"Прииди, Свет Истинный". Избранные гимны

Гимн № 1 Святого отца нашего Симеона мистическая молитва в которой он призывает Святого Духа, созерцая Его[1].

Прииди, свет истинный!

Прииди, жизнь вечная!

Прииди, сокровенное таинство!

Прииди, безымянное сокровище!

Прииди, неизреченное могущество!

Прииди, непостижимое лицо!

Прииди, непрестанное ликование!

Прииди, невечерний свет!

Прииди, истинная надежда всех стремящихся к спасению!

Прииди, лежащих пробуждение!

Прииди, мертвых пробуждение!

Прииди, могущественный, всегда творящий, претворяющий и изменяющий все одним движением воли!

Прииди, невидимый, совершенно неосязаемый и неизведанный!

Прииди, всегда остающийся неподвижным и (вместе с тем) ежечасно весь движущийся, и приходящий к нам, лежащим в аду – Ты, Который выше всех небес!

Прииди, имя всегда желанное и везде повторяемое, хотя для нас совершенно невозможно сказать, кто Ты, и узнать, каков Ты или откуда Ты!

Прииди, радость вечная!

Прииди, венец неувядающий!

Прииди, порфира великого Бога и Царя нашего!

Прииди, пояс кристалловидный и усыпанный драгоценными камнями!

Прииди, подножие[2] неприступное!

Прииди, царская багряница и поистине самодержавная десница!

Прииди Ты, Которого возлюбила и любит несчастная моя душа!

Прииди Один к одному, ибо я одинок, как Ты видишь!

Прииди, отделивший меня от всех и сделавший одиноким на земле!

Прииди, Сам ставший во мне влечением и сделавший, чтобы я тосковал о Тебе, совершенно недоступном!

Прииди, дыхание мое и жизнь!

Прииди, утешение смиренной моей души!

Прииди, радость и слава и постоянное мое наслаждение!

Благодарю Тебя, что Ты – Сущий над всеми Бог – сделался со мной единым духом неслитно, непреложно, неизменно, и Сам стал для меня всем во всем: пищей неизреченной и получаемой даром, постоянно переполняющий уста моей души и стремительно текущей в источнике сердца моего, одеждой блистающей и опаляющей демонов, очищением, омывающим меня бессмертными и святыми слезами, которые дарует Твое присутствие тем, к кому Ты приходишь.

Благодарю Тебя, что Ты стал для меня светом невечерним и солнцем священным – Ты, Который нигде не можешь скрыться и все наполняешь Твоей славой. Ибо никогда Ты ни от кого не скрывался, но мы всегда скрываемся от Тебя, не желая прийти к Тебе. Да и где Ты скроешься, нигде не имеющий места Твоего отдохновения? Или зачем бы Ты скрылся, не отвращяющийся ни от кого, никем не пренебрегающий?

Итак, ныне вселись в меня, о Владыко, и обитай и пребывай во мне, рабе Твоем, неразлучно и нераздельно до смерти, о Благой, чтобы я и во время исхода моего(из жизни) и после исхода пребывал в Тебе, о Добрый, и соцарствовал с Тобой – Сущим над всеми Богом.

Останься, Владыко, и не оставь меня одного, чтобы враги мои, всегда стремящиеся поглотить душу мою, придя и найдя Тебя пребывающим во мне, убежали прочь, и чтобы они оказались бессильными против меня, увидев, что Ты, Всемогущий, живешь внутри (жизни), в доме смиренной моей души.

Да, Владыко! Как вспомнил Ты меня, когда я жил в мире, и Сам избрал меня, когда я (еще) не знал Тебя, отделив от мира и поставив перед лицом Твоей славы, так и теперь, обитая во мне, сохрани меня всегда стоящим внутри и неподвижным. Чтобы видя Тебя постоянно, я – мертвый – жил, и имея Тебя, я- всегда бедный – был богат и стал богаче всех царей, и вкушая и пия Тебя, и ежечасно облекаясь в Тебя, наслаждался неизреченными благами.

Ибо Ты – всякое благо, и всякая слава, и всякая сладость, и Тебе подобает слава – Святой и Единосущной и Животворящей Троице, Которую все верные в Отце и Сыне и Святом Духе почитают и познают, Которой поклоняются и служат всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Гимн № 2 Кто есть монах, и какое его делание, и на какую высоту созерцания взошел этот (святой отец) (3:47)[3]

Монах есть тот, кто миру непричастен[4],

Кто говорит всегда с одним лишь Богом,

Кто, видя Бога, сам бывает видим,

Любя Его, он Им любим бывает

И, светом становясь, всегда сияет.

Монаха хвалят – все равно он нищий,

В дом приглашают – все равно он странник.

О дивное, немыслимое чудо!

Среди богатств безмерных – я нуждаюсь,

Владея многим – остаюсь я беден,

Среди обилья вод – томлюсь я жаждой.

Кто даст мне то, что я уже имею?

И где найду Того, Кого я вижу?

Как удержу Того, Кто в сердце дышит[5],

Но вне всего, Незримый, пребывает?

Имеяй уши слышати – да слышит[6],

Словам безумца с трепетом внимая![7]

Гимн № 3 Поучение к монахам, недавно отрекшимся от мира и от того, что в мире; а также о том, какую веру нужно иметь по отношению к своему (духовному) отцу (4:19)[8]

Оставь весь мир и то, что в мире,

Лишь плач блаженный восприми,

Рыдай о злых твоих деяньях,

Ибо они тебя лишили

Христа – Творца и всех святых.

И кроме этого не думай

Ты ни о чем другом: забудь

О теле, как о чем-то чуждом,

И, глядя вниз, как осужденный,

Как на распятие ведомый,

Всегда из сердца воздыхай.

Лицо свое омой слезами,

Не омывай водою ноги,

Что на недоброе спешили,

Не простирай бесстыдно руки,

Но их согбенными держи,

Ведь ты в сей жизни не однажды

Употреблял их для греха.

Язык свой укрощать старайся,

Ведь он на грех весьма подвижен

И многих с доброго пути

Он сбил людей весьма великих,

Их царства Божия лишив.

Но если хочешь овладеть им,

То прежде уши загради:

Старайся никогда не слушать

Постыдных суетных речей,

А только слушай наставленья

Отца духовного. Как Богу,

Ему смиренно отвечай,

Свои все мысли исповедуй

И не скрывай дурных желаний.

Без воли старца твоего

Не смей ни спать, ни есть, ни пить,

Когда же все сие исполнишь,

Не думай много о себе,

Не мни, что подвиг совершил ты:

Хоть сеял ты в труде и поте,

Но не собрал еще плодов.

Не обольщайся и не думай,

Что ты заслуживаешь славы,

Пока внутри не приобрел

Очей души, пока слезами

Не оросил ты уши сердца,

От всякой скверны их омыв,

Пока не начал ты духовно

Все видеть и духовно слышать,

Пока не стал ты изменяться

Всецело чувствами своими.

Ибо ты многое тогда

Неизреченное увидишь,

Еще же более услышишь –

То, перед чем язык немеет,

Перед чем бледнеют все слова.

Духовно слышать – это чудо,

Кто стал таким, о нуждах плоти

Не помышляет никогда:

Он по земле легко шагает,

Как бы по воздуху. Всегда

Он видит все до самых бездн,

В творения Божии вникая,

Творца он всюду узнает,

И, пораженный страхом, Бога

Он поклоняясь, прославляет.

Познать могущество Творца

Способен далеко не каждый,

Хоть многим кажется, что знают

Они о нем, но ты поверь мне –

Все заблуждаются они.

Об этом знают только те,

Кто просвещен небесным светом,

А остальные все – увы! –

В незнанье полном оставаясь,

Омрачены ужасной тьмой,

Еще ужаснее, чем бесы.

О всех Творец, Господь и Бог!

Ты, из земли меня создавший

Живым и смертным существом,

Почтивший – смертного – бессмертьем,

Ты, даровавший мне способность

Жить, говорить, передвигаться

И прославлять Тебя, Творца,

Ты Сам, Владыко всех и Боже,

Дай мне несчастному просить

И умолять Тебя разумно.

Ведь я по истине не знаю

Никак пришел я в этот мир,

Ни в чем земных предметов сущность.

Я не могу сказать, о Боже,

Что – зрение мое, и что –

Предметы, видимые мною.

Осуетились мы, все люди,

И не способны мы иметь

Сужденье здравое об этом.

Вчера пришел я в этот мир

И завтра отойду отсюда,

А мню, что буду здесь всегда.

Всем говорю я, что Ты – Бог мой,

Однако каждый день делами

Я отрекаюсь от Тебя.

Учу, что Ты – Творец всего,

Однако всячески стараюсь

Иметь все вещи без Тебя.

Ты царствуешь над всей землею,

Над высотой и глубиной,

Один лишь я, не трепеща,

Тебе противиться пытаюсь.

Но я, бессильный и несчастный,

К Тебе взываю: помоги

Отвергнуть все души пороки,

Ведь сокрушают душу мне

Пустая гордость и надменность.

Дай руку помощи, Владыко,

Смиренье даруй и очисти

Души моей нечистоту!

Подай мне слезы покаянья.

Подай спасительные слезы,

Что для души всегда желанны,

Что очищают мрак ума,

Что вновь меня являют светлым,

Тебя стремящимся увидеть –

Свет мира, Свет очей моих –

Что омывают скверну сердца,

В котором множество пороков,

В котором скорбь и неприязнь

К тем, кто устроили мне ссылку[9],

Сказать бы лучше – к господам,

Владыкам и друзьям моим.

За зло воздай им, о Христос мой,

Богатым вечным утешеньем,

Божественною благодатью,

Что уготовал Ты навек

Всем, кто Тебя душею жаждут,

Кто любят горячо Тебя!

Гимн № 4 Алфавит в двустишиях, побуждающий и наставляющий на путь к совершенству жизни того, кто недавно удалился от мира (5:18)[10]

Началом горячую веру имея,

От мира всегда со Христом удаляйся[11].

Друзей избегай не встречайся с родными,

Ведь это полезно для новоначальных.

Земного лишившись, прииди к Неземному:

Никто, кроме Бога, тебе не поможет.

Отбросив всю робость и трусость отринув

(Ведь ты приступил к всемогущему Богу),

Имея надежду всецело на Бога

(Который заботится даже о птицах[12]),

Неси нетяжелое иго Господне[13],

О будущей помня великой награде.

То иго нас даром спасает от смерти,

Ведь все спасены мы божественной кровью,

Богами нас делает силою Божьей –

И в этом плоды воплощенья Владыки, –

Чтоб делом познал ты всех дел окончанье –

Того, Кто превыше всей видимой твари.

Полезно тебе отсекать свою волю –

Чрез это свидетелем совести[14] станешь.

Отца твоего исполняй повеленья –

Они тебя к верной направят дороге;

Хоть смерть угрожает, не смей прекословить:

Весьма велика высота послушанья,

Но Бог для тебя и такое соделал[15].

Считай себя худшим из всех и последним –

И в Царстве Небесном окажешься первым[16].

Считай себя странником, нищим, слугою –

И станешь велик, если это исполнишь.

Ты весь подражателем Господа будешь –

А что может быть выше этого в жизни?

Любого исправит сей плач ежедневный –

Он лучше воды и полезнее пищи.

Познанию истины он научает:

Того, что проходит и что пребывает, –

Но прежде от мира он всех удаляет.

В молчанье живи, сохраняющим это:

Оно отсекает бесплодные корни.

И память о смерти имей постоянно:

Она научает святому смиренью.

Очистившись сердцем, умом просветлившись –

О чудо, которого верные ищут! –

Божественный свет ты сподобишься видеть,

Как луч невещественный, посланный Богом.

Христос нам являет любви совершенство –

Кто ей обладает, тот богом бывает.

Кто ищет Христа, тех Христос просвещает.

Они только живы – никто не прельщайся!

О Божья любовь, что богов созидает!

Она есть Сам Бог[17] – изумительно это! –

Ее обрести нелегко и непросто.

Гимн № 5 Четверостишия о любви к Богу(6:5)[18]

Как Ты пламенем горящим

И водой живой бываешь?

Услаждая, как сжигаешь?

Как от тленья избавляешь?

Как нас делаешь богами,

Тьму в сиянье превращая?

Как из бездн людей выводишь,

Нас в нетленье облекая?

Как влечешь Ты тьму к рассвету?

Как Ты ночь рукою держишь?

Как Ты сердце озаряешь?

Как меня Ты изменяешь?

Как Ты приобщился к смертным,

Сделав их сынами Бога?

Как без стрел пронзаешь сердце,

И оно горит любовью?

Как нас терпишь, как прощаешь,

По делам не воздавая?

Вне всего как пребываешь,

На дела людей взирая?

Оставаясь в отдаленье,

Как деянья всех объявишь?[19]

Дай рабам твоим терпенье,

Чтоб их скорби не объяли![20]

Гимн № 6 Моление Богу. И о том, как (святой Симеон), соединяясь с Богом и видя славу Божию, приходил в изумление(7:49)[21]

Внутри поклоняюсь Тебе и в дали Тебя вижу,

В себе Тебя зрю и на небе Тебя созерцаю!

Но как приходит сие? Ты один только знаешь,

Сияющий в сердце, как солнце, в земном – неземное.

О Боже, сиянием славы меня озаривший,

Приведший меня к всесвятому отцу Симеону[22],

Рабу Твоему и апостолу, Сам воссияй мне

И Духом Святым научи меня петь ему гимны

Небесные, тайные, новые, древние, Боже![23]

Чтоб все чрез меня удивлялись премудрости Бога

И чтоб еще больше премудрость Твоя прославлялась,

И все, услыхав, восхвалили Тебя, о Христе мой,

Ведь я на иных языках говорю в благодати.

Аминь, и да будет по воле Твоей , о Господь мой!

Болезную я и страдаю смиренной душою,

Когда в ней является свет Твой, сияющий ярко,

Любовь для меня непрестанной становится болью[24],

Страдает и плачет душа, потому что не в силах

Тебя я обнять и насытиться, столько желаю.

Но так как я вижу Тебя – мне и этого хватит,

Мне славой и счастьем и царским венцом это будет

Превыше всего, что желанно и сладостно в мире.

Подобным меня это ангелам Божьим покажет,

А может быть, большим их сделает, о мой Владыко!

Ведь Ты для бесплотных по сущности вовсе невидим,

Ведь Ты естеством неприступен, но я Тебя вижу,

И сущность природы Твоей со мною смешалась,

А обе они неразлучно в Тебе пребывают:

Природа есть сущность Твоя, как и сущность – природа[25].

Вкусив Твою плоть, приобщаюсь Твоей я природы[26],

А значит, и сущности, Боже, Твоей причащаюсь,

Наследником Бога и общником Божьим бывая.

И, будучи в плоти, являясь превыше бесплотных,

Я мню, что и сыном Твоим становлюсь, как сказал Ты,

Не духов бесплотных, но нас называя богами.

“Сказал Я: вы боги, Всевышнего все сыновья вы[27]”.

Ты Бог по природе, но сделался Ты человеком[28],

И тем, и другим неизменно, неслитно оставшись.

Я – смертный и тленный, но Ты меня богом соделал,

Как сына приняв и Твоей одарив благодатью,

Мне Духа Святого послав и, как Бог Всемогущий,

Природу и сущность таинственно слив воедино[29].

Гимн № 7 О том, что ставший причастником Святого Духа, восхищаемый Его светом, возносится над всеми страстями, не претерпевая вреда от приближения их(9:29) [30]

О Бог и Господь Вседержитель!

Твоей красотою незримой

Насытиться сможет ли кто-то?

Твоей необъятностью, Боже,

Наполниться сможет ли кто-то?

Увидит ли кто-нибудь, Боже,

Лица Твоего сиянье,

Хотя бы ходил достойно

Во всех Твоих повеленьях?

Великое, страшное чудо,

Невозможное совершенно –

Живя в этом тяжком мире,

В этом страшном и мрачном мире,

Унестись вместе с телом из мира.

О страшная, чудная тайна!

Кто превзошел свое тело?

Кто, превзойдя мрак тленья,

Оставил весь мир и скрылся?[31]

О, как легковесно познанье!

Как бедны все слова земные!

Ибо где человек тот скрылся,

Кто, пройдя этот мир, унесся

За пределы всего, что видим?

Скажи, о мудрость всех мудрых,

Отвергнутая, или лучше –

Обращенная Богом в безумье,

Как говорит всем нам Павел[32]

И всякий служитель Божий

Этот “муж желаний духовных”[33],

Приблизившись телом к телу,

Остается святым по духу.

Ибо вне этих тел, вне мира

Нет желания плотской страсти,

Но некое есть бесстрастье.

Кто бесстрастие сие возлюбит,

Через любовь тот жизнь получает.

И если бы даже ты видел.

Что ведет он себя недостойно

И к делам прибегает странным[34],

Знай, что это земное тело

Совершенно он мертвым сделал –

Не без души , конечно,

Что приводит в движенье тело,

Но без злых похотений плоти.

А сладость святого бесстрастья

И свет, от него исходящий,

Что любит меня несказанно,

Приводя в исступление ум мой,

Восхищает его и держит

Обнаженным незримой рукою,

Никогда мне не позволяя

Отпасть от любви к сему свету

И помыслить о чем-либо страстно,

Но целует меня непрестанно.

И эта любовь и желанье

Мне душу воспламеняют,

И нет во мне чувства иного.

Насколько хлеб чистый и свежий

Дороже и слаще грязи,

Настолько и много больше

Все небесное выше земного

Для тех, кто его вкусили

Устыдись, мудрецов всех мудрость,

Лишенная истинных знаний,

Простота наших слов на деле

Настоящую мудрость содержит,

Что к Богу близка живому,

Непрестанно Тому поклоняясь,

От Кого мудрость жизни дается.

А я через эту премудрость

Возрождаюсь и богом бываю[35],

Созерцая Бога во веки.

Гимн № 8 О том, что смерть, к сожалению, касается и весьма крепких (10:57)[36]

Услышав печальную весть, ужасаюсь!

Природа, подобная твердому камню,

Природа, что крепче гранита – погибла![37]

К…