Глава 4

К девяти я была в одном из ресторанов в центре Москвы. Планировала позавтракать до того, как придет журналистка.

Вместе с сырниками здесь подавали сочувствующие взгляды со всех сторон.

Паранойя или суровая действительность, но на меня косились все сидящие в заведении. За ночь новость успела расползтись по всем изданиям, что бы я не делала.

С каждой публикацией наш развод приукрашивали новыми и новыми подробностями. Последняя новость, которую я успела прочитать до выхода из дома, была под заголовком «Миролюбов улетел на острова с молодой любовницей из Парижа, а его жена носит двойню от известного режиссера».

Ссориться со всеми изданиями не входило в мои планы. Прикрыть рты пронырливым журналистам можно одной лишь фиктивной публикацией в социальных сетях, где я или Борис напишем как счастливы в браке.

Меня больше интересовал вопрос, кто стоял у истоков новости. Слабо верилось, что мой пока что муж или моя пока что свекровь слили информацию в прессу. А то, что позавчера в ресторане нас подслушивал журналист, – вообще из области фантастики.

– Алёна, доброе утро, – я поспешила поздороваться с девушкой, которая растерянно осматривалась по сторонам. – Мы говорили с Вами вчера.

– Это были Вы… Здравствуйте.

– Давай не будем долго ходить вокруг да около, мы с тобой обе деловые девушки. Ты рассказываешь мне, откуда взяла информацию, а я не создаю тебе проблем.

– Вот за эту сумму, – девушка несмело протянула мне телефон экраном вверх, где красовалась красивая пятизначная цифра.

– Ух ты! А что так мало нулей? Девочка, ты, видимо, не совсем понимаешь, кто я такая. Я героиня статьи, которая может стать последней в твоей журналистской карьере.

Как ни в чем не бывало я отпила кофе из высокого стакана, наблюдая за реакцией еще не опытной журналистки.

Будь она посмелее, конечно, не выложила бы мне информацию за бесплатно. Да и я, если бы увидела внутренний стержень, просто отдала бы нужную сумму.

Но Алёна была лишь пешкой на этой доске. Я же хотела раскрыть личность королевы.

– Я слышала разговор в ресторане. Сидела за столиком рядом.

– Надо же! А я и не думала, что рестораны на Тверской по карману второсортным журналисткам.

– Я лишь пила там кофе.

– В дорогущем ресторане на Тверской? С видом с высоты птичьего полета на Москву? – девушка неловко пожала плечами и кивнула. – Ресторан был на втором этаже на Арбате. Далеко тебе еще до хорошей журналистки. Рассказывай все как было.

– Мне позвонила девушка и рассказала, что Вы с Вашим мужем разводитесь. Сказала, что ему надоел брак и он хочет разорвать эти отношения. Она предупредила, что Вы можете быть недовольны новостью и посоветовала сказать, что я подслушала разговор в ресторане, потому что именно там вы должны были это обсуждать.

– Что за девушка и почему ты ей поверила? – с интересом спросила я.

– Она… Прислала фото с Миролюбовым, но попросила их не публиковать. Я не знаю кто она, честно.

– Номер, с которого был звонок и фотографии.

Ждать мне долго не пришлось. Алёна, судя по всему, принявшая свое профессиональное поражение, отправила мне номер телефона сообщением и показала фотографии, которые ей отправил информатор.

Конечно, на них был мой муж со своей новой пассией.

Какая я глупая! Нужно было сразу догадаться, что таким грязным способом молодая девчонка укрепляет свои позиции рядом с симпатичным ей мужчиной.

– С Вами было приятно работать, Алёна. В благодарность угощу Вас завтраком и оставлю работать в редакции. Хорошего дня, – оставив на столе пару тысяч, чтобы девушка могла заказать себе что-нибудь, я покинула ресторан.

Была ли внутри злость? Не знаю, вряд ли.

Почему-то хотелось смеяться с глупости совсем юной неопытной девчонки, которая таким способом пыталась отвоевать у меня мужа. Я жалела её.

Если она опустилась до такого уровня, как сильно ей хочется остаться рядом с Борисом. Неужели она не видит ничего вокруг кроме этого мужчины, который, к тому же, бросил свою жену ради нее?

Бедная, бедная девушка…

Но на ситуацию я все-таки злилась. Одна малюсенькая статья создала мне огромные проблемы. Удар нанесен и по моей репутации, и по репутации холдинга. Инвесторы могут выйти из проектов, если решат, что на горизонте развод и раздел имущества.

О спасении бизнеса думать я не переставала. Нужно было или убеждать людей в том, что мы не разводимся, или убеждать всех в разводе без скандалов. В двадцать первом веке развод без скандала был явлением редким, так что я бы предпочла играть на публику.

– Костя, Борис Григорьевич у себя?

– Да, Ольга Владимировна, десять минут назад закончил совещание.

– По офису слухи уже ползут? – видя, что главный бухгалтер собирается мне солгать, я пресекла это на корню. – Я рекламщик, это вопрос репутации компании.

– Об этом только и говорят… Скажите, что желтая пресса врет!

– Врут производители чая для похудения, – неоднозначно бросила я, шагая по офису.

На столе в приемной сидела Марина. Девушка с кем-то мило чирикала по телефону, а, увидев меня, резко изменилась в лице.

Почему при виде ее милого личика мне так и хотелось уколоть побольнее? Я убеждала себя, что должна быть мудрее, терпимее. В конце концов, эта девушка не виновата в том, что мой муж ко мне остыл!

Но почему-то я не могла…

– Мой муж в кабинете? – спросила я лишь чтобы позлить девушку. – Борис, как хорошо, что ты здесь!

С этими словами я демонстративно хлопнула дверью перед носом той, что рвалась следом за мной.

– Оля, что творится в прессе? У меня телефон разрывается от звонков. Инвесторы в панике!

– Я ничего не могу с этим сделать. Издание, первым опубликовавшее новость, выпустило опровержение. Дальше по интернету все ползет в геометрической прогрессии. Мне приписывают беременность, а тебе отпуск на островах с моделью.

– Это ужас. Как информация могла просочиться в прессу?

– Не переживай, я узнала, – сказала с напускной серьезностью. – Мариночка, зайдите, пожалуйста.

Девушка недовольно перешагнула порог кабинета и встала за спиной моего пока что мужа, скрестив руки на груди.

– Пожалуйста, супруг. Источник информации. Дальше разбирайся с этим сам. Если хочешь спасти репутацию холдинга, рекомендую выложить совместное фото в социальных сетях с умильной надписью. Иначе это не остановить.

– Подожди, объясни все нормально, – мужчина посмотрел на свою пассию, которая сейчас выглядела невиннее, чем только что рожденный кролик. – Марина не причем.

– Тогда какая-то другая девушка позвонила журналистке с ее телефона, рассказала о нашем разводе, скинула ваши совместные фотографии и дала наводку, что разговор у нас будет в ресторане.

– Борис, я ничего не понимаю. Она говорит какую-то чушь! Я бы в жизни так не сделала!

Девчонка показательно разрыдалась прямо в кабинете, а я только позавидовала ее актерской игре. Нужно проверить какое учебное заведение она оканчивала. Наверняка гитис.

– Так, с этим мы разберемся потом. Оля, я ручаюсь, что Марина не причастна к этой грязной истории. Она не могла так сделать. Но это уже сделано, и сейчас нужно решить, как восстановить нашу репутацию.

– Я сказала тебе. Пара фотографий на личных страницах решат все вопросы. Я поприсутствую на ужине с инвесторами, буду мило улыбаться и подкладывать тебе салат, вопросы отпадут.

Я внимательно наблюдала за реакцией моего пока что мужа. Он колебался между репутацией компании и чувствами своей пассии, которая смотрела на него взглядом «Если ты меня любишь, никаких фотографий и выходов с женой».

Мужчина тяжело вздохнул. Он выбрал не компанию…

– В таком случае, я сделаю все, что в моих профессиональных полномочиях. Только учти, что завтра эта девчонка пустит слух о своей беременности, и из этого дерьма ты уже не выплывешь. А если моя репутация в прессе еще хоть раз пострадает, догадки инвесторов окажутся верными, тебя будет ждать громкий развод.

Забрав со стола документы, я дежурно улыбнулась этой сладкой парочке и покинула кабинет.

Было ли мне обидно? Безусловно. Я не понимала, чем продиктовано поведение моего пока что мужа.

Он всегда отличался рассудительностью, умом, никогда не смешивал личные и рабочие отношения. Даже наш официальный брак не влиял на работу!

А сейчас он поставил под удар себя, меня, репутацию компании из-за девчонки, которую едва знает? Что с людьми творит влюбленность…

Я была обижена по-женски, обижена профессионально, потому что надо мной просто усмехнулись, мне предпочли другую!

Чтобы не выплеснуть гнев на своих сотрудников, я приняла решение замаскировать его порцией вкуснейшего рататуя в любимом французском ресторанчике.

– Может быть, десерт? – предложил официант, забирая со стола пустые тарелки.

– Дайте мне пять минут времени, и, может быть, я решусь.

– Конечно, хорошего отдыха.

Теплая жидкость насыщенного красного оттенка в фарфоровой чашечке грела мои ладони и душу.

Я уговаривала себя ощутить состояние счастья: вкусная еда, ароматный чай, атмосферное заведение. Но что-то внутри не давало насладиться моментом. Я не могла отключить мысли и перестать думать о том, что за пределами этого ресторана в моей жизни творится полная неразбериха.

– Ольга Владимировна, здравствуйте. Приятного аппетита.

– Снова Вы? – я даже улыбнулась, увидев мужчину, который вчера сообщил мне крайне неприятную новость. – На этот раз в прессе написали о беременности новой пассии моего мужа или о моей гомосексуальности? Что еще придумали журналисты?

– Нет, что Вы, я подошел, чтобы принести свои извинения за вчерашнее.

– Да не стоило… – я кивнула мужчине на диванчик напротив меня, и тот охотно присел. – В конце концов, не Вы ведь написали эту статью.

Глядя в лицо конкурента моего пока что мужа, я пыталась понять, какую цель он преследует.

С чего мы вдруг пересеклись в ресторане, куда я хожу вот уже как несколько лет? Почему он так озадачен моей личной жизнью? Не верилось мне в такие совпадения, особенно когда они проявлялись в отношении прямого конкурента.

Но в глазах Кирилла я не видела фальши. Он казался мне искренним, и каждый его жест, каждый мимолетный взгляд выдавали волнение.

– Конечно, не я. Но мне не стоило верить желтой прессе. Просто я мельком увидел статью в интернете, а потом заметил Вас здесь. Хотел сделать как лучше, сказать слова поддержки. А получилось как всегда! Вы меня простите, пожалуйста, мне ужасно неловко. Позволите я угощу Вас обедом в качестве извинений?

– Это лишнее, – я отрицательно мотнула головой, делая большой глоток чая, чтобы заполнить паузу. – Вы ни в чем не виноваты и я не держу злу.

– Хорошо. Мне действительно искренне жаль, что я вчера влез со своими словами поддержки. Хорошего Вам дня.

– Спасибо, и Вам того же.

Мужчина сдержано улыбнулся мне, а после ушел в противоположный угол ресторана, где занял столик для двух персон и принялся изучать меню.

Я еще долго смотрела на него поверх чашки, пытаясь остаться незамеченной. Мужчина сидел ко мне полубоком, так что взглядами мы пересеклись лишь раз.

Но я все думала, почему он объявился здесь и сейчас.

Когда он подошел во второй раз, я была готова услышать вопросы касательно развода, правдивости слухов и прочего. Но Кирилл ничего не спросил, не стал выпытывать подробности.

Неужели действительно говорил искренне?

– Бред какой-то, – сказала я сама себе, закончив с чаем.

Но мужчина обедал в ресторане как ни в чем не бывало в гордом одиночестве. Как будто сюда он и впрямь пришел не ради меня, а ради утки в винно-брусничном соусе.

На рабочем месте я оказалась сразу после обеда. Забрала у Насти все необходимые бумаги и поручила ей достать для меня всю возможную информацию о Корневе. Наверняка у наших холдингов сфера интересов пересеклась на каком-то проекте, и Кириллу просто необходимо перетянуть одеяло на себя.

До самого вечера я занималась презентацией гольф-клуба, проект которого мы должны были сдать на следующей неделе.

Параллельно с задачами по части моей основной работы я занималась тем, что расхлебывала кашу с собственным разводом.

Только я добивалась опровержения от одной газеты, как следующая уже печатала новость в разы скандальнее.

В какой-то момент все дошло до такого абсурда, что я оставила попытки закончить череду бесконечных сплетен в интернете.

Если кому-то легче живется от того, что мы с Борисом, оказывается, изначально вступили в брак ради рекламы холдинга, я не возражаю! В конце концов, мой пока еще муж не торопится предпринимать хоть какие-то действия.

– Ольга Владимировна, расписание на завтра у вас на почте. Встреча с Зосимовой назначена на четыре часа, но она предупредила о возможном переносе на пять, если ее самолет задержат.

– Хорошо, Настя. Что насчет Корнева? Ты выяснила, почему он вертится вокруг меня?

– Он не вокруг Вас вертится, – с доброй улыбкой произнесла девушка. – Он временно переехал в офис через дорогу. У них то ли ремонт, то ли потоп, я толком не поняла. Но теперь они снимают три этажа вон там, – девушка ткнула пальцем за окно, где на расстоянии нескольких десятков метров стояла стеклянная многоэтажка ровно такая же, в какой работали мы. – А их отдел кадров вообще на два этажа выше нас сидит.

– Выходит, мы теперь соседи по офису… А чего он вьется в ресторане тут? У них своего нет?

– Нет, – со всей серьезностью ответила Настя. – Там неделю назад открыли какой-то китайский ресторан, так тараканы по всему первому этажу расползлись. Все заведения общественного питания временно закрыли.

– Это все очень здорово… Но откуда ты все знаешь?!

Девушка загадочно улыбнулась и совершенно невинно пожала плечами.

Я поблагодарила ее за помощь, беглым взглядом просмотрела информацию о Кирилле Корневе и пошла ужинать в ресторан.

В любимом мною заведении всегда были свободные столики. Офисные работники вроде меня любили заканчивать здесь свой день, но места хватало всем.

Однако кто мог знать, что сегодня одна из фирм в этом здании решит провести корпоратив по случаю юбилея компании прямо в этом ресторане?

– Простите, но сейчас свободных столиков нет, – разочаровал меня официант, оглядывая зал заведения, где и впрямь все было занято. – Может быть, хотите заказать доставку?

– Нет, спасибо. Я лучше пойду.

– Ольга Владимировна, Вы можете присоединиться, – стоило мне переступить порог, как за спиной раздался запомнившийся за эти пару дней голос. – За столиком достаточно места, а я еще не успел сделать заказ. Судьба явно настаивает, чтобы я угостил Вас ужином в качестве извинений.

– Мне неловко, – я смущенно улыбнулась под беззлобным, но заинтересованным взглядом официанта. – Но желание есть побеждает. Если Вы настаиваете, я присоединюсь.

– Будьте добры, принесите еще одно меню.

Я не рассматривала ужин с Кириллом как совместный. Хоть он и галантно помог мне снять плащ, а потом отодвинул стул. Буду думать, что мы просто оказались в одно время в одном месте.

– Замечательное заведение. Вы, наверное, часто тут бываете?

– С завидной регулярностью, – сухо ответила я, не отрываясь от меню.

– Мы с командой были вынуждены переехать в офис напротив, а там нет ничего кроме автомата с сэндвичами на нашем этаже.

Стоило бы поддержать беседу из вежливости, но желания у меня не было. Да и о чем говорить? Мы не знакомы друг с другом, и сейчас ужинаем вместе лишь по воле случая. Не считаю нужным лицемерить.

– Если Вы не против, ужин сегодня за мой счет. Я настаиваю, раз судьба сводит нас в этом месте который раз.

– Да, извините, – в этот момент я отвлеклась. В сумке зазвонил телефон, и диалог пришлось прервать.

Звонил мой пока что муж.

На мгновение я замерзла, пытаясь осознать, что разговор начнется не с привычного «Привет, Любимая, я соскучился». Скорее всего, вопрос исключительно рабочий.

Еще мгновение понадобилось, чтобы сделать глубокий вдох и войти в амплуа профессионала.

– Добрый вечер. У тебя что-то срочное? Я сейчас ужинаю, неудобно разговаривать, – будто спасательный круг в этот момент появился официант с двумя салатами на подносе.

– Ужинаешь с кем? Не с Корневым случайно?

– Что прости? – я подняла растерянный взгляд на мужчину напротив, но ответа в его голубых глазах не нашла.

Да и что он мне ответить? Он смотрел на меня не с меньшим интересом, хоть и пытался замаскировать заинтересованность.

– Не давай заднюю. Оля, что с тобой? Я тебя не узнаю! Ты же умела достойно принимать правду. Да, наш брак дал трещину, но я честно сказал тебе об этом. Вместо того, чтобы пожелать счастья, ты накидываешься с обвинениями на мою девушку, а потом обедаешь с моим главным конкурентом на радость журналистам?

– Что ты такое говоришь?

– Вся пресса пестрит вашими фотографиями. Ты же рекламщик, Оля! Сделала это назло? Чтобы утопить нашу репутацию окончательно?

От полнейшего непонимания ситуации вопросы комом застряли в горле, и я не смогла вымолвить ни слова.

Рвано хватая воздух, полезла в интернет, чтобы с ужасом обнаружить там снимки, сделанные за обедом ровно в тот момент, когда Кирилл подсел за мой столик, чтобы принести извинения.

Глубокий вдох, и глаза становятся влажными от слез обиды.

– Простите, – хватая сумочку и плащ, я спешно выбегаю из ресторана, чтобы не показывать эмоций на публику.

Загрузка...