Последний танец

Разноцветные огни миллионов фонарей, кажется, танцуют над главной улицей города, их отражения мерцают на поверхности черного моря рядом с ним. На улице сверкают и жужжат тысячи неоновых вывесок, а медленно ползущий транспорт слился в одно пульсирующее ожерелье из алых и белых бусин. Случайный наблюдатель, посмотрев вниз с вершины башни или пентхауса в одном из дорогих кварталов, появившихся за последние годы, может решить, что попал в Лас-Вегас.

Если, конечно, этот случайный наблюдатель сильно прищурится.

А еще – если он никогда в жизни не был в Лас-Вегасе.

На Променаде останавливается миникаб; дверца открывается, и из машины медленно выходит эффектная женщина, которую можно принять за знаменитость, хотя на самом деле это не так. Она протягивает водителю десятифунтовую банкноту – сдачу оставьте себе – и поднимается по лестнице ко входу в отель “Сэндс”.

Швейцар открывает ей дверь и прикладывает руку к пыльной фуражке. Женщина кивает, протягивает десятифунтовую банкноту и ему. Швейцар принимает деньги, опять берет под козырек и говорит, как рад снова ее видеть.

– И это взаимно, – отвечает она.

– Ага, ага, – бормочет швейцар, когда она удаляется.

Она плавной походкой пересекает вестибюль, цокая каблучками по полу, и заходит в пустой лифт. Нажимает кнопку верхнего этажа и одергивает платье. Когда двери закрываются, она проверяет свою сумочку: все ли необходимое у нее с собой?

Все вещи на месте.

Через несколько минут она тихонько стучит в дверь номера на пятом этаже. Достает карманное зеркальце и быстро подкрашивает губы, а затем наклоняется к глазку. Когда за дверью слышатся шаги и шумное, прерывистое дыхание, она расплывается в ослепительной улыбке – такой ослепительной, что обзавидовалась бы любая мегаваттная лампочка. Она посылает воздушный поцелуй и снова ждет, зная, что обитатель номера наблюдает за ней из-за двери.

Примерно через час единственный в номере живой человек выходит в коридор и тихо закрывает за собой дверь.

Затем достает мобильник и куда-то звонит. Человек почти покончил с делом, его переполняет радость от удачно выполненной работы; торопливым – но не слишком – шагом обладатель телефона и пистолета идет к лифту.

Человек останавливается. Замирает и медленно поворачивается.

Сзади, совсем близко, звонит телефон.

Человек быстро бросает трубку, снова набирает номер, тот же телефон снова издает отчаянную трель – и человек никак не может понять, в чем дело.

Человек делает несколько шагов назад и прижимается ухом к двери.

Это какая-то чушь – но, впрочем, это уже не важно; несомненно, скоро все разрешится. И все же – увы и ах – телефон, который должен был зазвонить где угодно, только не здесь, звонит именно за дверью соседнего номера.