Расправь свои крылья

Глава 4

Сегодня снова был четверг – день, когда я могла всецело отдаться во власть музыки. Ничто не могло так поднять мое настроение, как живые звуки, разгоняющие тучи с небосвода моей души. Музыка откликалась в самом сердце, пока мои пальцы зажимали струны в погоне за ритмом. Мощная волна энергии подталкивала меня, я так глубоко ощущала мелодию внутри себя, полностью отдавшись ей.

Вокруг меня собрались зрители, некоторые из них уже бросили деньги в раскрытый футляр. Деньги не имели для меня большого значения, но собранная за период выступления сумма была показателем интереса к моей музыке. Выступления на улице я воспринимала как тренировку, каждый раз учась чему-то новому.

Сегодня я наконец-то решилась познакомить Эдуарда с моей музыкой, поэтому попросила его приехать и забрать меня из парка. Совсем скоро он появится здесь и услышит, как я играю, увидит меня в моей стихии.

Держать свое сердце закрытым было невыносимо. Никто не понимал, что музыка была заложена в моем ДНК. Отчим и мама не воспринимали чувств, которые могла дать мне музыка. Мне нужно было срочно заручиться поддержкой Эдуарда.

Хотя сердце сжималось при воспоминаниях о том, как несколько дней назад мы с ним посетили симфонический концерт. Он был далек от музыки, и я имела возможность лично в этом убедиться. Я пригласила его на свидание в филармонию, и мы прослушали концерт, в котором скрипки были основным инструментом. Я надеялась, что он будет очарован атмосферой красивого звучания и сможет понять все, что творится у меня на душе.

Сольные партии скрипки звучали просто божественно, а когда скрипачу аккомпанировал пианист – это было блестящее виртуозное сочетание по характеру и настроению. Я то и дело оборачивалась к Эдуарду, пытаясь понять выражение его лица, пока он слушал музыку, но не могла прочесть чувств. Сама я получила невероятное удовольствие от прослушивания симфонической музыки, от понимания всей структуры и воплощенной идеи композиторов.

– Ну как, тебе понравилось? – поинтересовалась я тогда у Эдуарда.

– А тебе? – вместо ответа спросил он. – Вижу, что ты довольна, и это главное.

– Я хочу знать твое мнение.

– Ну, если честно, Макси, я не такой большой любитель всей этой классической музыки. Но я рад был провести с тобой время.

– Я бы хотела играть так же виртуозно на скрипке.

– Нет, Макси, умоляю, только не на скрипке. Если хочешь заняться музыкой, лучше выбери фортепиано. От пронзительного писка скрипок у меня нервы натягиваются. У них такой ноющий и протяжный звук, слишком тяжело слушать такую музыку. Вместе с оркестром звучало еще терпимо, но, когда скрипач играл соло, мне показалось, что он изображал какой-то истерический припадок.

При первых словах Эдуарда мое сердце просто раскололось надвое. А потом одна его половина разлетелась еще на миллион кусочков, когда я услышала все, что он думает о моем любимом инструменте.

– Уж прости, скрипичная музыка не по мне. Давай лучше в следующий раз сходим на какой-нибудь рок-концерт.

Эдуард своим признанием заставил меня истекать кровью. Я снова и снова прокручивала в голове его слова и понимала, что ему тяжело будет проникнуться музыкой моей души. Это открытие тогда сожгло меня дотла, до сих пор помню, как в висках стучала кровь, а сердце тяжело билось в груди. Совсем не так я представляла себе тот вечер. Но я решила закрыть глаза на нелюбовь Эдуарда к скрипичной музыке.

Всю последующую неделю наши отношения развивались настолько стремительно, что я едва успевала их осознавать. Наши семьи уже вовсю обсуждали предстоящую помолвку и всячески выражали желание породниться. Родители Эдуарда давно мечтали о невестке и вели себя со мной так радушно, словно уже приняли в свою семью. Каждый день я пыталась найти возможность рассказать ему о своем музыкальном увлечении, но то и дело откладывала это нешуточное для себя испытание на потом. Он действительно, как и обещал, купил билеты на рок-концерт какой-то популярной группы, заявив, что научит меня отрываться по полной. Кто бы знал, что мой Эдуард, всегда такой внешне сдержанный и серьезный, наследник крупной золотодобывающей корпорации, любит звучащий на всю катушку рок?

Доигрывая последние ноты и наконец отвлекшись от своих воспоминаний, я обратила внимание, что кто-то кинул крупную купюру в мой футляр. Я увидела ноги в черных кедах и черных джинсах, дальше мой взгляд поднялся к рельефному торсу в черной футболке и кожанке. Светлые волосы лежали в совершенном беспорядке, голубые глаза вызывающе смотрели, пирсинг в виде двух шипов поблескивал в брови.

Тут же раздался знакомый бархатистый голос:

– Ну вот мы снова встретились, Принцесса.

Мое сердце отчаянно заколотилось, пока я неотрывно смотрела на него добрых три секунды, словно пойманная в ловушку его взгляда. За эти две недели я уже успела забыть, какая у него слепящая харизма. Мой разум требовал, чтобы я перестала любоваться им, в то время как он тоже взирал на меня с нежным любопытством. Воздух вокруг нас сгустился.

В памяти тут же всплыл наш жаркий поцелуй в ночном клубе. Сознание услужливо начало проигрывать эту сцену.

– Привет, – произнес Ден, и я, наконец, пришла в себя.

– Привет, – повторила я вслед за ним, опуская скрипку. – Что ты здесь делаешь?

– Ты сама приглашала меня посмотреть на свою игру, забыла? Кстати, должен сказать, ты была великолепна.

– Давно ты за мной наблюдаешь?

– Давно. Ты не замечала меня, потому что полностью погрузилась в музыку. У меня тоже такое бывает, когда играешь настолько самозабвенно, что не видишь ничего вокруг. Обычно прохожие не замечают уличных музыкантов, а тут все совсем наоборот – их не замечала ты. Музыка захватила тебя в плен. – Искренность его слов сразу затмила усмешка с задорными ямочками, которая, видимо, должна была сразить меня наповал. – А теперь тебя захвачу в плен я, договорились? Пойдем прогуляемся.

Как много слов. Но их смысл был предельно ясен. Он обвел меня долгим взглядом.

– Ты ведь закончила выступление? – уточнил он выжидающе. – Давай я угощу тебя мороженым.

И снова эти ямочки. Где-то я читала, что это генетический дефект… Но, черт возьми, они так ему шли!

– Хорошо. – Я принялась упаковывать скрипку в футляр. Затем закинула его за спину и с улыбкой повернулась к Дену.

Он тем временем нацепил на глаза темные очки, которые придавали его облику еще больше дерзости.

Мы неторопливо двинулись вдоль широкой аллеи парка.

– Если тяжело, могу понести. – Я указал кивком головы на футляр за ее спиной.

– Нет, – она рассмеялась. – Никому не доверю свое сокровище.

– Так я и думал, – улыбнулся я. – У тебя, наверное, сама скрипка Страдивари.

– Гварнери, – просто ответила она.

– Серьезно?! – Да это же почти то же самое. Даже я знал, что работы Гварнери стояли в одном ряду с работами Страдивари, но слава к ним пришла гораздо позже. – Откуда она у тебя?

– От моего отца. А у него от его отца.

– И ты не боишься выступать с таким дорогим инструментом на улице, да еще совершенно одна?! Ты в курсе, что у тебя ее запросто могут украсть?

– Я об этом не задумывалась.

– Не удивлен. Ты похожа на избалованную принцессу. Если потеряешь скрипку, то папочка просто купит тебе новую Гварнери, ведь так?

Я покосился на нее, ожидая увидеть какое-нибудь обиженное выражение лица, но в ее глазах мелькнул нешуточный испуг.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – заявила она, резко остановившись. Ее глаза были полны непонятного мне блеска.

– Мне и не надо ничего о тебе знать, ведь все и так понятно. Ты принцесса. У тебя идеальная осанка, ты держала бокал с коктейлем в баре, словно крошечную фарфоровую чашечку на светском приеме, ты так мило и смущенно опускаешь ресницы, у тебя на губах всегда дежурная вежливая улыбка. Ты играешь изящную музыку, ты одеваешься в платья от знаменитых кутюрье. – Меня понесло, и я уже не мог остановиться. – Ты не привыкла задумываться о серьезных вещах, тебе все достается легко. А еще ты пахнешь так сладко, словно только что вышла из греховного райского сада… – С этими словами я дотронулся до ее локона и прижался к нему носом, вдыхая чудесный аромат.

Этот парень был просто невыносим. Боже, да он же сам грех в чистом виде…

– А вот от тебя пахнет большими проблемами, – заявила я, забирая прядь своих волос из его пальцев. – Ты очень навязчивый. Но можешь не стараться, я никогда с тобой не свяжусь, так что оставь эти намеки при себе.

– Ты задолжала мне два поцелуя, Принцесса. Я пришел, чтобы получить их.

Он потянулся губами к моему лицу. Я ловко уклонилась, но по телу все равно разлилось какое-то тепло, будоражащее воображение.

– Нет, я ничего тебе не должна, – я нервно рассмеялась. – Это же был всего лишь шуточный спор, тем более ты уже получил поцелуй – три в одном. Так что, прошу тебя, забудь об этой глупости.

– Это не глупости, ведь у нас была клятва на мизинчиках. – Он придал лицу самое серьезное выражение, опуская взгляд на мои губы.

Зачем я только рассказала ему о своих выступлениях в парке? Тысячу раз уже успела пожалеть об этом!

– У меня есть жених. Я не могу целоваться с кем попало, – процедила я. – Ден, благодарю тебя за то, что в прошлый раз аккомпанировал мне на пианино, а теперь, на этой признательной ноте, распрощаемся.

– Ладно, расслабься. Я про жениха слышу впервые. До этого ты называла его просто своим парнем.

– С прошлого раза статус наших с ним отношений успел поменяться.

И тут у меня в голове что-то оглушительно взорвалось. Я совсем забыла, что просила Эдуарда забрать меня из парка. Он в любой момент мог появиться здесь и застать меня в компании какого-то непонятного парня! Только я собралась бежать от Дена как от огня, в кармане завибрировал мой мобильник. Я тут же схватила его, но не приняла вызов, оторопело уставившись на имя, высветившееся на экране: Герман.