Порочные соседи для булочки

Глава 16 Матвей

Утром я думал, что день потерян… секс с булочкой сорвался из-за меня. Так сильно перевозбудился, что забыл об яичнице…

Но малышка всё разрулила. И даже попыталась нас немного отдоминировать. Неловко и сладко сосала наши члены.

Но терпеть это было невыносимо! Хотелось засадить в это горлышко и наполнить Стешу спермой со всех сторон.

Пока Стас ее трахал, я испытывал странную смесь чувств: жгучую ревность и безумную сладость. Возбуждение, приправленное горечью. И от этого мне ещё сильнее хочется Стешу.

Доказать ей, что я не менее горяч, чем Стас. Она не узнает этих моих мыслей, но они есть…

Ведь она вся такая сладенькая, мягонькая… нежная! Обожаю ее животик и мягкие бёдра. А грудь — это вообще отвал башки.

— Матвей. Что ты… ммм, — она елозит мокрой киской по моему члену, пока я самозабвенно занимаюсь ее грудками.

Они мягкие, приятные. Как мальчишка, с восторгом обхватываю полные полушария и сминаю. Стеша кайфует, стонет…, а я рычу.

Погружаю в рот небольшие розовые сосочки по очереди. Прикусываю, чувствуя дрожь в теле булочки.

Ее реакция бесценна! Яркая. Тело девушки отзывается на каждое мое прикосновение. На каждое слово.

Стеше хочется говорить приятности. Она создана для ласки…

Стас подползает, кусает малышку за ягодицу.

— Мэт, — жадно пожирает тело нашей булочки взглядом, — знаешь, чего я хочу? Очень… пиздец как хочу…

— Чего? — зарываюсь лицом в пышную грудь.

— Давай ее вдвоем возьмем… не могу, пиздец… — стонет друг.

Он помешался на булочке. Дай ему волю, вообще ее из постели не выпустит. Но именно сейчас эта его одержимость в тему…

— Ты взял? — спрашиваю, пока малышка бьется в экстазе и ничего не слышит.

Второй рукой ныряю к ее мокрым складочкам. Приятные, гладкие, нежные… сука, я не могу больше!

Толкаюсь членом, упругие мышцы смыкаются вокруг. Перед глазами всё плывет, тело жаждет жестко оттрахать эту красавицу.

— Конечно взял… просто… блядь, — он нагло мнет ее попочку, а я не могу оторваться от грудок.

Стеша, по-моему, где-то не здесь. Она стонет, плачет… кусает сладкие губы. Мы со Стасом едины в своем главном желании — ублажить нашу богиню. А ей нужно лишь принимать.

Украшать собой наши жизни, быть рядом. Щебетать и улыбаться. Рожать нам детей и… сука, куда-то мысли совсем далеко поплыли.

— Да! Аха! — она заваливается на меня, прижимается вспотевшим вкусным телом.

— Сейчас, девочка… тебе станет так хорошо, как никогда, — бормочу, краем глаза вижу Стаса с тюбиком смазки в руках.

Мы хотели… планировали. Взять эту девушку вместе. Впервые испытать, каково это. Одновременно в тугой киске и безумно узкой попке.

— Что вы… — Стеша дёргается, пока друг наносит смазку на ее попку.

— Ты нам веришь? — шепчу в ее алые губки.

— Да…

— Вот и продолжай верить, — впиваюсь в ее рот, продолжаю жестко трахать в киску.

Я забыл презерватив… ну ладно, попробую вытащить. Хотя она такая мокрая и горячая… как же хочется сорваться и напоить эту горячую крошку спермой. Дилемма, блядь.

— Стас! Прекра… ммм… аах! — она вдруг замолкает и испуганно смотрит на меня. — Вы же не собираетесь…

— Собираемся, крошка… еще как собираемся, — рычу и снова овладеваю ее губами.

— Расслабься, больно не будет… будет пиздец как приятно, — хрипит друг, входя пальцами в попочку нашей малышки, — и не страшно… тебе ведь с нами не страшно?

— Нет…

— Тогда расслабься, — жестко говорю, и Стеша снова обмякает в моих руках, — вот так… хорошо с моим членом в киске?

— Да, — стонет мне в губы, постепенно раскрывается.

Я чувствую это на более глубоком уровне. На том, на котором мужик обязан ощущать свою женщину. Чтобы ей не требовалось просить или говорить. Её тело, глаза… жесты и взгляды всё скажут сами.

— Умница, — хвалю, — поначалу будет немного непонятно, но потом, обещаю… ты кончишь так сильно, как никогда не кончала.

Целую ее алое личико.

— Ай! — она вдруг испуганно округляет глаза. — Стас…

— Мэт, — чувствую, как друг уже входит в попку Стеши.

Выскальзываю из нее и снова принимаюсь терзать груди. Стас пыхтит сзади, а я расслабляю Стешу.

— Еще немного, малышка, — рычит он, — не больно?

— Нет… — она тяжело дышит.

— Я сказал, расслабься, — приказывает Стас.

— Хорошо, — шепчет девушка.

— Ничего не бойся, мы все сделаем, — успокаиваю ее.

— АААХ! — она вдруг вскрикивает, мы замираем.

— Больно? — не понимает друг.

— Нет! Продолжай! — стонет булочка, кусая губки. — Мне хорошо…

— Отлично! Матвей…

— Понял, — наконец-то настал мой час.

Толкаюсь между неприлично мокрых и горячих складочек. В Стеше еще более узко, чем до этого…

И попка занята. Мы переглядываемся. Я начинаю двигаться, медленно и осторожно. Все мышцы напряжены, быстро покрываюсь испариной.

А малышка снова где-то в небесах. Ее глазки закатываются, с губ слетают стоны и крики.

— Еще! Еще! Боже мой! — сходит с ума от наших членов внутри.

— Отлично, — рычу, — активнее давай.

— Понял, — Стас выходит из тугой попки, затем снова врывается.

Распахивает нашу девочку. Она падает на меня, выпячивает попку. Накрываю ее грудь ладонью. Второй глажу по блондинистой гриве.

— Вот так… хорошо…, а теперь побыстрее, — хрипит Стас, наращивая темп.

Я замедляюсь, пытаюсь прочувствовать свою малышку. Стеша податлива, позволяет нам всё. Раскрывается.

Кровать шатается под нашим перевозбужденным трио. Но если даже она сломается, мы не заметим… это ведь пиздец какой кайф! Новые ощущения! Невероятно!

— Сука… — рычу, — не могу больше…

— Ммм! Матвей… я… — Стеша снова пугается, — что со мной?

— Что такое?

— Я странно себя… ммм… чувствую… я… АААХ! — после очередного толчка в ее попке, девушка сжимается до невозможности.

Не выдерживаю и сливаю прямо в ее киску. А Стеша бурно кончает, из ее киски вырывается мощная струя, заливает меня.

И постель…

— Вот оно что… — с трудом произношу каждое слово, — это сквирт, детка…

— Ты ахуенная, — рычит Стас, делает еще пару толчков, и Стеша снова кончает струей.

Ее глаза закатываются, киска выталкивает мою сперму. Безумие какое-то! Слишком здорово…

— Бляядь! — друг рычит, затем выходит из попки и кончает на нежные булочки.

Стеша падает на меня, я продолжаю гладить ее по голове. Стас тыкается носом в ее спинку. Она вся нежная, открытая. Моя любимая девочка. Малышка всхлипывает.

— Я люблю вас… по-моему… люблю…