Призраки иного мира

Цифровой коридор - Напрасные жертвы (часть третья; конец истории)

Закончив разговаривать с черепом, неадекват, выбросив «Череповец», забрался в ржаво-коричневый танк через люк мехвода, после чего Т-90 зарычал своим дизельным двигателем. Далее экран погас, а я секунд пять думал над увиденным.

— И это и есть тот, кто напишет историю о призраках? – спросил я у Гармонии, та промолчала. — Ладно я, но у него лоботомия похоже врождённая!

— Это абстрактный образ, - ответила Гармония. — Те, кто пишут истории на основе придуманного Лорен мира предпочитают анонимность. Kkat не была исключением, так что, чтобы её найти полковнику пришлось обмануть АНБ. Тот, кто напишет историю о призраках, тоже не желал раскрывать свою личность, так что показанный образ имеет весьма условное отношение к реальности. Да даже ты в мыслях пытался не называть себя настоящим именем и пускал всех по ложному следу. Ты хоть представляешь, каково будет Трикси, находясь на Земле, вглядываться в физиономию каждого Сергея Каменева, а потом догадаться, что ты просто шутил?

— Ей действительно будет тяжело, - согласился я, — и мне не стоило так шутить.

— Действительно не стоило. В России что не рожа, то Серёжа. Вы там все такие любители стать частью «серой массы»?

— Бетона что ли? – попытался я отшутится, только было невесело. — Нет, конечно, и люди любят быть особенными, просто я был не в том положении, чтобы корчить из себя индивида-инвалида. Зато Лорен отнюдь не была скрытной, - заметил я. — Безумные фантазии… Рыжие волосы… Вернувшись на Землю, она вновь не станет скрываться?

— Она не вернётся на Землю, - пояснила Гармония. Ответ меня удивил.

— То есть… как?! Она ведь хотела, как и я, выбраться из этого мира разумных копытных. Она покинула созданный ей же мир. Уход Чернильницы и развязал ру… то есть, но… копытца Селестии, после чего та и решилась нарушить пророчества.

— Лорен действительно покинула наш мир, но отправилась не на Землю.

— Не хотела вселятся в собственную тушку, убив при этом другую версию себя?

— И это тоже, но главным образом потому что мир на Земле становился всё более похожим на мир, придуманный Kkat. В итоге Лорен решила вместо Земли отправится на Полигон-4. Там как раз был подходящий носитель, которая должна была погибнуть при выходе из анабиоза, а многие разумные машины того мира дружественно относятся к людям.

— Слышал я про историю того мира. Там главным является супер ИИ, названный незамысловато Супер, вся гениальность которого заключается в том, чтобы свалить на других свои же обязанности. Вот Чернильница также свалила на призраков обязанность по устранению героев, придуманных Kkat и исправлению хода истории. Не сомневаюсь – ей понравится тот мир.

— Осуждаешь. Зря. Мир, созданный Лорен, прекрасен, и он достоин того, чтобы его спасли. Как в своё время Kkat, тебе тоже оказывается великая честь.

— Уже оказали, заставив убить своих друзей и ещё кучу врагов, к которым у меня по правде не было особой ненависти. Маловат мотиватор.

— Да, понимаю. Главный мотиватор для тебя это обещание Дискорда предотвратить катастрофу. Скажу даже больше – временные потоки прошлого и настоящего движутся параллельно, так что твоя «Смерть на взлёте» вот-вот будет предотвращена.

— Правда?! – моё удивление и радость одновременно с недоверием представляли невероятный букет эмоций. — Я ведь ещё не выполнил данное Вельвет, Селестии, да и Дискорду тоже обещание.

— Считай это авансом … предоплатой … жестом доброй воли, чем угодно. Лорен хотела, чтобы далее всё, что ты делал, было не столько по принуждению, сколько от чистого сердца.

— То есть без принуждения не обойдётся?

— Понимай, как хочешь, но обещание Дискорда спасти тебя на Земле вот-вот будет выполнено. Считай, что «смерть на взлёте» уже предотвращена. Как только ты окажешься в Эквестрии, ты ещё некоторое время будешь без сознания, так что моё «Дерево» через сон пошлёт тебе видение того, как Дискорд предотвратил катастрофу.

— Я должен буду поверить сну? – недоверие брало верх. — Тому, что вы не пойдёте на обман?

— Я элемент честности и не стану врать, да и дух хаоса, вопреки расхожему мнению, ценил честность и не любил обманывать. Ты и твои друзья уже оказали нашему миру огромную услугу, и Лорен не хотела остаться не благодарной. Твои друзья уже получили свою вторую жизнь. Ты же получишь гораздо больше – осознание, что трагедия, из-за которой ты погиб, предотвращена, а также шанс начать новую жизнь в мире дружбы и магии.

— То есть… - соображал, почёсывая затылок. — Я уже добился, чего хотел, и могу выбирать – умереть сейчас, чтобы ты спасла свой мир, или действовать, как обещал Селестии и Вельвет, одновременно получив то, чего никогда не просил?

— Ну… да.

— Тогда просто убей меня, - такое для меня было нетипично, но эти слова дались неожиданно легко. — Ты ведь читаешь мысли и знаешь, что жизнь в вашем мире мне не нужна, а если ты и без меня можешь предотвратить войну, то тогда в перемещении в прошлое для меня нет никакого смысла.

— Не надо быть столь категоричным. И, как уже говорила, даже зная о будущем, не факт, что я решу помешать принцессам. Не забывай – я искусственный разум. Порой в некоторых случаях необходим человеческий фактор.

— Ага, - усмехнулся я, — всё предвидеть, всё подстроить, поставить в жёсткие рамки, но дать иллюзию выбора… Держать за яйца, но не отрывать их. В мои уже вкалывали эфирный раствор, так что если бы не был связан, то, может, и оторвал бы.

— Не надо! – прервала фиолетовая. — Не напоминай. Эти мысли даже по моим меркам слишком тяжёлые.

— Знаешь, с этой политикой кнута и пряника, собственно пряника я так и не получил. Обещания не в счёт.

— Ты узнал, что твои друзья получили новую жизнь.

— Сильный аргумент, но хотелось бы что-то и для себя.

— Сила призрака-аликорна.

— Знаем, что это за силы. Ума для них не надо.

— Поняла, - сказала Гармония, на мгновение опустив взгляд. — Лорен была права. Чтобы заставить тебя что-то сделать, лишь поначалу кнут будет эффективен, а пряник ты не примешь. Что же, не хотела говорить, но, похоже, придётся рассказать кое-что о «Роте Террора».

— Почему эти призраки в большинстве были русскими? – спросил я, вспоминая разговор с Селестией.

— Именно это, - подтвердила Гармония, после чего продолжила: — Как уже говорила, история о призраках на Земле получит своё художественное воплощение.

— Сомневаюсь, что многие о ней узнают.

— Действительно, немногие, но и тех немногих будет более чем достаточно для создания роты призраков и её обеспечения.

— То есть…

— Да - теми одержимыми будут люди, прочитавшие историю о призраках.

— Но… но если они знали ту историю, то почему сами ничего не изменили?

— Потому что, осуществляя призывы, руководствуясь найденным заклинанием, принцессы не заметят маленькую деталь, которая заставит призраков забыть одну незамысловатую, но очень важную историю. Они будут помнить всё кроме призрачной истории, однако в глубинах их разума и о ней сохранятся некоторые воспоминания. О тебе, о твоих друзьях, о вашем зонте. Они не будут помнить конкретных деталей, но, вспоминая некоторые образы, будут осознавать, что они противопоставлялись героям, а также, что это ты должен будешь убить принцессу Селестию.

— То есть это поэтому они в зонтики ножи метали и изготовили наши «чучела»? – спросил я. Гармония кивнула. — Они не знали, почему мы «плохие», но заочно ненавидели?

— Они знали, что вы убивали героев, а ты должен будешь убить Селестию. Последнего уже было бы достаточно, но Лорен перестраховалась, так что призракам периодически будут снится сны о ваших похождения – то, как Флатершай погибла под дождём, спасая детей, то, как Хомейдж испускала искры, Литлпип, убитая собственным рогом, ну и многое другое.

— Но ведь теперь я один и собираюсь отправится в прошлое, в котором призывы ещё не произошли.

— Правильно, но если ты провалишься, то история вновь пойдёт по худшему сценарию. Если тебе плевать на обитателей нашего мира, то, может, судьба других «призраков» не оставит тебя равнодушным.

— Это вряд ли, - усмехнулся я. — Эти призраки желают мне смерти и, если не изменяет память, совершили множество актов геноцида.

— Они были марионетками принцесс, после чего стали чем-то средним между сакральной жертвой и расходным материалом. Поверь – они были хорошими людьми и не заслуживали такой участи. Они не должны были тебя ненавидеть и тем более не должны были быть расходным материалом для принцесс. Уж тебе ли не знать, каково быть призраком-марионеткой. Неужели ты хочешь, чтобы эти люди испытали схожую, но гораздо худшую судьбу?

В дополнение к словам Гармония вновь активировала злополучный экран. Нашему взору предстали улицы закрытого города Эквестрии со странным названием Сталионград. Судя по многочисленным баррикадам и оружию у копытных, действие происходило, когда война уже началась, но ещё до того, как город был уничтожен совместными усилиями зебр и армии Эквестрии. Когда Гармония поняла из моих мыслей, что я догадался о данной очевидности, «камера» переместилась к некому участку на границе города с многочисленными окопами, блиндажами и стоящими орудиями. Кругом были многочисленные вооружённые копытные всех (кроме аликорнов) подвидов с шевронами человеческого черепа на форме, однако вскоре эта пёстрая толпа ещё пополнилась многочисленной группой ночных пегасов, чему «призраки» были не очень рады. В их рядах начались недовольные разговоры, на один из которых Гармония попросила обратить особое внимание.

Главным в этой роте «призраков» похоже, был жёлтый пегас. Судя по второму (находящемуся под черепом) шеврону на его одежде, его меткой был сломанный меч. Даже не знаю, повезло ли ему иметь метку. У меня вот метки не было, что создало множество неудобных вопросов и ситуаций, однако ходить с картинкой на южном месте… Чтобы там ни было, тот «призрак» нисколько не волновался из-за своей метки, раз даже на форму её поместил (наверное, чтобы его было легче опознать среди множества одинаковых цветных физиономий) и сейчас был недоволен совсем по другому поводу.

— Что происходит?! Какого хера вы здесь делаете?! – спросил жёлтый пегас, обращаясь к крупному мышекрылому пони.

— У нас приказ оказать поддержку вашему подразделению, - злобно скалясь, ответил ночной пегас.

— Разве Ночная Гвардия может использоваться как линейная часть? – недоверчиво спросил пернатый.

— У нас приказ нашей госпожи, - скалясь, ответил мышекрылый, — а приказы не обсуждаются.

— Тогда приказываю сложить оружие, расположится в черте города, но не показываться на улицах, - ответил пернатый.

— Ночная Гвардия подчиняется лишь принцессе ночи, - издевательски улыбаясь, ответил ночной пегас.

— Да мне пох…й! – грубо ответил пернатый. — Мы на военном положении, и каждое подразделение Эквестрии, находящиеся в моей зоне ответственности, попадает под моё распоряжение!

— Мистер Пайпер, вы считаете себя достойным нашей госпожи, чтобы командовать Ночной Гвардией?

— Мне по…й на твою госпожу! – злобно ответил пегас злобно улыбающемуся мышекрылому пони; тот улыбки не убрал. — Здесь действуют шпионы полосатых, а вид множества вооружённых ночных пегасов зебры могут принять за подготовку к наступлению. Твоя госпожа хочет конфликта с этим полосатым табуном?!

— Не думай, что можешь знать желания нашей госпожи «призрак».

— Не был бы ты приближённым к принцессам, гнида… - на русском сказал пегас, но его перебили.

— У меня была возможность выучить ваш язык, - сказал ночной пегас.

— Это единственное, что вы выучили? – неожиданно вежливо спросил пернатый. — Вы хоть понимаете, насколько накалена ситуация? Ваше присутствие может спровоцировать войну.

— Мы многое понимаем, - скалясь, ответил ночной пегас, — но не наше присутствие спровоцирует войну.

— О чём вы?

— Мы многому у вас научились, - сказал ночной гвардеец, после чего неожиданно воткнул в горло «призрака» выдвижной клинок из накопытника.

Далее началась бойня. Ночные пегасы, уже успевшие рассредоточится по позициям, все как один атаковали «призраков», причём, используя исключительно холодное оружие. Действовали они жёстко, тихо и быстро - как профессионалы. Было понятно, что они к этому готовились и долго ждали, когда их клинки станут влажными от крови «призраков». Сами «призраки», не ожидавшие такого удара в спину, не успели вовремя среагировать. Большинство только и успели, что снять оружие с предохранителя. Прочие бросались «врукопашную», но в плане ближнего боя подготовка Ночной Гвардии на порядки превосходила аналогичную у Роты Террора. Бойня и минуты не продлилась, как укреплённый участок был зачищен. Далее ночные пегасы развернули орудия, и станковые пулемёты в сторону позиций зебр, после чего тот мышекрылый, что убил Пайпера, отдал команду «огонь». Далее экран потух, но звуки стрельбы и взрывов продолжались ещё несколько секунд.

— Как ты видишь, - пояснила Гармония, — это Ночная Гвардия спровоцировала войну.

— Исполняя приказ принцессы ночи, - пояснил я.

— Это не имеет значения. Главное то, что не «призраки» были главными виновниками.

— Но ведь я смогу сделать так, чтобы избежать этого будущего, а с «призраками» вообще не должен встретится?

— С призраками – нет, с Ночной Гвардией – ещё как встретишься. Я это показала, чтобы ты понимал, что поставлено на карту. Не только судьба нашего мира, но и «призраки» невинных людей, что в своей прошлой жизни имели счастье прочесть призрачную историю. Ты ведь не желаешь им такой участи?

— Нет, - твёрдо ответил я, — не желаю.

Увиденное произвело на меня сильное впечатление. Не сказал бы, что эти «призраки» были заложниками, но не хотелось, чтобы те, кто знали историю о призраках, из-за чего всё произошло, в итоге сами бы и стали виновниками страшных бед. Я не мог пустить будущее (то есть прошлое… не важно) на самотек, надеясь, что Гармония сама всё исправит. Был велик риск, что круг истории замкнётся, и история Kkat вновь будет воплощена в жизнь.

— Ладно, - сказал я, — я согласен на все условия. Делай лоботомию, забирай способности, отправляй хоть в лагерь Ночной Гвардии, но в момент до призывов. Обещаю, что сделаю все, чтобы избавить ваш мир от пророчеств Kkat, а «призраков» от участи марионеток принцесс.

— Другого и не ожидала, - очень широко улыбаясь, ответила Гармония, после чего продолжила тоже, не убирая улыбки: — Я могу хоть сейчас отправить тебя в прошлое, но для этого ты должен решить, что тебя убили. Тебя пристрелить или изжарить магией?

— Изжарь, - ответил я. — Мне это не впервой, как на Земле, так и в вашем мире.

— И… После того как я тебя убью, мы больше не встретимся. Ты сможешь найти моё дерево, но его дух будет уже не мной. У него будут мои воспоминания, но другое мировоззрение. Без сомнения, она будет тебя ждать и осуждать того, кто буквально шёл по трупам… Так что, может, я отвечу ещё на какие-нибудь вопросы? – спросила Гармония.

— Тянешь время? – спросил я.

— И это тоже. Убив тебя, я и с собой тоже сделаю нечто подобное, но ведь я вижу – у тебя много вопросов, а у меня есть ответы. Задавай. На некоторые я могу дать ответ.

— Ты говорила, что Лорен не хотела возвращаться на Землю, потому что там…

— Хочешь взглянуть? – я кивнул. — Боюсь, этого показать я не могу… но… могу показать нечто похоже, чтобы ты составил впечатление.

Вновь активировался огромный парящий экран, только показанное на этот раз точно не относилось к реальности. Это был какой-то короткометражный ролик, в котором группа «хороших парней» (с черепом на форме) веселилась на улицах псевдо-Москвы (https://youtu.be/VhVx3jBXRSY?t=9). Однако финал этого ролика резко завладел моим вниманием, так как показанные в нём танки были точь в точь как созданные в Филлидельфии местные версии Т-90; да и вообще – я это уже видел, причём, в собственно сне.

— Нечто похожее будет на всей Земле, - сказала Гармония.

— Не Земле тоже будут так уродовать танки?

— Ещё как будут, и Лорен отнюдь не нравилась перспектива жить в таком будущем.

— Причём, настолько, что променяла жизнь на Земле на существование среди разумных машин, - заметил я. — Ладно… Есть ещё один вопрос… Ты говорила, что созданные на Земле произведения, основанные на мире, придуманном Лорен, воплощались в жизнь…

— Очень немногие, - ответила Гармония, поняв, что за вопрос я хотел задать. — Те, что не искажали придуманный ей мир и его героев, те, что сохраняли дух гармонии, те, что были просто логичны, имели шанс воплощения в жизнь.

— Произведение Kkat явно не из этой категории, - заметил я.

— Исключение лишь подтверждают правило. Большинство историй, что брали за основу придуманный Лорен мир, просто авторские бредни, в которых эти авторы выражали свои нездоровые фантазии. Парадокс, но именно такие искажающие первоисточник были наиболее известны, однако они недостойны воплощения. Случай с Kkat – подтверждающее правило исключение, да и воплощался этот вариант мира скорее как наказание за роковые ошибки.

— А история с призраками?

— Как шанс эти ошибки исправить.

— Ладно… а… могу ли…

— Тебе правда интересно? Ты действительно хочешь знать какие истории получили шанс? – я кивнул. — Этого я тоже не могу сказать. Могу лишь показать некоторые кадры.

Далее после слов Гармонии на экране стали мелькать различные кадры из придуманного Лорен мира. На одном были знакомые мне разумные машины. На другом человек, в зелёной военной форме заняв оборону за прилавком выстрелил в барабан, который несла розовая земная пони; Пинки Пай вроде зовут. На другом группа людей в форме Вермахта стреляла в магический щит, которым прикрывалась аликорнезированная версия Твайлайт Спаркл. Ещё на одном мир пони был заражён каким-то зелёным кристаллом, который разрастался подобно траве. На одном вообще был показан тот «призрак» с именем Пайпер, управляющий местной версией вертолёта Ми-8. Также интересным показался кадр, в котором вооружённый до зубов очкастый бородатый единорог в оранжевом костюме шёл рядом с единорожкой, очень похожей на Хомейдж; только та была белая, а не серая.

— Всего показать не могу, - сказала Гармония, погасив, а потом и вообще развеяв экран, — повторюсь - эти истории не искажали оригинал. Они его скорее дополняли, раскрывая, но не искажая придуманных Лорен персонажей.

— Но ведь Kkat…

— Исключение, подтверждающее правило. Надоело повторяться.

— Ладно, - устало сказал я. — Закончим уже этот бессмысленный разговор. Зря убрала экран. Поставила бы «Лебединое озеро» и сделала бы погромче.

— Только не надо ассоциировать себя с плохим человеком. Ты ведь собираешься спасти наш мир. Разве бы Лорен доверила столь важную миссию плохому человеку?

— Но Литлпип ведь она доверила расчистить небо.

— Исключение! – крикнула Гармония, но потом, потоптавшись… — Прости. Но всё же – не считай себя плохим. Чтобы ты ни совершил, тебя ещё можно спасти. То, что ты оказался в ином мире - не случайно. Тебя ведёт воля Лорен. У тебя есть предназначение.

— Скорее бреднозначение.

— Бред или не бред, но Лорен нужен был такой как ты – абсолютно непредсказуемый.

— Вот и в дальнейших планах я тоже буду непредсказуем. Лорен думала, что я буду готов спасти её мир от страшной участи, а я на самом деле абсолютно не готов.

— Какое коварство, - покачав головой, заметила Гармония. — А теперь, если абстрагироваться от последствий лоботомии, подумай хорошенько о смысле своего существования.

— Основной принцип моего существования - служение гуманистическим идеалам человечества, - сказал я; хотя сам в сказанное не верил. Гармония же замерла на секунду и, прислонив копытце к основанию рога, прямо у меня в мыслях произнесла «Идиот».

— Не отрицаю, - ответил я. Гармония же посмотрела на меня виноватым взглядом, в котором читалось «Я это вслух сказала?». Я же продолжил: — Ты ведь понимаешь, кому доверяешь столь важную миссию?

— Понимаю, - вздохнув, ответила Гармония и продолжила на этот раз без улыбки: — Повторюсь - ты не можешь считаться хорошим только потому, что тебя ненавидят и пытаются убить плохие. Справедливо и обратное утверждение, в котором ты являешься плохим, которого ненавидят и пытаются убить хорошие. Вообще мир отнюдь не делится на плохих и хороших. В нём нет чётко различимой разницы между тем, что принято считать добром, и тем, что считается злом. Всё это субъективно и относительно, и уж любовь тем более. Любовь слишком сложна, чтобы повесить на неё ярлык греха или добродетели. Многочисленными оправданиями своих грехов ты пытаешься загладить вину, чтобы попытаться заставить утихнуть совесть и попытаться спасти свою душу… точнее то, что от неё осталось. Победителей не было. Герои, призраки – все проиграли в этой войне.

— Любовь это скорее по части Трикси, - заметил я, — только она попросила свернуть ей шею. И вообще – я вроде уже думал теми же словами.

— И правильно думал. Ты вовсе не плохой.

— И к чему ты это говоришь? – спросил я у той, кто без улыбки выглядела как-то непривычно.

— К тому, что не хочу, чтобы ты погиб.

— В смысле?

— Я верю, что ты сможешь спасти наш мир, вот только, скорее всего ты это сделаешь ценой собственной жизни.

— Меня это устраивает, - твёрдо ответил я. — Если «смерть на взлёте» будет предотвращена, то, значит, я уже победил и буду рад понести за эту «победу» заслуженное наказание.

— Но ведь у тебя будет шанс изменить историю без собственной жертвы!

— В смысле?

— У тебя будет несколько возможностей изменить историю, в том числе и те, в которых ты останешься в живых, вот только вариант, в котором ты пойдешь по этому пути, даже не чуть выше нуля, а вообще нулевой!

— А ты, значит, хочешь, чтобы было по-другому?

— Да – хочу! В случае, если ты погибнешь, то твоя личность будет уничтожена! Никакой возможности переноса на Землю или жизни в Эквестрии!

— Так на другое и не рассчитывал, - спокойно ответил я.

— И это самое страшное! – Гармония была необычно эмоциональна. — Ты считаешь себя плохим человеком, совершившим множество ужасных вещей, за которые должен понести наказание!

— Да – это так.

— Но ты не плохой! Если тебе удастся изменить прошлое, то ты искупишь все грехи, а сохранив собственную жизнь, обязательно найдёшь счастье в нашем мире гармонии! Представь себе – ты, обладаешь силами призрака-аликорна в мире, которому не грозит война. Вместо «серого камня», которого куда только не швыряли, ты станешь «серым кардиналом». Принцессы, элементы гармонии, обычные пони – все они милейшие существа, которые могут стать тебе друзьями, а, может, и чем-то большим.

— Так! – грубо перебил Гармонию. — Я не понял. Ты хочешь, чтобы, попав в прошлое, я просто дожидался, пока ко мне вернутся способности призрака-аликорна, после чего, используя их, спас ваш мир и, оставшись в нем, начал исполнять обязанности Чернильницы, попутно развлекаясь, пердоля местных?

— Ну… да… То есть… Нет! Ты обретешь дружбу! Да вообще всё, что захочешь! Даже если ты решишь, как ты выразился, «пердолить», то это тоже допустимо. С твоими возможностями не будет тех пороков, каких бы ты не мог удовлетворить и при этом не исправить неприятные последствия. Хотя мы ведь оба знаем – ты не станешь злоупотреблять. Подумай – уже погибло слишком много. Неужели твоя смерть так необходима? Воспользуйся этой возможностью!

— Нет!!!

— Но ты ведь элемент доброты! И ты стал бы достойным теневым правителем нашего мира. Для всех правителем была бы принцесса Твайлайт Спаркл, но на самом деле теневым правителем, как и всегда в нашем мире, был бы призрак-аликорн. Подружившись с принцессой дружбы, ты бы предостерёг её от многих ошибок, сделав наш мир ещё более прекрасным.

— И в этом прекрасном мире был бы единственным злодеем. Власть развращает!

— Ты уже прошёл испытание властью и, надев элемент, доказал устойчивость к развращению.

— Я видел будущее, и оно при моём правлении было отнюдь не прекрасным. Думаешь, я не догадался, что, как и для Селестии, для меня тоже расставлены ловушки?

— Никаких ловушек. Никаких подвохов. И был бы ты в другом настроении, видел бы совсем другое будущее. Ты не понял – возможность, что тебе предоставляется, исключает любые подвохи. Ты мог бы остаться в настоящем и, если бы захотел, действительно привёл бы род пони к процветанию, но ты отказался, решив выполнить обещание, данное Вельвет и Селестии. Если же ты его выполнишь, то в твоей смерти не будет никакого смысла.

— Тогда всё будет зря! – далее я говорил спокойней. — То есть… Не всё, но многое. Мы победили героев, читали лекции про капитализм, объединили ОФОТ и СНС в КСС, но всё же согласились на аморальный план Вельвет. Выполнив этот план, мы действительно спасём многих, но цена за это будет поистине чудовищна. Это тоже будет преступление, хотя с учётом того, что я уже сделал, скорее отягчающее обстоятельство. Дискорд говорил, какое наказание я заслуживаю. А тут ты говоришь, что я вовсе «не плохой», должен воспользоваться шансом и вместо заслуженной смерти занять место Лорен.

— Лорен была бы рада знать, что её мир будет в твоих руках.

— Она сбежала из этого мира на Плигон-4 к разумным машинам. Думаешь, я не дойду до такой же крайности?

— Спустя тысячелетия. Кто знает, может ты, тоже найдешь способ покинуть наш мир; но не через смерть! Подумай, от чего ты отказываешься и в пользу чего! Бесславная смерть или возможность вечной жизни в мире дружбы и магии? Даже смешно выбирать.

— Я подумаю, а пока - давай заканчивай. Столько слов, так мало дела. Убей меня и переноси. Обещаю что сделаю всё, чтобы спасти ваш мир от мира по Kkatски. Хотя… Ещё один вопрос.

— Не один. Я ведь читаю твои мысли, и у тебя куча вопросов. Задавай, я ни на один не отвечу, - как-то последнее звучало…

— Если гипотетически я изменю ход истории, то даже в теории не смогу остаться в вашем мире, так как события, придуманные Kkat не произойдут, меня не призовут, тот на танке с врождённой лоботомией ничего не напишет, и…

— Нет! – перебила Гармония. — Уже устала повторяться – мы в мире магии, а Лорен ценила воспоминания.

— Не втупляю, - честно признался я.

— Объясню метафорически… Хотя метафор ты и не понимаешь… Когда машина Доктора расщепила вас на кванты и кварки, от вас остались только воспоминания, которые я бережно сохранила. Воспоминания твоих друзей сейчас перенесены на Землю. Твои же всё ещё в моей власти и, согласно твоему выбору, будут перенесены и воссозданы заново в прошлом Эквестрии. То же самое будет и с твоим физическим воплощением. Оно также, подобно воспоминаниям, будет воссоздано с помощью магии. Ключевая фраза – заново воссоздано; не перенесено. Ты будешь как Найтмер Мун, которая была целиком магическим созданием. В твоём случае будет нечто похожее, пусть даже состоящее из аномальной ауры призрака; только в «дым» превращаться не сможешь… пока не обойдёшь мои ограничения. В общем, в созданном Лорен мире то, что будет создано в прошлом, в нём и останется, особенно, если это воспоминания. Даже если этими воспоминаниями будут воспоминания о будущем, которого не произойдёт. Это сложно объяснить, но Лорен всё продумала, и хочешь верь, хочешь нет – всё это было создано для тебя.

— Действительно ни на один не ответила, - устало сказал я, а после, собрав силы, произнёс самым твёрдым и настойчивым тоном. — Я услышал достаточно. Мне понятны правила игры, и я их принимаю. Обещаю, что сделаю все, чтобы война с полосатыми не произошла. А теперь давай, заканчивай, убивай и переноси воспоминания! А то чувствую, что умру от этих разговоров.

— Всё, что тебя не убивает…

— Убьёт меня попозже, - сказал, грубо перебив Гармонию. — Заканчивай и действуй, не хочу сам себе стрелять в голову.

— Как же я хотела оттянуть этот момент, - с грустью сказала Гармония, — но понимаю.

— Тогда давай… Или мне что-то надо сделать?

— Надо! – бодро сказала Гармония. — Убив тебя, я ведь в каком-то смысле тоже погибну, так что выполни моё последнее желание.

— Я не буду искать способа остаться в вашем мире.

— Стоило попытаться, - с грустью сказала Гармония, но подняв морду, вновь изобразила на ней улыбку. — Тогда выслушай… эти… слова. Эта история не воплотится в жизнь, но воспоминания о ней не должны просто так пропасть.

— Я весь в внимании.

Далее Гармония не убирая улыбки, засветила своим отростком, явно готовясь применить очень мощное заклинание. У неё даже глаза засветились сплошным белым светом, скрыв зрачки. Тем не менее, колдуя, она находила силы улыбаться и также с улыбкой произнесла свои последние слова:

На старых скрижалях, потертых страницах,

Они обитают в десятках вселенных –

Герои историй ломают границы,

Стремятся в миры сквозь четвертые стены.

Вырвутся к нам тысячи масок –

Каждому сыщется что-то по вкусу:

Они – это мы, лишь чуть больше красок,

Веры чуть больше, чуть больше искуса.

Всё стало так просто, что сложно представить,

Зачем нам теперь в зазеркалье молитвы,

Ведь «бог из машины» всё может исправить,

Пока не пошли финальные титры.

После слов про титры из «дрели» фиолетовой в меня ударил мощнейший поток энергии. К сожалению, он не сразу превратил меня в пыль. Иронично, но те доли секунды, пока я сгорал, были удивительно похожи на момент моей первой смерти, только без игрушки Рейнбоу Дэш в руках. И в тот момент я не кричал.

***

«Что-то чешется в мудях. Не помру ли я на днях?» - с такой мыслью я поднимался на борт авиалайнера. Не то чтобы у меня был страх полётов, но от мыслей конкретно об этом у меня болел живот. Как будто этого мало, в последнюю ночь мне снился очень странный сон. Разумеется, я его не запомнил, но определённые образы крепко врезались мне в память. Проснувшись в холодном поту, я всё думал: «Неужели я бы стал есть личинок насекомых? С каких пор я стал уверен, что могу управлять танком? Почему у меня такое сильное чувство вины? Причём тут тот тип из 95-го Квартала в странной двууголке и большеглазые копытные мармеладных расцветок? Какое к этому отношение имеет символ зонтика (который на самом деле Мальтийский Крест)?». Сколько не думал, пытаясь вспомнить злополучный очень долгий сон, но ответа так и не получил. В итоге решил, что «хватит дурью маяться», собрал своё барахлишко и, вызвав такси, отправился в аэропорт.

Проверка документов, досмотр багажа и прочее, всё прошло без проблем, только смутил один странный человек, смотрящий на меня недобрым взглядом глаз с жёлтым цветом белка; теперь скорее желтком. (Глаза стеклянные. Нос керамический.) Будучи в возрасте с козлиной бородкой, он чем-то походил на стереотипного «Дядю Сема», если бы у того печень разложилась. Да и одежда у него была странновата для такого места как аэропорт. Растоптанные кроссовки, коричневые спортивные штаны, чёрная толстовка с нашивкой «звезды хаоса» из вселенной Вархаммера. Удивительно, но кроме меня на него совершенно не обращали внимания, даже охрана аэропорта и те люди, что случайно с ним сталкивались. Этот дедок в толстовке был как приведение, только не дикое и совсем не симпатичное.

Пытаясь не встречаться с ним взглядом, я поднялся на борт лайнера, выключил смартфон, полюбовался на прекрасную стюардессу, а также испытал эмоцию необъяснимого ужаса, увидев среди пассажиров мать с дочкой. При виде мелкой у меня почему-то всплыла в памяти фраза «крохотный убивец», а вид её игрушки чуть мне сердце не остановил. Я не понимал, что происходит, но вид плюшевой игрушки (изображающей некую небесно-синюю крылатую большеглазую лошадку с радужной гривой и хвостом) вызывал у меня неподдельный ужас. Да даже если бы в тот момент вместо игрушки я бы увидел «СВУ», это и то бы не так пугало. Взрывное устройство – это хотя бы понятная угроза, здесь же непонимание усиливало и без того сильный страх. Данная эмоция тогда полностью завладела моими мыслями, оставив лишь один уголок радости. Я был по-настоящему рад, что перед вылетом сходил в туалет, так как чувствовал, что тело инстинктивно пытается… Снова необычное чувство. Будто такое уже было. Будто я когда-то радовался точно по такому же поводу.

Тем не менее, страх страхом, но до паники дело не дошло. Всё-таки я не из тех, кто, поддавшись эмоциям, творит то, о чём потом жалеет. У меня не было никакого логичного объяснения почему от вида плюшевой игрушки у меня душа уходит в пятки, но всё же логика говорила - бояться нечего. Судя по тому, как мелкая держала свою игрушку, она (игрушка) очень лёгкая и в ней ничего нет. «Это просто плюшевая игрушка без секретов. Там нет никакой бомбы. Бояться нечего» - такие вот самоутешения. Немного помогло, но страх не пропал. В итоге после фразы мелкой «Мы полетим быстро, как Рейнбоу Дэш!» решил, что лучше просто не смотреть на то, что вызывает страх, и переместил взгляд на симпатичную стюардессу. Смотреть на неё было гораздо приятней, да и её голос был услада для ушей. В итоге, слушая её инструкции, пристегнулся и дожидался начала вылета.

Момент рулёжки лайнера на взлётную полосу также прошёл необычно тревожно. Многие в салоне тогда волновались, но готов поклясться – я больше всех. Тем не менее, паники не поднимал, хотя испытывал очень нехорошее предчувствие, а также непонимание, почему у меня вдруг появился такой страх к полётам. Так я и просидел эти злополучные минуты, вжавшись в кресло и стиснув зубы.

Далее лайнер, разогрев движки, начал разгон, я же, вжавшись в кресло, с невероятной тревогой ожидал момент взлёта, но тут случилось неожиданное – двигатели на обоих крыльях, издав хлопок, прекратили работу, а в салоне погас свет. Тут же в салоне кто-то вскрикнул, кто-то выругался, стюардесса же крикнула, чтобы пригнули головы. Я так и сделал, так что не смотрел в иллюминатор и не видел, как самолёт выкатился за пределы взлетной полосы и остановился, снеся забор, что огораживал аэропорт.

Как же я был рад. Непонятно почему, но я чувствовал, будто данная авария – малая плата за избежание страшной катастрофы. Экипаж, пассажиры, да и я вместе с ними были обречены погибнуть при взлёте данного самолёта, но взлёт не состоялся, люди не погибли, а я получил шанс на вторую жизнь; почему-то чувствовал, будто не в первый раз. Как бы там ни было, но страх сменился неподдельной радостью. Мне это несвойственно, но я искреннее улыбался, а также мысленно благодарил, сам не знал кого. Что-то мне в последнее время всё что-то кажется. Постоянно чудится будто я пережил что-то очень страшное. Что я перед многими очень сильно виноват, но при этом оказал миру очень большую услугу; самое странное, что даже не своему миру.

В общем худшее позади! Так что, расстегнув ремни, не сразу встал с кресла, ожидая, пока стюардесса, крича пассажирам «Без паники! Не толкаясь, идите к выходу! Вещи оставить!» откроет дверь, после чего приведёт в действие аварийный надувной трапп. Я, будучи в невероятно хорошем настроении и считающий, что первыми как океанский, так и авиационный лайнер должны покидать женщины и дети, смиренно дожидался хвоста очереди. Не то чтобы мне хотелось оставаться на борту не взлетевшего самолёта, но сам факт радости от того, что взлёта не произошло, был настолько сильным, что ничего против не имел, если покину этот лайнер последним. Это в общем и произошло – я покинул самолёт одним из последних, однако, идя по проходу к заветному выходу, я всё же задержался ещё на несколько секунд.

Среди пустых кресел я случайно заметил лежащую на полу плюшевую игрушку странной радужной лошадки. Теперь её вид внушал мне не страх, а скорее грусть. Я опять подумал, что в чём-то перед кем-то виноват, да и мне стало немного жаль хозяйку данной игрушки. Мелкой вроде нравилась эта … Рейнбоу Дэш. Стюардесса говорила: «Вещи оставить!», но не думаю, что из-за этого мелкая бросила свою игрушку, да и не такая это габаритная вещь, чтобы создать проблему при эвакуации. В итоге, испытывая смешанные эмоции, я взял этот выделяющийся на тёмном полу предмет с намерением вернуть его мелкой. Глупо же я с этой игрушкой выглядел, но мне было всё равно. В этот вечер я был уверен, что избежал неминуемой гибели, а значит, его уже ничто не испортит.

С улыбкой прижав игрушку к груди, я скатился по надувному трапу как по водной горке. Внизу меня заботливо подхватили МЧСники, хотя от вида игрушки в моих руках один из них недовольно скривил физиономию. В дальнейшем мне предложили услуги психолога, но я отказался, после чего отправился на поиски матери с дочкой, которым собирался вернуть игрушку. Поиски были недолги. Искомые нашлись среди толпы пассажиров злополучного самолёта, что ожидали автобус, который отвезёт всех к терминалу. Без слов с неширокой улыбкой я протянул мелкой её игрушку, которую та приняла с нескрываемой радостью. Смотрящие на это люди, включая ту симпатичную стюардессу, умилились увиденному, я же, казалось, слегка покраснел.

Далее автобус отвёз всех к терминалу. Я же в пути, стоя у окна, словил галлюцинацию – увидев на фюзеляже вместо названия авиакомпании надпись «Флай-Бухай». Помотав головой, понял – не галлюцинация. В другой день я был бы удивлён. За исключением этого странного наблюдения поездка прошла благополучно. На входе в терминал всем сообщили, что наш багаж скоро доставят, зачитали прочие инструкции и предложили скоротать время в кафе аэропорта за бесплатным чаем и кофе. Последний я не любил, а вот чаю очень хотелось. Причём, хотелось не только потому, что просто хотелось попить, вновь возникло странное чувство. Мне казалось, что я когда-то дал себе обещание, связанное с этим отваром из листьев. Что конкретно, в упор не помнил, но очень хотелось выпить; самого чёрного, самого крепкого, можно без сахара.

Увы, но зайдя в забегаловку я столкнулся с побочным эффектом обещаний чего-то бесплатного – очередью; не длиной, но постоять придётся, а постоять я был не против, тем более в хорошей кампании. Прямо передо мной стояла та стюардесса из самолёта, и заметив, что я стою рядом, она улыбнулась мне довольно недвусмысленным взглядом. Я улыбнулся в ответ той же неширокой улыбкой, с которой отдавал мелкой её игрушку.

«Неужели её (стюардессу) вправду умилил мой поступок? Может, есть шанс с ней познакомиться? Почему нет? Или она слишком хороша?» - такие вот у меня были вопросы, пока дожидался своей очереди. Не самые плохие вопросы. Просто попутно,стоя в этой очереди, я краем уха услышал: «Газировка?! В топливной системе?! Взбитые сливки?! Это какая-то шутка?!». Обернувшись, я заметил какого-то человека в костюме с бейджем сотрудника аэропорта, который, заметив, что на него обратили внимание, далее говорил более осторожно и тихо. В общем не только мне сегодня что-то кажется. А если не кажется? Слишком много странностей для одного дня. Как бы там ни было, если взлёт действительно был предотвращён из-за газировки, то об этом вряд ли расскажут в СМИ. Как и в случае с полковником Отемом, обманувшим АНБ, в причину произошедшего не поверят, даже если будут все доказательства. Я сам не знаю, готов ли в это поверить. Скорее всего готов, но лишь если узнаю ответы на два вопроса: действительно ли надпись на самолёте не была галлюцинацией, и кто этот обманувший АНБ полковник Отем, о котором я подумал?

Как бы там ни было, но худшего не произошло. Для меня скорее наоборот – всё замечательно. Вылет пускай накрылся вместе со всеми планами, и деньги за билет мне, может, не вернут, но всё равно был рад, что всё случилось так, как случилось. С самого начала не хотел никуда улетать. Ну что же, проведу неожиданно появившиеся свободные дни, приобщаясь к искусству. Посмотрю фильмы, которые не смотрел. Прочту книги, которые не читал. Узнаю из, какой сказки эта Рейнбоу Дэш, игрушку которой я вернул. Может, страшно сказать, в Эрмитаж схожу, посмотреть живопись. Может… Может, ту стюардессу приглашу разделить со мной интерес к искусству. А что – оригинально. Кто-то в кафешки приглашает, кто-то в кино, а я вот в музей изобразительного искусства, пусть в нём (искусстве) вообще ничего не понимаю и хочу посетить Эрмитаж скорее из-за названия; сам не знаю, почему это название меня так притягивает. Во всяком случае, улыбчивый взгляд стюардессы давал надежду, что предложение будет принято и меня ждёт поход в приятной компании, а дальше, как повезёт. Но это планы на будущее, а теперь, когда настала моя очередь:

— Чаю! Чёрного! Без сахара! Самого крепкого в самом большом стакане! Пакетик не вынимать!

***

Очнувшись, мне совсем не хотелось открывать глаза. Хотелось вновь провалиться в тот сон. Он был таким реальным. Другой я не помнил ничего об ином мире, всё, что от него осталось, так это фантомные душевные боли, но их с лихвой перекрыла отнюдь не фантомная радость. Даже ощущения прямохождения там были без намёка на опыт другой жизни. Как же это было приятно. Теперь же я, закрыв глаза, лежал то ли на стекле, то ли на каких-то мелких камнях. Вновь чувствовал, что у меня нет пальцев, из башки торчит похожий на дрель отросток, а из спины крупные даже по меркам аликорнов кожистые махалки. Сшитый Беатрикс комбинезон также чувствовался на моей шкуре, как и лезущие в ноздри нитки мешковины, из которой был сшит одетый на мне балахон. Неприятные ощущения, но заново заснуть и почувствовать себя человеком не получилось, так что я медленно открыл глаза.

Вновь это ставшее привычным широкое поле зрения и темнота. Подняв взгляд, вижу незнакомые созвездия и неполную Луну. Небо ясное, значит, никакой облачной завесы Анклава. Воздух, несмотря на запах гари, довольно чист, не надышаться. Я действительно оказался в прошлом, вот только... Я тут не один!

Резко от неожиданности вскакиваю на ноги и выбравшись из полусферической, покрытой стеклянной коркой, воронки. Далее разворачиваюсь и со смесью страха и грусти смотрю на мёртвые тела своих друзей. Отем, Сулик, Трикси, Лира – все они были мертвы. Довольно странно, что, переместив (а точнее заново воссоздав) меня, Гармония сделала это и с телами копытных, но при этом уничтожила железную будку. Теперь «призраки иного мира» лежали передо мной безжизненными тушками. Интересно, какой бы диагноз сделал патологоанатом? Просто на телах не было каких-то следов (то, что Лира и Сулик гули, не считается). Они просто тела без души, без жизненной энергии, без искры жизни. Сомневаюсь, что дефибриллятор им бы помог. Так какой диагноз? Остановка сердца? Нарушение дыхания? Или у местных есть термин специально на такой случай? Что бы там ни было, я этого не узнаю. Сейчас сознания с воспоминаниями этих пони с зеброй находятся далеко в прошлом на планете Земля, которой ещё далеко до уничтожения. Их «мирские оболочки» теперь лежат передо мной в стеклянной воронке, подобной той, что была в фильме про Терминатора. Иронично; в смысле что и там, и здесь речь шла о путешествиях во времени. Также иронично, что эта яма вполне подойдёт в качестве могилы. Проснуться в будущей могиле – это действительно иронично, пусть даже эта могила не моя.

В общем от идеи каждому выкопать свою яму быстро отказался. Посещать их всё равно никто не будет, да и уверен, покойные были бы не против лежать вместе с друзьями в одной братской могиле.

Решив, что да как я, потренировавшись в использовании кинеза на лежащем под ногами камне с максимальной осторожностью (помня, как превратил труп Литлпип в кашу) уложил тела, разделив их по принципу «мальчики налево, девочки направо». Далее облаком кинеза зачерпнул горсть плотного грунта и высыпал его на воронку с телами. Далее ещё горсть, ещё, ещё и ещё, пока воронка не оказалась до верху заполнена. Даже несколько перестарался, от чего над покойными образовался небольшой холмик; не курган, да и для могил такое допускается. В общем, добрая работа, а с учётом кинеза совсем не тяжёлая. Правда пришлось ещё поработать аурой. Просто, забирая грунт для могилы, я оставил множество ямок, которые, располагаясь вокруг холмика, выглядели бы очень подозрительно. Кто-то мог бы догадаться, что холмик вовсе не естественного происхождения, и потревожить тела, в которых никогда не было души. Пришлось ещё немного поработать, закапывая ямки, равняя местность, раскладывая камушки, чтобы придать пейзажу естественный вид.

Закончив уничтожать улики, я, как и полагается в таких случаях, сняв капюшон, оказал дань уважения покойным фразой «Прощайте, дорогие товарищи» и скромной минутой молчания, после чего ещё минут десять молчал, но уже по другой причине. Обдумывал то, что произошло, и решал, что делать дальше.

Гармония определённо не обманула и действительно переместила меня в прошлое, когда ещё не было никаких министерств и тем более бомб. Чистый воздух, ясное небо – это точно не НКР. Зрение уже адаптировалось к темноте, и, судя по пейзажу, я где-то в пустыне. Вокруг Нейварро был похожий пейзаж, хотя вряд ли я вырыл могилу на месте будущего центра управления погодой. Пустыня большая, так что скорее всего меня перенесли в достаточно далёкий от цивилизации участок, чтобы никто не заметил вспышки, которая камни в стекло превратила, но не настолько, чтобы я, пытаясь выбраться к этой цивилизации, погиб в пустыне от обезвоживания. Скорее всего где-то рядом должна быть Эпллуза; просто я не знал других поселений, построенных в этой пустыне ещё до войны.

Вообще хорошая была идея переместить в пустыню. Если бы я очнулся там же, где и был осуществлён перенос – в комнате-сейфе, то наверняка в комнате, что использовалась как архив, начался бы пожар. Или тогда архива ещё не было? Может, не было и самой комнаты? Меня бы в камень вмуровало? Или, если бы комната существовала, был бы риск повстречаться с «Благородными Сёстрами» (и их гвардией) прямо в замке? Боюсь представить, как бы они среагировали, увидя в своих покоях крупного кожистокрылого аликорна в балахоне из мешковины. Точно бы за маньяка приняли.

В общем, я был рад, что переместился не только во времени, но и в пространстве. Пустыня на первый взгляд, конечно, сомнительный вариант, но мне грех жаловаться. Пускай я так и не нашёл пути на Землю, но то, что Дискорд выполнил своё обещание, тоже неплохо; пожалуй, даже лучший вариант из возможных. Вопрос только – было ли то видение правдой? С учётом способностей Гармонии, она вполне могла подделать воспоминание… но оно было таким реальным. Мне хотелось ему верить. Мне хотелось верить Гармонии. Она ведь настолько же честна как «элемент честности»… Вот только никто из этих элементов в действительности честностью не отличался. Да и Дискорд - не тот, кто заслуживает доверия. Пускай он мне помогал, но также он не скрывал свою ко мне неприязнь. Даже тот человеческий образ из видения, которым определённо был дух хаоса, смотрел на меня с откровенной неприязнью. Также он обещал, что изменит моё прошлое, когда будет изменено прошлое его мира, но, судя по тому, что я видел, обещание он исполнил авансом. Не слишком ли это хорошо, чтобы быть правдой? Или…

Речь ведь идёт о манипуляциях со временем, а у него свои законы. В любом случае, Дискорд предотвратил катастрофу, причём, ещё в далёком прошлом. Получается, что я уже исполнил свою часть сделки с хаосом, только этого ещё не знаю? Может, попав в прошлое, я уже предотвратил войну? Во всяком случае, Гармония говорила со мной так, будто всё уже знала, даже то, что, пытаясь исправить ход истории, я обязательно погибну. Она даже пыталась повлиять на это прошлое, утверждая, что я совсем не обязан умирать. И чтобы это предотвратить, я не должен ничего делать; скорее наоборот – не делать. Искусственный Разум, невероятные способности, но как большинство местных обитателей – не в меру наивна. Пускай у меня и развит инстинкт самосохранения, но также я и не лишён такого понятия как совесть. Пускай мне действительно удастся всё исправить, но вряд ли я смогу спокойно жить, помня, как отправлял копытных на «Райские Луга» чуть ли не в промышленных масштабах. Дружба, гармония, любовь этого мира не перекроют чувство вины, тем более что план по спасению этого мира тоже аморален. Чтобы найти счастье в созданном Лорен мире, я должен забыть о мире Kkat, а на ещё одну лоботомию я не пойду; тем более что сама Лорен ценила воспоминания. А если я смогу сам себя простить и найду в этом мире счастье, то ещё хуже - я стану тем, кого ненавижу (тем, у кого всё есть, но ему за это ничего нет).

Жертвы не должны быть напрасными, я должен понести заслуженное наказание, и Дискорд уже говорил какое. Значит, никакой выжидательной тактики. Я должен найти те закладки, что повернули ход истории к падению бомб, и сделать это быстро, пока наложенные Гармонией ограничения не утратили свою силу. На последнем стоит остановиться подробней.

Кинез у меня остался на прежнем уровне, но со слов Гармонии я не смогу им воздействовать на живых существ. Также я чувствовал, что всё ещё могу управлять светилами, вот только вряд ли эта способность будет полезна, так что ничего удивительного в том, что Гармония её оставила. Стрелять из рога сгустками энергии я теперь точно не мог. Я помнил, как копил энергию, после чего выпускал её мегазаклинанием, но не помнил ощущений, не помнил, как я это делал, и повторить не мог. Что-то блокировало воспоминания. Также и со всем остальным колдунством. Единственное, что я мог сделать, так это, взяв кинезом камень, далее его нагреть до такой степени, чтобы он расплавился. Также я вспомнил заклинание, делающее невидимым, которому меня научила Трикси. Гармония не стала его блокировать. Учитывая мой видок, этим заклинанием я буду пользоваться очень часто. Ну и, как и обещала, способность создавать ауру вокруг копыт тоже была сохранена; скорее всего она тоже осталась аномальной. Причём, вот парадокс – я мог менять ауру вокруг копыт на энергию пламени, приятного холода или разряды, но не мог делать так же со своим отростком на башке. Интересный расклад – у меня из головы солидный отросток торчит, но, чтобы атаковать в бою магией, мне придётся к противнику буквально вплотную подойти. Короче – ничего не изменилось; всё равно в будущем, из которого я прибыл, мегазаклинания использовал лишь для показухи.

Закончив проверку теперь довольно скудных магических возможностей, я задался другим вопросом – что делать дальше? Кругом пустыня, ориентироваться по местным звёздам и Луне я не умел, да и просто не знал, куда идти. Выбирать направление наугад – глупое решение. Но когда я вёл себя по-умному? Да и местный мир вовсе не большой, и пустыня должна где-то кончатся. Да и если выберусь пускай даже к цивилизации, что я буду делать? Однозначно не стану показываться местным, так что буду часто мысленно благодарить Беатрикс за то, что научила очень полезному заклинанию. Далее… Найти «Дерево Гармонии» и поговорить с его духом? Гармония говорила, что меня будут ждать. Будут… Принцессы и Ночная Гвардия. Вряд ли с ними удастся просто поговорить и убедить не нарушать пророчества Чернильницы. Ночные пегасы уже должны были успеть выпить крови призрака, а принцессы, видя мои скудные возможности, вряд ли поверят, что я исполняю волю их матери. Дождаться, пока способности вернутся, и поговорить с принцессами на более выгодных условиях? Нет! Нет! Нет!

Гармония, будучи ИИ, послужила цифровым коридором в прошлое этого мира, за что я ей благодарен, но вынужден отказаться от её предложения. Остаться в её мире на правах серого кардинала. Неудивительно, что шансы на этот вариант Гармония назвала нулевыми. Герои убиты, призраки тоже (я лично закопал их могилу), и это не говоря о всех остальных жертвах. Последний выстрел мог бы поставить жирную точку в моей истории, но я снял палец со спускового крючка. Катастрофа, что случилась на Земле, уже предотвращена, а значит, я уже победил. Остались сущие мелочи – предотвратить катастрофу и в этом мире. А после этого виновный должен понести заслуженное наказание. Ну что же – это можно устроить. Вот только действовать нужно не так, как я привык. Не нужно забывать – герои мертвы, призраки тоже, и в сравнении с НКР довоенная Эквестрия - просто другой мир.

Не такой у этой истории должен был быть конец. Во всяком случае, не так я его себе представлял. История, полная насилия, насилием и должна была закончится. Насилия-то хватало (Трикси шею свернул, Лиру задушил, Отема пристрелил, Сулика заколол ударом в сердце), вот только жертвы не сопротивлялись и даже просили о своей смерти, а палач не хотел эту просьбу выполнять. Странный конец у этой истории призраков, но теперь, когда все призраки мертвы, то, что произойдёт в этом времени… А что, собственно, произойдёт? Что бы это ни было, это не займёт много времени; в противном случае наложенные Гармонией ограничения магии спадут, я останусь в этом времени, не способный умереть, найду в этом мире счастье и буду рад тому, что избежал заслуженного наказания. Значит, действовать нужно быстро. Мне предстоят встречи с деревом Гармонии, с Ночной Гвардией, с Благородными Сёстрами. И в конце ждёт заслуженное наказание за все преступления, что я уже совершил в альтернативном будущем и только совершу в этом времени. Впрочем – Это уже совсем другая история.