Планы на жизнь

Глава 2

Утром в школу по-прежнему не хотелось. А может, даже больше, чем обычно. Но слабая надежда встретить в раздевалке Артура заставила встать с постели и привести себя в порядок.

Мама вела себя как обычно, поэтому я не стала извиняться за вчерашнее поведение. Где-то в глубине души меня немного мучила совесть, но очень скоро я об этом забыла.

Позавтракав нелюбимым творогом, я вышла из дома и поспешила к школе, поэтому в раздевалку вошла первая. Впрочем, довольно быстро в ней появились и другие одноклассники. Только Артура всё не было. Я уже дважды перевязала шнурки, ожидая его прихода. Потом долго рылась в рюкзаке, делая вид, что не могу найти телефон. И в тот момент, когда я, не придумав ничего нового, уже намеревалась выйти из раздевалки, вошёл Артур. Только не один. Следом за ним появилась Яна Павлова… с бумажной коробочкой в руках.

– Привет, – ослепительно улыбнулся мне Артур. – Яна тут снова свои кулинарные изыски демонстрирует. Не хочешь попробовать?

– Да какие там изыски! – картонно засмущалась Яна. – Это же обычные данго. Я просто влюблена в японскую кухню! Если стану кондитером, то обязательно поеду в Японию на стажировку! Впрочем, к тому времени я буду готовить их блюда даже лучше, чем они сами.

Яна вызывающе рассмеялась, а я, оторвав взгляд от восхитительных голубых глаз одноклассника, молча вышла из раздевалки.

«Где же она только откопала всю эту японскую кухню, – размышляла я. – Обычные данго. Я даже слова такого не знаю. А они обычные, оказывается. Обычные – это пирожки у нас в столовке! Фу, даже рецепт не буду искать».

Весь день прошёл мимо меня. Сосредоточиться не удалось ни на одном уроке. Даже мысли о скорой сдаче экзаменов не приводили меня в чувство. Диана, как близкая подруга, очень удивилась таким изменениям в моём поведении. Конечно, ей привычнее видеть меня легкомысленной, весёлой болтушкой. А может, пора уже менять репутацию? Ведь на самом деле я совсем не такая легкомысленная, как может показаться со стороны. Просто так легче скрыть волнение и смущение…

А потом Артур пошёл провожать Павлову домой. Я едва сдержала слёзы. Она дорогу не знает? Сама не дойдёт? Или у неё дома ещё пара коробочек плодов японского кулинарного искусства? И когда она пронюхать успела об этой Японии?

– Ты из-за Исаева, что ли? – удивилась Диана, увидев, каким взглядом я провожала парочку. – У них это ненадолго, точно тебе говорю. Надоест он Павловой, как и все эти японские десерты!

Звучало неубедительно.

– Я тоже могу такое приготовить, – фыркнула я.

– Тась, ты меня, конечно, прости, но нет. Лично мне хватило твоих пригоревших пельменей и несолёных макарон. Мне кажется, ты тот человек, который даже бутерброд может испортить, – расхохоталась Диана. – Кулинария – это точно не твоё!

Я даже спорить не стала. Много она понимает. Просто я раньше не хотела готовить, а сейчас хочу.

После школы я закрылась в своей комнате, отказавшись от обеда, и начала листать кулинарные странички в интернете, пытаясь выбрать что-то красивое, но бюджетное и желательно не очень сложное для первого раза. В какой именно момент перед моими глазами появился этот десерт, уже никто и не узнает. Но только в тот самый миг родилась потрясающая идея.

«Я должна его приготовить!» – уверенно сказав это самой себе, я направилась на кухню… На столе стояли две миски: одна – с фаршем, другая – с рисом. Рядом лежал кочан капусты.

– А что, если самой попробовать сделать муку из риса? – задумалась я вслух и тут же полезла в шкафчик за кофемолкой. Наполнив её до самого верха, нажала кнопку включения и стала ждать чуда. Но чудо никак не хотело случаться. Сначала кофемолка вообще отказывалась работать, потом всё же сделала над собой невероятные усилия и перемолола засыпанный рис. Высыпав то, что получилось, в миску, я разочарованно усмехнулась. Это было похоже на гранулированный кофе. Возможно даже на сахар или соль, но уж точно не на муку.

Тогда я снова полезла в телефон, забивая в строку поисковика «сделать муку из риса для моти дома». И тут же получила исчерпывающий ответ: обычная рисовая мука не подходит для моти, нужно брать только клейкую.

– Так и знала, – махнула я рукой и, вы-сыпав содержимое кофемолки обратно в пакет с рисом, достала из холодильника яйца. – Значит, делаю «Павлову».

Сколько времени я провела за своим кулинарным экспериментом, сказать сложно. Но вот мама, вернувшись с работы, пришла в ужас от того, что творилось на кухне. Картина, представшая перед её глазами, была куда более говорящей, чем картина Репина «Приплыли» (только на самом деле такой картины не существует, зато существует полотно «Монахи. Не туда заехали» Соловьёва – об этом нам рассказывала учительница на МХК, вот уж не знаю, почему именно это название врезалось в память). Кухня напоминала поле битвы двух, а то и трёх мельников. Гора немытой посуды лежала на столе, на плите и даже на полу, но только не в мойке. Пахло горелым. А посреди этого антуража сидела довольная я и увлечённо листала ленту соцсети.

– Тася?! Что всё это значит? – воскликнула мама. – Ты сошла с ума?!

Она открыла дверцу духовки, и оттуда вырвался на волю огромный клуб дыма, напоминающий грозовое облако.

– По рецепту ещё четыре минуты надо подождать, я будильник поставила, – уверенно прокомментировала я.

– Какой будильник? – Мама уже металась по кухне, стараясь собрать всю грязную посуду в мойку. – Ты что, не чувствуешь, что всё сгорело? Или ты со своим телефоном совсем уже ничего не соображаешь?! Кто теперь будет всё это убирать?!

– Ну и не нужна мне ваша кулинария! Сами готовьте, а я буду заниматься тем, чем хочу! – закричала я.

– Я же тебя не просила готовить, – не отставала мама. – У тебя вообще никогда ничего не допросишься! Учиться надо с малого, а не зариться сразу на шедевры!

– А мне не надо учиться! Я и бутерброды прекрасно поем! – объявила я и выбежала из кухни, пока мама не заставила всё это убирать.

Мама, вдохнув побольше воздуха, устало взялась за дело. Выбросив то, что должно было называться пирожными, она сначала отчистила противень, потом перемыла всю посуду, столы, плиту, после чего устало села на стул, собираясь с силами: ей ещё предстояло приготовить ужин.

– Не больно-то и хотелось, – бубнила я под нос, устраиваясь на диване. – Всё равно никогда в жизни не мечтала готовить. Ещё не хватало. Кем быть? Поваром? Фу. Буду заниматься тем, что мне нравится!

Я взяла в руки телефон, но вдруг застыла. А что мне вообще нравится? Ведь я даже не знаю, куда буду поступать после одиннадцатого класса. При этом все вокруг твердят, что нужно определяться. Девчонки в классе давно уже мечтают о конкретных профессиях. Поля хочет стать модельером – она от учительницы по трудам вообще не отходит. Милана решила идти на бухгалтера. У неё, кажется, в семье несколько поколений бухгалтеров. Карина планирует стать репетитором по иностранным языкам. А кем хочу стать я? Вереница мыслей вдруг сменилась какой-то пустотой.

И тут мама увидела рис.

Мне бы подойти, всё ей объяснить и прощения попросить, но я привычно заняла оборонительную позицию и лишь огрызалась в ответ. Оказалось, что мама приготовила продукты для голубцов. А теперь рисовые зёрна оказались перемешаны с какой-то дешёвой рисовой сечкой, как назвала её мама.

С работы приехал отец. Ужинали молча. Мама не рассказала ему о произошедшем. Видимо, пожалела меня. Нет, ну спасибо ей, конечно, за это. Ох и влетело бы мне от отца.

Перед сном хотелось попросить у мамы прощения за своё поведение, я даже подошла к ней, но, бросив привычное «спокойной ночи» и получив традиционный поцелуй, ушла к себе. Всё-таки хорошо, когда мама быстро отходит от ссор и не держит обиду. Нет, другой мне не нужно.

Маму было жаль. Но извиняться всё ещё не хотелось, несмотря на муки совести.

«Ладно, завтра извинюсь», – пообещала я себе скорее для успокоения, поскольку была уверена, что завтра этого точно не сделаю.