировал проводить ее до постели, и логично стала намекать на еще одну попытку это повторить. Она абсолютно игнорировала присутствие третьего лица, довольно откровенно проведя ногтем по ткани моего пиджака, из-за чего я неосознанно посмотрел на Марго. Ее испепеляющий взгляд, которым она посматривала на так называемую соперницу, в этот момент был достаточно красноречив и жутко мне понравился. Следующая порция огня в глазах досталась мне, когда она взглянула в мою сторону и заметила, что я внимательно за ней слежу. Я почувствовал, как девушка чуть приблизилась ко мне, но не мог оторвать взгляд от Марго, которая в этот момент иронично улыбнулась мне, взяла свою чайную ложку и, не переставая смотреть мне в глаза, картинно выпустила ее из рук прямо на пол. Это было слишком красиво и при этом довольно смешно, а главное встрепенуло рядом сидящую особу. Мне все-таки удалось раскопать в своей голове имя, которое как назло Павел в разговоре ни разу не упомянул, однако оказалось, что меня память все-таки подвела.

— Инна… — я не успел договорить свою мысль, потому что девушка снова довольно смело меня коснулась, уложив ладонь мне на колено и кокетливо заглянув в глаза.

— Инга же. — она наивно смотрела на меня, но ее жест мне совсем не понравился, поэтому на ее желание наверстать упущенное, я сразу ей обозначил все как есть.

— Думаю, нам нечего исправлять.

Мне в самом деле уже хотелось разобраться с этим недоразумением, и к моему облегчению, Инга сразу все поняла. Несмотря на то, что мой ответ ее фактически оскорбил, она написала мне на салфетке свой номер телефона и сразу же ушла. Марго удивленно посмотрела ей вслед, после чего перевела озадаченный взгляд на меня, но я уже не мог сдерживать свой смех от нелепости происходящего и ее реакции на это в том числе.

— По-моему это не смешно. — ее искреннее возмущение меня только еще больше позабавило.

— Согласен, полный абсурд. Однако это стоило того, чтобы увидеть твой взгляд в этот момент. — я вдруг осознал, как отвык от подобного общения с ней, поэтому сейчас не мог отказать себе в желании хотя бы немного ее задеть, чтобы посмотреть на реакцию.

— Узнать, что у тебя довольно однообразный вкус, стоило того, чтобы прийти. — как бы она не иронизировала, яд в голосе выдавал, что увиденное ей не понравилось.

Я не собирался делать из этого тайну, ведь в действительности тогда пытался использовать Ингу, чтобы перестать думать о Марго. В тот период между нами все было не так явно, но я в любом случае не сумел переключиться на другую. С тех пор прошло несколько месяцев, однако ничего не изменилось, ведь меня по-прежнему интересовала только она. Я кратко описал Марго обстоятельства своего знакомства с той другой, кого мне приписала пресса, после чего узнал, что тот выпуск разоблачительного шоу она все-таки смотрела. Оказалось, что ее беспокоил факт так называемой нечестной игры режиссера в отношении меня, поэтому за одно объяснил, что все было лишь постановкой заказанной с моей стороны. Марго явно была удивлена подобным положением дел, поэтому не задумываясь начала засыпать меня вопросами, дойдя до главного.

— Значит другая у тебя тоже есть?

— Да, это ты. — я был уверен, что тот намек на другую она сумела понять с самого начала, но не постеснялся еще раз указать ей на это.

— Думаешь я так просто поверю тебе? — ее недоверие в который раз напрягало, ведь раньше мне казалось, что эти барьеры мы миновали.

— У тебя есть повод мне не верить?

— Поводов достаточно, один из них как раз оставил свой номер на салфетке.

Учитывая, что Павел все еще не вернулся, у нас в самом деле появился шанс спокойно поговорить. Чтобы Марго не цеплялась к ненужным бумажкам, я демонстративно выкинул салфетку с номером в рядом стоящую чашку с кофе и перехватил инициативу. Только после моей попытки узнать, почему вчера вечером она сбросила звонок, а после выключила телефон, я снова столкнулся с упреком об оставленном без ответа письме. Я не сдержал усмешки, ведь если опустить, что на самом деле ответил ей тем же изощренным в современных реалиях способом, то ее послание было единичным, в то время как моих звонков было несколько. Однако мою реакцию она расценила по-своему, и на так называемую угрозу звонить ей, пока она не поднимет трубку, показательно повернула экран своего телефона ко мне и отправила мой номер в черный список. Я конечно понимал, что она имеет право злиться, только данный маневр расшифровать не смог, ведь ей изначально ровно как и мне хотелось все прояснить. На мой логичный вопрос по этому поводу Марго припомнила мне ее вчерашнее внеплановое выступление, а потом и не самый удачный разговор. Но если этот факт я мог признать, как не слишком правильный, то ее дальнейшие слова о том, что я просто уехал, все-таки вывели меня из равновесия. Вероятно, я был излишне груб, уточнив, что не являюсь единственным виновником наших разногласий и моего отъезда в том числе, все-таки в течении двух месяцев мы оба не выходили на связь. Точно также я знал, что после возвращения в столицу так или иначе двигался к тому, чтобы дать ей в дальнейшем возможность устроиться здесь же. Пусть эти планы были корыстны и затрагивали мои личные желания в отношении нее, я знал, что не просиживал бездумно время в ожидании ее звонка.

— Ты написала письмо, хотя могла написать сообщение или позвонить. Мы ведь не в каменном веке, к чему нужны эти вымышленные трудности? — стоило мне закончить свою тираду, которую Марго внимательно слушала, не скрывая своего раздражения, к нам вернулся Павел.

— Что за трудности? Где Инга? — на его вопросы я не успел среагировать, потому что стоило ему сесть обратно, он попал под горячую руку Марго, которая резко вскочила со своего места.

— Инга ушла, потому что Даниил Борисович тактично ей отказал. И кстати Павел Николаевич, вы меня подставили. Хотели не быть третьим лишним, а в итоге оставили в качестве лишней меня.

Однозначно шокировав Павла своим высказыванием, она моментально оставила нас двоих, стремительно покинув кафе. Мой коллега заинтересовано проводил Марго взглядом, видимо какое-то время обдумывая услышанное, после чего с привычной ему улыбкой повернулся ко мне.

— Мне теперь очень любопытно, чем ты ее так разозлил. — он безмятежно вернулся к своему обеду, который все это время ждал его на столе.

— Мне тоже любопытно, для чего ты это устроил. — мое настроение было далеко от безмятежности, потому что очередной неудавшийся разговор с Марго сильно нервировал.

— Дал тебе возможность со всем разобраться. Надеюсь с Вильницкой вы все выяснили? — Павел, не теряя улыбки, снова на меня посмотрел.

— Зачем мне нужно было что-то с ней выяснять? — видимо мои мысли оказались верными, и Павел в самом деле все это организовал не просто так.

— Может быть потому, что ты тоже ее подставил? Вчера. — он радостно ухмыльнулся, явно намекая на другое. Я лишь продолжал вопросительно на него смотреть. — Честно, мне все равно, что у вас там с ней было, главное, что сейчас она точно абсолютно свободна.

— Ты так в этом уверен? — мне перестал нравиться наш разговор, однако Павел напротив был в слишком приподнятом настроении.

— Теперь да.

В этот момент он поймал официанта и попросил счет, после чего как ни в чем не бывало перевел тему. Естественно никто не собирался откровенно враждовать, сделав для себя соответствующие выводы, однако неприятный осадок так или иначе остался. Мне пришлось принять ситуацию, так как мои отношения с Марго сейчас действительно вызывали слишком много вопросов. Все следующие дни я как мантру прокручивал в голове, что она успокоится, только очередная попытка позвонить в который раз проваливалась. Она так и не разблокировала мой номер, а я впервые задумался, что с самого начала нужно было не поддаваться ее словам. Выходило, что раньше за много километров от меня, она была куда доступнее, чем сейчас. Я мог сам позвонить или приехать, в крайнем случае найти тех, кто скажет, где ее искать. Здесь я по идее мог лишь узнать у Павла, когда она приезжает в главный офис, а все остальное удивительным образом имел возможность узнать через отца и его знакомство с ее матерью. Только именно к этим людям я категорически не хотел обращаться за помощью и в принципе обозначать свои отношения с Марго. Ощущение безысходности изматывало, а следующая неделя началась еще хуже, потому что пришли данные по показателям с завода. Внедрение системы учета вместо положительных результатов напротив ухудшило показатели по развитию. Производство словно остановилось, задерживая реализацию, что повлекло уменьшение прибыли. В целом по заводу ситуация оставалась стабильной, показывая рентабельность предприятия, но как раз проект явно имел ряд недочетов, которые всплыли вместе с новым программным обеспечением.

Это заключение я дал, когда на следующий день первый зам генерального директора, недовольный полученными результатом, собрал срочное совещание по этому вопросу. Конечно оставалось еще время, чтобы наверстать упущенное, однако я уже понимал, что в любом случае следующий аудит будет только через три месяца, а значит время снова оттягивается. Нужно было не только выявить проблему, но и ее устранить, только конкретно этим вопросом мог заняться отдел Павла, который в скором времени отправлялся внедрять систему на другом предприятии. Мы не могли себе позволить задействовать еще больше сотрудников, поэтому сегодня мне пришлось признать свою самонадеянность и обозначить, что пилотный проект по развитию завода не оправдал первоначальных завышенных ожиданий.

— Концепция была разработана меньше чем за месяц, окупаемость вы обещали через полгода. Сейчас оказалось, что в проекте нашлись существенные недочеты. — первый заместитель констатировал мои же слова. — Даниил Борисович, объясните мне, почему вы в принципе изначально ставили такой короткий срок?

— При изучении документов непосредственно на предприятии оказалось, что ситуация не так плачевна, как изначально было по нашим данным. При подсчете как раз полгода давали гарантированную возможность окупить вложенные средства. Больше времени можно было заложить, однако тогда уменьшилась бы вероятность получить одобрение проекта, поэтому пришлось рискнуть. — мне приходилось отчитываться за каждое свое решение, четко объясняя, почему я поступил именно таким образом.

— Выходит, риск не оправдался? — заместитель словно пытался меня подловить, но я не собирался оправдывать свои решения, ведь факт того, что завод вместо консервации начал функционировать, в любом случае уже был своего рода победой.

— Скажем так, я неверно рассчитал издержки внедрения системы. Однако учет документов в данном случае все-таки стоит в приоритете. Предприятие пытались разорить, но у них это не вышло, поэтому завод продолжал работать, балансируя на уровне нуля. Без проекта развития и инвестиций в целом им понадобилось бы около трех лет на полное восстановление, что могло сказаться на общем уровне прибыли компании. Сейчас производство работает и до внедрения системы показатели были лучше, однако без программного обеспечения риск снова упустить вмешательство может увеличиться. Лучше на заданном примере исправить недочеты, чтобы впоследствии их избежать. — мои слова явно находили отклик.

— Хорошо, отложим завод, так или иначе результат уже есть. Что с другим предприятием? Оно готово к работе в связке с системой? — этот вопрос перехватил Павел.

— По первоначальному плану да.

— Отлично, тогда, Павел Николаевич, вам стоит подойти к наладке системы на фабрике более обстоятельно. Завод был почти списан со счетов, а здесь мы сможем оценить реальные показатели. Если программное обеспечение также ухудшит результат, то проект скорее всего закроем или отложим запуск на неопределенный срок. Систему передадим в подрядную организацию для комплексной проработки, раз своими силами компания не справляется. — зам генерального фактически назначил приговор, однако пока я надеялся успеть все исправить. В отличие от меня Павел явно оказался не готов к подобному повороту.

— Александр Владимирович, мы достаточно доработали систему. Проблема в самих дочерних предприятиях, которые просто не имеют достаточной квалификации правильно ее использовать. — Павел нашелся, на что списать свой промах, но видимо заместителя его речь не убедила.

— Тогда лично сопроводите группу по внедрению и добейтесь грамотного использования со стороны фабрики. В прошлый раз ведь именно вы ездили на завод.

— Но то я ездил на пару дней, а здесь вы предлагаете мне потратить не меньше недели. У меня в отличие от Даниила Борисовича должностные обязанности требуют максимального личного присутствия в главном офисе. — Павел практически прямо отказался от командировки, хотя его довод был не совсем точным, ведь мне вести все дела удаленно тоже было проблематично.

— Павел Николаевич, так на что вам заместитель и обширный отдел? Организуйте своих подчиненных так, чтобы без проблем отправиться в командировку на пару недель. Проект изначально разрабатывается на высоком уровне иерархии, полностью доверять это заместителям или остальным сотрудникам считаю ненадежным. — после этих слов заместитель решил подвести нас к окончанию совещания. — Я заинтересован в модернизации и удачном запуске проекта, поэтому пока готов закрыть глаза на некоторые недочеты. Помимо этого, я имею возможность отметить действительно амбициозных и перспективных сотрудников, например, вас, Даниил Борисович. — он без стеснения указал на меня, что сейчас было даже странным, учитывая мой ощутимый промах. — Так что у всех сейчас есть шанс показать себя непосредственно в деле, которое поможет компании выйти на новый уровень. Или как говорила Вильницкая на вашей презентации, повысить значимость компании как производителя.

Упоминание о Марго было неожиданным, потому что на презентации не было ни генерального директора, ни его первого заместителя. Сейчас факт, что ее слова по сути процитировал один из первых руководителей компании, казался скорее чем-то невероятным. Видимо кто-то ему показал запись выступления или его пересказал, что было несомненным бонусом в дальнейшем устройстве Марго в проект, если бы не важный нюанс, ведь теперь он может быть банально не запущен. Однако в принципе само участие руководителя такого уровня в разработке уже было большим шагом на пути к достижению успеха, который я очень надеялась не упустить. Естественно его речь, в которой он при всех отметил меня, говорила о том, что именно я являюсь претендентом на давно пустующую должность заместителя гендиректора по развитию производства. Из-за сложившейся тогда ситуации с работой на конкурентов, много кого уволили вслед за недобросовестным руководителем, однако многие остались, но полностью потеряли доверие, что по сути закрыло им пути к дальнейшему развитию в компании. Из-за этого мой и еще несколько отделов оказались практически предоставлены сами себе, и именно поэтому мне как куратору разработки проекта порой приходилось контролировать не только собственные зоны ответственности. Несмотря на такое многообещающее заявление первого заместителя, я не мог полностью ощутить так называемое признание своих компетенций, ведь впереди предстояло решить еще множество вопросов, а также каким-то образом найти время разобраться с личной жизнью.

После совещания Александр Владимирович попросил меня задержаться и назначил личную встречу после окончания рабочего дня. В силу его графика и запланированных в другом месте дел, прямо сейчас у него не было времени на дальнейшее общение по проекту, однако вопросы он хотел решить в короткие сроки. Безусловно отказаться я не мог, а главное это однозначно являлось очередным шансом для проекта, которым мне было необходимо воспользоваться. Вернувшись к себе в кабинет, первым делом передал Татьяне информацию о времени и месте встречи с пометкой чрезвычайно важно, после чего попросил сегодня меня больше не беспокоить и погрузился в работу. Я не следил за временем, однако в какой-то момент до меня донесся непривычно взволнованный возглас секретаря, после чего дверь резко открылась и в мой кабинет ворвалась Марго.