Попаданка под прицелом (СИ)

Глава 69. Дурной сон

– Нет! Не трогайте меня! Нет!

Ужас сковал грудь узлом из колючей проволоки. Сильные руки сжали плечи до синяков. Кто-то с силой затащил меня в неизведанное помещение.

Не могу сдвинуться с места.

Тяжёлое дыхание разрывает лёгкие жаром.

– Отпустите!

Лик генерала въелся в сознание.

– Нет! Герман!

– Элина! – сильные руки встряхнули меня, приводя в себя.

Лицо Ванхуфа заменяется лицом Николаса и его комнатой.

– Это всего лишь сон. Генерал никогда не сможет навредить тебе.

Глаза загнанно забегали.

Разум ещё не может вернуться в реальность

– Сможет! Я сегодня видела его! Он обещал отомстить! – я сжала в тиски тёмную футболку на груди Ника. – Нам нужно бежать! Бежать!

Дыхание до сих пор отрывистое, словно я бегом миновала по кругу дивизион.

Николас отвёл две напитанные потом прядки с щёк за ухо. Выражение его лица спокойное и умиротворяющее.

– Генерал не приезжал, Элина, иначе я бы знал. Я же говорил, что он приедет только когда подтвердят, что гриппа в дивизионе больше нет. Помнишь?! Это всего лишь сон.

Я попыталась вспомнить, как всё было.

Мы встретились с ним, когда мне стало плохо. Даже тогда всё казалось ненастоящим, через призму.

– Не приезжал?! – с неверием, но всё же с надеждой прохрипела я, вглядываясь в глаза, где цвета летнего луга потускнели до вечернего леса.

– Не приезжал, – заверил он со снисходительной вялой улыбкой.

Мои глаза облегчённо опустились.

Боже, как стыдно… Мучаюсь кошмарами как маленькая девочка.

Николас присел около меня, опираясь на изголовье кровати и привлёк к себе в объятия.

Моё тело и ночная рубашка взмокли, тем не менее проигнорировала этот факт. Я легла рядом, положив голову ему на грудь, и попыталась восстановить дыхание.

– Он не сможет тебе навредить, Элина. – тихо заверил Ник через некоторое время, проведённое в тишине.

– Почему ты так думаешь?

– Ты больше не поедешь к нему в усадьбу, а после выездного отряда, посланного в Циней, ещё не скоро создадут новый. Ты останешься в дивизионе, а здесь невозможно кому-либо навредить. Поверь мне, – он прижал меня к себе сильнее, словно в его голову пришло что-то страшное, и таким невинным действием он пытался защитить меня от ужасающих мыслей.

– Я говорила с твоей тётей.

Его ладонь снова стиснула моё плечо. Не до боли, всего лишь единственная реакция того, что ему не безразлична такая новость.

– Я знаю.

Ну, конечно, знает. От него ничего не укроется в дивизионе.

– Она сказала, что тебе больше не видать повышения по службе из-за того, что ты сделал из-за меня.

Он испускает шумный выдох.

– Она не должна была тебе этого говорить.

– Почему?

Я подняла голову, чтобы увидеть его глаза.

– Потому что это тебя не касается. – ответил безразличным тоном Николас и как ни в чём не бывало оторвал внимание от стены напротив нас, чтобы посмотреть на меня.

Его взгляд избавлен от беспокойства, он остаётся осознанным чистым, как утренняя роса. А я удивляюсь, почему его не мучает гнев, негодование и чувство предательства. Почему он столь спокоен?

– Я не собирался продолжать службу. – рука Ника не спеша гладит меня по голове, словно усыпляя.

В его глазах я не уловила ни намёка на ложь, потому вернула голову к нему на грудь. В который раз за вечер моё сердце окутало тёплой волной облегчения.