Провожая души

Глава 15

Я буквально кожей ощущаю его злость и растерянность. Наблюдаю, как зрачки беса медленно сужаются и вытягиваются в привычную для его народа форму. Он подозрительно прищуривает глаза.

- А что значит «нет»?

- Его здесь нет, отсутствует его энергия. Полностью.

- Но откуда… Погоди... Ты что, проводник?!

- Да. И к Ивору прикреплена с самого рождения.

- И что?

- И сейчас я его в мире людей не чувствую, - Дамир за секунду меняется в лице, но свои эмоции старается контролировать. Один его внутренний взрыв - и здесь не останется камня на камне.

- А в каком тогда!?

- Пока не могу сказать.

- То есть?!

Подхожу к Дамиру, беру его за руку и уверенно возвращаюсь в спальню. Приближаюсь к зеркалу. Один взмах рукой и стеклянная поверхность пошла крупной рябицей. Ещё секунда и я вижу мглу, а потом очертания отчего-то знакомого помещения. Вместо пола трава и камни. Просторно. Белая мебель. Нависающее звездное небо над головой. Ощущение бесконечности и отсутствия стен. Иллюзия, разумеется, но очень грамотная.

- Ну что? - окликает Дамир в нетерпении. - Видишь хоть что-то?

- Это что-то хоть и смутно, но знакомое. Напоминает кабинет Мишеля. Создавать иллюзии он мастер.

Ещё раз проверяю собственную догадку.

- Да. Он наверху.

- Почему? Как мог там оказаться пятилетний ребёнок?

Дамир начинает одеваться, облачаясь в тонкую толстовку.

- Я не знаю.

- С ним всё в порядке?

- Не могу сказать точно. Но я не чувствую боли или страха. Опасности тоже нет.

- А что ты чувствуешь?

- Он взрослеет, Дамир. И моя связь с ним ослабевает. Я не знаю!

- Ну хоть что-то? Он в безопасности?

- Он растерян, но этот мир его не страшит. Он знаком ему.

- Откуда?

- Он помнит меня с самой первой встречи перед детским распределением.

- И что с того?

- Все забывают, а он - нет.

- Почему?! - Дамир уже полностью одет.

- Если бы я знала. Возможно, часть твоей силы перешла ему. А может, и ментальные способности. Но... он ведь человек. А ты нет. Я не понимаю. Я уже ничего не понимаю...

Мужчина ловит меня за талию и прижимает к себе. Легко дотрагивается до моих губ своими, тихим шёпотом озвучивая свои намерения.

- Если он там - я пойду за ним. И верну сына. Но я не представляю, что мне делать, учитывая, что со своей силой не смогу управляться так же мастерски, как и раньше.

- Часть моей энергии теперь твоя. Она делает тебя сильнее.

Дамир печально на меня смотрит.

- А я наоборот чувствую дикое опустошение, - тяжело вздыхает и тут же усилием воли расправляет плечи. - Надеюсь, чёртов портал работает, - озвучивает он свои мысли, резко и решительно, одним рывком закатывает рукав.

Я приближаюсь и обхватываю обеими руками мужскую талию, не желая никуда отпускать его в одиночестве. Что бы там ни было, а единение наших душ в момент физического наслаждения я совершенно точно чувствовала не одна. И пусть сейчас совсем не до этого, но теперь я явственно ощущаю энергетическую привязку к своему мужчине (или уже пора говорить - к бесу?), даже попытаться разорвать которую будет крайне болезненно. Только думаю об этом - и уже чувствую себя обесточенными фонарём на отшибе.

- Я с тобой, - дотрагиваюсь до собственного портала.

Прижимаюсь головой к его груди и чувствую такие привычные, завихристые потоки тёплого воздуха.

Глава 16

ДАМИР

Я медленно проваливаюсь в холодную пустоту и морозную неизвестность, колкими ледяными стрелами впивающуюся в мою кожу. Резко начинает болеть голова. Ядовитые иглы нещадно колят и испытывают на прочность, впиваются в моё осознание, затмевая всё то, что складно покоилось в отголосках памяти, воскрешая руины давно забытой жизни.

Я вспоминаю (вернее чувствую), что переход отнимает значительную часть энергии, которую позже ещё нужно восстановить. Насколько же сильна Эмма, ведь она может осуществлять несколько таких переходов в короткие промежутки времени. И сейчас я чувствую неосознанную подпитку от неё. По этому поводу я крайне переживаю, потому что ещё не вспомнил, как правильно распоряжаться потоками энергии, и забрать у моего ангела больше, чем это необходимо, я бы не хотел.

Энергия, которая наполняет меня до кончиков пальцев, воспринимается, как родная. Течёт по венам, медленно растворяясь в крови. Достаточно слабая, по сравнению со старыми временами, но всё же бесовская.

Ещё только лишь вполне невинно прикоснувшись к ней, я уже чувствовал небывалый прилив сил. Но в момент нашего с ней сегодняшнего безусловного единения, на грани с острым человеческим наслаждением, в памяти стали неконтролируемо всплывать картины мира, которые по всем моим представлениям существовать не могли. В тот момент я понял, что осознаю мир не так как раньше. Теперь я чувствую его более ярко, воспринимаю всё во много раз острее, а кончики пальцев щекочет дрожащий холодок. Мозг был одурманен близостью ангела, и полностью воспринять все проплывающие мимо картины сразу я не смог. Некоторое время мне понадобилось понять, что мир вокруг меня сейчас и мир, который окружал меня всего минуты три назад - это два разных мира. Как будто я всю осознанную жизнь играл роль в черно-белом кино, а теперь сменили декорации, и всё наполнилось красками и звуками. Мне казалось, что я могу потрогать энергию на кончиках своих пальцах, утрамбовать её в подобие снежка и бросаться слепленными энергетическими шариками.

Я смотрел на собственное отражение в душевой, и лишь одна мысль настойчиво стучалась изнутри о мою черепную коробку.

Я ВЕРНУЛСЯ.

Стараюсь сконцентрироваться на существующей реальности, но отток силы оставляет после себя неприятную слабость во всём теле.

И только руки Эммы, крепко сжимающие мой торс, посылают волны спокойствия и уверенности. Она для меня, как маяк в темноте.

Она одна была моей путеводной звездой всё время, прожитое человеком. Но даже инстинктивные позывы со временем гасли. И я всё равно сбился с пути поиска моей души, не сумев правильно отыскать свою половину.

В первый раз с Эммой мы встретились случайно. На земле. Как сейчас перед глазами проплывают воспоминания нашей встречи и колосятся своим теплом. Главное - больше мне её не потерять.

Я увидел её в свете ночного фонаря. До сих пор не пойму, чем эта золотоволосая девушка привлекла моё внимание. У неё была очень слабая, начинающая угасать энергия. Ей угрожала опасность в лице мимо проходившего подвыпившего мужчины, и я опутал её своей аурой, проводив до дома. На земле я был редким гостем, но тот день отложился на самом дне омута памяти, словно выжег в моём нутре свои очертания.

Я принял человеческий облик, изменив цвет глаз, и убрал мерцание кожи.

Уже у самого её дома я вышел из тени, материализовавшись из ниоткуда, позволив себе лишь короткую реплику:

- Хочу проводить тебя.

Почему-то захотелось, чтобы она меня заметила. И она увидела.

На моё утверждение она ответила отказом. Мне это было безразлично, потому что я уже сделал то, что намеревался. Хоть она об этом даже не догадывалась.

Несколько последующих дней я незримо сопровождал её, когда мне выпадала такая возможность, намеренно возвращаясь в нижний мир именно из-за неё. С каждым разом я обнаруживал себя раньше, чем в предыдущий, хоть мы и едва ли обменивались парой фраз. И каждый день я обещал себе, что наша очередная встреча станет последней.

В один из похожих дней я уже ждал её на прежнем месте, но так, чтобы она могла меня заметить. Хоть и держался на привычном расстоянии.

И она меня заметила. Подошла сама. Окликнула, чуть приблизившись, осмелилась укоротить дистанцию.

- Сегодня тоже хочешь проводить?

- Хочу, - неожиданно мне на нос с неба упала капля, словно заставляя одуматься, пока ещё не поздно, но я не внял предупреждению небес.

- Скоро пойдёт дождь.

- Не растаю.

- Проверим? - этот прямой, бесхитростный вопрос опалил меня своей мягкостью и добродушием, заставляя забыть, что таким, как я, с людьми общаться запрещено.

Но девушка настолько нежно и тепло мне улыбалась, что я не смог сказать самому себе «нет». И пошёл с ней рядом, когда она выдвинулась в дорогу.

Я не знал, что ей сказать. Ей не нужно было знать обо мне абсолютно ничего. Даже имени. Но душу отравляла сама мысль, что я так и останусь для неё никем.

- Как зовут-то тебя, охранник? - я смотрел на неё и не мог оторвать взгляд. Она чистая и светлая душа. Словно неземная.

У меня было две секунды, чтобы принять решение. Исчезнуть после этого дня навсегда, и больше никогда не сомневаться в правильности собственного выбора. Или потихоньку начать обнажать собственную душу... перед обычным человеком.

Я никогда не верил в крепость пар. В существование каких-то чувств. Для меня всегда существовало только единение энергии. Потому что это увеличивает внутренние резервы каждого существа из созданной пары. Но для меня поделиться с кем-то своими и без того неслабыми энергетическими запасами было чем-то возмутительным. Так же, как и принять чужие силовые потоки. Полнейшая глупость. Мне никогда никто не был нужен. Я всегда чувствовал себя цельным. Если не сказать - выше других на голову. И любая посторонняя энергия всегда мою воспринималась, как инородная.

Но находясь рядом с ней, я вдруг отчётливо осознал. Мой голод выражается в абсолютно непривычной форме. Всё это явилось мне таким откровением, что отказаться от девушки я не смог, с тех пор наведываясь в нижний мир каждый день.

Я действительно не верил в чувства. До того, как встретил её.

Душа моя разрывалась на части. Я не мог ничего рассказать о себе половинке своей души. Потому что другой мир это не просто слова. Каждая фигура, оказавшись в иной реальности, окажется недееспособной. Но я и не мог оборвать тонкую нить, которая с тех пор намертво привязала меня к земной женщине. Я сам не понимал, как такое возможно, но мне казалось, что вдали от неё мои силы стали угасать. И что делать с этим, я не знал.

Тем более что я регулировал силу подчинённых мне бесов, контролируя их баланс с ангелами в поднебесной. И хоть дьявола не существует, если бы я сам мог выбрать себе звучное звание, то я бы, пожалуй, выбрал именно это, даже несмотря на то, что обязан был подчиняться силе Мишеля - Архангела, который уже несколько веков являлся бессменным правителем в Поднебесной. На моё место всегда были претенденты. Те, которых я вмиг ставил на место. Всегда. Серьёзного противника я встретил лишь единожды. Его сила была примерно равной моей. Мне лично никакие сражения были не нужны, всё же я предпочитал всегда жить в мире и равновесии, но он заставил меня доказать, что я достоин своего места предводителя. И я доказывал. И не раз.

А когда я встретил её, то понял, что ничего этого мне не надо. Я готов оставить все свои силы и передать управление другому, если это позволит мне переместиться и жить в другом мире. Рядом с моей половинкой. Потому что если не это, то в чём тогда смысл жизни?

Так я понял, что слияние душ не сказки и не легенды прошлого. Просто кому-то дано это прочувствовать, а кому-то нет.

Но кто же мог знать, что чувства бывают такими? Необъяснимыми. Вопреки всему.

Я помню, что сказал ей, когда впервые ощутил вкус её тела, коснувшись к её трепетной, лёгкой энергии.

- Ты моя. И никто никогда нас не разлучит.

И только я один понимал, чего может мне стоить данное обещание.

При первом же физическом контакте я всё же осознанно поделился с ней своей силой, потому что по-другому просто не бывает, и она, очевидно, сохранив и преобразовав мои способности, позже каким-то чудом попала на Небо. Оставшись вне зоны доступа для меня. Ждущего её внизу. Отказавшегося от привычной жизни и уже навсегда сменившего обличие на человеческое.

Поверженный мной бес узнал о том, что на землю я не всегда возвращаюсь по поручению местра, а делаю это для тайных встреч с земным осколком собственной души.

И меня поставили перед выбором. Которого у меня, по сути дела, если уже смотреть правде в глаза, не было.

Я ушёл безропотно. Ушёл к ней. Без возражений и сожалений. Добровольно сложив свои полномочия. Ушёл, даже не зная, смогу ли отыскать её в чужом для меня мире.

Она, существовавшая лишь где-то в тихом шёпоте едва различимых голосов и интуитивной устремлённости, была для меня маяком в реке человеческих жизней и неизвестно куда текущих дней, в глубине которых я потерял истинный смысл. Слепо. Бессознательно. Я сам не знал, к чему тянулся, так ничего и не найдя.

Только сейчас я понимаю, что неосознанно искал именно её всё это время. Ведь память моя осталась подчинена оковам мироздания и спрятана глубоко во мне, поэтому я не знал, куда направлялся. И, ошибочно приняв за истинную любовь человеческую потребность любить и принадлежать кому-то, прибился к чужому берегу. Моя жена была замечательным человеком, но отношения наши после свадьбы расклеились, словно потрёпанные временем и многочисленными дорогами кроссовки. Её скоропостижный уход из жизни потряс меня до глубины души. У неё, как и у меня, не было ни родных, ни близких. И я снова остался один. Почти. Вдовец с малышом на руках. Малышом, которого полюбил больше жизни. И который теперь где-то далёко от меня. В совершенно чужом для него мире. И как теперь во всем этом разобраться, я сам не понимаю.

Бесом я был уверен, что оставляю небеса и прежнюю жизнь, уходя к человеку, и интуитивно искал именно женщину. Но, как оказалось, искать было некого. Она почему-то попала в Поднебесную, и её душа перестала слать мне сигналы, предоставив болтаться на волнах нежеланной свободы и туманного нескончаемого одиночества.

- Дамир. Ты как? - крепко держу в ладони хрупкую руку Эммы. Даже её голос придаёт мне силы. Даже её присутствие заряжает меня сильнее любого отдыха или источника энергии. Теперь я явственно отдаю себе отчёт, что нерушимая связь между душами существует и проходит сквозь время и миры. Родные души чувствуют друг друга на расстоянии.

Я словно вновь начинаю дышать. Мне кажется, энергия приветствует меня даже на кончике носа. Кто бы мог подумать?

В доказательство своих слов одной силой сознания, не касаясь физически, убираю ей за ухо выбившуюся прядь волос. Энергия распирает меня изнутри. Бодрая. Живая. Но теперь находится под моим строгим контролем. И пусть я забыл об этом мире на несколько лет, здесь даже запах родной и привычный.

- Не волнуйся. Со мной всё в порядке. А когда ты рядом, я чувствую себя на вершине миров, - кладу ладонь на талию и притягиваю ангела к себе. Целую в губы. Всего одно мгновение, но в этом поцелуе моя жизнь. Если мне и позволено быть слабим, то только рядом с ней. Я готов быть для неё вечным защитником и опорой. Отказаться я от неё точно не смогу. Если уж не забыл на протяжении стольких лет, подсознательно разыскивая её повсюду.

Ну вот. Я вернулся.

Мысленно говорю сам себе. Но захочу ли тут остаться?

- Каков твой план?

Отхожу от Эммы на пару шагов, чтобы попробовать что-то почувствовать самому. Но вместо этого я фокусирую взгляд на её волосах, которые остались всё такими же длинными, но теперь они мало того, что платинового оттенка, так ещё и имеют голубой отблеск. Мысленно улыбаюсь. Так вот, как она выглядит без трансформации.

А вслух коротко отвечаю:

- Какой план? Действуем по обстоятельствам. Ты его чувствуешь?

- Да. Он здесь. И с ним всё в порядке.

- Где его искать?

- Дамир. Нам нужно к местру. В любом случае. Он единственный, кто может хоть что-то объяснить.

- Веди!

- Ты слаб после перехода, - она берёт мою руку в свою и проводит ладонью сверху, желая влить и передать часть своей энергии мне.

Я резко вырываю запястье и целую Эмму в висок. Родную душу. Провожу рукой по её светлым волосам.

- Не надо. Лучше пусть будет у тебя.

Мы добрались до здания, где можно найти верховного правителя. Как же здесь тихо. Умиротворение прямо засасывает.

Уже собираюсь шагнуть на священную землю, но меня цепляет присутствие чьей-то энергии. Я бы даже сказал, меня грубо схватили за руку. Мысленно.

- Дамир?

Оборачиваюсь и вижу своё отражение в огненных глазах бывшего соратника. Герд.

- Это я.

- Ты вернулся? Но мы думали...

- Неважно. Теперь я здесь. Кто нынче главный?

Герд твёрдо смотрит в мои глаза, но с ответом не спешит. И тут я всё понимаю. Чтоб ему сгореть поскорее! Добился же своего, баран!

- Жан?

Бес, от которого за версту чувствуется внутренняя рассудительная и спокойная энергетика, согласно прикрывает глаза и распахивает вновь. Он у нас небоевой.

- Он занял твоё место, как только ты исчез.

- Кто бы сомневался…

- Ты обрёл своего ангела? - Герд потрясённо уставился на Эмму.

- Да. За ним и ходил.

- Это же Эмма! Она ведь была здесь всегда.

- К сожалению, нет.

- Но я думал, они с Жаном! - ЧТО?!

Какого…?

Перевожу вмиг рассвирепевший взгляд на Эмму. Жду вразумительного ответа. И не дожидаюсь, потому что ангел только лишь отрицательно качает головой и пожимает плечами.

- Что будешь делать? - на всякий случай уточняет бес.

- Я ищу сына, Герд. Это первоочередная цель.

- Сына? - мой собеседник ошарашенно моргает. Да. У таких, как мы, детей не бывает, но ведь не объяснять сейчас.

Хотя с другой стороны… Герд может и знать что-то, что мне ещё пригодится.

- Да. Он с нижнего мира. Пропал сегодня. Я должен его вернуть.

- Дамир. Мы ждём смену власти. Со дня на день. Может начаться неразбериха и конфликты. Поэтому ищи быстрее. Поговаривают, что новый Архангел уже прибыл.

- Спасибо за информацию, - бес пожимает плечами, словно говоря: «Чем могу...». - И Герд. Если что, меня всё ещё нет…

В знак согласия он уважительно склоняет голову перед бывшим предводителем.

А мы с Эммой двигаемся дальше.

Она дотрагивается до портала пальцами, заявляя местру о своём приходе.

И смотрит на меня.

- Он ждёт. Идём.

Как только мы проходим в давно позабытое мною помещение, захлопывая за собой дверь, я вспоминаю ощущение ненастоящей бесконечности и простора этого места. Именно отсюда я попал на землю... Вспомнил.

Над нами вдруг эхом раздаётся, отражаясь от невидимых стен, голос высшего.

- Невероятно. Дамир!

Глава 17

Через секунду бородатый старик предстаёт перед нами. Я помню его совершенно другим. Высоким. Статным. Блондином с широким разворотом плеч. Пронзительным взглядом на всегда спокойном лице.

А теперь он превратился в сгорбленного, дряхлого старца с морщинистым лицом и потускневшими ногтями на кривых пальцах.

- Мишель! Что с вами? - Эмма не удерживается и подбегает к нему, желая поддержать. Старик настолько неуверенно держится на ногах - того и гляди, дрожащие конечности ослушаются и не удержат его.

- Я угасаю. Мне осталось жить совсем недолго.

- Вы дождались своего приемника?

- Дождался. Он отдыхает после вливаний. Я передал ему свою энергию, оставив себе лишь малость, чтобы не сгореть сразу. На случай, если ему ещё понадобится моя помощь.

Он смотрит на меня в упор.

- Что? Не понравилось на земле, раз ты решил вернуться?

- Хуже. Моя душа почему-то оказалась не на земле, а на небе, - и демонстративно дотрагиваюсь до руки Эммы.

- Эмма?

- Да, - отвечаю резко. Уверен, старик прекрасно всё понимает. И много чего ещё знает. Оочень много…

Мишель правил ещё задолго до моего появления в нашем верхнем мире.

Когда-то я был его правой рукой, которая управляла бесами. И когда я принял решение покинуть этот мир, я пришёл за помощью именно к нему.

- Она оказалась на небе, а я искал её внизу. И никогда бы не нашёл, если бы не случайная встреча.

- Очевидно, не такая уж и случайная. Я вижу, ваши души вновь нашли друг друга в могучем, подлинном слиянии. Вы долго шли навстречу друг другу. Кто бы мог подумать...

Эмма подаётся вперёд, тихонько замечая:

- Я ничего не понимаю, местр.

Мишель вроде бы невзначай бросает на меня вопросительный взгляд, а я, в свою очередь, едва заметно киваю головой, подтверждая, что ей можно рассказать. И высший начинает:

- Очень давно ты была человеком. Когда твоя душа ещё не прибыла к нам, Эмма, Дамир был лидером местных бесов, которые находились в его подчинении и под его защитой, контролировал их силу, энергию, способности и их применение. Обучал и давал возможность расширять границы своих возможностей, о которых нам до сих пор известно немногое.

Его слова звучат фоно в моём осознании. Смена власти. Это невероятно. Не каждому суждено присутствовать при этом.

- В какой-то момент повелитель бесов пришёл ко мне и заявил, что он повстречал родственную душу на земле, а его собственная - теперь является неполноценной. И что с некоторых пор он чувствует, как энергия его тухнет, силы истощаются, оставляя лишь пустую оболочку. На восстановление уходит чудовищно много времени. Его соперник об этом узнал, и теперь постарается сделать всё, чтобы Дамира поскорее не стало.

Первый раз слушаю рассказ о своей жизни из чьих-то уст. Эмма, кажется, вообще дышать перестала.

- Он пришёл вовремя. Тогда я понял, что если потянуть время, то Дамир окончательно сгорит. Намного раньше отведённого ему срока. Я поставил его перед очевидным выбором. Оставаться без тебя здесь он не захотел и не смог. И я отправил его вниз. К родной душе, без которой, как оказалось, на небе ему не выжить.

Мишель тяжело вздыхает и переступает с ноги на ногу. Кажется, ему тяжело даже просто стоять.

- Я не мог проверить, как он устроился на новом месте, потому что не знал, где его искать и как его душа поведёт себя внизу. Выживет ли он. Найдёт ли свою вторую половину, вновь слившись с ней душами. Но на земле свои правила, как впрочем, и везде. Теперь я вижу, поиски Дамира оказались безуспешными. И я только сейчас припоминаю, что ты появилась среди нас почти сразу, после «внезапного» исчезновения Дамира. Раньше я как-то я не придал этому значения. А сейчас очевидно, что внизу что-то с тобой случилось, и ты в силу своих душевных качеств появилась у нас. У тебя оказались редкие способности. Я сам тебя обучал направлять энергию, хранить и временно приумножать её. Видеть картины другого мира и справляться с многочисленными переходами. Потому что сразу понял, ты - проводник в другой мир. Какая-то необъяснимая связь с человеческим миром надёжно тебя удерживала. Тебе всегда было необходимо странствовать меж двумя нашими реальностями. И теперь я понял, что это, оказывается, за связь.

Архангел ненадолго замолчал, очевидно, разглядывая наши сплетающиеся ауры.

- Сейчас ваши силы бушуют в ваших сердцах. Но на расстоянии они слабели и тускнели. Поэтому вы потеряли друг друга.

Местр замолчал, перевёл взгляд на меня и проницательно уточнил:

- Что же ждало тебя внизу, Дамир?

- Проснулся я с разбитой головой, словно от долгого сна. Как мне сказали, после аварии. Без документов. Без единой возможности выяснить, кто же я такой. Словно я вообще никто и меня не существует. При мне были лишь мои многочисленные, загадочные росписи на теле и руках и страшная потеря памяти. Но я научился с этим жить и стремиться вверх. Позже, всё как у людей. Планы. Работа. Семья. Я встретил женщину. И она родила мне ребёнка. Рядом со мной она пробыла недолго. Когда сын родился, я будто бы почувствовал крохотный кусочек родной энергии, которая была способна наполнить меня частично.

- Твоя спрятанная сила, очевидно, почувствовала что-то родное, потому что Эмма стала приходить к малышу. И чувствовал ты именно её. Удивительно. Как много ещё неизведанного остаётся в наших мирах…

Он переводит потрясённый взгляд с меня на Эмму и на наши скрещенные руки.

- Я поистине удивлён, это правда. Обычно души так рвутся навстречу друг другу, что всегда находят. Но я ещё никогда не сталкивался, чтобы это происходило с находящимися в разных мирах осколками.

Мишель кладёт свою морщинистую, худую руку на наши переплетённые пальцы и впивается в моё лицо осторожным, хищным взглядом. Взглядом охотника, стерегущего свою добычу.

- Дамир, твоя сила теперь поделена на двоих. Выслушай. Считается, что после душевной близости сила беса крепнет. Но на самом деле всё происходит наоборот. Ты слабеешь, потому что часть тебя теперь неотрывна от твоего ангела. Эмма хранит эту частичку и умеет преумножать твою же энергию, отдавая её тебе обратно, когда в этом возникает необходимость. Просто так ты её заполучить не сможешь. И запомни. Навсегда. В наполненный сосуд не помешается больше, чем уже есть.

- Я учту, Мишель. Но сейчас это меня мало интересует. И пришёл я за другим.

- Ты ведь вернулся, - старик не задумываясь перебивает, отнимая у меня возможность продолжить. - Как ты стал собой?

Тут в разговор вступила Эмма.

- Это произошло после нашего воссоединения. Он стал таким. И портал прояснился на его руке.

- Отныне он таким и останется. И, судя по всему, вместе вы будете долго. Намного дольше уже потерянных лет.

- Но, местр, - Эмма никак не найдёт ответов на все интересующие её вопросы. - Если никому не известно об истинном разделении энергии после слияния… Откуда же это известно вам? Неужели эти знания передаются от правителя к правителю?

Мишель лишь хрипло рассмеялся в ответ.

- Я попал сюда ребёнком, Эмма. Взрослел и набирался опыта. Получал новые знания. Сам. Потому что предыдущий правитель совершенно точно не мог ими похвастаться. Он сумел передать мне лишь жалкое подобие от возможной силы истинного Архангела, той самой, что крепла во мне день ото дня, заставляя чувствовать себя всемогущим. Но потом я встретил своего ангела.

Я слушаю его речь с яростным нетерпением. Мне вообще уже плевать на всё, что он говорит. Но Эмма, кажется, ловит каждое слово правителя.

- Да. Наши с ней души оказались такими же родными, как и ваши. А к тому моменту моя сила превосходила многих.

Я уже открываю рот, чтобы пресечь этот поток совершенно лишних сейчас фраз, но Мишель, как ни в чём ни бывало, продолжает.

- Мы скрывались. Я боялся дотрагиваться до неё, потому что думал, что столкновение с моей энергией станет для ангела непосильной задачей. А потом меня ждала первая попытка переворота и смены власти. И я решил, что мою энергию всё же необходимо укрепить слиянием. Каково же было моё удивление, когда моя энергия, вместо того, чтобы окрепнуть, словно отполовинилась. Если не сказать больше. Её выпили до дна. Пытался восстановиться я очень долго. Она стала моим хранителем. Но сгорела раньше меня. Намного. Потому что только Архангелы проживают века. Но теперь пришло и моё время.

- Местр, - грубо на выдохе вмешиваюсь в монотонные объяснения высшего. - Пока оно ещё не закончилось. Прошу. Помогите мне отыскать сына. Эмма чувствует его здесь.

- Сына? - старик лукаво уставился на меня.

- Да. Он пропал сегодня утром.

- Ещё вчера Ивор, - услышав имя мальчика, местр едва заметно улыбнулся, но я обратил на это внимание, - мне говорил, что ему очень тревожно.

Мишель медленно отводит в сторону ставший отстранённым взгляд.

- Мне нужно его найти и вернуть домой!

- Это уже вряд ли получится, - последовал неожиданный ответ.

- Почему? Вы же всё ещё здесь! Вы можете помочь! Как вообще такое могло случиться?

- Потому что, как я уже сказал, он отдыхает после недавних вливаний.

Я словно пропустил удар в голову. Серьёзный. Сокрушительный. Жёсткий и прицельный удар. Мои глаза расширились от невозможного предположения, а сердце ритмично забилось о грудную клетку. Я в неконтролируемом порыве сжал кулаки. Нет! Нет! Нет!

- Как это? - кажется, Эмма всё ещё не поняла.

- Очень просто. Он ваш будущий правитель, - последовал тихий ответ. - И забрать мальчика вы не сможете.

- Где мой ребёнок? - произношу воинственно, совершая угрожающий шаг вперёд. Но старику, видимо, всё равно.

- Он уже не человек, Дамир. Он переродился. И стал Архангелом.

- Но как такое возможно?!

- Потому что это не твой сын, - чувствую, как помимо моих кулаков напряглась ещё и челюсть. Рука Эммы в успокаивающем жесте легла мне на плечо. - А мой, - старик сдержанно цедит слова. - И я его уже не отдам.

Глава 18

Ладонь ангела скользит по моему плечу. Эмма возмущённо произносит:

- Это невозможно. Это обычный мальчик. Он сам выбрал Дамира и его покойную жену, местр. Я ведь лично распределяла и отправляла его.

Старик лишь спокойно качает головой.

- И совсем ничего необычного не помнишь? Ничего такого, чем бы этот мальчик отличался от остальных?

Ответом становится молчание.

Нет! Не может этого быть! Сначала рухнул мой первый привычный мир, а теперь, прямо на моих глазах, рассыпается прахом и второй!

Я уже несдержанно повышаю тон.

- Я не верю! Он обычный ребёнок! Он этого ничего не умеет!

Волны бешенной, неподконтрольно-агрессивной энергии стали переполнять меня. Я сейчас разнесу здесь всё. Хоть и разносить вроде нечего. Трава да камни. Да иллюзорное небо над головой. Всё здесь одна сплошная иллюзия!

- Дамир, - Эмма берёт меня за руку и подносит к моему носу мою собственную ладонь. - Пореза нет. Это Ивор его вылечил.

- Да не может этого быть! Не может! Как ты не понимаешь!

- Может. Он целитель, нравится тебе это или нет.

- Как и я, - сухо замечает угасающий Архангел, который несколько столетий бессменно руководил нашим миром.

- Какой целитель?! Вы даже себя исцелить не можете! Ваша сила всегда была в другом, - говорю очень враждебно, потому что сдерживаться уже выше моих сил. Я сына никому не отдам!

- Кроме меня о моей настоящей силе мало кому известно. Я нарочно развивал её во многих направлениях. Но исцеление - природный дар, о котором не знает никто. А то, что себе не могу помочь, - он равнодушно пожимает плечами. - Ты прав. Моё время пришло. И даже таким, как я, закономерное угасание не подвластно. Ничто не вечно, Дамир. Ни в этом мире. Ни в любом другом.

- Мишель. Вы такой же ангел, как и я, - Эмма всё ещё пытается докопаться до сути. - Только сильнее и могущественнее. У вас ведь тоже не может быть детей.

- Об этом тоже никто не знает. Но от истинного союза родных душ случается зарождение новой на Небе.

Я не могу похвастаться слишком уж терпеливым нравом, поэтому не выдерживаю и в сердцах мысленно хватаю старика за иссохшее запястье, стараясь причинить минимальное количество боли.

- Если он ваш сын. Я тогда кто?!

- Ты его вырастил. И был рядом в самый сложный период. И тут решать только тебе, кто ты для него. Но кто он - уже давно решено.

- Ну надо же. Как много новостей. И всего за один разговор, - этот голос до сих пор выжженным рубцом горит на оголённом участке моей памяти. Эмма вздрагивает. - Какая трогательная встреча, - глаза Жана горят неподдельным воодушевлением и азартом, но в голосе столько стали, что можно порезаться об этот клинок даже на расстоянии, - Д-А-М-И-И-И-Р!

Глава 19

Руку старца я отпускаю немедленно и делаю шаг вперёд, чтобы закрыть собой остальных.

- Мало того, что присвоил себе моего ангела, так ещё и решил посадить властвовать своё отродье... Зря вернулся, Дамир, теперь ты никто, - странно, как это я его не почувствовал. Даже на расстоянии бьюсь о его свирепую неудержимость. Я уверен, он не посчитается ни с чем.

Нужно ожидать нападения.

На старика мне уже плевать. Но я должен защитить Эмму. И сына. Он где-то здесь. Зде-е-е-есь... Но где же?!

Силой мысли отталкиваю Эмму от себя ещё дальше, искренне надеясь, что её не зацепит первой сокрушительной волной ненависти Жана. А ещё - что в этот раз я сумею выстоять. Инстинкт подсказывает, что моя победа давно не является такой уж безоговорочной.

Вновь перевожу взгляд на бывшего подчинённого. Его глаза, как раскалённые угли. Обжигают ненавистью и почти светятся внутренней силой и одержимостью. Раньше он никогда не мог выйти из наших поединков победителем. Но теперь… теперь он стал чрезвычайно силён.

Странное дело. Жан всегда претендовал на то, что принадлежало мне.

- Если бы знал, что ты сумеешь вернуться, я бы перекрыл тебе дыхание ещё на земле, отыскав среди миллионов, - низкий голос скрежещет по моим натянутым нервам. - А я всего-то лишь подстроил несчастный случай твоей половине, чтобы ты заблудился без своего маяка и не смог отыскать дорогу назад. Так и сгнили бы в своей любимой земле. Оба.

Что? Так значит вот, что произошло с Эммой, когда она была человеком. Он подстроил несчастный случай! Убийца!

- Знал бы, что ты его часть, - Жан разъярённо смотрит на моего ангела, натыкаясь свирепой волной на мой неосязаемый, но крепкий щит, - я бы...

Старик храбро выступает вперёд. Он всё-таки очень мудрый. Теперь, если Жан решит атаковать нас, а я не успею среагировать вовремя, что, скорее всего, и произойдёт, вся сила и несокрушимая мощь предводителя бесов придётся на дряхлого старичка. Который добровольно примет удар на себя и которого скоро и так здесь не будет.

- Ты бы ничего ей не смог сделать, Жан. Даже если бы знал, что частичка души Дамира теперь живет рядом с тобой. Все ангелы под моей защитой.

В глазах противника я успеваю заметить безумный блеск и вовремя концентрирую свою энергию.

- Зато сейчас сделаю, - угрожающе шипит Жан. - И убью его отродье ещё до того, как он займёт место правителя!

Эффектной силовой волной нас троих сбивает с ног, и мы все одновременно падаем на колени.

В голову мне ударяет тяжёлый адреналин, гася отголоски разума, оставляя внутри меня лишь жестокость, неистовство, свирепость и желание крови.

Всё вокруг меня меркнет, а внимание уже полностью сосредоточено на сопернике. Как в старые добрые времена, когда я лично обучал новоиспеченного беса одному из самых сложных искусств - искусству ментального сражения.

Одной рукой вновь ставлю защитный щит перед Эммой со старцем. Вторую волну, сотрясающую этот безразмерный зал, посылаю на Жана, который безропотно отбивает её. В голове словно стучат молоточки. Сила сознания находится в ещё большем напряжении, чем моё тело.

Я, пытаясь предугадать действия беса, раз за разом отбиваю невидимые удары, которые иногда всё же достигают своей цели, ведь он действует двумя руками, а мне есть, кого защищать. Виски вибрируют, всё вокруг я слышу с каким-то потусторонним грохотом, словно со стороны, полностью концентрируясь на сопернике. Скорость наших ментальных движений возрастает, Жан лишь отплёвывается от моих нападений.

Щёку уже нестерпимо жжёт. И колено болит. Очень. Кажется, вся площадь этого места сотрясается под мощью наших энергий. Столкновение за столкновением. Удар за ударом. Атака за атакой. Расстояние между нами понемногу сокращается, и я вижу перекошенное от злости лицо своего бывшего воина, замечая, как бьёт кровь в его виски, а на губах расцветает дикая улыбка. Иногда мне кажется, что я замечаю вспышки огня, которые, наверное, просто являются игрой моего перетруженного с непривычки подсознания.

Чтобы отбивать сильные, многочисленные и чётко направленные удары Жана, похожие на отточенные движения острых клинков, мне приходится призывать на помощь все свои внутренние резервы.

И я с ужасом понимаю.

Сил недостаточно.

Отнимаю руку, защищающую Эмму с правителем, и направляю в сторону оппонента двойные удары, вкладывая в них как можно больше силы. Лоб Жана уже расцарапан, губа кровоточит, а одно, как всегда оголённое, плечо явно прилично пострадало. Но его сила меньше не становится. Он, словно в агонии, посылает все новые и новые молнии в мою сторону, и я передвигаюсь ровными движениями в бок, намереваясь застать его врасплох. Мои удары не срабатывают, так как я хочу. В конце концов, сражаться его учил я сам. И учил очень хорошо. А совершенствовал своё умение Жан самостоятельно.

Мои выпады, неожиданные удары и тактику он знает издавна. А новые развивал уже без меня.

Мышцы мои начинают дрожать. Я всё чаще бью мимо цели. Всё сливается и кружится в моей голове, но я чётко иду напролом, отбивая невероятный силы удары. Энергия уже нуждается в подпитке, а силы - в отдыхе. Если я проиграю, он убьёт Ивора. И Эмму. Нет сомнений. Он найдёт их и на земле, и на небе. Так сильно он хочет избавиться от меня в борьбе за место, которое мне и даром не нужно, что готов загубить души невинных.

Всё… Руки слабеют. Сознание затуманивается.

Он сильнее.

Мой энергии уже не хватает. Хлесткие удары наносят всё больший урон, и моя аура редеет.

- Папа!

Из-за спины Жана появляется родное лицо. Бес вероломно посылает от себя круговую волну, которую я, разумеется, успеваю отбить только в одном месте. И Ивор падает.

Внутри меня поднимает голову раненный хищник и воет от беспомощности. Даже если бы я хотел приблизиться к сыну, забрать его и отнести сторону, подальше от хлёстких, энергетических ударов, Жан мне этого точно не позволит.

Вдруг отчётливо вижу, что соперник в исступлении прищуривает глаза и снова пытается послать круговую волну. Я, предугадывая крутой манёвр, вновь снимаю щит, успеваю дотянуться и разорвать нечеловеческую силу в нескольких местах. И хоть, разумеется, отрикошетило в меня самого, больше никого не задело.

Противник, замахнувшись рукой, в прыжке посылает зигзагообразные силовые волны, которые бьют не только физически, но ещё и немного притормаживают реакцию того, в кого-то они попали, с грохотом приземляется на пол, опуская ладони в разрушительном ударе, сокрушая все вокруг. Задрожал даже раскаляющийся от нашей битвы воздух.

Внезапно я чувствую слабость в ногах и то, как нежная рука, неся в себе спасительное огненное тепло, скользит от моего плеча до запястья и сжимает мою ладонь.

Внутри меня словно загорелся пожар. Пальцы рук дрожат и не подчиняются мне аж несколько секунд, ноги словно обжигает огнём. И внутри разливается новая сила. Моя собственная, смешанная с силой Эммы. Голова кружится, все свои усилия направляю на то, чтобы Жан не смог пробить мою защиту ни на нас с Эммой, ни на Иворе, и, соответственно, напасть сейчас не могу. Но хуже всего, что защита тускнеет.

Сознание не работает и затуманивается. После любого силового влияния нужна перезагрузка, пусть хоть несколько секунд, но у меня их просто нет. Краем глаза замечаю, что Эмма покачнулась на ослабевших ногах и начала оседать.

Тяжёлый и резкий смех Жана сотрясает поле боя.

- Где же твоя хваленая энергия, силач? Даже воссоединившись с ангелом, ты самый недостойный противник, который у меня когда-либо был.

Наши с ним энергии всегда воспринимали друг друга слишком враждебно, но что поделать, я должен был научить его развивать свою силу. И научил. На свою голову.

Вполоборота разворачиваюсь. Понимаю, что без сознания уже лежат все, кроме нас с Жаном.

Бес, воспользовавшись секундной заминкой, хватает меня за горло и сжимает его так, что дыхание начинает меня подводить, а жар от его руки вот-вот расплавит мне кожу.

- Что тебе нужно? - говорить сейчас крайне тяжело, ещё мгновение, и противник меня точно задушит. - Спокойно не живётся?

- Ты занимал своё место не по праву. Оно должно было быть моим, - с чего это интересно? Своими умениями он обязал мне. Пусть не целиком и полностью, но я научил его многому. А теперь расплачиваюсь не только я.

- Сейчас оно твоё. Мне на него плевать. Я пришёл за сыном, - голос предательски хрипит, а слабость уже распространяется по телу вместе с обесточенной кровью. - И ушёл бы обратно.

- Ваш Архангел сгорел, даже кучки пепла не осталось, - он снова безумно смеётся, а я пытаясь скосить глаза в сторону, понимаю, что Мишеля больше с нами нет. - Кто же твою душу отправит в другой мир кроме меня? - его ментальная хватка крепка, а сам он медленно приближается ко мне. - Никто! Ты уж прости, старик, но только отдельно от тела.

Кажется, его сила настолько велика, что он не справляется и не может держать её под контролем. А его собственная энергия разрушает его изнутри оплавляющими волнами. Другого объяснения я не вижу. Его разум слишком слаб для такой всепоглощающей энергии. Дурак. Силу нельзя развивать отдельно от своего разума. Они должны работать, как одно целое.

Ощущение жжения на горле становится нестерпимым, мне кажется, ещё немного т Жан подпалит мне глотку.

Рука болит неимоверно от его прямых попаданий.

А соперник лишь играючи подхватывает меня в воздух. Хоть я и сопротивляюсь из последних сил, противник, используя широкий замах, откидывают меня в сторону, нестерпимо ударяя по спине вдогонку. Чувствую какую-то горячую жидкость на своём плече и понимаю, что Жан ещё и бросил в меня чем-то острым. И теперь, очевидно, во мне зияет кровоточащая рана... Ощущаю себя попавшим в ловушку слабаком. Я не могу защитить свою семью... Тюфяк.

Начинаю задыхаться и понимаю, что уже не успеваю за своим сознанием, сила, переданная Эммой, вытекает вместе с кровью, а я ничего не могу сделать.

Неужели он победит...

Усилием воли концентрируюсь и пытаюсь собрать жалкие остатки своей энергии. Резко отбиваю очередной удар, но теперь организм использует свои резервы не по назначению, а стараясь забить дыры в моём ослабевшем организме.

Из последних сил создаю защиту по своей стороне и слышу справа от себя какое-то копошение. Что же ещё придумал этот чёрт?!

Пытаюсь подсобраться и быть готовым к наступлению с обеих сторон, но тут же понимаю, что это не враг. Это Ивор. Он едва заметно пробирается ко мне между осколками и завалами. Дотрагивается до меня, и я тут же чувствую резкое тепло, которое начинает набирать температуру. И вот мне уже кажется, что сейчас я стану счастливым обладателем нового ожога, но внезапно вся боль пропадает, как будто её и не было, уступая место лишь свежим приливам тёплой энергии, которую мне успела передать Эмма.

Семья, оказывается, самая великая сила. И она тоже защищает меня.

Я в растерянности смотрю на сына целое мгновение и отгоняю от себя абсолютно непрошеную мысль.

Как же это могло получиться? Это же мой сын, мой Ивор...

- Пап, нет времени сейчас. Давай! Ну давай же!

Всё происходит в доли секунды.

Выхожу из транса как раз вовремя. И успеваю перехватить направленный на меня уничтожающий луч, отбивая его обратно со свежими силами, посылая в ответ новую атаку и ряд многочисленных силовых потоков. Жан, разумеется, отбивает их, но они успевают его задеть. Такого он от меня не ожидал.

Он призывает свою энергию и бьёт в ответ.

Наши силовые лучи скрещиваются, и каждый из нас максимально концентрирует свою энергию, чтобы смять своего соперника, а сверху добавить ещё более сильную разрушительную волну. Стиснув зубы, ментально давлю на своего соперника. Вижу его перекошенное от усилий лицо. С распухшими венами, искажённое злобой и каким-то безумием. Глаза блестят, а всегда вертикальный зрачок теперь занял собой всё пространство, затмив чёрной бездонной мглой такие обычные, свойственные нам оттенки горящего зарева. И тут я явственно ощущаю, что зверь поддаётся, он прогибается! Мигом посылаю тяжёлый, колющий разряд вкруговую, от которого Жан не успевает отвернуться, и бес, чуть покачнувшись, заваливается на бок. А наши с ним скрестившиеся энергии разбиваются на тысячи осколков и по инерции отскакивают прямо в него. Противник, удивлённо вскидывая брови и поднимая руки вверх в желании послать новую волну, к которой я теперь всегда буду готов, падает на спину и чувствует горячую волну новой обрушенной на него силы. Его аура становится почти прозрачной. Он слабеет. Силы оставляют его, а воздуха уже не хватает. Но мне и этого мало. Совершаю последний, контрольный удар в голову, чтобы сознание Жана больше никогда о себе не напомнило...

Глава 20

Не мигая, наблюдаю за огнём. Чувствую внутри себя такую силу, такую умиротворённую энергию, что, кажется, у меня получится даже пёрышко мысленно сдуть. Или раскидать армию бесов одной ударной волной. Смогу горы свернуть. Это дарит невероятное спокойствие и безмятежность. Напряжение уже освободило моё тело.

Рядом сидит Эмма, так же, как и я, с непроницаемым лицом созерцая, как горит огонь. Она тоже уже успела восстановиться.

Мишеля больше нет. Он просто растворился в слабых воздушных потоках, не сохранив после себя никакого напоминания. Почти никого.

С Жаном тоже теперь всё ясно. Его могущество вышло из-под контроля. Он пошёл на убийство, переступив через законы миров, и его сила стала высасывать его же энергию, часто переставая слушаться и подчиняться воле своего хранителя.

Я устало прикрываю глаза, пытаясь размышлять.

О случившемся. О себе. Об этом мире. Обо всем...

В душе играет медленная, расслабляющая мелодия. Кажется, я снова сбился с пути. Опять моя до чёртиков, до последних шестерёнок отлаженная жизнь круто меняет своё течение.

Моей руки дотрагивается Эмма. Открываю глаза и чувствую сладкую дрожь.

Она моё продолжение. Сказать, что я её люблю - и это будет обман. Потому что я не знаю, что такое любовь. Но моё чувство не похоже ни на что. Полная сознательная зависимость. Она та часть меня, которая хранит мою силу. Которая чувствует меня, как себя. Которая смотрит на меня так, словно кроме нас больше нет никого вокруг. Которая будет только со мной, иного я ей не позволю. Та, которая поднимается и медленно обходит моё кресло. Встаёт за моей спиной. Которая мягко поглаживает чернильные росписи на моих плечах. А от её прикосновения я вновь чувствую едва уловимый холодок...

Ивор вылечил мои раны. Все.

Теперь он здешний правитель. Он - местр. Всевышний.

Отныне для всех он - Архангел Ивор. Но только не для меня, даже если моему сыну суждено остаться здесь.

Но я здесь жить не хочу. Пусть на земле я проживу намного меньше лет. Пусть вся моя сила вновь будет заперта внутри, и вряд ли я когда-то снова ею воспользуюсь. Это уже неважно. Мне посчастливилось побывать в двух мирах. Насладиться обеими жизнями. Но сейчас мой выбор очевиден.

Мне не нужна эта сила. Я больше не хочу никем командовать. Я хочу быть частью другой жизни. Той, где много красок. Где жива природа. Где слышно дыхание ветра. Где морские волны бьются о скалы, отзываясь музыкой в моей душе. Где каждое утро начинается восходом солнца, обещая новый день. Где после наступления ночи я восстанавливаю свои силы не потому, что у меня их кто-то отнял или я отдал их «добровольно», потому что должен был. А потому что это и есть настоящая жизнь. Я хочу чувствовать запах свободы. Наслаждаться красотой своего мира. И пусть отрезок моей жизни уже наполовину прожит. Пусть будет так. Мой ангел со мной. Она меня никогда не оставит. Я знаю.

Но здесь мне больше делать нечего.

- Дамир? - звук моего загрубелого имени любовно ласкает уже напряжённый слух мягким голосом.

- Я не хочу здесь жить... - понятия не имею, как она воспримет всё то, что я должен ей сказать. - Этот мир давно уже стал для меня чужим. Я стремился на землю к тебе, стараясь отыскать среди бесчисленного количества чужеродных энергий. Я проникся новой жизнью. Но благодаря Жану, тебя там не стало. Мой зов оставался без ответа. Я потерялся. И прибился к чужому берегу. Прости за это.

Мне кажется, я смотрю в пустоту. В один день всё так изменилось, что уже и сам не знаю, кто я теперь.

Ангел вновь огибает моё кресло и становится рядом. Дотягиваясь руками до моей талии, она, не отрываясь, смотрит на меня. Её ровное дыхание придаёт мне уверенности.

- В этом нет твоей вины. Что ты чувствуешь сейчас?

- Растерянность. Я знаю, ты тоже привыкла к своей новой жизни. Жизни наверху.

- Я не привыкла. Я всего лишь забыла прежнюю.

Жёстко смотрю в её глаза цвета неба, пытаясь понять, о чём она думает. И увидеть её истинную реакцию.

- А если я напомню?

- Нет.

- Нет? - разочарованно чеканю.

- Я хочу, чтобы ты научил меня жить заново.

Снова прикрываю глаза. На этот раз от нахлынувших эмоций, которые мягкими движениями будоражат мою силу. Словно капля, упав в воду, распространяет вокруг круги.

- Но ты не сможешь забрать сына, Дамир. Он изначально был предназначен этому миру.

Неотрывно смотрю ей в глаза, чувствуя, как многогранные омуты затягивают меня в свою глубину, заставляя утопать в мягкой нежности.

- Я не верю. До сих пор не верю. Он всего лишь маленький мальчик... - горестно качаю головой.

- Маленький мальчик с силой, которой больше в этом мире не обладает никто. Маленький мальчик с грузом знаний и ответственности, переданной бывшим правителем. Ты должен это принять, Дамир. Его место теперь здесь.

- Но как я могу от него отказаться? Он ведь мой сын. Мой, понимаешь?

- В этом я ничем не смогу тебе помочь. Смириться и отпустить его ты должен сам.

Эмма поднимается с колен и вновь занимает своё место, а я провожаю её глазами.

- Даже если ты решишь остаться здесь, - она вновь внимательно смотрит на огонь, вслушиваясь в грустный треск, - как раньше уже не будет.

Я отворачиваюсь от неё, сначала чувствуя родную энергию, и только потом уже замечая приближающегося сына. Внутри он теперь другой. Безграничной силы всевышний. Местр.

Ивор, приблизившись, погладил Эмму по голове, не отрывая взгляда от моего лица. Что он там видит? И что сам чувствует? Насколько он повзрослел за один день? Насколько тяжёлый груз отныне ему придётся нести на своих плечах?

Сын удивляет меня неожиданным ответом.

- Очень тяжёлый. Очень, - он убирает руки в карманы и смело смотрит на ангела.

- Оставь нас, пожалуйста, - даже одна эта фраза говорит мне о том, что передо мной уже не ребёнок. Он так никогда раньше не выражался.

За Эммой тихо закрывается дверь, и мы остаёмся с Ивором наедине.

- Ты умеешь читать мысли?

- Умею. Мишель передал мне эту способность.

- Но как?

- Он сказал, что родные души имеют такую возможность.

- Родные... - это слово режет по живому где-то глубоко внутри. - Удивительно. Все пять лет я считал, что кроме меня, у тебя больше нет родных. А теперь получается, что я тебе никто.

- Не говори так. Ты всегда останешься для меня самым родным.

Он мысленно дотрагивается до моего плеча. С ума сойти. Он ещё и ментал.

- Ты теперь, очевидно, знаешь и умеешь больше, чем я.

- Намного больше, пап.

- Почему же ты не помог мне с Жаном, если ты теперь всемогущий?

- Мишель передал мне часть своих навыков, знаний и мудрость. Но не силы внутренней энергии. Её мне придётся наращивать самостоятельно. Против Жана я бы не выстоял.

Вглядываюсь в эти глаза, которые освещали мне путь последние годы.

- Что намерен делать? - задаю первый отстранённый вопрос, который мне пришёл в голову.

- Сначала нужно успокоить всех недовольных.

- Это слова истинного правителя, Ивор. Предназначенного этому миру.

Передо мной стоит мой сын. Внешностью совсем ещё ребёнок. Но внутри него мудрость длиною в несколько жизней.

А из моей собственной ему суждено исчезнуть навсегда.

Из ниоткуда в моей голове берётся мысль, что нужно встать. Как только я это делаю, сын тут же прижимается ко мне.

- Ты мог бы занять своё прежнее место, пап.

Я мысленно, но твёрдо произношу: «Нет».

«Хорошо», - влетает в мой мозг ответная фраза. И я чувствую, что улыбаюсь. Он достоин. Действительно достоин этой безраздельной власти. Я уверен.

- Я возвращаюсь вниз, сын. Эмма остаётся со мной.

- Я уже знаю. Когда хотите оставить этот мир?

- Как можно быстрее. Скажи только. Я буду тебя помнить?

- Нет, не будешь.

Я отвожу взгляд в сторону, потому что привычных твёрдости и решительности там не осталось. Ну невозможно добровольно отказаться от своего ребёнка! Не бывает такого!

- Но зато тебя всегда буду помнить я. Пусть и никогда уже не стану прежним.

Я даже уже и не сосчитаю, сколько мне лет, потому что дни в наших мирах протекают по-разному. Но с высоты двух своих прожитых жизней я могу дать один очень дельный совет стоящему передо мной истинному правителю.

- Выбирай себе достойных и верных соратников, Ивор.

- Я постараюсь, пап. Я постараюсь.

Смотрю на него, пытаясь запомнить каждую чёрточку его лица. Заранее зная, что мне этого не дано. К сожалению.

ЭПИЛОГ

ИВОР

Привычно тренируюсь и равномерно распределяю энергетические потоки по своему расслабленному телу, чувствуя тёплые волны и характеризующиеся лёгким покалыванием оттоки сил. Иногда мне кажется, что я уже достиг высшей ступени в искусстве владения собственным телом и разумом, но искать гармонию между ними приходится постоянно.

Я уже во много раз приумножил мощь, добровольно переданную мне когда-то. Это было очень давно. Мишель разом раскрыл передо мной многие тайны. Поведал об устройстве миров и таинстве распределения энергии, предостерегая о всевозможных опасностях, которые меня обязательно будут ожидать в будущем.

Но самые ценные слова я всё же услышал не от старика.

«Выбирай себе достойных и верных соратников, Ивор».

Пожалуй, лучшего совета дать невозможно.

Сколько лет должно пройти, чтобы осознать простые истины, одинаковые во всех мирах?

Я не знаю. Наверное, много. Намного больше тех, что я уже живу и правлю в верхнем мире.

Отец…

Как сейчас помню родной взгляд, скользящий по моему лицу. Папа мысленно дотрагивался до моей кожи, словно пытался высечь в памяти мой образ, отпечатать его в собственном сознании, потому что память - штука крайне ненадёжная.

Я всегда старался следовать одному из главных советов в моей жизни.

За прошедшее время я непозволительно часто мысленно возвращался в тот самый день, когда пограничная черта между нашими мирами разделила нас, оставив родных людей по разные стороны.

Я не виню отца за его выбор. Даже несмотря на то, что мне бы искренне хотелось, чтобы он был другим.

Сейчас прошло уже много лет, и отец с Эммой, должно быть, навсегда покинули нижний мир, но для меня они навсегда останутся живыми и молодыми. Такими, какими я видел их в последний раз здесь.

Я помню всё. До последнего взгляда и вздоха. Всё, что происходило со мной в ТОТ САМЫЙ день.

Как я проснулся ночь от ощущения бесконечного падения. Как передо мной предстал незнакомый седовласый старик, ошарашив меня ответами на мои невысказанные вопросы, коих тогда в моей голове был целый рой.

Как кончики моих пальцев впервые начало покалывать от неведомых мне сил и жечь запястья и затылок.

Как с приоткрытым ртом я сидел и слушал повествование о верхнем мире, в котором находился, который отныне я должен защищать и которым буду управлять.

Как я неожиданно уснул, а когда проснулся, всё вокруг меня сотрясалось от яростного сражения, в котором умирал мой родной отец…

Как я стоял перед самым близким для меня человеком и, несмотря на страх, груз ответственности на плечах и неверие в собственные силы, я настойчиво и упорно мысленно внушал папе не делать глупостей и, отметая в сторону все лишние сомнения, возвращаться вместе со своей второй половиной в мир, который стал ему домом.

Как я с грустью смотрел им вслед, навсегда запоминая яркость и внутреннее свечение родных душ. Их силу и привязанность друг к другу.

Я провожал их слабыми переливами собственной энергии едва уловимым мерцанием. В тот момент я запоминал их тепло и очертания навечно.

Я провожал их души навсегда. Уже тогда я понимал, что мы вряд ли когда-то увидимся вновь. Потому что они свой выбор сделали, пусть и при моём непосредственном участии. А я сделал всё возможное, чтобы этот выбор принёс им счастье и безбрежную радость ещё много лет.

Я провожал их души навсегда, немного щурясь от яркого света новой, уже тогда зародившейся внутри бывшего ангела верхнего мира жизни. Той самой жизни, к которой стремится каждая одинокая душа.

И я искренне надеюсь, что все прожитые годы они были счастливы. Потому что ничто в этом мире не вечно. Всему рано или поздно приходит конец. И то, как мы его встретим - с высоко поднятой, гордо посаженной головой или с затравленным, потускневшим взглядом - только наш осознанный выбор.