Посох с проблемами (полная)

Глава 49

Таири:

— Ржа, вот что значит — объясни своими словами? — изумилась я. — А до этого я тебе какими объясняла?

— Заумными, — помотал головой Ди, и закинул на меня ногу. — Ни ржи не понял.

— Это потому что после удара по голове для тебя все слова слишком умные, — хмыкнул Фил, подгребая плед и укутывая меня со своей стороны.

Мы все трое валялись на диване в рубке старого транспортника, потому что только тут нас оставили в относительном покое. Шео наорал на всех и выгнал, заявив, что мастеру этого корабля Вальду, который вот-вот очнется, нужна будет привычная обстановка и абсолютный покой хотя бы первые несколько часов.

А мы единственные, кто не шумит, не спорит, не визжит, не грохочет, не строит глазки, не рыдает… короче, мы единственные, кто настолько слаб, чтобы тихо лежать на диванчике, обниматься и разговаривать вполголоса. Поэтому можем дальше лежать, а остальные пошли вон. Мол, клан Сафатера и так приютил временно бездомных близких родственников Дьенна из чистой доброты, так что пусть выражают свою благодарность потише и подальше.

А мы с парнями остались лежать, и старательно лежали до упора, лишь бы не высовываться из спокойной тихой рубки в тот дурдом, в который корабль превратили «семейные гости». Не, я не против ремонта всех нежилых отсеков… за их счет — тем более. Но лучше без меня.

— Короче, сначала, — тяжко вздохнув, я смирилась с ролью главной рассказчицы, навешенной на меня только потому, что я была основной частью сознания Швеи. — Они тоже жнецы, но другие. У них нет деления на мастеров и оружия, каждая Швея сама себе два в одном. Но в момент, когда призма затянула нашу сущность в себя, она привычно попыталась разделить жнеца на эти две составляющие. Так Филу отошла та часть, которая типа иголка, и он получился серпом, но при этом у него сохранился дополнительный функционал от прежней сущности, это его ясновидение.

Филициус подтверждающе пофыркал, выражая свое отношение к «дополнительному функционалу», из-за которого всю жизнь считался чокнутым.

— Ну вот, а я осталась ни то ни се, но поскольку в момент разрыва меня конкретно оглушило и попыталось втиснуть в привычные этой матрице шаблоны — тоже сначала, из-за слабости, была оружием. И только потом, постепенно восстанавливаясь, начала меняться, причём если бы не зверские опыты ордена — все происходило бы гораздо быстрее. Придурки мне конкретно тормознули развитие. Зато когда я встретила свою вторую часть — Фила — нас сплющило, переколбасило и немножко починило.

— Ладно, с этим ясно, — согласился Норд. — А дальше?

— А дальше Швея восставала каждый раз, когда нам приходилось сливаться и ликвидировать прорыв. Естественно, что она становилась все сильнее, память возвращалась, сознание. Оно хоть и чужое, но тоже есть. Рано или поздно мы все равно растворились бы в нем.

— Бррр… — Ди передернул плечами как от озноба и Фил молча накинул на нас обоих еще один плед. Потом положил голову мне на плечо и затих, медленно рисуя пальцем какие-то неведомые узоры у меня на груди. Он был на редкость расслаблен и спокоен, в отличии от Дьенна.

— И все равно я так и не понял, почему она согласилась снова стать вами.

— А это ты самому себе и своему хитроржопому Прародителю спасибо скажи, — хихикнула я. — Нашел ведь, гад, чем сучность поманить. Видишь ли, дело в том, что хотя у Швеи нет оружия как такового, как и в нашем мире, у них есть свои «половинки». Что для наших Мастеров — идеально совместимое Оружие, то для них — подходящая Нить. Хотя правильнее называть — Прядильщик. Швея и Прядильщик. Она шьет, он создаёт для неё нить из энергий мироздания.

— То есть я тоже… оттуда? — не понял Ди.

— Нет, ты вполне здешний. Прядильщик может родиться в любом сегменте многомерного континуума. В этом и сложность — мало того, что поди найди, где он вылупился, каждой Швее нужен только ее, конкретный, единственный совместимый прядильщик. Вот ты и есть наша половинка. И ради тебя Швея согласна подождать небольшую такую вечность в этой дыре, лишь бы потом заполучить навсегда.

— Ради меня… — я не увидела, но буквально почувствовала как невыносимо смутился Ди. Аж уши и те покраснели. Ну да, осознавать что ради тебя готовы не только не уничтожать вселенную, но и ждать вечность…

— Ты теперь наша прелесть, — обрадовала его я, и, не сопротивляясь приступу немного чокнутого «мимимизма», как когда-то назвал это Жорка, полезла целовать разрумянившегося и слабо отбрыкивающегося парня.

— А Прародитель, конечно, ушлый мужик. В смысле, умный. Выбрал момент когда мне пинка дать, чтоб слегка нарушить слияние Швеи и дать тебе возможность продемонстрировать ей, кто ты такой. А то она не сообразила сразу. Только когда ты без нее, сам сгенерировал нить мироздания и заарканил сущность, она, болезненная, тебя опознала, — Фил привстал на локте, снисходительно не мешая мне тискать Дьенна. — И как вовремя-то, прямо сказка! Она-то ведь шла ликвидировать носителей неправильной скверны. Так просто, стерла бы те участки пространства, где хоть один такой бракованный жнец на парсек, и дело с концом. По ее мнению, если бы осталась парочка-другая неиспорченных — на развод хватило бы. А остальные — ну, типа, естественные потери.

— То есть, она постирала бы ко рже почти всех мастеров и оружий?! — Дьен аж подпрыгнул. — Не разбирая, кто там правильную скверну генерирует, а кто нет?!

— Я, конечно, не Прародитель, но предполагаю что именно этого вторженцы и добивались… зачем уничтожать самим, если можно дождаться когда некая убервафля сотрёт всех противников, зашьёт дырки и оставит после себя чистенькую незащищенную территорию, полную нужных ресурсов.

— Охренеть… и что теперь? Планеты, которые закрыты куполом, никуда не делись. Тамошняя мафия тоже. Значит, они там будут продолжать генерировать неправильную скверну, разъедающую ткань призмы, и прорывы еще будут. Вы же опять сольетесь, и…

— А это уже не наша история, — зевнул Фил, — прорывы мы, конечно, залатаем, если ещё появятся. И в Швею будем сливаться, но уже не так. В смысле, она ведь обещала тебе нас на эту жизнь? Слово Швеи — оно дорогого стоит. А вот вмешиваться в борьбу с мафией нас уже никто не попросит. Мы разве что порыкивать на особо ленивых будем — а то вдруг наша сучность снова решит уборкой заняться. Все кому надо уже прекрасно знают о ее характере. И мафиози в том числе. Так что возможны варианты…

— И с вторженцами кто-нибудь другой пусть разбирается, — я тоже зевнула, чувствуя, как начинаю уплывать в сон. — Наше дело маленькое, но очень хорошо оплачиваемое…

— Да! Новенькие кристаллы памяти и функционала на подходе, слышь, железный? — раздался откуда-то сверху довольный скрипуче-мультяшный голосок Обжорки. — Так и быть, с тобой тоже поделюсь… если будешь себя хорошо вести.

— Молчи, биомасса, — уже привычно и даже мирно огрызнулся Шео. — Еще неизвестно, кто с кем делиться будет. Я главный и старший ИД на этом корабле.

Я слегка встрепенулась было, но быстро успокоилась и уже почти снова задремала под это уютное бухтение, когда дверь в рубку с грохотом отлетела к стене и у меня над ухом заорали:

— Таиси, Таиси! А я пирог испекла! Сама! Меня Госпожа Норд научила, хочешь попробовать? Он только с одной стороны чуть подгорел, но я тебе вторую, неподгоревшую дам!

— Я те дам, пирог, дурное Оружие! Ты нафига кухню спалила? Мы ее только вчера в другой отсек перенесли, смонтировали и новую печь поставили! — раздался возмущённый голос Лита.

— Тебя не спросила! — совсем осмелевшая Тьянка сунула блюдо с пирогом прямо в нашу кучу-малу на диване, развернулась и уперла руки в боки, дерзко глядя снизу вверх на старшего брата Ди. — Ты не мой Мастер, чтоб указывать!

— У-у-у-у… — тихонечко простонал мне на ухо Фил. — Ну вот почему из всех твоих желаний исполнилось именно это — про большую семью?!

— Ничо не знаю, — в духе Обжорки открестилась я и захихикала, прислушиваясь к нарастающему скандалу, поскольку оба крикуна вошли враж и не обращали внимания на сердитое шипение Шео про выздоравливающего мастера и его покой. — На что спорим, что Лит таки станет ее Мастером? Просто чтобы доказать этой маленькой козе, что он таки имеет право командовать.

— У него совсем мозги поехали на девчонке, — согласился Ди. — Совместимость тишком бегал проверять. Выше шестидесяти. С учётом того, что при определенных условиях и со временем показатель растет — у этой озабоченной козы нет шансов.

Фил с сарказмом взглянул на младшего Норда:

— Кого-то мне это напоминает, не?

— Ничо не помню! — похоже, брать пример с Обжорки нынче стало модно.

— По идее у нее есть уже мастер — ее брат, — сказала я, и мы дружно перевели глаза на саркофаг спящего красавца, то есть на медеску. — Но у них привязки не было никогда, Вальд работал с сестрой только ради того, чтобы не отдать ее тетке. Так что… действительно, что-то это мне все напоминает!

— Таиси! Скажи же, лиловый диван в этой гостиной будет смотреться более уместно! — раздался женский голос из коридора.

— Да ничего подобного, — чуть лениво и вальяжно возразил другой голос, и я узнала Франческу Норд. — Совсем не подходит к драпировкам, это же другой оттенок, слишком холодный.

— Я сдох, — мгновенно отреагировал на появление матерей Фил.

— Я тоже, — малодушно пискнула я, накрываясь пледом с головой. Мало мне было двух свекровей от Гарросса? Мне еще одну от Нордов подвезли. Причем поселили в соседней каюте, пусть и временно.

— Да что ты говоришь! — раздался третий голос, и я попыталась просочиться сквозь диван. — Мы на четырёхсотлетнем космическом корабле! Сам прародитель велел бы поставить сюда мебель, оформленную под старинные аналоги времён первых космических поместий!

— Ыыыыыыы! — сказали мы с парнями хором и обреченно переглянулись. Это надолго…

— Эм… а что… кто вы? Где я?

В рубке вдруг стало очень тихо, только заполошное кудахтанье Шео еще какое-то время металось под потолком. Все замерли и обернулись к медеске, о которой снова благополучно забыли в пылу спора.

Над светящимся зеленой полоской краем торчала верхняя половина внезапно проснувшегося спящего красавца. Вальд Сафатера ошалело моргал, тер лицо руками и таращился вокруг, явно не узнавая собственный корабль.

— С добрым утром, — сказали мы хором взъерошенному Мастеру.