Привидение Фантоша

Екатерина Кравцова

Привидение Фантоша

Глава 1

Самые таинственные места в любом старом городе, конечно же, чердаки и крыши. Волшеград не был исключением. Каждая его крыша и каждый чердак могли рассказать массу удивительных историй.

Как замечательно, взобравшись на крышу, любоваться шпилями старинных башен и зеленым морем хвойного леса, который начинается сразу же за городом, а в ясную ночь – расстелить на крыше плед, уютно устроиться с термосом чая и наслаждаться звездным небом. К тому же если хорошенько покопаться на чердаках города, то можно найти гору полезных вещей и множество тайн.

В одном из таких чердаков жило привидение Фантоша. Совершенно безобидное Привидение, доброе и обаятельное, со смешными тоненькими косичками на голове. У Фантоши была одна страсть – она обожала музыку.

Летними вечерами привидение часто сидело у чердачного окна и слушало мелодии, раздающиеся из распахнутых окон. Подперев прозрачной рукой подбородок, Привидение мечтательно смотрело на закат и думало о чем-то приятном. Иногда оно взлетало и парило в такт понравившегося мотивчика и задорно кружилось над старыми крышами.

Музыка была единственной радостью одинокого существа. В холодные осенние и зимние вечера, когда окна домов были наглухо закрыты, и музыка не звучала, Привидение тосковало. Но однажды Фантоше пришла замечательная идея. Если нет музыки и песен, значит нужно самой устроить праздник. И вспомнив любимые мотивы, Фантоша запела и закружилась вокруг развешенного на чердаке белья. Так хорошо приведению не было никогда. Душа в унисон песни пела от счастья, а легкое тело плясало в такт задорного мотива.

Когда от переизбытка чувств, Привидению на чердаке стало тесно, оно вылетело на крышу. На просторе под покровом осеннего вечера и в блеске звезд Фантоша почувствовала себя настоящей певицей. Она громко пела, старалась от души.

– Ах, как должно быть радостно людям слушать меня! – думало с наслаждением Привидение. – Подарю любимому городу добрую песенку! Пусть у людей будет праздник!

Но люди не стали восхищаться и аплодировать от восторга. Когда Привидение закончило очередную лирическую песенку и оглянулось вокруг, то с горечью заметило, что люди в спешке разбегаются по домам. Надёжно ограждаясь от таинственного и страшного воя, люди закрывали плотно за собой двери и задёргивали основательно шторы на окнах.

– Это кто тут хулиганит!? – за прозрачной спиной Приведения раздался голос, скрипучий как несмазанные ставни чердака.

Фантоша встрепенулась. В темном проёме чердачной двери показалась грузная фигура и решительным шагом двинулась прямо на Приведение. От страха бедняжка вскрикнула, но вышедшая из-за темных туч луна, осветила чердак, и в устрашающей фигуре, Привидение узнало тётю Зюзю, прославившейся на всю Васильковую улицу ярой скандалисткой.

Тётя Зюзя всегда была чем- то недовольна: дети во дворе слишком громко кричат, садовник не так подрезал в палисаднике кусты роз и соседи сверху шаркают тапочками. Даже солнце и дождь были у неё всегда виноватыми. Летнее солнце сильно жаркое, а осенние дожди слишком мокрые. Никто ни разу не слышал от тёти Зюзи ни одного доброго слова, лишь одни претензии лились лавинообразным потоком из её вечно обветренных губ.

– Вызову полицию! – тараторила она, угрожающе махая кулаком перед трепещущей от испуга Фантоши. – Люди не обязаны слушать жуткий крик какого-то фантомного существа.

Приведение молчало. Ведь в данной ситуации скандальная тётя Зюзя оказалась права. Было поздно. Приведение, увлеченное открытием своего таланта, не заметило, как на городской площади старинные часы пробили одиннадцать раз.

– Извините, – тихо молвило Приведение. – Я просто хотело подарить людям хорошее настроение.

– Хорошее настроение!? – хмыкнула скандальная тётка и подбоченилась. – Да, твой жуткий рёв всех чуть заиками не сделал!

– Я очень старалось, – всхлипнуло Приведение, вытирая рукавом набежавшую слезу.

Но сердце тети Зюзи не тронули слёзы одинокого существа. Она яростно затопала ногами и угрожающе прошипела:

– Чудовище чердачное! Если еще раз услышу твои вопли, пеняй на себя! Нет ни слуха, ни голоса – не пой!

Высказала и удалилась восвояси с гордо поднятой головой, оставив Привидение в замешательстве. Фантоша пригорюнилась. Оказывается, поёт она отвратительно. Как теперь быть?

От отчаяния и горя Фантоша вышла на крышу и заплакало. Мимо, ухая, пролетела старая сова, заметив у трубы несчастное привидение, она присела рядом на одну из высоких труб.

– Ох, ух, что случилось? – спросила сова. И Фантоша, часто всхлипывая и вытирая рукавом слезы, рассказала ей о своем горе.

Внимательно выслушав бедняжку, сова посоветовала обратиться к доброму Волшебнику, который жил у самого леса, в маленьком доме, окрашенном в зелёный цвет и с алой черепичной крышей, на макушке которой весело вертелся на ветру флюгер-петушок.

– Этот волшебник творит чудеса! – вдохновенно говорила сова. – Он обязательно тебе поможет.

От таких вдохновляющих слов Приведение тут же воспаряло духом, перестало плакать и решило незамедлительно отправиться к всемогущему Волшебнику.

– Я скоро вернусь! – Привидение на прощание махнуло рукавом белого балахона старому Чердаку.

Проскрипев деревянным досками, которыми был застлан пол, Чердак проводил печальным взглядом своего единственного окна, парящую в ночном небе белую фигурку.

Он видел, как в чернильной мгле ночного неба, быстро удалялось Приведение, постепенно превращаясь в маленькую точку, которая вскоре и вовсе скрылась из виду.

Чердак грустно вздохнул. Без единственного друга вокруг стало тихо и пусто. Но вот, зашаталась оконная рама, скрипнули половицы, и в открытом окне показалась чья-то тень. Чердак встрепенулся. Чинно ступая пушистыми лапками, вошла черная кошка. Потянувшись, она сладко зевнула и, свернувшись клубочком в углу, вскоре уснула.

"Пусть здесь живет. Ни так одиноко будет ждать Привидение", – подумал Чердак и тоже уснул. Ему снился чудесный сон – летним вечером, Он, вместе с Привидением и кошкой, сидели у распахнутого окна, слушали музыку и пили чай с клубничным варением. Чердак никогда не пробовал клубничное варение, но он чувствовал, что это самая вкусная вещь на свете.

Глава 2

Над крышами спящего города летело Привидение. В апельсиново-лимоном свете фонарей пустынные улицы выглядели загадочными. Стало так тихо, что казалось, было слышно, как на темном чернильном небе звенят звезды. Лишь раз прервали тишину старинные часы, известив городу о полуночи. В это время Фантоша как раз обратила внимание на осенний парк.

В ночном парке витала атмосфера сказки. Кроны кленовых деревьев в свете фонарей казались бронзовыми произведениями, а усыпанные опавшей листвой дорожки мягкими коврами. У Фантоши при виде осенней красоты перехватило дух, и она поспешила спуститься вниз. Там она, собрав опавшие листья в охапку, стала подбрасывать их над головой. Ей так понравилась веселая забава, что она вновь собрала кленовые листья и вновь подбросила их вверх, расставив руки и подставив личико листопаду. Фантоша с наслаждением любовалась парением осенней листвы. Она так увлеклась задорной игрой, что не заметила, как из-за фонарей возникли три белоснежные фигуры – одна толстая и две тонкие.

В руках подозрительная троица держала не менее подозрительные предметы: старую чугунную батарею, кусок ржавой трубы и две эмалированных крышки из-под больших кастрюль, похожих на те, в которых по старинке тетя Зюзя, кипятила бельё. Кстати, недавно она как раз обнаружила пропажу дух похожих крышек.

Таинственные фигуры давно притаились за фонарным столбом, поджидая подходящую жертву. Заметив незнакомку жонглирующей осенней листвой, обрадовались и выскользнули из своего укрытия. Фантоша, как раз собрала очередную охапку листвы, когда троица тихо подлетела к ней, повиснув за её спиной. Коварно подмигнув друг другу, они одновременно ударили, загудели и заскрежетали в подручные инструменты.

От неожиданной и дикой какофонии Фантоша выронила листву.

Троица рьяно летала вокруг Привидения, издавая громкие жуткие звуки.

Фантоша обомлев от страха, удивленно таращилась на так внезапно возникших шумных музыкантов. Толстяк резко ударял по крышкам. Его тонкий собрат, набрав воздух в грудь, дудел в ржавую трубу. Другой худышка водил железной палкой по чугунной батарее.

От сильных, неслаженных и грохочущих звуков у Фантоши заломило в ушах. Но, похоже, летающим музыкантам ужасающая дисгармония доставляла колоссальное удовольствие. Стараясь от души, они еще громче и пронзительнее заиграли. Фантоша заткнув ладонями уши, стояла не шелохнувшись. Толстяк, недовольный реакцией слушателя поневоле, гневно взглянул на Фантошу.

– Стоп! – скомандовал он своим партнерам, опуская руки, в которых еще дребезжали от напряжения кастрюльные крышки. – Отбой! Она наша!

– Действительно, она как мы – приведение, – согласились «трубач» и «батареечник» внимательно рассмотрев Фантошу. – Эх, зря старались!

– Что вы здесь делаете? – спросила Фантоша, придя в себя после грохочущих звуков.

– Создаём атмосферу ужаса, – сказали «музыканты» и зычно захохотали.

– Для чего вам нужна атмосфера ужаса? – не поняла Фантоша, ей совсем не понравился шумный концерт.

Привидения резко замолкли и удивленно переглянулись.

– Ну, ты и странное приведение! – протянул худой, выронив от удивления свой инструмент – ржавую трубу. – Как для чего? Конечно, чтобы пугать!

– Не понимаю, для чего нужно создавать ужас и пугать? Что в этом хорошего?

– Подозрительные, однако, ты задаешь вопросы! – хмыкнул тот, кто играл на чугунной батарее, теперь он поставил её у дерева и присел рядом. – Ты точно привидение?

Фантоша утвердительно кивнула.

– Наводить жуть – смысл нашей привиденческой жизни, – сказал Толстый тоном терпеливого учителя. – Ночь прошла зря, если мы никого не напугали. Видеть, как кто-то улепётывает объятый страхом и ужасом – настоящее счастье!

– Я считаю по-другому, – пожала плечами Фантоша. – Разве счастье не в том, чтобы быть кому-то нужным?

– Кому нужны мы привидения? – вздохнул «трубач», подобрав выскользнувшую из рук трубу. – В нас многие даже не верят. Но стоит лишь хорошенько напугать, и тебя сразу заметили. Тебя бояться – значит, ты существуешь.

– А если сделать по-другому, – прищурилась Фантоша. – Дарить людям радость?

– Не знаем, не пробовали, – сказал худой, вставая с земли и беря обратно в руки батарею. – И вообще, заболтались мы тут с тобой. Такая ночь пропадает! Ребята, айда, искать нормальных прохожих, которые при виде нас будут трепетать, а не задавать глупые вопросы!

И Привидения-музыканты, держа в руках инструменты для создания атмосферы ужаса, дружно взмыли вверх. Троица, кружась и весело улюлюкая, лихо летела над кленовой аллеей.

– Я сделаю всё возможное, чтобы красиво петь! – крикнула им вслед Фантоша.

– Слышали? Красиво петь!? – вспрыснул Толстый и два его приятеля громко загоготали.

– Мне волшебник поможет! – уверено сказало Приведение, сердито топнув ногой. Ей было обидно, что, такие как она, привидения, насмехаются над её мечтой.

– Волшебников не бывает! – прокричали хором шумные музыканты, скрываясь за темными кронами деревьев.

– Бывают! Мне сова рассказала! – Отчаянно прокричала Фантоша, но её никто уже не услышал. Трое привидений были далеко за пределами парка. Вскоре раздался зычный грохот, нарушив уютную тишину: грянула ржавая труба, зазвенела батарея, хлопнули разом две тарелки. К диким звукам добавился еще один – чей – то испуганный вопль.

– Нашли новую жертву, – печально вздохнула Фантоша, улетая в противоположную сторону.

Глава 3

Хозяин зеленого домика, по случаю теплого осеннего утра сидел в кресле у открытого настежь окна и пил чай. Когда он готовился сделать глоток ароматного мятного чая, в объятом туманной дымкой небе показался загадочный силуэт. Он стремительно приближался к дому, и вскоре впорхнул прямо в комнату. От неожиданного визита странного гостя, человек выронил чашку. Та, стукнувшись о дубовый пол, разбилась. Звонкий треск осколков вывел из оцепенения человека.

– Ты кто? – спросил он, удивленно рассматривая странное существо, висящее под самым потолком.

– Привидение Фантоша, – представилась гостья. – Мне нужна твоя помощь.

– Чем же я могу помочь приведению? – пожал плечами хозяин дома.

– Я хочу петь, но у меня получается так ужасно, что люди, лишь услышав меня, бегут прочь, – тяжело вздохнуло Привидение. – Пожалуйста, сделай так, чтобы мой голос стал таким красивым и ладным, как у настоящей певицы.

Человек сочувственно взглянул на Привидение, но твёрдо сказал:

– Извини. Этого я сделать не могу.

– Сердишься, – расстроилась Фантоша, истолковав слова волшебника по-своему, и тихо опустилась на стул. – Прости, я не хотела тебя напугать. Мне жаль, что разбилась твоя чашка.

– Пустяки, – добродушно улыбнулся человек. – Чашку восстановлю. Недавно клей изобрёл. Прекрасное средство. Склеит так, что чашка будет как новая.

Привидение улыбнулось, вновь воспаряло духом и вспорхнуло к потолку.

– Конечно! Ты же волшебник и можешь всё!

– Вот, с песнями, извини, помочь не могу.

– Я такое безнадежное? – грустно спросило Привидение и так тяжело вздохнуло, что у человека сжалось сердце. Ему было очень жаль печальное существо. Осторожно подбирая слова, он сказал:

– Ты добрая, искренняя, но… Понимаешь, дело в том, что я не волшебник…

– Как!? – удивлённо воскликнула Фантоша. – Сова говорила, ты творишь настоящие чудеса!

– Для совы – я возможно волшебник, но на самом деле, просто обыкновенный изобретатель, – человек стал осторожно собирать осколки с пола и аккуратно складывать в коробочку. – Могу раненой птице крыло вылечить, детишкам для забавы карусель смастерить. Всё что не работает починить. Вот чашку разбитую склеить могу. Пойми, в этом нет никого чуда. Меня прозвали волшебником, потому, что не каждый может с такими делами справится. Зовут меня Макар.

Фантоша, осознав, что ошиблась и никогда не сможет красиво петь, опустилась обратно на стул и горько заплакала.

Макар ринулся успокаивать гостью.

– Петь это не главное, – говорил он, гладя Приведение по голове. – Многие живут, не имея ни слуха, ни голоса и ничего.

– Я хочу петь не для себя, – отозвалась несостоявшаяся певица. – Моя жизнь обрела истинный смысл, если бы я знала, что приношу людям радость и хоть какую-то пользу.

Изобретатель пригладил взлохмаченный затылок и поправил на носу очки в круглой оправе.

– В таком деле, волшебство не поможет, а вот труд делает настоящие чудеса! – с энтузиазмом сказал он. – Ведь прежде чем я стал таким искусным изобретателем, пришлось долго учиться и терпеливо работать. Книг изучил! Тысячи!

Макар указал рукой на высокий шкаф.

Фантоша с восхищением взглянула на полки, на которых теснилось множество разных книг.

– Ты молодец, а я как не стараюсь, вместо красивого голоса, выходит такой противный стон, что люди заткнув уши, прячутся по домам.

– Надо учиться! – сказал Макар. – Начни с самых азов. День, за днём занимаясь, ты научишься правильно и красиво петь.

Слова изобретателя приободрило Привидение.

– Я готова! – уверенно сказала Фантоша. – Пожалуйста, начинай меня учить.

Но человек остудил её пыл:

– Я изобретатель, а не музыкант,– сказал он, но заметив, что Привидение вновь поникло и загрустило, поспешно добавил. – Не отчаивайся! Мне пришла замечательная идея, как тебе можно помочь.

Привидение, с надеждой взглянуло на человека и улыбнулось, её улыбка была до того милой и искренней, что человек в ответ улыбнулся, и в уголках его глаз появились лучики-морщинки.

– Вот что, будь здесь, никуда не уходи, то есть я хотел сказать, не улетай. – И накинув плащ, Изобретатель выбежал из дома.

Глава 4

Тем временем в старом парке «музыкальные» Привидения, изрядно попугав одиноких прохожих, сидели на широкой ветке дуба и отдыхали. Нагнетающие страх инструменты, стояли рядом, под деревом.

Привидений звали: Жуда, Люка и Бука.

Жуда дудел в кусок ржавой трубы. Люка колотил палкой по чугунной батарее. А Бука от души бил кастрюльными крышками. Им нравилось их кошмарное занятие, и сейчас, после насыщенной ночи, они испытывали колоссальное удовольствие.

– Славно навели атмосферу ужаса! – сказал Бука, довольно улыбаясь широкой пастью.

– Удачно ты хлопнул крышками прямо над головами влюбленной парочки, – похвалил приятеля Люка.

Воодушевленный Бука тут же подхватил:

– Согласен. Здорово получилось! Обернувшись на шум, вначале упала в обморок она, а потом лишился чувств и он. Парочка одновременно и художественно сползла с лавочки на землю. Красота!

– А мне особенно понравилось, как от нас улепётывал учёный очкарик! – вспоминал Жуда подробности ужасной ночи. – Даже папку из рук выронил. Бумаги из нее выпали и разлетелись по парку. Мы на пару с ветром от души ими наигрались.

Люка и Бука закивали головами:

– Не зря ночь прошла!

–– Мы молодцы!

– Мы до жути кошмарно-образные привидения!

Привидения дружно засмеялись, да так громко, что даже переполошили утиное семейство, дремавшее в высокой осоке на пруду. Утки возмущенно захлопали крыльями и недовольно закрякали.

– А эта…несостоявшаяся певица, словно маленькая, верит в волшебство, – вспомнил про Фантошу Жуда.

– Эх, такие связки зря пропадают, – махнул белым рукавом привиденческого наряда Люка. – А как было бы замечательно – она орёт, мы играем.

– Жутко весело! – согласился Бука, но тут же с сомнением добавил. – Хотя, кто знает, а вдруг этот волшебник и правда существует и исполнит её мечту. Маленькое привидение запоёт как настоящая певица.

– Вот еще! Скажешь тоже – настоящая певица, – вновь замахал рукавом Люка. – Красиво поющих предостаточно. А кто она? Обыкновенное привидение. Никто не воспримет её всерьёз.

– Вдруг она станет исключением. Привидение, которое красиво поёт.

– Даже если она красиво запоёт, все равно слушать ее никто не станет. Увидят, что она привидение, и разбегутся в страхе.

– Не уверен, – пожал плечами Бука. – У нее такая настоящая мечта – приносить радость и пользу людям.

– Ты, что из ума выжил!? – возмущенно зашипел на приятеля Люка. – Ещё скажи, что хочешь красиво играть!? А как же наши пугающие и наводящие атмосферу ужаса ночи!? Отрываться от привиденческого коллектива не комильфо!

– Между прочим, я о нашей привиденческой чести и беспокоюсь. Если она станет красиво петь, то на её фоне ты со своей чугунной батареей будешь выглядеть жалко.

– Ты это кого назвал жалким? – возмутился Люка и ударил приятеля кулаком.

Бука не оставшись в долгу, ответил ему тем же. Друзья, крепко сцепившись друг с другом, стали драться, путаясь в длинных рукавах.

Жуда поспешил их разнять, но тут же запутался в привиденческих нарядах Люки и Буки, и кошмарно-образная троица свалилась с ветки дуба прямо в кучу сухих листьев.

– Ужасные музыканты! – сказал Жуда, вставая и отряхиваясь от осеней листвы. – Зачем этот бесполезный спор, лучше полетим к дому Волшебника да проверим, стала ли эта детская непосредственность певицей.

– Действительно, – отозвались Люка и Бука, из кучки листвы. – Полетели, и убедимся сами!

И музыкальные Привидения, одновременно оторвавшись от земли, отправились на край города, к дому с флюгером-петушком.

В солнечном свете они почти не были видны, и никто из жителей города не заметил три белые фигурки, парящие над рыжими черепичными крышами.

Глава 5

Фантоша осталась в доме Макара одна. Вначале она в задумчивости сидела на стуле, а потом стала с любопытством осматриваться по сторонам.

Комната была просторной и уютной: пол и стены деревянные, на стенах висели не картины в рамках, а какие-то замысловатые чертежи. Середину занял круглый дубовый стол, а у окна стоял широкий письменный стол, на котором громоздились разные баночки, скляночки, хитроумные приборы и инструменты, далее на одной стороне стены стояли мягкий диван и старинный резной буфет, а на другой возвышался большой до самого потолка шкаф с книгами.

Последнее особенно привлекло Фантошу, подлетев к шкафу, она стала изучать корешки книг. Названия были специфические и непонятные, и Привидение заскучало. Чтобы подбодрить себя оно принялось кружиться по комнате и напевать один из своих любимых мотивчиков, который когда-то услышала из распахнутого окна.

Фантоша так увлеклась пением, что не заметила, как отворилась дверь и в дом вошли изобретатель и представительного вида старичок, на его носу блестели очки в золо…