3. Откровения

То были, по всей видимости, дни Откровений. Дни, когда святой Иоанн произносил свои пророчества. Земля содрогалась от грохота поездов, мечущихся в ее черном чреве. Автомобили, такси, автобусы, электрички, грузовики, фургоны, бетономешалки, тележки, велосипеды и коньки наполняли воздух гудками, звонками, ревом, стуком, воплями и свистками, пока воздух не сделался густым и комковатым, как плохо перемешанный соус.

Люди отовсюду, говорившие на всех мыслимых языках, явились в город, дабы посмотреть на гибель и рождение мира.

Мне не хотелось думать про значимость этого дня, поэтому я отправилась в дешевый магазинчик на Филлмор-стрит. Там, на площади в целый акр, на пластмассовых вешалках были развешаны мечты. Я раз тысячу прошлась по рядам. Мне ведома была соблазнительная магия этого места. От нейлоновых маечек на картонных бюстах до прилавка с косметикой, где помада и лак для ногтей казались розовыми, красными, зелеными и синими плодами, упавшими с дерева-радуги.

Таким был город, когда мне исполнилось шестнадцать, и я была новехонькой, точно рассвет.

День был настолько значимым, что едва получалось дышать.

Мальчик, живший неподалеку, несколько раз просил меня об интимной близости. Много месяцев я отвечала отказом. Он не был моим любимым. Мы даже не встречались.

Как раз в тот период тело мое начало мне изменять. Голос сделался низким и хриплым, а обнаженное отражение в зеркале ничем не давало понять, что когда-то я стану женственной, с плавными изгибами.

Я уже доросла до метра восьмидесяти, но грудей – ни на грош. И вот я подумала: может быть, после секса мое неподатливое тело повзрослеет и начнет вести себя так, как ему положено.

В то утро мальчик позвонил, и я сказала: да. Он продиктовал адрес и добавил, что мы там встретимся в восемь вечера. Я сказала: да.

Кто-то из его друзей пустил нас в свою квартиру. Едва увидев его у порога, я поняла, что поступила неправильно. Не было ни ласковых слов, ни укромных ласк.

Он показал мне, где спальня, там мы оба разделись. Толчки и тычки продолжались пятнадцать минут, а потом я оделась и подошла к двери.

Не помню, попрощались мы или нет.

Но помню, как я шла по улице, гадая, неужели к этому все и сводится, и мечтая поваляться в ванне. В ванне я повалялась, однако на том дело не кончилось.

Через девять месяцев у меня родился дивный мальчик. Рождение сына придало мне смелости выстроить собственную жизнь.

Я научилась любить сына, но не стремиться сделать его своей собственностью; я поняла, как учить его учиться самостоятельно.

Сегодня, сорок с лишним лет спустя, когда я смотрю на него и вижу, каким он стал прекрасным человеком – любящим мужем и отцом, отличным поэтом и прекрасным романистом, ответственным гражданином и самым лучшим сыном этого мира, – я благодарю Создателя за то, что Он мне его даровал. Тот день Откровений, такой давний, стал главным днем моей жизни – аллилуйя!

Загрузка...