Глава 5. Вася получает прозвище и знакомится со Страной.

Что-то где-то затрещало, забухало, потом упало, подскочило, потом снова упало…

И Вася тоже подскочил. Он испуганно озирался вокруг, спросонья не понимая где он, и, что происходит. Постепенно Вася все вспомнил.

Он робко стал осматриваться вокруг. Очень маленький домик предстал его взору. Всего одна небольшая комната. С двумя окнами, через которые пробивались лучи осеннего солнца. В комнате стояла кровать и старенький диван, на котором, заботливо укрытый одеялом, лежал Вася. На кровати же лежала серая кошка, мурлыкала и старательно умывалась. Чуть дальше кровати стоял шкаф для одежды. Рядом со шкафом, прямо в стену были вбиты гвозди, и на них висела верхняя одежда, старая, вся изношенная. В другом конце комнаты в самом углу расположилась печка, Вася никогда такой не видел в живую, но на картинках видел. Особенно почему-то запомнилась картинка из русской сказки про печку и какие-то там пирожки, печка в комнате была в точности такой же, как на картинке. В печке горел огонь. А вчерашний мальчик что-то резал в большой горшок, а потом этот горшок задвигал в печь. На Васю он пока не смотрел – наверное, думал, что тот спит. У другой стены стоял небольшой стол и две табуретки. В самом углу дома висел умывальник, старый-старый, такой Вася видел в деревне у бабушки, но даже бабушка таким не пользовалась, а здесь, видимо, пользовались. И все! В комнате больше ничего не было.

Тем временем незнакомый мальчик заметил, что Вася проснулся. Заметила это и кошка, она спрыгнула с кровати, потом запрыгнула на диван Васи, уселась к нему на колени, замурлыкала, и стала требовать, чтобы Вася ее погладил.

Незнакомый мальчик взял табурет, поставил его напротив дивана, сел, и радостно заорал:

– Приии-ввввет! Ну, ты, брат, и спать! Я уж думал, ты все, того… Подойду к тебе, нос зажму, у тебя рот откроется – и ты фырчишь так смешно, ну думаю – живой! – и мальчик радостно и искренне засмеялся.

Вася оробел. Вся его смелость куда-то испарилась. Он только сейчас осознал, что натворил: бросил маму и папу, попал неизвестно куда, остался совершенно один в незнакомом месте… Слезы подступили к горлу. Чтобы не расплакаться, Вася уставился глазами куда-то вниз, и машинально стал гладить кошку, приговаривая:

– Мася, Масенька, хорошая кошка…

– Ты, брат, не переживай! – снова заговорил незнакомый мальчик. – Тут сперва все плачут, а потом привыкают… Ты даже не представляешь себе, в какое удивительное место ты попал!!! Я тебе все расскажу, но чуть позже. Сейчас тыква сварится, покушаем, и пойдем тебя с нашей Страной знакомить… Мне еще вознаграждение за тебя получить надо!

– А ты это… Как его… Ну… Давай хоть с тобой познакомимся для начала, – пробормотал Вася. И машинально гладя кошку, снова сказал, – Мася, Масенька, хорошая кошка!

Мальчик снова засмеялся.

– Так я же вчера тебе сказал: меня зовут Тыква.

– Странное у тебя имя, необычное, смешное какое-то! А меня зовут Вася… Мася, Масенька, хорошая кошка…

– Сам ты смешной! – обиделся мальчик. – Обычное имя! А тебя Васей тут никто звать не будет! Тебе прозвище дадут! У нас не принято называться именами из другого мира! И хватит моего кота называть кошкой! Это кот, и, его, кстати, тоже Васькой зовут!

Мальчик теперь не засмеялся, а просто захохотал. Кошка или кот, испугалась(лся) и убежала(л) под диван. Васе захотелось что-нибудь ответить, тоже колкое, тоже, чтобы смешно было, но не Тыкве, а Васе. Но, во-первых, Вася не знал, что ответить, а во-вторых, благоразумно рассудив, Вася решил сразу вот так не ругаться уж с Тыквой. Кто его знает, какие тут остальные жители, может с Тыквой еще дружить придется.

Тыква, казалось, прочитал мысли Васи:

– Ты это… Тоже прости меня! Я не специально! Я не хотел тебя обидеть! Я тебе, кстати, прозвище придумал – Мася!

– Я не Мася, я Вася! – протараторил Вася, нахмурился и сжал кулаки.

– Тихо, тихо, успокойся! – сказал Тыква, заметив сжатые кулаки Васи. – Ты еще порядков наших не знаешь. Спасибо еще скажешь за такое прозвище. А то назовут каким-нибудь Дундуком, и будут всю жизнь звать! Знаешь, кстати, как нашего главного зовут? Нашего короля? Тупица! ТУ-ПИ-ЦА! И ничего – он не обижается! У нас тыква готова. Давай завтракать, а то скоро обед уже, а мы еще не завтракали! Хотя тоже плюс! Сейчас и позавтракаем и пообедаем. Экономия!

Пареная тыква оказалась на удивление вкусной: сладкой и с чуть уловимым запахом дыма.

– Эх, сахарку бы сюда, вообще вкуснотища бы была! – сказал Тыква.

– И так очень вкусно! И сладко! – ответил Вася. – Я, кажется, начинаю понимать, почему тебя Тыквой зовут.

– Да чего тут понимать? Потому что я люблю очень тыкву есть. Пареную! В печке! УУУХ! Вкуснотища! А ты Мася, что любишь есть?

– Я не Мася, я Вася, – снова обиделся Вася.

Дальше ели молча. После завтрака (или обеда), ребята оделись, и Тыква повел Васю осматривать Страну. Хотя как оказалось, страной Страну и назвать то было сложно.

Вася вышел из домика Тыквы, и его взору предстало довольно печальное зрелище. Как оказалось, вся Страна представляла собой, что-то типа небольшого села. Домик Тыквы был самый крайний и находился на небольшой возвышенности, поэтому все село просматривалось как на ладони.

– Смотри, какая красота! – сказал Тыква.

– Да какая ж тут красота? – удивился Вася. – Это что? Вся ваша Страна Дураков что ли? А что она такая маленькая?

– А ты думаешь на свете дураков что ли много? – теперь уже обиделся Тыква. – Ну, дураков то может быть и много… Но много что ли их сюда попадает? Нас тут чуть больше ста ребят. Ты на природу посмотри! Не красота ли? К остальному быстро привыкнешь!

Только теперь Вася обратил внимание на природу. Село (Страну!) ровно пополам пересекала небольшая река, шириной метра, наверное, три, может чуть больше, может чуть меньше, а может быть и все десять. Через реку был переброшен мост, ближе к концу села, если предположить, что домик Тыквы – это начало. По обе стороны реки в хаотичном беспорядке были разбросаны небольшие домики, такие же, как у Тыквы. Всего их было шестьдесят, как потом узнал Вася. И еще было два больших дома. Один большой дом – это дом короля Тупицы, он располагался на этой стороне реки. А большой дом по ту сторону реки – это что-то типа местного Дома культуры, его называли Дом Радости, и никто не знал, почему его так называли. В этом доме происходили собрания жителей по любому поводу, будь то избрание нового короля, или просто когда хотелось поговорить.

– Все, идем! – Тыква схватил Васю за руку и буквально поволок за собой.

– Куда? – спросил Вася, и предпринял безуспешную попытку остановить Тыкву.

– Туда! – ответил Тыква, и указал на Дом Радости свободной рукой.

– Зачем?

– Надо! Ждут нас там! С тобой знакомиться будут!

– Я не хочу!

Тыква вдруг резко остановился и уставился на Васю.

– Что значит «не хочу»?

– Ну… Я не готов вот так сразу…

– Ерунда! Я уже всех предупредил! Тебя ждут!

Через несколько минут ребята уже были у дверей Дома Радости. Тыква широко улыбнулся, и с этой улыбкой, и гордо поднятой вверх головой распахнул двери.

В Доме Радости никого не оказалось, кроме очень толстого мальчика, сидевшего на стуле у самой дальней стены.

Тыква стрелой ворвался в комнату. Он бегал из угла в угол, постоянно озираясь и что-то невнятное бормоча себе под нос. Это продолжалось минут пять. Наконец он остановился, посмотрел на толстого мальчика и спросил его:

– А где все?

– Кто все? – ответил ему мальчик вопросом на вопрос.

– Ну… Жители! Я ж всех предупредил, что мы сейчас придем!

– Я не знаю! – ответил мальчик. На его лице не отразилось никаких эмоций. Он сидел с бесстрастным выражением. В его одежде, его манере держаться, в его голосе, было что-то такое, что Вася видел в старинных фильмах… Казалось, что он сам сошел с экрана одной из таких лент. Вместе с тем, если присмотреться, выражение его лица было и не таким уж и бесстрастным, скорее оно было… Глупым! Тупым!

На глазах Тыквы выступили слезы.

– Ну и пусть! Не нужно за меня радоваться! Я даже рад, что никто не пришел! Так спокойнее… и тише!

Тыква заплакал.

Толстый мальчик с неожиданным проворством вскочил со стула и обнял Тыкву.

– Успокойся! Успокойся! Я же пришел! Кого тебе еще надо? Сейчас все заняты, зима скоро. Продукты все заготавливают!

– Даааа… Когда Барабан Трубодува нашел – почти все собрались! И я приходил! А когда я нашел – вон, смотри – никого нет!

– Да успокойся ты! Когда Мышка тебя нашел – тоже никого не было!

– Вот-вот! Когда меня нашли – никого не было, и когда я нашел – никого нет! Уйду я от вас!

– Куда? – удивился мальчик.

– В лес! Вырою себе там землянку, и буду жить! Хоть дрова не надо таскать!

– Тебя там волки съедят! – уверенно сказал толстый мальчик. Он перестал обнимать Тыкву и направился к Васе.

– Меня зовут Тупица, я местный король! – важно молвил он. – А тебя как зовут?

– Вася.

– Вась-Мась он! – сквозь всхлипы сказал Тыква.

Вася хотел возразить, но вдруг передумал. До этого Тыква вообще называл его Масей, а так, хоть имя его звучит, хоть и с добавлением.

– Приветствую тебя Вась-Мась в Стране Дураков. От своего имени приветствую, и от имени всех жителей… Что еще то в таких случаях говорят? – Тупица, прищурившись, посмотрел на Васю, потом на Тыкву, никто из них не ответил. Тогда он махнул рукой и пошел обратно к своему стулу. Однако не дошел до него, по пути что-то вспомнив. Он пробормотал себе под нос ругательства и направился к нетопленной печи. Порывшись руками в ней, он с торжественным видом достал большую тарелку с виноградом, которую и вручил Тыкве.

– Твоя награда!

Тыква мгновенно преобразился. Он перестал плакать, вытер рукавом слезы, и на его лице заиграла счастливейшая улыбка.

– Спасибо! – сказал он, и, держа в руках тарелку, попытался поклониться Тупице. Естественно, у него ничего не получилось. Виноград с плюхающим звуком высыпался на пол. Отдельные виноградины рассыпались по всему полу. И надо же такому случиться, что именно в этот момент, распахнулись двери, и толпа веселых мальчишек ворвалась в Дом Радости, топча награду Тыквы, обнимая его самого и Вась-Мася. Все они что-то кричали, смеялись и выкрикивали свои имена, чтобы познакомиться с новым гражданином Страны. В конце концов, они подхватили Тыкву и Вась-Мася на руки, и принялись их подкидывать вверх…

Тыква снова плакал, уже не понятно, то ли от радости, то ли от обиды, что так и не попробовал своей награды, растоптанной толпой.

Загрузка...