Глава 6

Путь от Шилина до провинции Юга занимал шесть дней, а от границы до Халоя – ещё неделю. В планах было облегчить путешествие от границы, продолжив его верхом. Это с сочувствием рассказала мне Риша, когда я выбилась из сил буквально после первых четырёх часов ходьбы. И проблема была не столько в моём зрении, сколько в истощении. Я еле переставляла ноги и спотыкалась о каждый корень, быстро начинала потеть на холмистой местности, дыхание становилось хриплым. Мне постоянно не хватало воздуха, хотя погода в последний весенний месяц стояла тёплая и свежая. Рассматривая окружающую зелень, я старалась не думать о том, как давно погибли дедушка, Джун и остальные ученики храма, не позволяла сознанию подсчитывать, как долго Эйден держал меня взаперти.

В первый же день стало ясно, что я всех сильно задерживаю. Шин кинул свою сумку Калиду и предложил мне залезть к нему на спину. Я устыдилась, почувствовав себя обузой, но старший лишь рассмеялся, когда с многочисленными извинениями я обняла его за шею, приняв помощь. Тот с лёгкостью подхватил меня под колени и поднял вверх.

Шин всегда был самым крупным, он на полголовы выше Раяна, не говоря уже о Джуне и остальных.

– А ведь раньше тебя так только Раян носил. Как думаешь, он разозлится, узнав, что ты променяла его спину на мою с такой лёгкостью? – шутя пробормотал Шин, пару раз подбросив меня и перехватив поудобнее.

Риша обернулась, мне показалось, что я различила улыбку на её лице. Внезапно воспоминания о Раяне и Джуне накатили с новой силой, и я спрятала собирающиеся слезы, уткнувшись носом в широкое плечо старшего. Не было времени раскисать, друзья подвергали себя опасности ради меня. Я должна быть сильнее. Ни для кого из нас эта война ещё не окончена.

Даже с хорошим зрением вряд ли узнала бы местность. Я покидала Шилин буквально несколько раз за свою жизнь, но старшие прекрасно ориентировались, поэтому время от времени сходили с основной дороги и прокладывали путь сквозь лесной массив, передвигаясь скрытно. Несмотря на заверения Калида, что путь должен быть расчищен воинами наместника Юга, мы предпочитали не рисковать. У меня осталось множество вопросов, но мы почти не разговаривали во время движения, чтобы не сбивать дыхание и темп шага, а также чтобы заметить присутствие посторонних как можно раньше. За первый день нам лишь раз встретился немногочисленный отряд эвирцев, от которого мы благополучно скрылись.

Остановки делали исключительно при необходимости передохнуть или перекусить. Пользуясь передышками, Калид продолжал лечить моё зрение с помощью освоенной силы дракона. Процесс проходил медленно. Хранитель делал подобное впервые, поэтому боялся навредить. Я успокоила его, напомнив, что я и так едва вижу, но Калид был непреклонен, заверив, что всегда может стать хуже. Я могла полностью ослепнуть.

Спустя дни он сообщил, что белки посветлели, а зрачок легче реагировал на свет. Я чувствовала улучшение, четче видела крупные камни или корни на дорогах, которые нужно было переступить.

К середине четвёртого дня еды осталось мало, поэтому вечером перед закатом Риша и Шин оставили меня с Калидом, чтобы осмотреться и набрать припасов в ближайшей деревне.

После возвращения друзья рассказали, что деревня разорена, дома пусты. Она не так уж и близко находится к Шилину, но эвирцы наведались и сюда. Жители, скорее всего, бежали на юг, но, к удивлению старших, какие-то семьи вернулись в свои дома и постарались жить тихо, не привлекая внимания врагов. Эвирцы, в свою очередь, не наведывались в однажды разорённые поселения. Риша и Шин купили у людей немного еды и даже принесли мне новую одежду, потому что моё платье было грязным и совсем износилось.

– Мы отошли достаточно далеко. Ещё сутки, и будем на южной территории, – на пятый день объяснил довольный Шин, сбросив рядом набранный хворост.

Час назад Калид продвинулся в моём лечении, и я по-глупому расплакалась, наконец хоть немного разобрав лица старших. Теперь я лучше различала знакомые черты Шина. Видела его белозубую кривую улыбку, но также заметила шрамы от ожогов на шее, щеке и правой кисти. Похоже, правая рука и плечо пострадали при взрыве в храме. Риша выглядела почти так же, как раньше, за исключением волос. Либо они обгорели, либо старшая сама обрезала их по плечи, а былое кокетство во взгляде сменилось напряжением и тенями.

– Сегодня наконец поедим горячего, – продолжал делиться Шин, отвлекая от мрачных мыслей. Наверняка он видел, как я таращилась на его ожоги, стараясь всё рассмотреть, но Шин деликатно притворялся, что ничего не замечает. – Мы решили не тратить время на ловлю кроликов, но овощную похлёбку с остатками хлеба сегодня поедим. Достали немного специй и сладкий картофель у местных в прошлой деревушке. Тебе понравится, Аша! За эти месяцы я даже из репы с капустой научился готовить что-то приличное, если есть хоть немного качественной приправы.

Я открыто улыбнулась. Раньше Шин таким не был. Без мяса любой приём пищи казался ему бесполезной тратой ингредиентов. И если в юности он помалкивал, то чем старше становился, тем свободнее выражал своё недовольство храмовой диетой. Теперь же он хвастался, что умеет не просто готовить, но ещё и из овощей. Калид несогласно фыркнул, скинув сухие ветки в костровую яму.

– Благо никто не умер, но отличной твою стряпню точно назвать нельзя, – бесстыдно заявил Калид, не заметив, с каким недовольством Шин свёл брови.

– Тогда на тебя готовить не буду, – сухо бросил старший.

Я прикрыла рот рукой, сдержавшись от смеха, когда лицо Калида вытянулось от угрозы, а Шин как ни в чём не бывало развернулся и ушёл мыть овощи.

– Отличные новости, – прервала неначатую ссору Риша, выходя из-за высоких кустов. – Я была права. Здесь неподалёку есть ручей.

Старшая кинула три бурдюка с водой Шину. Тот с лёгкостью поймал, два сложил рядом, а воду из последнего налил в небольшой котелок.

– Калид, помоги Шину с ужином, а ты, Аша, пойдёшь со мной. И возьми новую одежду. Пора избавиться от тряпок, в которые тебя нарядил эвирский король, – размеренным тоном раздала указания Риша.

Я послушно взяла чистые вещи и поднялась с пня, на который ранее меня усадил Шин.

– Давай ты поможешь Шину, а я присмотрю за Ашей, – предложил Калид, соорудив скромный костёр.

Риша и Шин обернулись на хранителя Юга, прекратив все свои дела. Я с недоумением перевела внимание с одного на другого, не поняв повисшего напряжения.

– Пока она будет мыться, ты тоже присмотришь? – с плохо скрываемым предупреждением уточнила Риша.

Даже с плохим зрением я заметила, как Калид покраснел. Похоже, он им всё-таки не рассказал, что стражи Эйдена вынуждали нас мыться в одном озере одновременно. Мы с Калидом друг на друга не смотрели в эти уязвимые моменты, но всё же какая-то привычная грань стёрлась из-за обстоятельств.

Хранитель скользнул по мне взглядом, но тут же смущённо отвёл его.

– Калид, ты мне всегда нравился, – заговорила Риша, а на её губах заиграла сладкая улыбка, словно смущение Калида её забавляло, – и я верю, что ты бы никогда не стал подглядывать за Ашей. Но она ещё плохо видит, и мне надо, чтобы за ней действительно присмотрели, она же может поскользнуться на каком-нибудь камне. Так что до тех пор, пока ты, Калид, не захочешь, чтобы я сделала из тебя женщину, я тебе в таком ключе Ашу не доверю.

Моё лицо запылало от стыда из-за собственной беспомощности. Даже помыться сама не могу. Шин громко усмехнулся, понаблюдав, как хранитель открыл и закрыл рот в попытке выдавить хоть слово, но оправданий не нашлось, и Калид согласно кивнул. Я бросила на хранителя виноватый взгляд за резкие слова старшей, но покорно схватилась за руку Риши и пошла вслед за ней.

Мы пришли к уединённому ручью с невысоким водопадом. Я доверяла чутью Риши, но всё равно внимательно оглядела густую растительность вокруг. Старшая отложила меч и принялась раздеваться сама.

– Ты слишком строга к Калиду, – сказала я, разматывая свой пояс.

– Погода хорошая, но вода здесь холодная, малышка Аша, поэтому постарайся справиться побыстрее, а не то простудишься, – заботливо сменила тему та.

Я невнятно пробормотала согласие, приняв к сведению, скинула верхнее платье и взялась за нижнее.

Кожа моментально покрылась мурашками от прикосновения ветра. Риша выругалась сквозь зубы, первой ступив в воду. Опираясь на руку старшей, я аккуратно спускалась по камням. Стоило мне зайти в ручей, как я повторила брань старшей. Вода была гораздо холоднее, чем я ожидала. Риша смеялась, но внимательно наблюдала, чтобы я не упала. Здесь было неглубоко, мы зашли по пояс. Мыла не было, поэтому мы ограничились водой, избавившись от пота и дорожной грязи. В храме мы с Ришей часто мылись вместе, но сейчас мне впервые хотелось прикрыться от её взгляда. Я буквально чувствовала, как она подсчитывает количество отметин от зубов на моих плечах и руках. Не говоря уже о двух шрамах: на шее и животе. Риша не задавала вопросов, но напряжённое молчание было красноречивее любых слов. Я прочистила горло и вернулась к прошлой теме, стараясь отвлечься:

– У вас с Калидом что-то произошло?

Риша прекратила меня разглядывать и принялась тереть кожу.

– Ничего не могу с собой поделать. Я просто злюсь на него.

– За что?

– За то, что он бросил тебя там.

Заметив, что меня трясёт от холода, Риша надавила мне на плечи, заставив погрузиться в воду с головой и не дав возразить на её заявление. Я выскочила на поверхность, твёрдо намереваясь ответить, но Риша снова вынудила меня погрузиться. Вода попала в нос и рот, и я сразу вынырнула, выплёвывая набранное.

– Ты же знаешь, что он не виноват, – наконец ответила я. – Не вини его. Лишь благодаря Калиду у нас с Наён вообще появился шанс сбежать.

– Знаю, что не должна его винить, но временами не могу.

Старшая, больше не церемонясь, принялась торопливо смывать с меня грязь, которую я не могла разглядеть. Риша рассмотрела мой уродливый шрам на шее и печально покачала головой, убедившись, что рубец уже зажил и уменьшить его нельзя. Она сама погрузилась в холодную воду. Потом помогла мне промыть волосы. Казалось, те отросли ниже поясницы, точнее я определить не могла, все концы свалялись в колтуны.

– Теперь мы на свободе, поэтому будь с Калидом добрее. Пожалуйста. Он ведь нам помогает, – не сдалась я, трясясь от холода.

– Хорошо. Ради тебя я постараюсь, – смирившись, вздохнула старшая, взяла меня за руку и повела на берег.

Кожа Риши, как и моя, покрылась крупными мурашками, но она стоически терпела прохладу, когда я стучала зубами от прикосновения ветра. Мы выжали волосы, и старшая протянула кусок тряпицы, которой хоть немного можно было обтереться.

– Я не хотела вам напоминать, но мне необходимо знать, – заговорила я, надев нижние штаны и длинную рубашку. Следом торопливо накинула основное платье. Одежда простая, из серого льна, но я была рада ей в разы больше, чем красивым платьям, в которые меня наряжал Эйден. – Как вы с Шином выбрались из взорвавшегося павильона?

Риша стремительно надела чёрные одежды, и я с печалью осознала, что они не носят красные наряды, чтобы не выделяться и привлекать поменьше внимания. Они мастера, но вынуждены носить чёрные одежды среднего уровня.

– Мы не выбирались. В момент взрыва нас там не было, – тихо ответила Риша, обматывая талию широким поясом.

– Но я своими глазами видела, как Шин, Минсу и Сэён… – я с трудом выдавила знакомые имена, а пальцы Риши замерли, не затянув узел завязок до конца, – видела, как они зашли внутрь, и говорили, что ты тоже там.

– Я была. Должна была аккомпанировать Раяну, но он опаздывал, и мастер отправил за ним Наён. Тогда я заметила трещину на своей флейте, – Риша поморщилась на последних словах, будто они были лишены всякого смысла. – Решила поменять её на другую, пока все дожидались Раяна, вышла через заднюю дверь и направилась на склад.

Я кивнула, припомнив, что Наён вышла тем же путём. Я пожалела, что не могла разглядеть выражение лица старшей, чтобы понять, насколько сильно эти воспоминания приносят ей боль.

– Я успела бегом добраться до склада, взять флейту, но по дороге назад меня перехватил Шин. Он захотел выяснить, почему я внезапно ушла. Затем произошёл взрыв. Не задержи меня Шин, я бы погибла с остальными. Мы были достаточно близко, в нас отлетел кусок горящей балки. И этот идиот закрыл меня собой, – ровный тон Риши надломился от сожаления, и я прикусила щёку изнутри, придержав слова утешения при себе.

– Из-за этого на правой руке Шина следы от ожогов? – догадалась я.

– Верно.

Старшая быстро взяла себя в руки, гордо распрямила плечи и подняла голову. На её лице появилась печальная улыбка, и я ответила ей тем же. Если честно, я всегда думала, что Шин среди старших не обладает чем-либо особенным, помимо горы мускулов и силы, в отличие от него остальные любили прибегать к хитрости. Но с каждым проведённым рядом с ним днём я всё больше замечала, как много в Шине доброты и заботы, хотя временами она казалась грубой или немного неуклюжей.

– После мы сражались подобранными палками. Видели, как вас с Раяном разбросало от молнии. Тебя подняли и унесли, но Раян был к нам ближе. Шин вытащил его из-под камней, пока тот не получил серьёзные ожоги, и, несмотря на свою руку, тащил нашего хранителя на себе. – Риша повесила меч за спину. – Мы видели Джуна, Аша.

Я дёрнулась, как от удара, вспомнив его обожжённое тело. Зажмурилась, пытаясь мысленно представить друга детства живым, счастливым, с привычной наглой улыбкой, но сколько ни пыталась, воображение воспроизводило только взрыв, неестественно изогнутую ногу и почерневшую кожу. Я невольно начала плакать, вспомнив, как Раян снял его храмовую подвеску. Риша обняла меня, успокаивающе погладила по спине, прошептав извинения, что не смогла защитить меня в тот момент, что не смогла забрать тело Джуна. Я услышала слёзы в её голосе, помотала головой, уткнувшись ей в плечо. Никто из них не был виноват. Я была искренне рада, что Риша, Шин и Раян выжили.

Когда мне удалось успокоиться, старшая предложила руку, чтобы отвести обратно. До захода солнца оставался час, но в лесу стало сумрачно из-за высоких деревьев. Мы присоединились к друзьям как раз вовремя. Шин разлил готовую похлёбку по мискам и раздал всем по равной порции. Я улыбнулась, глядя, как старший с мнимым раздражением впихнул миску Калиду в руки. Хранитель сделал вид, что не заметил резких движений, и принялся за еду. Даже если стряпня ему и в этот раз пришлась не по душе, то он благоразумно промолчал. Я зачерпнула похлёбку куском уже не самой свежей булки и запихнула в рот. Мне хватило нескольких мгновений, чтобы понять, что в споре Калид оказался прав и Шин не лучший повар. Риша сдавленно засмеялась, вероятно, заметив смятение на моём лице, но Шин глядел на меня с несвойственной ему надеждой в карих глазах. Подобная робость настолько не вязалась с его угловатым лицом, что я торопливо натянула благодарную улыбку и принялась есть активнее, всем видом демонстрируя, что стряпня мне понравилась. Притворяться было не сложно. Любую изысканную еду, которой кормил меня Эйден, я без промедления поменяла бы на скудный паёк в обществе друзей.

Какое-то время мы ели молча. Я пристальнее наблюдала за старшими и приметила, как близко общались Риша и Шин. Последний бросал на подругу частые взгляды украдкой, а Риша отвечала ему короткой улыбкой, которую торопливо прятала за своей миской с похлёбкой. Всегда ли они были так близки? Хотя очевидно, почему они сошлись. Нас осталось совсем мало. Не только для меня они единственная семья, но и у них самих больше никого нет, кроме друг друга.

С каждым проведённым рядом с ними часом я чувствовала себя лучше. Тревога и нервозность отступили. Сердцебиение пришло в норму, хотя первые два дня оно было ускоренным, из-за чего пару раз шла кровь из носа. Я почти перестала дёргаться от посторонних звуков и не вздрогнула, когда Риша оказалась рядом, забрала у меня пустую миску и обнажила лезвие своего кинжала. Я подняла вопросительный взгляд.

– У меня плохая новость, малышка Аша, – без капли искреннего расстройства, но аккуратно произнесла Риша. – Может, твои волосы мы и вымыли, но жуткие колтуны вряд ли способны расчесать.

– Ты собираешься отрезать ей волосы? – встрепенулся Калид.

– Немного.

Я не успела вставить и слова, как хранитель Юга продолжил:

– Но разве девушки не отращивают их для красоты? Ты так просто хочешь их отрезать?

– Колтуны красоты Аше не прибавляют, – с нажимом парировала старшая, а мы с Шином переглянулись, не понимая, почему они опять затеяли спор из-за какой-то мелочи. – И я же не обрить её собираюсь, а отрежу до середины спины.

– Ты хоть пробовала их расчесать?

– Ещё немного, я и твои красивые волосы отрежу.

Шин прыснул от смеха. Слова были приправлены медовой улыбкой, но в сказанном ощущалась откровенная угроза.

– Режь, – прервала я их и повернула голову к Калиду: – Это всего лишь волосы. И Риша права, там жуткие колтуны.

– Мы на Юге считаем, что с волосами ты отрезаешь часть памяти, – упрямо пробубнил тот, заправив свою светлую прядь за ухо. – Стараемся не делать этого без особой необходимости.

Я сдержанно улыбнулась, наблюдая за его то ли смятением, то ли недовольством. Риша встала позади меня и без лишних сомнений скрутила пряди, чтобы укоротить их за одно движение.

– Если с волосами есть возможность забыть, – начала я, нутром ощущая поднесённое лезвие, – то не расстроюсь, отрежь Риша больше, чем нужно. Слишком многое я бы хотела забыть.

В ответ на мою улыбку Калид поморщился, поняв, что я имела в виду. Старшая сделала одно уверенное движение, я не дёрнулась, почувствовав, как за натяжением волос те снова рассыпались по спине. К моему сожалению, Риша никогда не ошибалась и отрезала ровно столько, сколько и намеревалась. До середины спины.


Загрузка...