Когда я отошла от шока, обнаружив Марию здесь, я напустилась на Марка.
— Какого черта ты тут делаешь? Может хватит преследовать меня?
Хотя сама почему-то даже испытала облегчение от того, что он здесь.
Марк покачал головой и сказал, обращаясь к Марии:
— Вот она — черная неблагодарность во всей красе.
Мария подняла на меня разгневанное лицо.
— Ты знаешь, что мы пережили??? Не смей его ругать!
И она снова обхватила меня руками, прижимая к себе. А я посмотрела на Марка чуть более внимательно. Как же все-таки он был красив…Совершенно не к месту и не ко времени отметила я.
— Прости меня, — искренне сказала я, а он иронически развел руки, мол всё для вас.
— Ты не знаешь, когда похороны Эннет? — после небольшой паузы спросил Марк.
Я сказала:
— Возможно послезавтра. А мы собирались ехать… — тут я осеклась.
— За Джастином. — ровно продолжил он. — Эбби уже сообщила, что он исчез.
— Да, за Джастином, — отрезала я и повела Марию к выходу.
— Стой. — приказал он. — Значит так, Мария останется здесь с Лисой, а я поеду с тобой.
Я попыталась возразить, но он прервал меня.
— Я поеду с тобой и это не обсуждается. Во-первых Олдин и Кэтрин мои друзья, тебе это лишнее? Во-вторых я просто хочу тебе помочь. Это правда.
Немного подумав, я согласно наклонила голову. Мария переводила взгляд с меня на него и не вмешивалась.
— Хорошо, Марк, обсудим это позже. — сделав паузу, я всё-таки остановилась и сказала:
— Спасибо тебе.
Осознание от того, как мне помог его приезд и появление Марии, пришло не сразу. У меня просто гора свалилась с плеч. Теперь я могла быть спокойна за Лису, да и в словах Марка был смысл — его связь с домом лорда Ангуса могла оказаться полезной.
— Марк, с нами поедут ребята мистера Фокса, — на всякий случай сообщила я ему.
Он озадаченно нахмурился, вспоминая, а потом одобрительно кивнул.
— Хорошая идея. Если дойдет до горячих разборок, Олдин никогда не рискнет репутацией и не нанесет удар по людям.
Я тоже так думала, Марк только подтвердил мои мысли.
Мы с Марией отказались от сопровождения и пошли вдвоём. Марк попросил передать Лисе, что придет к ней завтра.
Подруга заинтересованно вертела головой, пока мы шли по городку, а когда вышли на дорогу, она притихла и прижалась ко мне.
— Не бойся, тут недалеко, минут пятнадцать.
Ясно освещенной мчалась через дымчатые облака подробная и тонкая в очертании луна. Светлело небо, обозначались тени от деревьев. Странный свет! В нём все было видно, но видно едва. При этом свете мир больше в несколько раз, чем днем, и за привычно отдаленной луной еще виделось огромное пространство, более сжатое, более видное…
Хотелось лететь над землей, бесшумно, и почти верилось в сверхъестественное в этой ночи…
Когда я думала об уходе Эннет из этого мира, словно ледяной рукой сжимало сердце. Мне так и не удалось оплакать её от всей души.
Одновременно с этим я подумала — какое счастье, что я успела увидеть её. Принести эти полевые цветы, которыми так сильно пахло сейчас.
Мария с её чуткой натурой почувствовала моё настроение и затихла, сжав мой локоть.
Потом сказала:
— Расскажи мне об Эннет.
Я вспомнила смешное личико Энн, её круглую, как горошина, спину. Её голос. Её глаза, когда она увидела меня в этот последний раз.
И тут я, наконец, заплакала. Мария что-то нашептывала мне по-испански, колыбельная это была или молитва — я не знала.
Я захлёбывалась, растравляя себя мыслями, что никогда больше не увижу и не обниму её.
А потом подумала внезапно, как сейчас обрадуется Лиса, когда увидит Марию и потянула подругу за руку.
— Маш, пойдем. Там Лисёнок ждет.
Моя подруга немного придержала меня.
— Наташ, остановись. У тебя истерика. Марк прав — я останусь с Лисой, а вы езжайте.
Мы дошли до усадьбы и вошли в дом. Лиса визжала от восторга, увидев Марию, а у меня больше не было сил на эмоции. Я была испита до донышка.
И почему-то мне подумалось, что мне было бы гораздо спокойнее остаться с Марком. Навсегда.