Проблема для мажора

30

Я лишь хмурюсь. Ничего не отвечаю и пытаюсь обойти его стороной.

- Тебя вежливости не учили? – отец Ратмира вдруг хватает меня за запястье и не отпускает.

Перевожу взгляд на его руку.

- Пустите! Я не хочу с вами разговаривать! Мне домой надо, уже поздно.

- Вертихвостка! – слышу в ответ. – Кто тебя подослал к Ратмиру? Профессионально работаешь. Так ему мозги запудрила, что он совсем голову потерял.

- Что вы такое говорите? – пытаюсь отбиться, но хватка у него крепкая.

- Думаешь, я не видел твое представление у меня дома? – ухмыляется отец Ратмира. – Мастерски развела сына.

- О чем вы?

- Ну, хватит! – злобно бросает он. – У меня нет времени на всякую ерунду. Значит так, Ника, завтра ты звонишь Ратмиру и говоришь, что больше не хочешь его видеть. И я оставляю тебя в покое. Живешь дальше своей обычной жизнью.

-А Ратмир в курсе ваших вот таких действий? – упрямо спрашиваю я и вижу, что злю отца Ратмира еще больше.

- А вот если ты ему хоть слово скажешь, - шипит он мне, больнее сжимая руку, - я тебе такую жизнь устрою. Лучше не испытывай судьбу.

- Зачем вам это? Что не так-то?

- Меньше знаешь – лучше спишь, - усмехается он. – Все, что от тебя требуется, - послать Ратмира. Грубо и резко. Чтобы он сразу понял, какая ты дрянь, и даже не пытался выяснить что-то или вернуть тебя. Понятно?

- Понятно, - киваю. – Пока мне понятно только одно: вы не любите своего сына.

Сама поражаюсь своей смелости, но мне хочется сказать ему это в лицо.

- Девчонка, - отец Ратмира вдруг отшвыривает меня от себя и садится в машину. – Еще раз увижу тебя с ним или узнаю, что продолжаешь общаться – пожалеешь. В последний раз предупреждаю. Я все про тебя знаю. И про семью твою знаю. Ты же любишь мать и сестру?

Ехидно улыбается мне в окно своей дорогой тачки, которая в следующую же секунду срывается с места.

Я стою, немного ошалевшая от всего произошедшего. Неужели это все было на самом деле?

Трясу чуть головой. Как будто морок прогоняю.

Теперь понятно, в кого Ратмир такой. И это я еще маму его не видела. Хотя и не хочу.

Папа вполне доступно дал понять, что меня в этой семье не рады видеть.

Громко хмыкаю, показывая сама себе, что ничуть и не расстроилось, и иду домой.

К счастью, на следующий день Ратмира я не вижу и по телефону он меня не беспокоит.

Может, отец его уже с ним сам переговорил и все будет гораздо легче?

В любом случае долго думать об этом всем у меня нет ни времени, ни сил – весь день идут усиленные тренировки. Домой возвращаюсь, когда уже темнеет. Иду, опустив голову. Мысли одни и те же не дают покоя и я не знаю, что делать дальше.

Почему-то самым простым вариантом мне кажется, если Ратмир сам откажется от общения со мной. Он же всю эту кашу заварил. Вот пусть и расхлебывает. Не хочу участвовать в их семейных разборках.

Так и иду, накинув капюшон на голову и не глядя по сторонам.

Открываю подъездную дверь и, не успеваю сделать шаг на лестницу, как слышу сзади:

- Ника!

Глухой голос, от которого внутри все сжимается от страха, а потом падает. Сердце замирает и я боюсь обернуться. Нервно сглатываю. Рука сама ползет в карман куртки, где я всегда ношу газовый баллончик, потому что чаще всего поздно возвращаюсь домой. Ни разу им еще не пользовалась. Но сейчас... я готова применить его.

- Чего застыла? Не рада?