Путешественник Книга 1

Глава 11 Возвращение

Поминальный вечер продолжался в тесной комнате, где ребята расположились на каждом свободном кусочке пространства, передавая один стакан на всех с алкоголем.

— А вот чтобы вы сделали, если бы Оболенский вернулся? — неожиданно задала вопрос захмелевшая Лиза. — Я бы сразу же позвала его на свидание.

— Стоп, он занят, Леня должен на мне жениться. Сегодня утром видела его в трусах и чуть не описалась от одного вида. У него очень красивые, как море глаза, а остальное вы могли оценить в бассейне, — заплетающимся языком Вера продолжила вслух мечтать.

— Не думаю, что он захочет жениться, особенно на потомственной ведьме. Я с трудом, но прочла его мысли. Хочу узнать поближе этого парня, найти общие точки соприкосновения. Он очееень крепкий орешек, — закатила глаза менталист, томно вздыхая.

— Я бы снова попробовал загипнотизировать и выведал все его тайны, — ребята с удивлением посмотрели на Саню Смирнова, — когда пойму, что скрывает, то смогу стать ему лучшим другом.

— Мне он понравился, как соперник, — перехватил эстафету Максимилиан Трубецкой, — отточил бы свой дар предвиденья, ведь парень слишком непредсказуем в бою.

— Я бы подтянул навыки самообороны, взял бы реванш. Обязательно при помощи дара смог бы его уложить на обе лопатки, — Сергей Ефимовский спал и видел, как он берет вверх над спарринг — партнером.

— А я бы хотел с ним напиться. Ну и поинтересовался, в чем его секрет, что он пользуется успехом у девчонок. А то выглядит так себе, а вы только о нем и треплетесь весь вечер, — Петр Татищев укоризненно посмотрел на сокурсниц. Он искренне их не понимал, и это его расстраивало.

В этот момент, когда все остальные ученики давно спали, в замке со скрипом провернулся ключ. Ребята замерли, уставившись на медленно открывающуюся дверь. На пороге стоял живой Оболенский. В комнате воцарилось гробовое молчание…

— А что вы тут у меня забыли? — осмотрел разбросанные повсюду пустые бутылки и удивленные лица всех тех, кого оставил в лесу.

— Псих, ты случайно, не призрак? — первым попытался до меня дотянуться Максимилиан.

— Вроде нет, зачем вы пришли в мою комнату? — совсем нельзя оставить вещи без присмотра, все лежало не на своих местах.

— Как ты ввернулся назад? Ведь начальник ссказал, что ты ппропал в зоне отчуждения, — снова от волнения заикаясь, задал вопрос Смирнов.

— Нет, я побежал догонять сбежавшего монстра, потом смог убить, оставив в лесу. А еще нашел Клавдию, она сейчас у себя, — ребята по-прежнему смотрели на меня с недоверием, словно мертвец вернулся с того света. — А вы, случайно, не поминали меня?

Кажется, попал в точку, слишком многие опустили глаза. А я не знал, как всех выпроводить восвояси, сильно устал и хотелось поспать. В какой-то момент до каждого, наконец-то, дошло, что с их однокурсником ничего не случилось. Они подскочили разом, пытаясь меня обнять. Вот такого панибратства я вообще не люблю. Но меня спросить об этом забыли. Я начал отступать в коридор. А ребята, словно пьяные зомби, выползали вслед за мной, тянусь ко мне своими руками. Оказался словно в низкобюджетном триллере «Пьяные зомби». Всё же взяли меня числом, обвешавшись со всех сторон, как гирлянды на елке. Я молча ждал, когда у них эйфория пройдет. Парни хлопали меня по спине, словно мы были закадычными друзьями. Девушки пытались поцеловать, размазывая остатки туши по раскрасневшимся щечкам. Я уворачивался и терпел. Знал бы о такой подставе, остался бы ночевать в лесу, разведя костер. Но вскоре всплеск бурных эмоций сошел на нет, и все стали расходиться в свои комнаты. Последним задержался Серега, поблагодаривший еще раз за сестру и в третий раз переспросил, все ли с ней в порядке и не нужна ли его помощь. Я его заверил, что девушка невредима, отправил с бодуна отсыпаться.

В комнате царил хаос и погром, а еще сильно воняло спиртным. Пришлось убираться за однокурсниками и проветривать комнату, впустив свежего воздуха. Когда немного проветрилось, принял душ и завалился на боковую. Надеюсь, что с возвращением меня и Клавдии училище продолжит работать в штатном режиме, так что все проблемы учеников удалось решить своевременно. Постарался больше ни о чем не думать, день выдался трудным, я быстро заснул…

В кабинете императора Алексея Николаевича шло экстренное собрание по поводу пропажи уже двух учеников. На его стол легли отчеты исследователей, вернувшихся из зоны отчуждения. Здесь не было ничего нового, зона оставалась в прежних размерах, расширения не произошло. Тогда становилось вообще непонятным, куда подевались ребята. Предположения выдвигались одно фантастичнее другого. Поэтому император торопиться с выводами не стал. Работу училища приостанавливать тоже пока не имело смысла. Завтра нужные специалисты выдвинутся на секретную учебную базу и скрыто проведут расследование в училище. Поспрашивают учеников, установят близкие связи с пропавшими и доложат ему о проблеме. Может, в училище завелся маньяк, который убивает ребят, а может, они сами решили сбежать в силу каких-либо проблем с однокурсниками. Всякое может быть, надо все досконально проверить. Экстренное собрание пришлось свернуть до выяснения новых обстоятельств дела…

С утра училище продолжило работать в штатном режиме. Первым уроком стояло развитие магии, на которое чуть было не опоздал. Завтрак проспал, так как вернулся сравнительно поздно, да еще и убираться пришлось. Вернул себе прежний вид очкастого ботана и вприпрыжку добрался до закрытого полигона. Как ни в чем не бывало прошел к собравшимся ребятам, ждавшим учителя. Он тоже не спешил прийти на урок. Вероятно, до ночи обсуждали с начальством новое положение дел в связи с пропажей учеников. Моих ночных гостей по-прежнему не было, видно им нелегко с бодуна. Похмелье — дело нелегкое. Остальные сокурсники были не в курсе нашего Крестового похода, поэтому смотрели на меня по-прежнему с пренебрежением.

— Чем сегодня будешь нас удивлять? Или просто посидишь в сторонке на лавочке? Ты ничего не сможешь сделать против меня, но я бы хотел с тобой выйти на магический спарринг, — это ко мне обратился Бухгалтер, у которого я якобы занял денег. Мишка Абрамович был наполовину евреем и слыл страшным занудой, душнилой, от которого хотелось уснуть. И дар у него был аналогичный, нет, несвязанный с материализацией денег, о котором мечтал. Он был Морфеем, повелителем сна, так он себя пафосно называл. И точил на меня зуб, что дал ему не то прозвище, какое хотел. Хотя деньги он тоже любил считать, особенно не свои. Проворачивал в училище мелкие финансовые сделки и махинации, слыл наглым ростовщиком. Вот и придумал для меня историю, которую никто не смог бы проверить. Я знал одно правило, когда даешь позывной, оно не должно отражать специфику, дабы противник не догадался о возможностях. Поэтому придумал клички ребятам никак не связанные с их даром.

— Да не вопрос, как только учитель появится, можешь вызвать меня на арену, — сейчас мне было до всего фиолетово. Свой дар я понял и принял, и он никак не был связан с проклятиями. Поэтому не боялся больше его раскрыть. Подумаешь, усыпит, посплю еще немного до окончания урока под неусыпным наблюдением учителя. Бравировать больше не собирался, решил снова превратиться в обычного ничем не примечательного ученика.

В этот момент на полигон зашел Самуэль Гаврилович и окинул тяжелым невыспавшимся взглядом собравшихся ребят.

— Почему так мало народа, где остальные прохлаждаются? Хотят получить неуд в конце семестра? — он недовольно посмотрел на учеников, словно в отсутствии других были они виноваты. Потом его взгляд остановился на мне, и вот тут учитель проснулся, начав активно протирать очки, явно не доверяя своему зрению.

— Оболенский? Какого черта явился на урок? — ученики странно на меня посмотрели, не понимая логику своего преподавателя. — Тебя же здесь не должно быть.

— Это еще почему? Меня вроде еще не отчислили, — еле сдерживал смех, стараясь держать покерфейс.

— Ты, чертяка живой, как сумел выбраться? — Самуэль Гаврилович, аки молодой козлик живо подскочил ко мне и начал ощупывать, еще не до конца веря в происходящее.

— Я и не пропадал, просто продолжил погон…ммм…прогулку по лесу, после вернулся в общежитие, — настроение у учителя магии из хмурого в одночасье стало радостным. Словно он встретил любимого дальнего родственника, привезшего из другой страны кучу дорогих подарков. — Вернулся вчера не один, смог отыскать проп…прогулявшую занятия Клавдию.

— Мать моя женщина, да прям рождество какое случилось. Сегодня можете сами потренироваться в магии, без применения друг на друге. А мне необходимо обрад…поставить в курс дела Ивана Гелиевича, он места себе не находит. Оболенский за мной, — учитель быстро засеменил на выход с полигона. Я поплелся за ним, с сожалением глядя на Морфея, обещавшего мне сладкий сон…

Начальник Иван Гелиевич пребывал в дурном расположении духа. Его карьера, его детище — секретное училище для одаренных могло прекратить свое существование, возможно, на неопределенный срок, а возможно, и навсегда. Честно, он уже не надеялся, что после пропажи двух учеников его снова восстановят в должности начальника, скорее отправят на заслуженную пенсию. От этого сильно хотелось напиться, но скоро прибудут органы следствия, с которыми предстоит непростой разговор. Вчера выяснилась из вечернего разговора с главной целительницей одна неприятная вещь. Пропавшую три дня назад девушку Клавдию последним как раз видел Оболенский, который тоже пропал в лесу. Это могло быть простым совпадением, а могло под собой иметь основание. Что за этим могло стоять, начальник не знал. Вечером из столицы позвонили и доложили, что расширения зоны отчуждения зафиксировано не было. И это наводило на определенные мысли, которые Иван Гелиевич гнал из своей головы. В этот момент в кабинет постучали, на пороге возник учитель магии, старый приятель, с хитрой улыбкой на лице. Начальнику видеть сейчас никого не хотелось, особенно радостную физиономию мага.

— У тебя же урок, у этих, первокурсников. Их же оставлять нельзя без присмотра, вчера успели натворить делов, — раздраженно упрекнул начальник Самуэля Гавриловича.

— Так у меня сюрприз, та-дам, входи Оболенский, — старый маг, словно фокусник, материализовал одного из пропавших учеников. Из-за двери реально вышел живой и здоровый Оболенский младший. Конев немного завис, словно компьютер на перезагрузке, мозг не сразу обработал новые данные.

— Так ты не пропал в лесу? Что же произошло, почему мы тебя не нашли? — наконец-то отвис начальник училища, широко улыбаясь. От плохого настроения не осталось следа. — Рассказывай все в подробностях.

Парень спокойно, без эмоций пересказал досконально, с деталями, все вчерашнее приключение. Словно это не он сражался со страшным монстром, не он его убил, не он заплутал в лесу, когда бежал за зверем. И не он отыскал замерзшую девушку, сумевшую выжить в лесу, оставшуюся в живых только чудом. Даже документальный фильм рассказывают гораздо эмоциональнее. Такое нордическое спокойствие несвойственно обычным подросткам. Это как-то выбивалось из привычной картины мира. Точно так же, как возвращение сразу двух учеников, следов которых никто не смог обнаружить.

— Я могу пойти на занятие? — даже после пережитого шока, парень готов был снова вернуться к привычному ритму жизни.

— Может тебе сегодня лучше отдохнуть или сходить к нашей целительнице? — на всякий случай предложил начальник, не понимая поведения Оболенского. Вдруг это кажущееся спокойствие — последствие пережитого шока.

— Со мной все в абсолютном порядке, готов продолжить учебу. Разрешите идти? — начальник кивнул, разрешая удалиться. Когда за ним закрылась дверь, он тяжело откинулся на спинку стула, словно из него вытащили внутренний стержень, и теперь тело обмякло без привычной поддержки. Ну или просто свалился тяжкий груз с плеч.

— Иван, по твоему виду не скажешь, что ты рад разрешившейся трагедии, — учитель магии с упреком посмотрел на руководителя и своего старого друга.

— Рад, еще как рад. Вот только этот Оболенский меня пугает, словно он солдат, прошедший не одно сражение, или сумасшедший психопат, ко всему относящийся равнодушно. Он вообще человек? — это был риторический вопрос, но Самуэль Гаврилович все равно на него ответил.

— На психопата он непохож, но утверждать не буду. Людей сторонится, никого не подпускает в свой внутренний мир, друзей нет, но равнодушным к чужим проблемам я бы его не назвал. Он же пошел в лес, чтобы спасти девушку, рискуя собой, — встал на защиту парня учитель магии, — возможно, он социофоб, но не классический. Точно могу сказать, людей он не боится, просто не любит. Тревоги в нем не чувствую, ему все равно, что про него окружающие подумают. Идеальный, по моему мнению, шпион, не обремененный лишними социальными привязками, из-за которых многие прогорают.

— Значит, присмотрим за ним, возможно, из него и получится неплохой диверсант, попробуй раскрыть в нем дар. Погоняй столько, сколько потребуется, — начальник улыбнулся, беда чудом обошла стороной. Закрыв за другом дверь, теперь уже решил немного себе плеснуть для поднятия тонуса. Предстояло еще разгрести последствия чрезвычайного происшествия.

Первыми прибыл следственный комитет, вошедший в кабинет начальника, как к себе домой, без оповещения и стука. Они сразу же приступили к допросу, не реагируя даже на то, что неприятная ситуация завершилась и пропавшие ученики вернулись в училище. Следователи были похожи на бульдогов, которым дали отмашку фас, и не собирались сворачивать свою деятельность. Пришлось Ивану Гелиевичу долго давать показания, с трудом подавляя агрессию. Когда все формуляры были заполнены, один из комитета достал две папки с личными делами учеников и бросил их на стол перед начальником.

— Вам велено ознакомиться, но под грифом конфиденциально. Никому информацию из этих дел вы не имеете права рассказывать, — начальник знал, что такое конфиденциальность, и глядя на две разные папки, догадался, что в них не будет ничего хорошего. Он кивнул, глядя, как дверь за комитетом захлопнулась. Сейчас эти верные псы империи начнут рыть носом землю, и многое могут обнаружить. Стул под начальником снова начал раскачиваться, любой новый промах мог сильно отразиться на репутации.

Он перевел взгляд на две лежащие папки на столе. Одна была тонкой, на ней стояла фамилия Клавдии, однако знакомая, Ефимовская. У начальника задергался глаз, здесь девушка училась под иной фамилией и не была дворянского происхождения. Но переведя взгляд на пухлую папку Оболенского, он вообще сглотнул, понимая, что секреты этого могущественного рода узнавать совершенно не хочется. Но, как начальник, он нес ответственность за своих учеников и должен был знать, с кем ему предстоит иметь дело. Начал он с нижнего семейного белья девушки, догадавшись, что она внебрачная дочь графа Ефимовского. А ее получается брат учится в одной группе с Оболенским. Клубок связей ребят начинал запутываться, сейчас уже все казалось непростым совпадением. Изучив тонкую папку, отложил ее в сторону. Все было банально, интрига молодости. Пододвинул пухлую папку, открыв, стал читать. И чем дальше он погружался, тем сильнее Коневу все не нравилось. Оболенский с самого детства был темной лошадкой, выросшим без матери под гнетом властного отца и сменявшихся, как перчатки, мачех. Много странных инцидентов происходило с самого детства вокруг Оболенского, словно он притягивал к себе неприятности. Случались и пропажи парня, видно, пытался сбежать от отца, и попытки суицида, и даже лечение в психиатрической больнице. Вот только диагноз парня стоял под вопросом, сам профессор психиатрии сомневался в определении. То ли социофоб, с признаками социопата. То ли социопат, с признаками ПТСР (Посттравматическое стрессовое расстройство). Его клали в лечебницу для душевно больных целых три раза. И каждый раз пациент вел себя иначе, словно менялась его личность и сама болезнь. К ребенку был применен гипноз, при помощи которого заблокировали часть травмирующих воспоминаний и рекомендовали не провоцировать на сильный стресс.

— Мда, а вчерашний бой с монстром входит в разряд сильного душевного потрясения? — сам себе задал начальник вопрос. Но чем дальше он вникал в жизнь парня, тем выше поднимались брови. Повидавший многое Иван Гелиевич не знал, как к этой информации относиться. А еще почувствовал, что взял к себе в ученики бомбу замедленного действия, которая неизвестно, когда может рвануть.

— Может, и не надо в нем открывать пресловутый дар? Ему бы уйти от отца и зажить жизнью простого обывателя, — начальник сочувствовал бедному пареньку и теперь не знал, как тому помочь, ведь уже дал обещание старшему Оболенскому…

Подписываемся на автора, ставим лайки, заглядываем в профиль, где есть еще интересные циклы: https://author.today/u/id22576406

Экзамен на ангела: https://author.today/reader/445637/4135840

Хрономаг на каникулах (4 части): https://author.today/work/331762

Грелка (1–3) части: https://author.today/work/272162