Глава 6 Новое противоборство

Вечер наступил стремительно и рано. На крыше сегодня было по-зимнему морозно, снежно и местами скользко. Холодный воздух уже пах не осенней промозглой сыростью, а трескучими морозами и Новым годом.

Только настроение было совсем не новогоднее. С наступлением темноты начали просыпаться угрызения совести. Собственное поведение в течение сегодняшнего дня казалось ужасным, мне было жутко неудобно и стыдно перед Олегом и Владом и страшно за Ксюшу. Собственные перепады настроения пугали. Я сама не знала, какая моя ипостась – змеиная или человеческая – вылезет в следующую минуту. А еще я заводилась с пол-оборота, потому что злость была основным чувством, которое я испытывала в последнее время. Периодически она сменялась запоздалым раскаянием. Все это очень сильно выматывало, заставляло нервничать, дергаться и постепенно сходить с ума.

Я переступала с ноги на ногу на припорошенной снегом крыше, пытаясь согреться до прихода Влада. Он сегодня опаздывал, я не хотела думать о том, что после представления в коридоре Катурин может не прийти совсем.

Руки без перчаток мерзли, и я прятала их в рукава короткого светло-розового полушубка. Несмотря на цвет, искусственный мех на полушубке выглядел совсем как натуральный, и этим меня покорил. До настоящей дорогой шубы я еще не доросла, роскошные меха – удел взрослых состоявшихся женщин, таких как Елена Владленовна, а мне нечего старить себя одеждой или дорогими аксессуарами. Возможно, моя позиция и была неправильной, но я строго ее придерживалась и предпочитала красивую бижутерию золоту и искусственный мех натуральному, считая, что так проще подчеркнуть свою молодость и индивидуальность.

Влад не появлялся, а я нервничала все сильнее. Несмотря на нашу ссору днем, я все же надеялась, что он придет. Эти ежедневные ночные тренировки – единственное, что связывало меня с Катуриным-младшим. Если они прекратятся, я вообще потеряю смысл существования. Мне так много нужно было ему сказать и так о многом спросить…

Я даже подпрыгнула на месте, когда чердачная дверь скрипнула заржавевшими за осень петлями. Только вопреки моим ожиданиям, на крыше показался не Влад, а Ян в узкой, обтягивающей красивую фигуру черной водолазке и голубых, местами вытертых джинсах.

«Какой жаркий», – подумала я, отметив, что парень пренебрег верхней одеждой. Ветер трепал выбившиеся из хвоста пряди черных гладких волос.

– Ты что здесь делаешь? – поинтересовались мы в один голос и замолчали.

– Судя по всему, ухожу, – недовольно буркнула я и направилась к чердачной двери.

– Стой! – Ян удержал меня за руку.

Я послушно замерла, сдерживая вновь проснувшуюся злость. Яна я все же немного побаивалась и не решалась вступать с ним в открытый конфликт.

– Ты не видела Влада? – вполне миролюбиво поинтересовался парень.

– Видишь, его здесь нет. И видимо, он уже не придет, хотя и должен. Поищи в другом месте.

– А у вас, смотрю, свидание?

– Тебе какое дело?

– Да никакого, – пожал плечами парень, – Просто я думал, вы ратуете за сохранность этого, в общем-то, не самого лучшего мира. Поверьте, ночные прогулки на крыше приближают совсем иной результат…

– Твоими стараниями теперь мы с Владом можем только тренироваться вместе, – огрызнулась я. – О свиданиях пришлось забыть.

– Тренироваться тоже нужно очень осторожно, – как ни в чем не бывало поддержал меня Ян. Похоже, он ни капельки не чувствовал себя виноватым в том, что сломал нам жизнь. Ну ничего, у меня еще есть возможность с ним поквитаться.

– Так я пойду? – Я неловко выдернула руку из крепкой хватки парня и направилась в сторону выхода.

– Не так быстро. – Слова Яна были похожи на удар хлыста, полоснувшего по спине. Я замерла как вкопанная. – Мне нужно поговорить о твоем поведении, – начал он, а я не выдержала и взорвалась:

– Ты третий за день, кто хочет со мной об этом поговорить! Отстань! Не желаю ничего слушать и буду вести себя так, как посчитаю нужным. Понятно?

– Более чем. Только перестань убивать Ксюшу. Если бы не моя помощь, твоя подруга была бы уже мертва. Неужели ты этого не понимаешь?

– Но ведь у тебя достаточно силы для двоих? – Я нахально подмигнула.

Не дожидаясь, когда Ян оправится от шока, скользнула за чердачную дверь и опрометью кинулась вниз. Сердце бешено стучало, и я постоянно оглядывалась, опасаясь, что парень последует за мной. Но было подозрительно тихо, видимо, Ян решил проигнорировать мою дерзость.

Успокоилась я только, когда примчалась к себе в комнату и закрыла дверь на замок. Моей соседки еще не было. Она всегда возвращалась позже меня, мы даже сделали запасной ключ, чтобы не сидеть до полуночи с открытой дверью.

Сейчас по Ксюшиным меркам было совсем рано – начало десятого.

Выключив свет и устроившись на кровати, я лениво полезла в сеть. Я все меньше и меньше времени уделяла просмотру новостей в социальных сетях. Отношения с бывшими одноклассниками сошли на нет. У них были свои радости и проблемы, у меня – свои. На страничке моего бывшего парня уже в открытую висели его фотки с моей лучшей подругой.

Парочка давно бросила попытки достучаться до меня и выпросить прощение, им и так было хорошо. Да и я вспоминала про них все реже. Осталась единственная радость – пообсуждать спойлеры и сплетни из любимых сериалов.

Проскролливая темы, я машинально крутила на запястье браслет-змейку. После обращения эта вещица утратила весь свой мистицизм, превратившись в обычную искусно выполненную безделушку, но вертеть браслет на руке прочно вошло в мои привычки. Я не хотела расставаться с этой вещью, хоть больше она была мне не нужна.

Я так увлеклась обсуждением нового пейринга в популярной молодежной мистической драме, что испуганно подпрыгнула на кровати, услышав за окном шум. По стеклу словно колотили огромные крылья.

– Впусти нас! – услышала я странный голос у себя в голове. – Пусти! Мы пришли за тобой.

Телефон с грохотом свалился на пол с моих коленей, а я, не обращая на это внимания, метнулась к окну. На улице из-за снега, отражающего свет луны и фонарей, казалось совсем светло, и не заметить две темные тени в оконном проеме было сложно. Я испуганно шарахнулась назад, запнувшись за стул и с шумом обрушив его на пол.

– Что за грохот? – Хлопнула дверь, вспыхнул свет, и в комнате появилась Ксюха.

– Стул упал, – хрипло отозвалась я, поднимая с пола стул и планшетник. С подозрением покосилась в сторону окна, но не заметила ничего подозрительного.

Ксюха щебетала что-то о прошедшем дне, расспрашивала меня о взбучке от Елены Владленовны, а я лишь изредка кивала и вставляла разные междометия, чтобы создать видимость разговора. Из головы не выходили две мутные тени за окном. Да, в последние дни я чувствовала и вела себя очень странно, но могла поклясться, что совсем с ума еще не сошла и галлюцинациями не страдаю. Голоса в голове и пытающиеся войти в комнату тени – реальны.

Я была твердо уверена, что встреча с ними не сулит ничего хорошего. Об этом стоило кому-нибудь рассказать, но я не знала кому. Раньше подобными необъяснимыми вещами я делилась с Владом, но сегодня он не пришел, а значит, и правда не хочет иметь со мной ничего общего. Я его понимала: нам действительно стоит держаться друг от друга на расстоянии. А тени пока не сделали мне ничего плохого.

Засыпала я, почти успокоившись, лишь где-то на периферии сознания слабо пульсировало неясное беспокойство, связанное с тем, что сегодня вечером безуспешно ждала Влада не я одна. Ян его тоже не нашел.

Утром все началось заново. Жизнерадостное настроение, прилив сил, бледная словно тень Ксюша и легкое замешательство по поводу того, что я не чувствую никаких угрызений совести, методично, каждую ночь убивая подругу. Все вчерашние сомнения, тревоги и даже беспокойство за Влада отошли на второй план.

Я не хотела думать о проблемах, и поэтому не пошла на первую пару, к которой была не готова. Вместо этого, не торопясь и напевая себе под нос, приняла душ, уложила волосы и тщательно накрасила глаза. Сейчас они стали намного выразительнее, а с правильно подобранной подводкой вообще засияли холодными загадочными изумрудами.

Пожалуй, я начала привыкать к их цвету, хотя одногруппники и смотрели на меня с легким недоумением и презрением. Я соврала, что купила цветные линзы, и некоторые считали, что я пытаюсь походить на Веронику. В свете легенды Елены Владленовны о том, что моя соперница лечит нервное расстройство, вызванное стрессом из-за слишком напряженного графика учебы, зеленый цвет глаз не прибавил мне популярности. Многие воспринимали его как издевку. Девчонки поголовно не верили в «расстройство из-за учебы» и считали, его причиной расставание с Владом.

Ян вошел в комнату без стука, когда я, завернувшись в банное полотенце, мазала лицо кремом. Его визит стал большой неожиданностью, потому что я точно помнила, что соседка запирала за собой дверь, когда уходила на пары. Мне совсем не нравилось то, что парень может пожаловать в любое время, невзирая на запоры.

– Ксюхи нет, – не отрываясь от процесса, отозвалась я, игнорируя Яна и пытаясь не показать, что напугана. Находиться в его компании полуобнаженной было очень некомфортно. Я и одетая чувствовала себя рядом с ним незащищенной.

– А я не к ней, – отрезал парень и шагнул вперед, нависнув надо мной и закрыв свет, падающий из окна.

– Тогда подожди, пока я оденусь.

Я попыталась улизнуть в ванную комнату, но Ян настойчиво поймал меня за локоть.

– Не волнуйся, меня не так-то просто смутить.

– А может, я боюсь смутиться сама?

– А ты переживешь.

Ян был чуть ниже Влада и тоньше в кости. Экзотичные черты лица и смоляные глаза. Парень, словно сошедший со страниц популярной сейчас манги. Красивый настолько, что захватывает дух. Не звериной красотой Влада, а утонченной, присущей представителям восточных кровей. Аристократичные черты лица можно было бы назвать женственными, если бы не жесткий, надменный взгляд самурая.

Я никогда не обращала внимания на Яна и не воспринимала его как парня. Он был другом Влада и нравился Ксюхе, но он меня целовал, и обжигающие прикосновения его губ слишком сильно врезались в память. Я вспоминала о них чаще, чем нужно.

После обращения я вообще стала острее реагировать на мужскую красоту. Вот и сейчас без зазрения совести изучала гибкую фигуру Яна. Это была не «я», по крайней мере, мне было приятнее так думать. Хотелось надеяться, что это Вероника некогда была неравнодушна к Яну, а мне самой нравится только Влад.

– По-моему, вчера мы с тобой все обсудили? – Парень наклонился еще ниже и взглянул черными прищуренными глазами. В них мелькнула ярость и неприкрытая угроза. До чего же мне нравилось в последнее время выводить из себя людей! Или не совсем людей? Какая разница?

– О чем ты? – Я нахально ухмыльнулась и провела указательным пальцем по гладко выбритой щеке Яна. – Не помню, о чем мы с тобой договаривались.

– Я велел тебе не приближаться к Ксюше! Зачем ты ее убиваешь? – Ян отбросил мою руку.

– Не могу иначе. Знаешь ли, ночью я плохо себя контролирую. Получается само собой. – Разговор начал доставлять мне удовольствие, особенно когда щеки Яна вспыхнули. От гнева или, быть может, от смущения?

Сопротивляться соблазну было сложно, и я подцепила ногтем пуговицу на рубашке парня. Мне понравилось его дразнить.

– Что ты творишь! – зашипел Ян и, схватив за руку, отшвырнул меня к стене. – Совсем съехала с катушек? Я пришел поговорить о Ксюше! Ты настолько глупа, что убиваешь ее, а тебе все равно? Вы же подруги!

– Понимаешь, Ян, в чем дело… – Я улыбнулась и гибко скользнула вперед, бесцеремонно уставившись на его губы. – Ты ведь не позволишь ей умереть. Так ведь?

– Я могу не успеть. – Он сжал зубы.

– А ты постарайся. – Я отпихнула его руку и отступила. – Кстати, если тебе она так дорога, почему же вы не вместе? Ксюша была бы не против.

– Я против! – Ян сделал резкое движение навстречу и снова прижал меня к стене, шепнув на ухо: – А может быть, моя любовь слишком разрушительна? И Ксюша ее просто не выдержит.

От его слов и горячего дыхания возле уха меня бросило в жар. Накатило запоздалое смущение. Я остро ощутила свою наготу под влажным полотенцем, но сдаваться, отступать или смущаться было поздно, стоило идти до конца. Поэтому, даже не подумав отстраниться, я дерзко заметила:

– А я выдержу… – Не старалась специально, но голос получился низкий, с хрипотцой, соблазняющий. В этой ситуации показалось уместным провести длинным раздвоившимся языком вверх по шее парня к мочке уха.

Правда, желаемого эффекта я не добилась, Ян лишь презрительно хмыкнул и отстранился.

– Знаешь, Алина, – небрежно бросил он, – в вашей схватке все же победила Вероника. Она тоже от меня тащилась, но была умнее и прятала свои чувства. Мне же давно наскучила игра под названием «любовь». Я ничего не скажу Владу лишь потому, что прекрасно понимаю: сейчас решение принимала не ты, а твои гормоны.

– Да пошли вы все! – разозлилась я. – Достали уже со своими гормонами. А может быть, это я? Я теперь такая.

– Просто для тебя это все ново, а мы видели подобное не один и не два раза. Новорожденные наги любвеобильны и эмоционально несдержанны. Не возьмешь себя в руки, кто-нибудь окажется не таким разборчивым, как я.

Ян развернулся к двери и через плечо бросил:

– Если ты еще раз посмеешь воспользоваться Ксюшиной силой, я устрою тебе наглядную демонстрацию. Покажу, что она чувствует. Сколько бы ты ни забрала у нее, я заберу у тебя вдвое больше.

В подтверждение своих слов Ян резко бросил в меня толстую, как канат, нить. Сила потекла в нее, словно в трубу пылесоса, а я ничего не могла сделать. Только хватала ртом воздух и беспомощно смотрела на преображающегося парня. Сквозь притягательный человеческий облик просвечивало чудовище с темно-синей кожей, несколькими парами рук и свисающим до груди алым раздвоенным языком. Тот, кто скрывался за маской Яна, внушал даже не ужас, а отвращение.

Истинный облик древнего бога отрезвил меня намного лучше, чем выкачивание энергии. В горле застыл крик. Я бы точно заорала, если бы смогла издать хотя бы звук. Когда Ян отпустил меня, я рухнула на колени, а парень как ни в чем не бывало спросил:

– Ты поняла, о чем я?

Не дожидаясь ответа, он вышел, а я осталась сидеть на полу и переводить дыхание. Похоже, день не задался с самого утра.

Загрузка...