Персидские заметки

Самовар

Самовар в Иране

Я никогда не мог и подумать, что самовар может быть весьма популярен где-то кроме России. Думаю, что даже если бы мне об этом сказали, то вряд ли бы поверил. А посему оказался немало удивлён, что в Иране самовар пользуется не меньшей известностью и любовью, чем в нашей стране. Как-то я даже спорил с одним иранцем, утверждавшим, что родиной самовара является Иран. Но с моим доводом, что, самовар попал в Иран из России, потому что в русском языке это слово составное и может быть истолковано, а в персидском просто обозначает предмет без всякой возможности проследить его этимологию посредством лингвистики, мой собеседник в итоге согласился. Не знаю, почему он сначала настаивал на персидском происхождении самовара, ведь иранцам прекрасно известно, из какой страны к ним попал этот предмет.

Я даже немного попробовал немного поизучать вопрос попадания самовара из России в Иран, но версий там оказалось много, от банального «завезли русские люди» до «сам Насреддин шах приказал доставить». Короче говоря, установить истину для меня оказалось делом довольно затруднительным.

Наверное, Вы, уважаемый, читатель задались вопросом, как же будет самовар на фарси. Ответ тут очень простой и неожиданно приятный: самавар6. И, главное, легко запомнить. Не верите? Честное слово, можете даже проверить в русско-персидском или наоборот персидско-русском словарях. Так что я думаю, что слово попало к персам вместе с предметом.

Не могу сейчас вспомнить для чего именно, но мне даже довелось покупать самовар в Иране. Я знал одну лавку, где продавались эти нехитрые предметы обихода. Она располагалась в одном из самых оживлённых мест базара и витриной выходила на площадь Накш-е Джахан. Как можно предположить, цены там нельзя было назвать низкими. Для большего привлечения клиентов на площади рядом с входом в магазинчик стоял огромный, больше человеческого роста пузатый самовар, очень искусно и красиво декорированный.

Самовары в Иране, надо сказать, встречаются самых разнообразных размеров, форм и принципов действия. Мне же нужен был обыкновенный, литров на пять дровяной самовар, желательно недорогой. Я решил получше исследовать базар и попытаться найти ещё какие-нибудь лавочки, где продаётся подобный товар. Побродив некоторое время по сводчатым галереям базара, я наткнулся на целый ряд самоварных магазинчиков. Зашёл в один, другой, третий, посмотрел, приценился. Наконец, остановил свой выбор на одном экземпляре. Обыкновенный на вид самовар не самого большого объёма. Изделие было полностью золотистым, круглой формы на кривых ножках в виде львиных лап. Каких-то особенных узоров на нём не было, он был практически не украшен. Короче говоря, довольно заурядный предмет, но именно то, что нужно. Я попросил продавца показать самовар поближе. Он охотно снял его с полки, начал крутить и показывать со всех сторон, постукивать по нему, чтобы убедить меня в высоком качестве материалов и изготовления устройства. Для себя я уже решил, что возьму этот самовар. Для приличия, да и чтобы самому не быть одураченным слишком сильно, поторговался с продавцом. Он несколько скинул, и мы сошлись по цене. Затем торговец принёс ведро воды и наполнил ею самовар, чтобы сделать финальную проверку. Мы вместе со всех сторон осмотрели товар, убедились, что вода нигде не течёт и не сочится. Тут я просто так, без всякого умысла, открыл краник. К моему удивлению и недоумению продавца вода не пошла. Он почесал свою макушку, заглянул внутрь самовара, удостоверился, что отверстие для воды есть и порадовал этим наблюдением меня. Тогда, поразмыслив секунду-другую, он вынул кран из носика самовара – основание крана было цельным, без отверстия. Поняв, в чём проблема, торговец повеселел, радостно и беспечно сказал обычное в таких случаях «мошкель надаре»7, вставил краник обратно, что-то буркнул себе под нос и скрылся в подсобном помещении. Некоторое время спустя он вернулся с новым краником, не таким, как оригинальный, но зато с отверстием для воды. Продавец вставил новый кран, повернул его, и мы убедились, что теперь действительно мошкель надаре. Я сказал торговцу, что беру товар. Он тут же вылил воду обратно в ведро, запаковал самовар в коробку, отдал его мне. Рассчитавшись, я поблагодарил его, и мы распрощались.

У нас в Иране тоже был свой самовар местного изготовления. Его купил кто-то из предшественников, и он стал передаваться от смены к смене. Мы всем небольшим коллективом любили его растопить и побаловаться чайком. Топили его щепками и кедровыми шишками. Не могу передать, какое было удовольствие вечером, когда уже становится прохладнее, растопить самовар, заварить чайку… Перед тобой стоит горячий самовар, распространяющий приятный хвойный запах, в чашке на блюдце ароматный свежезаваренный чай, на столе домашняя выпечка. Как будто оказываешься на такой далёкой сейчас и от того столь дорогой сердцу родной земле.

Стыдно признаться, но впервые чай из дровяного самовара мне довелось попробовать только в Иране. В моём детстве у нас дома был электрический, расписанный под хохлому самовар, и я очень любил, когда отец его ставил. Но вот такого, настоящего, с дровами и дымом не было. Сейчас у меня есть такой самовар на дровах, из Тулы – всё как полагается. Ставить его для меня одно удовольствие. Сначала ты его растапливаешь, из трубы начинает струиться тоненький сизый дымок. Потом подкидываешь щепок, сосновых шишек, и тут уже начинает валить густой белый, как от паровоза дым, заволакивающий всё вокруг. А если переборщить со щепками, то из трубы начинает огненным, рыже-красным конусом вырываться пламя, как из реактивного двигателя на форсаже. А как он начинает шуметь, когда закипает. Сначала он гудит, гул всё нарастает и, достигнув пика, начинает переходить в шёпот, а затем шелест и бульканье. Из отверстий в крышке выходит пар – закипел. А какие запахи, особенно если топить шишками. Приятный хвойный аромат разносится вокруг, заставляет наливать чашку за чашкой, снова и снова, ещё и ещё. Да…

Вся эта самоварная история натолкнула меня на размышления. С одной стороны, странно, что любовь к самовару, традициям, нет не то чтобы пришла, но стала какой-то отчётливой, осязаемой, значимой, не в центральной полосе России, полностью располагающей к подобным чувствам, а в самом сердце Персии, среди гор и пустынь. Я должен сказать даже больше, именно там, на чужбине, я отчётливо осознал, что я русский человек, и с новой силой полюбил своё Отечество. Мне на самом деле стало не хватать Родины.

С другой стороны, если рассуждать логически, человек всегда начинает ценить то, чего у него нет или чего ему не хватает. Такова его сущность. К тому же родная культура, в которой человек воспитывался, рос, формирует менталитет, суть человека, поэтому нахождение в неродной среде всегда сопряжено с некоторыми сложностями.

Вернувшись домой, я не утратил той же силы чувства к Отечеству, которое так сильно разгорелось на чужой стороне. Давайте же ценить то, что у нас есть и вместе стремиться к тому, чтобы наша родная земля крепла, процветала и благоденствовала. А этого можно достичь только вместе.