УВЕРТЮРА


История — Великий Балетмейстер.

Не странно ли: исторические личности на сцене Истории

всегда танцуют парами — назовешь одного,

сразу же является второй.

Возьмем кого-нибудь наугад, например:

Кирилл и Мефодий,

Чернышевский и Добролюбов,

Гдлян и Иванов,

Тристан и Изольда,

Данте и Алигьери,

Робинзон Крузо и Пятница,

Карл Маркс и Фридрих Энгельс,

Каменев и Зиновьев,

Роберт Рождественский и Евгений Евтушенко

и многие-многие другие;

этот список можно продолжать до бесчувствия.

Получается какая-то дурная закономерность:

ЕСЛИ НЕТ ПАРЫ, ЗНАЧИТ, ЛИЧНОСТЬ НЕ ИСТОРИЧЕСКАЯ.


Получается так…

Объяснение этой парной закономерности простое:

у любого нормального человека всегда найдется

друг (например, Огарев), враг (Троцкий),

любовница (Клеопатра), сын (Дюма-младший),

брат (Райт, Гонкур или Вайнер), сват,

кум, сосед и так далее;

поэтому, как только человек становится

исторической личностью,

он автоматически тащит с собой

на сцену Истории того,

кто первым подвернулся за кулисами.

Впрочем, для закона парности существует и другое

простейшее объяснение: конечно же, в реальной жизни

исторические личности бродят не только парами,

но и триумвиратами, и дюжинами,

и даже волчьими стаями,

но, к сожалению, господам Геродотам

(Флавиям, Карамзиным) лень или недосуг

описывать Историю во всем ее многообразии,

и они толкуют ее концептуально,

по заданной схеме «один плюс один», например:

«Поссорились как-то Михал Сергеич с Борис Николаичем

и развалили Советский Союз…»

Так получается…


Но что это мы все о политике да о политике —

криминальная История гораздо интересней,

тем более, что

криминалистика тоже подчинена закону парности.

Ежу понятно: если есть труп, значит, есть и убийца.

Вызовешь на бис одного — выходят вдвоем, например:

Давид и Голиаф,

Брут и Цезарь,

Иоан Грозный и его сын,

Борис Годунов и царевич Димитрий,

Стенька Разин и княжна,

Джугашвили и жена…

Но мы кажется опять ударились в политику…

Возьмем лучше какую-нибудь криминальную пару

из мира искусства — пусть танцует,

а мы на ее примере рассмотрим процесс

раздвоения и деградации творческой личности

в наше нелегкое время.

Возьмем хотя бы всем известных Моцарта и Сальери —

чем не классическая криминальная пара?


Хорошо.

Берем Моцарта и Сальери.


Оркестр заканчивает увертюру.


Занавес медленно-медленно поднимается.


Загрузка...