Нечто вроде «действительного студента» былых дней. – Примеч. перев.
Четыре повести в переводе В. П. Васильева см. в его «Примечаниях к первому выпуску „Китайской хрестоматии“» (СПб., 1897, с. 71–97). – Примеч. перев.
…средняя осень… – Каждое из четырех времен года китайцы делят еще на стадии: сильную, среднюю, последнюю. Средняя осень приходится на восьмой месяц лунного календаря. Это – особенно 15-е число – праздник луны, семейный и торжественный.
Луна уже взошла… – Очевидно, полная луна 15-го числа.
…«заломить планку»… – Фигурное выражение для понятия «написать письмо», основанное на том, что древним материалом для письма китайцам служил бамбук, расщепленный на планочки.
Холщовое платье на нем было чисто и опрятно. – Выражение скорее фигурное, чем конкретно передающее существо дела. Холщовым платьем называется в литературе скромный наряд китайского ученого – по-видимому, для антитезы с его прихотливым и богатым внутренним содержанием.
Вечер этот, что за вечер? – Строка из «Шицзина» (перефразированные строки из песни пятой из «Песней удела Тан»).
…предложил начать с народных песен… – В некоторой литературной – как увидим ниже – отделке.
…запел про фуфэнского молодца. – Из произведений великого поэта VIII в. Ли Бо.
«Солнечная весна» – одна из песен, которые, по свидетельству древнего поэта Сун Юя, своею изысканностью были доступны лишь ограниченному кругу людей. Следовательно, здесь это выражение вежливости: «тонкая», «достойная» песнь; выражение это употреблено здесь с явной иронией, принимая во внимание предыдущую речь о «народных» (деревенских) песнях.
…плывшей по Западному озеру!.. – Западное озеро (Сиху), знаменитое своею красотой, как природной, так и приумноженной многовековыми стараниями культурных китайцев, находится у города Ханчжоу, бывшего столицей угнетенного кочевниками Китая. Если провести от Лайчжоу, где сидят собеседники, простую прямую линию (через моря, озера, реки, болота, горы) к Западному озеру, то и тогда в ней будет не менее 750 километров, что даст не тысячу ли, как говорит крупным числом Хайцю, а около полутора.
Человек без страсти, чувства и любви… – Перевод этих строк, ввиду того что это песня с неустойчивым ритмом, а главное, с одною текущей рифмой, сделан более в сторону приблизительной музыкальной передачи, нежели абсолютной точности.
Даже если не быть знатным вельможей тебе… – Ради чего только и имели бы смысл долгие отлучки из дому. Выражение это взято из поэзии и ее гиперболического языка, тем более коренящегося в древних текстах.
Линьцюн – место, где поэт Сыма Сян-жу встретился с роковой для него женщиной, бросившей все и побежавшей делить с ним его скромную судьбу: она провидела в нем будущего великого человека.
Гость достал из чулка яшмовую флейту… – Китайский чулок сшит из холста и скорее напоминает сапог с голенищем. Очевидно, у гостя был чулок монашеского типа, не запрятываемый в штанину и не привязываемый у щиколотки.
А вот на Небесной Реке… – то есть на Млечном Пути.
…ладья с высоким корпусом… – Эти лодки-дома, последнее слово китайской роскоши, убираются к вечеру с большою пышностью и плывут по местам, прославленным своею красотой, давая возможность пирующим наслаждаться всем, чем только можно.
…играли за столом в шахматы… – Китайские шахматы бывают двух родов: «слоновые», приблизительно напоминающие наши, и «облавные» – с большим количеством фигур и с малосхожими движениями. Последний тип шахмат считается особо замысловатым, и на каждую партию приходится бесконечное число ходов.
…в его поясном мешке… – В поясе, поддерживающем штаны, был карман для громоздких китайских денег и кусков серебра.
…муж сестры служил на юге в Янчжоу… – Недалеко от места событий – семь лет тому назад, на юге Китая.
…все терпят от плетки и палки… – То есть и они подчиняются воле святых подвижников.
…«переправа через море страданий»! – Буддийское выражение идеи спасения, напоминающее христианский образ «житейского моря» и «тихого пристанища».
…не сумел «подобрать сельдерея»… – То есть пройти на первом экзамене. То же, что «войти во дворец полукруглого бассейна», так как трава цинь растет у берегов этого бассейна-пруда. В книге древней поэзии («Шицзин», IV, III, 3) читаем следующие строки: «Как радостна вода Полупруда! / Ах, рву в ней сельдерей!» Так как Полупруд находился возле царского дворца, в котором размещалось высшее государственное училище для преподавания теории и практики церемоний, а также книжной и даже военной премудрости, то это «собирание у Полупруда сельдерея» означает то же, что вхождение (достойного) «во дворец Полупруда».
…объявлять повинности за богатыми домами. – То есть заставлять богатых людей отвечать своим имуществом за недоимки, быть на ответственных должностях, с тем чтобы в случае недоимки они отвечали за нее своим имуществом.
Цзинань – главный город Шаньдунской губернии. Шаньдун – родина Пу Сун-лина, здесь и происходят почти все события его рассказов.
…добродетельный внучок… – «Внук» (сунь) – один и тот же звуковой комплекс и одно и то же начертание со словом «Сунь», которое изображает фамилию спрашивавшего – Сунь Дэ-яня.
…«портрет грядущей в радости»? – Фигурное древнее выражение понятия «портрет». Объясняется, вероятно, тем, что портреты обычно писались с мертвых, так что слова «грядущая в радости» или «творящая радость» есть эвфемизм, то есть выражение, имеющее смысл, обратный действительности или же украшающий ее, и употребленное из боязни. Вся соль остроты заключается в том, что лиса называет Суня своим внуком – животным, дьявольским отродьем.
Лисьи внуки (ху сунь цзы). – опять в шарадном переводе – может значить «лисий Сунь», то есть опять острота над все тем же Сунь Дэ-янем. Надо еще отметить, что признака множественного числа здесь нет и, следовательно, сунь понимается как «внук и Сунь» (имя собственное) точно так же, как «внуки и Суни».
Янтай – название горы (в нынешней губернии Хубэй), имеющей форму террасы (тай), обращенной к солнцу (ян). Древний князь видел во сне, что он слюбился с феей, которая сказала ему, что она бывает по утрам тучею, а по вечерам дождем у подножия этой самой горы. Оттуда в поэтическом языке Китая любовное слияние полов называется «тучей и дождем», то есть объятиями феи, в которые она заключила влюбленного князя. Сунь делает непристойный намек, как бы отождествляя древнюю фею с лисой и веля ей воздержаться.
…посмеялась и поругалась. – Слово ма значит не только «грубо ругать», но и то, что у нас называется «язвить», «ставить шпильки» и т. п.
…высокое собрание. – То есть парадное, чинное.
На последнее место, вниз… – Туда, где сидит хозяин-распорядитель, пригласивший гостей.
«Усы тыквы» – образное выражение для понятия штрафа и наказания, поражающих не только виновного, но и всю его разросшуюся, как тыква, семью, даже невинных. По-видимому, игра состоит в сложной ответственности многих за неудачу одного, связанную с промахом соседа.
…в государство красноволосых… – Красноволосые, или рыжеволосые, – название, издавна присвоенное в Китае европейцам. Так как у всех без исключения китайцев (если не считать случайных альбиносов) волосы совершенно черные, то резкий контраст белокурых и особенно рыжих европейцев понятен. Прежде всех этот эпитет относится к голландцам, с которыми китайцы познакомились раньше, чем со многими другими европейцами. У Пу Сун-лина есть рассказ «Ковер красноволосых», напоминающий миф о Дидоне.
…шапку из лисьих грудок… – Считается самым дорогим мехом, тем более что нужно собрать его со многих шкур. Ценность этой роскоши давно уже вошла в пословицу.
Посланник стал писать в воздухе… – Китайцы не воспринимают на слух большинства слов книжного, идеографически мыслимого языка и описывают их или при помощи указания составных частей (как сейчас будет видно), или начертанием на ладони, стене, в воздухе и т. п.
«Справа – большая тыква, слева – маленький пес». – Знак ху («лисица») действительно состоит из знака «тыква» (гуа), который лишь напоминает чтение иероглифа безотносительно его значения, и знака «собака» (цюань), определяющего общий сорт изображенного предмета («маленький пес», то есть знак «пес», написанный по требованиям китайской каллиграфии в уменьшенном виде, чтобы не портить пропорций целого иероглифа). Шараду эту надо, конечно, читать иначе, а именно: «Справа (от меня, лисы) сидит большая тыква (дурак), а слева – собака!» Комплименты для гостей неважные, но сказанные с якобы невинным остроумием.
Чэнь Со-цзянь – «То, что Видано».
Чэнь Со-вэнь – «То, что Слыхано». Переводчик просит запомнить эти два перевода имен собственных.
…это слуга вашего величества видел… – Принимая во внимание, что одного из гостей зовут Чэнь Со-цзянь, а другого (брата) – Чэнь Со-вэнь, острота становится понятной в таком виде: «Лошадь принесла мула – это слуга его величества (чэнь) видел (соцзянь); мул родил жеребенка – это слуга его величества слыхал (совэнь)», то есть мул – это Чэнь Со-цзянь, а жеребенок – это Чэнь Со-вэнь, оба – животные, скоты.
…«хозяином восточных путей». – То есть хозяином, приглашающим на свой счет пировать гостей. Восточные пути по отношению к западному уделу Цинь преграждали ему распространение с завоевательными целями. Отсюда понятие хозяина.
Возьмем какую-нибудь двойную строку… – Китайцы сызмальства приучались подбирать, так сказать, соответствующие друг другу по разным причинам и признакам слова («небо-земля», «дождь-снег» и т. п.). В двойной фразе полагается подобрать соответствующие части с таким строгим расчетом, чтобы они укладывались ровно тем же порядком и в тех же грамматических значениях, но давали новый смысл, гармонирующий с первой строкой или фразой.
«Миллион счастья!» – Ваня зовут, как мы видели, Фу, то есть Вань Фу, что значит «Миллион счастья!» (собственно, 10 000). Это обычное в древности приветствие женщины по адресу мужчины. Фразу, следовательно, надо внутренне понимать так: «Эта девка (лиса) только и знает что своего возлюбленного Вань Фу. Вань Фу да Вань Фу – и больше ничего… А на нас, других, не обращает внимания. Тоже вкус!»
Лиса читала… – Переводчик рекомендует сопоставить слово за словом с предыдущею строкой.
Драконов князь… – То есть повелитель подводного царства, который распоряжается рыбами, черепахами и т. п.
Черепаха-гуй – тоже может сказать! – Принимая во внимание, во-первых, что слово «черепаха» является самым поносным ругательством в Китае, где неприкосновенность брачного союза (с женской стороны) оберегается самым суровым образом и где черепахой называют мужа, которому изменяет жена, а во-вторых, что имя Суня, предложившего шараду, Дэ-янь, то есть «может сказать», нужно внутренне понимать эту фразу так: «Этот Сунь Дэ-янь и так черепаха (дурак, простофиля, осел, скотина и т. д.), и этак не лучше!»
Босин – уезд, в котором, как мы видели, жил Вань.
Ли через два… – около версты.
…сероголовый. – то есть слуга. Пу Сун-лин, по обыкновению, пользуется древним языком, на котором сероголовыми назывались слуги, повязывавшие себе голову серым, вернее, синим платком, чтобы отличаться от других людей, носивших на черных волосах черные шапки. Теперь таких различий, как и во времена Пу Сун-лина, конечно, нет.