Путь одиночки

Пролог

– Кто там ещё остался из соискателей? – сердито спросил Борис. – Заканчивать пора, на банкет опоздаем.

– Некий Мирослав Корнев, – проворчал угрюмый Сергей.

– Это что за ноунейм? Псевдоним такой? – язвительно поинтересовалась Марина.

– Судя по паспортным данным, подлинное имя.

Сергей устало и лениво посмотрел на рукопись. Ему, равно как и другим собеседникам за столом, изрядно опостылела обязанность знакомиться с произведениями конкурсантов. Но раз вошли в состав жюри, терпели – взамен пообещали банкеты (всё включено за счёт организаторов) и поощрения.

– Интересно, что за деревня, где подобные имена ещё сохранились? – спросила Марина. Её лицо выражало скорее отвращение, чем любопытство.

– Обратный адрес стоит «село Лазо, Приморский край». – Сергей ближе придвинул стопку распечатанных листов, глянул на данные автора. – Судя по фото, типичный деревенский мужлан.

– Я смотрю, в писатели за последние годы лезут вообще все, неважно, есть у них филологическое образование или нет, – ворчливо сказал Борис. Он сдвинул брови и нервно подкрутил левый ус.

– И про что пишет сей самородок? – Марина устало откинулась на спинку удобного стула. Она внимала собеседникам вполуха.

– Если честно, я едва осилил половину романа. – Сергей протянул листы Марине, но журналистка, отмеченная десятками премий, не взяла их в руки, брезгливо отстранилась. – Перед нами банальное произведение про сельчан. Они отстаивают памятники архитектуры, построенные в годы основания Лазо, но бизнесмен настаивает на их сносе, чтобы строить современные особняки. Ближе к середине романа сельчане добиваются сохранения древних домов, но на этом не собираются останавливаться, настаивают на создании в регионе народного вече.

– Боженьки, какой архаизм всё ещё существует в двадцать первом веке! – Борис закатил глаза.

– Я тоже негодовал, когда дочитал до этого места. Дальше мне стало неинтересно. Сюжет, если честно, никакой.

– И вдобавок плагиат на «Аватара», – высказалась Марина, чем вызвала удивлённые взгляды мужчин. Она сделала выразительную паузу прежде, чем объяснить: – В фильме жители Пандоры отстаивают свои древние традиции и добиваются успеха. Но в кино масштаб галактический, а здесь – сельский, потому и неинтересно. Неужели его роман опубликуют?

– Как ни странно, да, – подтвердил Сергей, – одно мелкое издательство выпускает серию про жизнь в глубинке. Но если даже роман напечатают, у него нет никаких шансов получить нашу премию.

– Естественно, с подобным сюжетом я не собираюсь присуждать ему приз – даже поощрительный, – решительно заявила Марина.

– На этом и закончим, а то всё без нас съедят и выпьют, – подытожил Борис. Он поднялся из-за стола и не обратил внимания, что задел и уронил листы с рукописью.

Никто из уходящих участников жюри, представителей окололитературной элиты (сами давно ничего не писали, кичились прошлыми заслугами, в своё время купленными «по блату»), не потрудился поднять с пола отрывки из произведения. Лишь уборщица сначала поворчала, а затем заинтересованно взяла в руки упавшую распечатку романа. Она со слезами на глазах вспомнила прежнюю жизнь в подмосковном селе, прежде чем переехала в столицу. С тёплой ностальгией и щемящей грустью в сердце она села читать роман.

Спустя много лет роман Корнева станет классикой литературы.