Глава 5. Общежитие милиция. Наши дни

Проснулся я от топота бизонов. Или мамонтов. В России бизоны не водятся, а вот мохнатые слоны должны встречаться. Другие объяснения в голову не приходили. Правда если не махать ушами, а слегка прислушаться, можно различить хлопанье подошв, звяканье железа и шуршание одежды.

Больше всего это напоминало возвращение с тренировок в армии, когда сразу толпа вваливается в жилое помещение. Тем более и изредка доносились мужские возгласы. В основном нецензурные. Стало интересно. Я все-таки не в казарме расположился.

За окнами было еще темно, но я ощущал себя бодрым и энергичным. Выспался. Биологические часы из-за разницы во времени явно дали сбой. Вчера ходил и постоянно зевал. Сейчас ночью поднялся. И дело не в одном шуме. Ладно – это ерунда. Два или три дня и все в лучшем виде восстановится. Не в первый раз отправляюсь в дальние края. Правда раньше был много моложе и от меня не требовалось бегать по самым разным учреждениям до наступления вечера.

В составе подразделения ставят на довольствие и этим занимаются совсем другие люди в противоположном конце Москвы. Мда. Оказывается имелась еще одна дополнительная причина не идти в офицеры. Меня за двух подчиненных вечно воспитывало вышестоящее начальство и таки воспитало. Стойкое отвращение к желанию быть командиром и отвечать за разных дураков.

Зато во мне жутко попутно развилась сообразительность. Умный человек всегда найдет на кого свалить трудности. Кто-то из великих писателей по этому поводу даже высказался, что только тогда на свете появится искусственный интеллект, когда он самостоятельно всучит свою работу кому другому. Это и есть доказательство наличия разума. У меня он точно имеется.

Тест на IQ[25] ерунда. Единого стандарта не существует. В них очень многое зависит от образования, благосостояния родителей и окружения и что особенно важно насколько хорошо ты знаешь язык. У эмигрантов из-за этого вечно сложности. Чем больше задачек решишь, тем лучше, а им сложнее разобраться. Достаточно слова не понять и привет. А у себя дома тест был иной. Там свои умники разрабатывали, вот и выходит результат неправильный.

На самом деле тест показывает твой IQ по отношению к среднему показателю группы. Школьников, студентов, рабочих или программистов. Больше 100 – получается, ты «умнее» среднего представителя группы, меньше 100 – соответственно. И не надо обвинять во всяких глупостях, у меня при поступлении в полицейскую Академию оценка 130. А университетов не кончал.

Идея взять гида оказалась абсолютно правильной. Таксистка Екатерина оказалась то, что требовалось чужаку в огромном городе. Карта специально приобретенная в киоске здания оказалась откровенно надувательской. Часть улиц на ней были не обозначены, другие присутствовали и изгибались не в том направлении.

После тщательного изучения я обнаружил в исходных данных мелкие буквы и выяснил – она напечатана по старой, еще давних времен специально изданной Госполитиздатом для иностранных туристов. Музеи и Кремль присутствовали на своих местах, я специально проверил. Все остальное в расчете запутать пробравшихся неведомым способом внутрь СССР. Половина сознательное вранье, вторая перестраивалась и достраивалась. Еще и улицы переименовывали. Не все, исключительно мне необходимые.

Я практически уверен, что продавщица мне впарила данную изумительную вещь, не имеющую отношения к здешней жизни сознательно. Не так уж и много я провел времени, бегая по разным местам, но уже твердо усвоил одну вещь. Любого иностранца люди воспринимают в первую очередь как источник дохода. Каждый думает, что он от природы умнее американца, а значит сможет что-то с того стрясти. Причем у меня было стойкое ощущение присутствующей на лбу огромной мигающей надписи «американец-лох».

При моем появлении услужливость увеличивалась раза в три, а цены не меньше чем в пять раз. Обиднее всего, что пару раз бы обязательно попался, не води за собой Екатерину. Честное слово совсем не жалко денег за плату стоянки и набежавших за наши походы. На прощанье вручил ей солидные чаевые и пообещал рекомендовать знакомым. Вдруг кто еще из США вздумает прилететь посмотреть красоты.

Кстати попутно выяснил, что она калмычка. Есть, оказывается народ (в первый раз слышу), тысяч триста численностью. Половина проживает в родных степях на юге России, а вторая неплохо устроилась в основном в Москве.

В принципе чтобы заплутать в столице СССР требуется быть откровенным кретином. Кроме центра, сохраняемого для потомков (так сказано в очередной брошюре). Вот там прямых улиц нет. В остальной градостроительной схеме очень четко соблюдена продольно-поперечная система, с севера на юг, с запада на восток, но плюс еще к этому есть кольца.

Колец сейчас пять, строится шестое. Начиная со второго, уже нет пересечения на одном уровне, там развязки и. т. д. Пробки все равно имеются. Забастовщики что-то там умудрились перекрыть и по радио об этом сообщили невразумительными иносказаниями, но абсолютно прозрачно. Поэтому мотались мы все время непонятными закоулками, вылетая на скоростную кольцевую дорогу и быстренько с нее съезжая, пока не приехали в неведомую Котловку.

По зрелому размышлению и достаточно логичному совету советской гражданки Дангеевой мы сразу договорились все эти банки, магазины и страховки надо оформлять как можно ближе к будущему местожительству. Чисто по житейски удобнее. На мое счастье уже не требовалось в обязательном порядке идти в определенный час в главное здание соответствующей конторы, как лет десять назад. Все делалось быстро и вежливо прямо в районе.

Правда в государственном учреждении от американского паспорта все-таки польза проявилась. Приняли без очереди. Где отдельное окошко, а где и кабинет специально для несоветских граждан. Нас как-то очень любят и относятся отрицательно. Одновременно.

Бюджетные организации единственное место, где никто не попытался намекнуть на бакшиш, а клерк со смущенной улыбкой извинился, отказавшись пожать руку. Не дай Бог, кому со стороны придет в голову, я ему что-то сунул. Опасно. Еще и камеры кругом понатыканы в любом учреждении. Не верю, что можно постоянно за всеми смотреть. В КГБ был бы штат глядельщиков размером с пол страны. Но ведь никто не знает когда проверяют. Вот и стерегутся.

Мимоходом выяснил, что учителя с врачами ведут себя похожим образом. Есть даже специальное разъяснение на тему можно ли брать конфеты с цветами. Оказывается цветы можно. Нечто стоимостью свыше сотни рублей уголовная статья. И очень тяжелая.

Рваться проверять, что происходит в коридоре, не тянуло, да и глупо. В дверь не колотят, чего лезть. Тем не менее, спать не тянуло, наоборот сплошная бодрость духа. Слез с кровати и пошлепал умываться. В моем представлении советское общежитие мрачное здание вроде барака, с темными грязными коридорами и картонными стенами. Что-то такое я видел еще в Академии в кинофильме у молодого прогрессивного советского кинорежиссера. В нашем понимании прогрессивного. Это когда бичуют социальные язвы общества.

Жильцы бесконечно скандалили, дрались и уже на десятой минуте кого-то зарезали. Дальше я смотреть не стал. Заснул. Кино вещь хорошее, но попал я туда после долгой зубрежки. Там еще была молоденькая проститутка и парочка излишне накрашенных мужчин. Думаю на очередном кинофестивале награда обеспечена. Жюри обрыдается. В реальной жизни они с такими не общаются и очень сострадают заочно.

Общежитие министерства внутренних дел больше напоминали приличный университетский кампус. Несколько кварталов четырехэтажных симпатичных корпусов явно не последних лет. Красный кирпич, снаружи очень недурно смотрятся. При необходимости все подходы перекрываются бетонными блоками и получается отдельный городок.

Внутри тоже неплохо. В моем доме все квартиры однокомнатные, но есть и другие варианты. Двух или трех для семей. По словам коменданта, вручившего ключ по предъявлению бумаги с печатью, в домах триста квартир и он бедолага с утра до вечера занят. Весь в трудах и заботах.

Видимо мой взгляд был достаточно скептичен, потому что он натурально взвился и принялся объяснять здешнюю систему в подробностях. Ничего особенного. У нас в кооперативе тоже держат на зарплате пару человек для устранения мелких поломок в квартире и общих помещениях. Подумаешь. Он-то убежден в своей огромной исключительности и важности. И там без него никак и здесь.

Я покивал сочувствующе и вроде бы случайно задал напрашивающийся вопрос. Числится в управлении снабжения МВД. Еще и звание со всеми положенными льготами – майор и пятеро подчиненных рангом пониже. Недурственно для обычного коменданта даже и трехсот квартир. У нас в участках тоже бывает машины ломаются или водопровод течет. Приглашаем из соответствующей компании. Полиция – это полиция. Хозяйственные дела на вольнонаемных или посторонних.

А квартира мне понравилась. Если в СССР такой стандарт для командировочных – желаю проживать здесь вечно. Нет, решительно пора забыть об антисоветских штампах, внушенных мне в детстве и армии. Или это они в последние годы так размахнулись? Ну если считать крайние лет двадцать. Над входом в подъезд дата выложена плиткой. Правда вот стреляйте меня, внутри перестраивали. Не может быть изначально подключение к современным системам. На крышах понатыканы спутниковые тарелки, а внутри розетки для подключения Интернета. Что любопытно видеокамера только на входе. Я уж ожидал на всех этажах и вплоть до туалета. Ничего подобного.

Жилой площади здесь как в моих трех комнатах в Фэйри-сити. Несколько встроенных шкафов для хранения вещей. Потолки высокие, окна широкие. Грязные, но это не самое ужасное. Система отопления и кондиционирования централизованная, с индивидуальной регулировкой температуры в каждой квартире. Кровать тоже стояла и не на железных пружинах, как я наивно ожидал, а вполне приличный раскладной диванчик.

Безусловно я не первый его осваиваю, однако сидеть и лежать удобно. Никаких ям и комков. Еще и выдвижной ящик для белья внизу. Правда оно было в наличии отсутствия. Тонкий намек от коменданта о возможности с его помощью приобрести задешево я проигнорировал, под аккомпанемент энергичного подмигивания Екатерины. Уже усвоил, лучше доверять одной проверенной, чем всем подряд.

У коменданта есть договор с определенными магазинами, дождавшись пока он разочарованный моей тупостью удалится, объяснила она. Это не взятка. Просто он направляет туда людей, а потом когда приходит, получает увесистую скидку. По мне это как раз попадает под статью уголовного кодекса, но я ж советских законов не знаю. Наверное нормально. Потом уточню. И думаю в обещанном ей хозяйственном повторится та же история. Только лично для Катерины. Мне жалко? Тьфу!

Плюс имелась приличных размеров кухня с уже присутствующим до моего вселения набором бытовой техники – газовой плитой, холодильником, посудомоечной машиной, кухонной плитой, стиральной и сушильной машиной. Это очень удачно. Жить мне здесь несколько месяцев, а хранить добро и стирать где-то надо. Еще был совмещенный с умывальником унитаз и отдельно душевая кабинка. Ванна конечно гораздо лучше, но я всю жизнь без нее обходился.

И за все я должен был платить какую-то ерунду по американским понятиям. 80 рублей не считая электричества и воды. Причем живи я в гостинице цены вполне сопоставимы с нашими. Снимать квартиру похожего уровня доходит до двух тысяч, по словам моей всезнающей таксистки. Это где-то 350 долларов. Гостиницу среднего уровня двадцатка в день. Воистину замечательно жить в СССР. При двух условиях. Государственный служащий и иностранец. Второму лучше получать зарплату за океаном в тамошней валюте.

А магазины вообще мне жутко понравились. Перед посещением я получил подробную инструкцию. Все продуктовые магазины в СССР делятся на три типа. Первый – это «магазинчики за углом» – такие маленькие забегаловки, в которых продается все подряд. Они обслуживают в основном жителей ближайших кварталов и американцу непременно всучат нечто с виду хорошее, но лежалое, а то и гнилое по тройной цене. Все равно больше не появится. Ну буквально мой приятель Питер Ли.

Второй тип – это современные гипермаркеты. Такие как «Волмарт» или «Кэрифор». Здесь вообще, как я убедился наглядно легко обнаружить любой известный бренд. Все мечтают сделать деньги на советских. Вот и крупнейшие сети супермаркетов из Европы и США присутствуют. Десятки тысяч квадратных метров торговых площадей. Прохладный воздух. Идеально чистые полы. Новенькое торговое оборудование. Ломящиеся от продуктов стеллажи. Огромный ассортимент.

В таких магазинах иностранец может приобрести свои привычные блюда и продукты местной кухни в любом ассортименте. Еще и продавцы помогут выбору на родном языке. Одна проблема – жутко дорого. Туда ходят богатые, норовящие показать богатство и иностранцы, не разбирающиеся в окружающей действительности.

Потому что есть третий тип супермаркетов. Нечто среднее между двумя остальными. Это довольно крупные магазины с довольно большим ассортиментом. Но фишка в том, что они заточены под советских граждан. Почти все в них истинно советское и уж этикетки не на русском вы не найдете! Как и менеджмента с факультетом иностранных языков. Люди чаще всего доброжелательно попытаются помочь при приобретении, но если ты не способен прилично объяснить на государственном языке что именно ищешь, тебя ждут большие проблемы.

Но цены! Мечта! За сто рублей человек может купить столько же товаров, сколько на территории США за сто долларов. (Причем, как правило, тех же самых товаров, сделанных в том же СССР). Другими словами, по паритету покупательной способности один рубль стоит не пятнадцать центов, как следует из его курсовой стоимости на финансовых рынках, а равен целому доллару, а то и превосходит его.

Единственная вещь оказавшаяся дороже – это мой любимый «Абсолют». Ну здесь, хвала всем богам приличной водки и без него хватает. Вот электроника мало бы чем отличалась по стоимости, если бы не жуткие скидки. Экономика СССР в огромной степени завязана благодаря предыдущему Генсеку на экспорт. С кризисом на западе начались проблемы и внутри страны. Если заказов нет, отдавать кредит и платить работникам неоткуда.

Зато кроме пятидесяти миллионов с лишним жителей села не имеющих возможности приобретать телевизоры, машины и прочие сотовые телефоны на юге у СССР имеется еще полуторамиллиардный голодный Китай, Северная Корея, Вьетнам. Они только лет десять назад получили полноценный доступ к коммунистическому договору о Совете Экономической Взаимопомощи. Китай так и вовсе до сих пор в загоне. Конкурент Союзу без надобности.

Происходящее давно и страстно полощут во всех западных СМИ. Кто видит ужасную угрозу, кто напротив обнаруживает положительное сближение. Мы зависим друг от друга и повязаны достаточно крепко. Причем США даже меньше. Чем ужасным Советы могут пригрозить американцам? Отказом поставлять носки, игрушки и почую дребедень?

Ну, будем вынуждены ходить без носков некоторое время. И без трусов, заметим, тоже, поскольку стирать и то, и другое уже разучились (дешевле купить новые). Пока не завезут с какой Индии. Это произойдет достаточно быстро. Строит освободиться рынку и желающие залезть туда вмиг обнаружатся. Еще и Китай может расстараться, в обход делового партнера. Не любят они быть младшим братом еще со времен Мао.

А что иногда руководители становятся в позу и принимаются учить соседа, а тот отвечает гневной отповедью – нормально. Вон Франция до сих пор любыми путями норовит изобразить самостоятельную политику. Мне ли не знать. И что с того? Мир скукожился, нравится нам это или нет. Мы стали ближе и гораздо более связанные.

Что в свою Азиатскую сферу интересов они не пускают других, действуя через тамошние правительства, давно известно. Но после смерти Мао еще и умудрились подмять под себя Китай экономически и теперь этим вовсю пользуются. На советских заводах, фабриках и стройках пашут не только местные. Не меньше и китайцев с вьетнамцами.

Сейчас пошла тенденция переносить многие производства туда. Сразу получается удачное решение. И возможность нажиться и бесконечный резервуар рабочей силы на месте. Там-то не побунтуешь. Страны намного более закрытые. Только теперь надо внимательно следить, что предлагают в магазине.

Еще лет пять назад надпись «Made in the USSR» гарантировала качество. Современное советское производство – это высокотехнологичные процессы и сверхточные механизмы. Использование современной техники, обладающей высокой производительностью, позволяет промышленности СССР выпускать огромные объемы продукции и поддерживать невероятный ассортимент.

Сейчас уже нет. Китайское и вьетнамское производство массово и при этом паршиво. Не хватает квалификации, требуется наладить технологические цепочки. От моего русского языка оказалась огромная польза. Я теперь дома выступаю нередко в качестве эксперта. Глянешь на инструкцию и сразу видно – этикетка правильная, а делали в какой Азии.

Жульничают почти открыто. Совместное якобы предприятие и дочка советской известной фирмы. Может и так. Текстиль, сборочные производства из СССР выносятся как раньше с западных стран в Союз перемещали в погоне за выгодой. Но это ведь не их вина. Есть такая специализация в торговле – искать и сбывать товар качеством похуже и ценой подороже. Многие берут, а потом жалуются. Ты не жадничай и хватай дешево знакомый бренд, тем более у него буквы на этикетке вроде бы случайно попутаны. На самом деле чтобы не подали в суд. Подделка.

Собственно ничего оригинального. В 70-е было в основном «made in Taiwan», «made in Hong Kong», «made in Korea». Реально просто очередное перераспределение: доля дешевых тряпок и товара из Азии по отношению к общему потреблению в Штатах мало изменилась. Сначала стало «Made in the USSR», а со временем, скорее всего, открыто появится «made in China». На экспорт всегда качество с годами растет и при этом попутно цена.

Но это у нас – в США. В Западной Европе отнюдь не так: Испания, Италия до сих пор тряпки, обувь, пиджаки, кожаные изделия, электронику делают. Главное поле битвы сейчас – это европейская экономика, где до сих пор существуют все эти отрасли. Советскому блоку долго ставили барьеры, но сейчас медленно просачивание на местные рынки в связи с мировым кризисом сменилось энергичным распихиванием локтями.

Плотину прорвало и всерьез. 10 лет назад в Западную Европу шла пятая часть советского экспорта, тогда как Штаты – треть. Сейчас эти цифры изменились: Штаты – пятая, Европа – чуть ли не половину импорта получает из СЭВ, читай советские товары. Они кругом нынче отсюда. В Болгарии, Польше, Чехословакии, Китае и так далее. Руководство русское, пятьдесят один процент каптала минимум тоже.

И все это благодаря сознательно удерживаемым СССР низким внутренним ценам на энергоносители – бензин, мазут и электричество. Понятно, что они входят в стоимость любого товара и делают его производство дешевым, а советский рубль, соответственно, невероятно сильным, имея в виду его покупательную способность. При этом сознательно тормозили повышение цен внутри страны, добиваясь дешевизны и очень жестко контролировали валютные сделки.

Управляя своей экономической организацией СЭВ, коммунисты создали свой собственный общий рынок до его появления на Западе и выступают единым фронтом. Фактически это Единая Рублевая Зона и внутри нее именно рубль основная денежная единица. Пока СССР идет в данную сторону всем неплохо. Вместо холодной войны теплые экономические объятия.

Никто из их сателлитов давно уже не рвется удрать от правления из Москвы. Во внутренние дела московские партийцы практически не вмешиваются, зато держат на нефтяной игле и скупили наиболее важные отрасли. Двойная удавка под особо приятным соусом. Никакой колючей проволоки на границе. Можешь уезжать, если очень чешется. Там сильно «заждались».

По данным экспертов ООН, сегодня из каждых десяти товаров, продаваемых в мире, семь произведено на территории СЭВ. Причем, речь идет не только об одежде, обуви и детских игрушках. И уже не только о сложной бытовой технике – телевизорах, стиральных машинах и домашних компьютерах.

СССР экспортирует самолеты, грузовики и автомобили, прицепы, автобусы, станки и оборудование, сталь, обувь, нефть и прочее. Запускает коммерческие спутники по чужим заказам и даже возит туристов на орбиту. Советский блок совместно производит больше, чем Штаты и Евросоюз вместе взятые, например, цемента и стали, в том числе легированной, электромоторов, строительных кранов, металлорежущих станков с программным управлением и поточных сборочных линий. И все это дешевле.

В результате весь мир страдает от кризиса, а советская экономика растет прямо на глазах. Рынок Китая бездонен, хотя и беден, но и свои граждане повысить уровень благосостояния не прочь. К примеру мобильники практически у каждого по статистике, включая самые отделенные дыры, чего и представить себе раньше нельзя было.

Кризис толкает на определенные действия: цены на множество товаров ухнули вниз. Значит надо сменить направление экспорта. Теперь и в Азии появились покупатели. Вполне сегодня можно приобрести на внутреннем рынке советского производства автомобиль объёмом двигателя 1,4 литра всего за $7500. А телевизоры за половину изначальной цены. Хватай и тащи.

Мне правда особо не требовалось. Но это я такой без алчности в душе. А четверть миллиона автомобилей в СССР третий год подряд раскупают. Он раньше занимал третье место в мире по производству, но все почти шло на экспорт. Теперь положение изменилось. Есть где кататься. В СССР строили в последние годы по 5–6 тысяч километров автобанов ежегодно, и теперь обладает второй по величине дорожной сетью в мире после США.

Как порадовала меня Екатерина, стаж половины водителей на улицах Москвы не превышает пяти лет. В провинции и республиках неумелых и много о себе возомнивших еще больше. Они по моим наблюдениям в принципе вроде как законопослушны, и на красный свет не рассекают с молодецким присвистом.

Зато очень не любят уступать дорогу, понятие «главная» отсутствует и да и пропускать пешеходов станут лишь при виде милиционера. Чуть не по ногам едут, а те будто нарочно норовят влезть под колеса. Четкое ощущение, что москвичи вообще не смотрят по сторонам. Водитель просто обязан вертеть головой во все стороны, на манер летчика-истребителя в бою. Это уже не говоря о выпивших. Их не останавливают даже жуткие по моим понятиям (не по здешним ценам) штрафы.

Так что я пока обойдусь без собственной машины. Покупать на пол года? Себе дороже. Хотя таксистка меня уверяла в крайней необходимости наличия собственного транспорта. При этом она почти открыто предлагала помощь в приобретении и при отъезде клятвенно обещала свести с желающим приобрести за наличные. Вот почему у меня чувство, что это очередная русская разводка для иностранца?

* * *

Наскоро сжевав остатки вчерашнего ужина, осмотрел себя еще раз и двинулся на выход. Добираться сегодня предстояло самостоятельно, следовательно лучше выйти заранее. Опаздывать в первый день неприлично, пусть и никто тебя не ждет с нетерпением. Да и в городе могут быть проблемы. Язык он конечно доведет, да вот неизвестно куда. Странная манера показывать в противоположном направлении или смущено улыбаясь заявлять: «Я не местный», будто я его о регистрации спрашиваю, уже не удивляла. Блажен, кто ничего хорошего не ждёт, ибо он не будет разочарован.

Сначала я услышал негромкие голоса и даже задержался на пару секунд послушать. Звучало это приблизительно так. Авторитетно: «Согласно инструкции нумер, параграф пункт – понятно?» Уныло: «Так точно».

Я, еще не видя лиц, четко знал, подчиненный проштрафился и мудрый начальник поучает, как правильно отвечать на вопросы, когда дойдет до разборки с отделом внутренней безопасности или как он в СССР правильно называется. Сам неоднократно проходил через это дело в обеих ипостасях.

Толкнул дверь на улицу и обнаружил на крыльце троих в форме милиции. Моложавый полковник (звездочки у них как в армии, не спутаешь) с нажимом сказал:

– Запомнил?

– Так точно, – уныло проблеял худой и страшно рыжий капитан. Вид у него был будто буквально минуту назад макали головой в мусорный ящик. Не в смысле грязный, а взлохмаченный и искренне недоумевающий, что собственно происходит.

Зато третий экземпляр был изумительным типом. Он повернулся всем телом, крайне недовольный появлением постороннего и уставился на меня с откровенной злобой. Таких устрашающих рож я давненько не видел. Даже в тюрьме обычно смотрятся приятнее.

«Черты лица, вырубленные топором», как обожают красиво изъясняться писатели, не имели к этому отношения. И дело даже не в звериных чертах оборотня. Его еще при рождении долго дубасили кирпичом, старательно делая из черепа нечто угловато-квадратное. Нос, скорее всего, свернули уже позже. Правда сопля там не висела и в полевой лазарет я бежать не стал. Без понятия, где он находится, хотя вроде при общежитиях имеется ведомственная поликлиника.

– Ты, – зарычал он хуже тигра. – Кто такой?

Я честно признался, назвавшись.

– Ах ты шпионская морда! – вскричал он обрадовано Дальше пошла сплошная нецензурщина.

– И здесь козлы, – демонстративно пожимая плечами, подумал вслух. Капитан аж с лица спал и двинулся в мою сторону.

Дожидаться дальнейшего я не стал. Агрессией от переросшего нормальные размеры волка так и несло. Крутой парень в полной красе и слов не понимает. Причем оборотень такого размера наверняка опасен. Быстр, ловок и эмблема на рукаве с бизоном. Причем американское травоядное я уж не знаю, но сто процентов очередной специализированный милицейский спецназ. Значит опасен вдвойне.

Я ударил сразу, не размениваясь на уговоры. В руках ничего не имелось и вышло удачно. Левой наметил по глазам, пугая. Ну такого бугая застращать так просто не удастся, да и учили его. Отшатнулся. Что и требовалось. Правой в солнечное сплетение. Когда он стал падать, я сдвинулся, готовый к атаке со стороны его приятелей. От него неприятности в ближайшее время не предвидятся.

Бил я всерьез. Обычный человек мог и помереть на месте. Рефлекторная остановка дыхания гарантирована. В армии нас не учили всяким кун-фу. Считалось что если ты солдат, то твое дело стрелять, а не махаться врукопашную. Тем не менее полтора десятка поставленных на автомате ударов, приводящих тяжким увечьям и смерти нам вбили на совесть. А объяснять простейшую вещь – бей первым и сразу в расчете свалить, мне не требовалось с детства. В наших каменных джунглях иначе нельзя.

– Сема, ты как? – спросил полковник. Он даже не шевельнулся. Вот рыжий растерялся, а этот будто в цирке смотрел на представление. Холодный анализ и никакого гнева. Опасный мужик.

– Хрр, брр, – ответил скрючившейся капитан. Дышать ему было еще тяжело и он с трудом пропихивал воздух в легкие.

– Я ж говорил тебе неоднократно, прежде чем кого-то бить, посмотри на него внимательно. И потом он чисто случайно попал, откуда новенькому знать, что у тебя фамилия Козлов?

До меня дошло, чего он полез драться. Действительно удачно угодил. Нашел причину обижаться. Смени фамилию, если что не устраивает. Я точно знаю в СССР – можно. Разрешается.

– Ты не человек, – уверено сказал полковник уже мне. – Сему с одного удара выбить не каждому дано.

– Нам морпехам, – с тупой мордой отвечаю, – раз плюнуть. Я таких на завтрак регулярно кушаю.

– Иран?

– А еще Курдистан и Афганистан. И Фэйри-Сити. Хуже любых войн. На войне сразу видно кто враг. А у нас адвокаты и прокуроры с общественностью.

– А! Так это ты у нас на стажировку прибыл. Совсем из головы вылетело. Мы еще спорили, что за чудо подкинут и куда девать.

– В ОМОН не пойду, – выразительно глядя на нашивки по-прежнему стоящего на коленях оборотня, отказался.

Это по-нашему Команда Быстрого Реагирования и не сдалось мне в сорок лет доказывать, что я не хуже. Еще и после такого знакомства устроят проверки. Нема дурных служить в подразделении, где командиры себя в рамках держать не умеют. Это пусть обыватели думают вся работа ворваться и избить. Мозги у старшего обязаны присутствовать. Это я вслух произносить не стал и так ясно.

– Не честно было, – осторожно распрямляясь, заявил Сема Козлов. – Я не ожидал.

Он больше не жаждал расправы. И не потому что боялся, такие типы ничем не пробиваются. Зато они обычно уважают честно дающих отпор. Трудность в том, что таких на свете немного. Стену кулаком мало кто способен проломить. Значит и уважать остальных не за что.

– Ага, – говорю, – надо было слегка потолкаться с криками: «А ты кто такой?». Еще шапки на землю с размахом кидать.

– Свободен Юрченко, – приказал полковник рыжему, посмотрев на меня странным взглядом. Тот, не переспрашивая, ушел. И запах у него встревоженного. Положительно я угадал. Что-то парень накосячил. Но свои не осуждают, даже прикрывают.

– Семен, – протягивая мне огромную лапу, провозгласил оборотень.

– Билл, – повторно представился я. Вряд ли он запомнил, как меня зовут.

– Нет, а давай нормально стыкнемся, – ему очень хотелось дать мне по шее, но уже не всерьез, а для самоутверждения. – У нас и спортзал имеется. Ты ж здесь поселился?

– Может быть, если время найдется, – сказал я вежливо-дипломатично.

Второй раз так удачно может и не выйти, а ловить пинки я не особо люблю. С другой стороны форму держать надо? Пару раз в неделю ходил много лет со своими в управлении. У нас и тир свой и ринг. Даже тотализаторы в участках есть. Незаконно, но существуют.

– А ты куда направлялся?

– В Главное следственное управление, – бодро отрапортовал я, – по месту предстоящей службы, товарищ полковник!

Тот отчетливо поморщился, а Козлов довольно хохотнул.

– Я что-то не так сказал?

– В армии и милиции подобное обращение применяется исключительно в особых случаях, – довольно скалясь, объяснил капитан. – Товарищами нынче между собой называют друг друга, – прозвучали очередные матерные выражения, обозначающие лиц нетрадиционной ориентации.

Это было очень обидно. Не ругань, а дурацкое попадание впросак. Всегда гордился своим умением болтать без ошибок. Когда мы из Афганистана летели домой через Киргизию и самолет сутки торчал на аэродроме я успел смотаться в Бишкек и хорошо погулять. Понятно, нарвись я на патруль мог легко заполучить реальную статью за шпионаж. Аэродром не наш, а советский, мы просто садились на подскок. Визу мне естественно никто не давал, да и до города километров двадцать. Но я был разведчик и мы с ребятами поспорили.

Все-таки не зона, а обычное КПП. Там каждый день американские транспортные самолеты садились и взлетали. Все давно привыкли. Вот пассажиры редко задерживались. В основном отпускники и раненые в Германию. Этим не до гулянок. Вот бдительность и упала. Самое то. Через забор и вперед. Уж преодолевать препятствия нас учили крепко.

А поймать попутку не сложно. Ни одна собака не усомнилась в дальнейшем в моем прибалтийском происхождении. Надо ж было объяснить произношение. Я был якобы советский специалист в поте лица помогающий бедным дехканам. Попав в родные места, возжелал выпить и проветриться. А деньги…

Да ну, Мало ли что можно загнать без документов, если по дешевке? Не оружие с наркотиками, понятно, хотя и спрашивали с оглядкой. Видеомагнитофон оригинальный японский, отобранный у застреленного афганца или кроссовки «Адидас». Лишних вопросов не задавали, зато программа вышла крайне насыщенная. Вернулся я на базу довольный, как и подобает с несколькими бутылками водки и в чужих дранных вещах. За настоящие джинсы и американскую форму в те времена можно было еще неплохо выручить.

А результате на выигранные деньги я смог приобрести все проданное в двойном размере по возвращении домой и получил кучу приятных воспоминаний о доброжелательных людях. Мужчинах, женщинах и нормальной чайхане, когда не ждешь ножа в спину.

Правда ходить в дальнейшем пришлось в старой одежке, потому что объяснить командирам куда девалось только что выданное не сумел, соврав про случайное возгорание у костра и прочие глупости. Майор не поверил и впаял мне кучу неприятностей. Он очень справедливо заподозрил, что я умудрился продать вещи местным. Оказывается не первый случай за выпивку. Ну и все равно. Лучше меня никто не сумел.

А теперь оказывается надо пересматривать старые знания на каждом шагу. За последние пятнадцать лет СССР очень изменился. Во всех смыслах. Кроссовки пожалуй не продашь – смеяться будут. Адидас небойсь в том Бишкеке сегодня массово выпускают, а видеомагнитофоны и вовсе перестали выпускать. ДВД в моде. Но вот изменения в языке…

Странно это. В какой момент нейтральные слова наполняются определенным смыслом? По-английски говорят «веселый». Это проще всего: «веселыми домами» в Англии в старину назывались бордели. По-немецки «теплый». Сначала было слово «Schwul», которое означало просто «жаркий, горячий», потом оно разделилось на Schwul с двумя точками – душный, знойный – и Schwul без точек – «гомосексуал». Почему – неизвестно. Не только мне, филологи без понятия. А как нынче коммунисты называются? Положительно не гожусь в шпионы. Сходу провалился.

– Идем, – сказал мне полковник, махнув рукой.

– Куда?

– В управление, куда еще? Я тоже туда отправляюсь. Довезу по знакомству.

Машину я сначала принял за обычный «Volvo» и только затем обнаружил соответствующую блямбу. Якобы ВАЗ. О покупке фирмы в Штатах только мертвый не слышал. У нас аналитики дружно вещали по сомнительные выгоды от покупки таких терпящих бедствие компаний, как «Volvo».

У русских другие резоны. Такие покупки позволяют не только обходить европейские таможенные барьеры, но и улучшать технологию и дизайн при изготовлении аналогичных изделий в самом СССР.

Эта модель не из дешевых и к нам, если и поставляется, то в мизерных количествах. Видеть раньше не приходилось. Видимо параллельно выпускается и для местного рынка. Никаких спецсигналов и надписей. Почти как мой форд. Разве классом повыше.

У меня долгие годы был Ford Crown Victoria. Сейчас город с чего-то решил приобрести Dodge Charger. Мы накатываем на своих машинах по четыре года или 120 тыс. миль, что происходит гораздо раньше. Потом их продают с аукциона, в основном таксистам. Если честно они обычно убитые.

Большинство машин используется 24 часа в сутки, практически 7 дней в неделю. В спецотделах каждый автомобиль закреплён за двумя-тремя сотрудниками. Ну кроме сержантов, лейтенантов и больших начальников. Остальные не дают бедному автомобилю вздохнуть, гоняя регулярно. Работая в городе, эти машины постоянно в движении – трансмиссии, мотор, тормоза, амортизаторы и колёса изнашиваются довольно быстро. Да и внутри не сказать, чтобы напоминало чистоту операционной.

Здесь было роскошно. Кожаные кресла, деревянная отделка. Куча всевозможной современной электроники. Еще и стекла тонированы. Ментам законы не писаны. Екатерина прямо сказала – запрещено свыше каких то мизерных процентов. У нас и у первого заместителя комиссара полиции города ничего похожего нет. На однотипной со мной катается. Хотя полковник почти двадцати миллионного города вполне возможно повыше нашего Фрэнка будет. Интересно, а что у него за должность? Какое отношение к ОМОНу? Да ну, чего мельтешить.

– Плохой ты шпион, – не дождавшись вопросов, сказал он, – доверчивый. А вдруг в застенки кэ джи бей везу? Ты ж насквозь подозрительный.

– Сколько можно? – возмутился я. – Шпион, шпион! Все подряд тычут. Ненормальные вы все!

– Как раз нормальные, – с удовольствием сказал он. – Тебя ж сразу видно. Обычный американец языков не знает и знать не хочет. Все обязаны знать аглицкий, – от так и произнес, с сарказмом, – США центр вселенной и других вам не требуется. Приезжаете в Союз и требуете, чтобы с вами общались на английском. Наглые, громогласные и уверенные в своей исключительности. Ты ж не из бывших эмигрантов, раз Мак-Кинли и не славист, раз из полиции.

– Нам доплачивают за знание языка.

– «Золотого теленка знаешь» – читал, да и говоришь свободно, – гнул он свое. – Вот и выходит – цэрушник натуральный, под легендой.

– Какая чушь! – сказал я с ненаигранным отвращением. – Мало ли чего я читал. Булгакова, Шукшина, Рыбакова, Войновича с Довлатовым. «Швейка», «Тихий дон», военные повести и Солженицына.

Швейк мне точно в жизни пригодился. Уметь избежать выполнения неприятных обязанностей, используя при этом не открытое сопротивление, а надевая маску безобидного и податливого дурака дело полезное. Особенно на государственной службе. Первая выведенная мной для себя заповедь солдата: «Умей спрятаться от офицера, если это не чревато трибуналом». Вторая: «Умей втереть очки офицеру». Фактически любого начальства касается.

– Списочек книг длинный всего уж и не упомню. Кто такие коммунисты на примере «Как закалялась сталь» – первое издание с уклонами и троцкистами.

– А? – он откровенно удивился.

Наверняка адаптированное читают, как и «Тараса Бульбу». Нет, мне Мари давала без купюр. Еще и объясняла непонятное. Вот детективов я не читаю. Ничьих. Лучше уж приличную книгу по истории. Правда не на русском. Эти их советские стандартно-патриотические пассажи безмерно раздражают. В подобных книгах необходим баланс и показ двух сторон. А выводы читатель сам сделает.

– Сколько раз «Двенадцать стульев» экранизировали? – спрашиваю с удовольствием. Этот вопрос стандартно ставит русских в тупик.

– Два, – уверенно отвечает.

Обычный ответ. Кроме своих советских постановок ничего не видели. Про заграницу они и не подозревают.

– Еще десять раз!

– Чего?

– Того. Правда вроде как в не в СССР происходит, а по месту съемки. Имена другие и города. Никаких конфискаций у дворян и коммунистов. А жулики почти не изменились. Собственную историю не знаете! В Польше,[26]

Загрузка...