Глава 2

Утро радовало теплым светом. Хорошо на дворе – конец весны. А если бы зима? Зимой в лесочке не спрячешься, нос отморозить можно. И не только нос, что уж там. Но я не жаловалась. Жизнь научила, что надо искать в любой ситуации положительные стороны. Вот не сбежала бы я от родителей – не окончила бы светлую школу. А школа дала мне многое: запас заклинаний, зелий и, как в старой шутке, дергающийся глаз. Впрочем, от последнего приобретения жизнь на природе избавила. Увы, ненадолго. А ведь конец практики был так близок! Еще два года – и здравствуй, свобода! Но ничего, все еще поправимо.

Я вышла из леса и направилась вдоль опушки. Даже если и встречу кого, так кто там в соседних деревнях знает, что у нас приключилось? Плохо только, что мое личико известно им слишком хорошо. Пока было свежо, я куталась в прихваченную накидку с капюшоном, а вот как потеплело, пот градом покатился по лбу, и накидку пришлось убрать в сумку. К счастью, сумка была зачарована – я не чувствовала ее веса. Подарок поклонника, кстати. Он учился на курс младше и не терял надежды, что обращу на него внимание. Увы, не сложилось. Он оказался совершено не в моем вкусе. За свою любовь бороться надо, а не вздыхать под окнами, пока соседки по комнате не начали смеяться. Но сумку приняла в подарок на выпускной, слишком уж полезная вещица и достаточно вместительная. Мне иногда казалось, что внутрь можно засунуть и слона. Здесь проблема другая: где слона найти?

Об этом я и думала, шагая, пока не устали ноги. Посидела немного, перекусила скудными запасами и зашагала дальше. А чтобы было не так скучно, начала петь песни. Кто меня услышит? Разве что зайцы.

Был в государстве нашем князь,

Завиднейший мужчина.

И государство в честь него

Назвали Альбертина.

Ведь звался бравый князь – Альберт,

И только в нем причина.

Спросили: «Чья земля?» В ответ

Сказали: Альбертина.

Конечно, путаница есть,

Придраться можно к слову.

Но ударенье – не порок,

И случай тут не новый.

Звучит по разным городам

И даже на чужбине:

«Прекрасный край, цветущий край» –

О нашей Альбертине.

Я прокашлялась и запела другую песню, куда более фривольного содержания, о любовных похождениях того самого князя Альберта, который подарил свое имя нашей стране. А мужчина был любвеобильный, прославился и на военном поприще, и на любовном, так что песенок о нем сложили немало.

Увы, ночевать снова пришлось в чистом поле. В деревеньки я заглянуть не рискнула. Там все всех знают и слишком много моих клиентов. А вот к вечеру следующего дня впереди показался город. Назывался он Сурт. Почему? А кто его знает? Я в местную историю не вникала. Сурт и Сурт. Зато здесь всегда было очень оживленно. Горожане славились керамикой, и, чтобы купить их изделия, съезжались обитатели всех окрестных земель.

На воротах позевывала стража. Зачем она была нужна, если даже не проверяла приезжих? Наверное, для устрашения. Поэтому я без проблем и вопросов миновала городские ворота. Запасы провианта подошли к концу, и первым пунктом в списке значилась покупка чего-то, что можно взять с собой и съесть по дороге, и плотный обед в какой-нибудь корчме. Огляделась по сторонам. М-да… Куда бы направиться? Решила, что пойду вперед. Рано или поздно найдется что-то подходящее.

– Яблоки! – кричал на высокой ноте один торговец.

– Вишня, спелая вишня, – вторил другой.

– Пироги домашние!

Желудок требовательно заурчал, и я кинула монетку в руки торговки, а сама получила ароматнейший пирог с мясом. Мм, вкуснотища какая! Пирог таял во рту, я съела не менее половины, а вторую бережно завернула и спрятала в сумку.

– Госпожа, купите чайник! – вдруг перехватил меня мужичок чудаковатого вида.

– Зачем? – уставилась я на него.

– Так вы ж это… ведунья, видимо. Вам чайник – самая нужная вещь в хозяйстве. Купите чайник, скажу секрет, – прищурился мужичок и выпятил зубы с щербинкой.

– Нет уж, – покачала головой. – Я путешествую. Как мне его с собой тащить?

– Так вот, взгляните. Ремешок имеется, чтобы удобнее чайник таскать.

Я наконец-то взглянула на предлагаемый товар. Красиво, что уж там! Чайник был выполнен в восточном стиле и казался не грубой кухонной утварью, а изящным предметом, который не стыдно показать гостям. И секрет узнать хотелось…

– Сколько вы за него хотите? – спросила торговца.

– Да всего-то три медяшки, – ответил тот.

– За этот старый чайник?

– Госпожа, мой секрет стоит гораздо дороже! Считайте, что чайник идет в подарок.

– Ну, хорошо. – Я согласилась, больше чтобы странный субъект отстал, и протянула ему монетки, проредив свои запасы. Ненужная покупка перекочевала в мои руки. – А как же секрет?

– Вы бы капюшончик опустили пониже, госпожа. – Торговец перешел на шепот. – Ищут вас, портреты на всех столбах. Шибко вы обидели чем-то любимого сына командующего стражей Альбертины.

– Что?

Душа ушла куда-то в пятки, а грязный палец торговца указал на мой размноженный, видимо, с помощью магии портрет, который действительно украшал собой каждый столб. И, как назло, портрет был крайне удачным, будто я сама смотрела на себя с каждого угла. Да чтоб мне провалиться!

– Благодарю, – пробормотала я торговцу и сорвала ближайший листок. «Разыскивается светлая ведунья Марьяна из деревни Тихие Углы. Ведунья обвиняется в разбойном нападении на капитана Итена Хардинского и причинении ему тяжелого морального и физического ущерба. Нашедшему премия – десять медяшек», – значилось на нем.

Тяжелого физического ущерба, говорите? Надо было этого капитана Итена Хардинского мужским бессилием проклясть. Кто сказал, что светлые ведуньи не проклинают? Тот солгал. Нам не полагается, конечно, но мало ли кому что полагается? Я сложила листок и опустила в свою сумку. Как теперь поступить? О том, чтобы пообедать где-то, придется забыть. Куплю еду, а ночевать уж как-нибудь устроюсь. Ночевать… А дилижанс? Меня же в нем сразу узнают! Может, стоит пройти до другого города? Или до соседнего княжества? Вся Альбертина состояла из мелких княжеств, а в столице восседал верховный князь, потомок того самого Альберта, о котором шла речь в песенке, и тоже, как несложно догадаться, Альберт.

Вот только топать мне до соседнего княжества дней пять, а потом перебираться через границу. Что же делать? Мучимая тяжелыми раздумьями, я надвинула капюшон пониже, купила немного яблок, булку, припрятала в сумку, а вот бумажный сверток с копченым мясом туда уже не вместился, его я несла в руках. Шла, глазея по сторонам, чтобы найти вывеску постоялого двора, и заметила, что портретик-то мой не один. На соседнем столбе и вовсе устрашающая рожа. «Разыскивается неизвестный, – значилось под ней. – Обвиняется в многочисленных кражах, а также лишении чести добропорядочных девиц. Крайне опасен, некромант».

Ух ты! Вымирающий вид. Некромантию в Альбертине не любили и когда-то всех некромантов истребили на корню. Но это ведь не мешало мертвым бедокурить. Пришлось отыскивать последних забившихся в норы специалистов по мертвецам и создавать благоприятные условия для их размножения. То есть срочно женить. Учитывая, что не все дети унаследовали дар, то таких специалистов оставалось маловато. А главное, какая примечательная физиономия! Бандитская прямо-таки. Волосы короткие, торчат дыбом. Глаза с коварным прищуром, внушительный нос и козлиная бородка. Вот ты какой, некромант!

Я зазевалась, исследуя соседа по столбам, и не сразу поняла, что случилось, когда какой-то парень выхватил у меня сверток с мясом и бросился бежать.

– Стоять! – закричала я, видя, как обед убегает от меня. – Люди добрые, имущества лишают!

И помчалась следом, позабыв обо всем на свете. Думает, я бегать не умею? Как бы не так! Прибавила скорости и уже почти догнала вора, когда дорогу нам преградили стражи порядка. Вор затормозил, я врезалась ему в спину, но быстро опомнилась и выхватила свой сверток.

– Что происходит, госпожа? – миролюбиво поинтересовался у меня стражник.

– Обокрасть пытались, – запыхавшись, отвечала я. – Вот этот тип и пытался.

И вдруг поняла, что во время бега капюшон слетел. Стражники уставились на меня, потом перевели взгляд на ближайший столб, на котором тоже красовался мой портрет, затем снова на меня.

Бежать! Я кинулась прочь. Парень по непонятной причине тоже понесся следом. Теперь получалось – я убегала, а он меня догонял. Что за несправедливость судьбы? Ноги запутались, и я упала. Парень подхватил одной рукой меня, другой – сверток с мясом.

– Шевели ногами! – рявкнул на меня странный вор, и мы понеслись быстрее, свернули в какой-то двор, забились за сарай и замерли.

Я поняла, что дольше бежать не могу. Легкие разрывало на части, да и спутник мой щеголял красной физиономией. Знакомой такой физиономией… Конечно, портрет на столбе был несколько утрированным, но не настолько, чтобы не узнать своего невольного спутника.

– А ты…

– Тсс! – Парень зажал мне рот ладонью. Мимо, переговариваясь, прошли стражи, а я разглядывала физиономию с трехдневной щетиной, всклоченные пшеничные волосы, знакомый прищур голубых глаз. На лице написано – бандит. А если верить сводкам, еще и некромант. Шаги стихли. Рука, зажимавшая рот, исчезла.

– Спасибо, – пробормотала я. – Мясо отдай.

Вместо ответа парень зашелестел оберткой и откусил огромный кусок от моей покупки!

– Отдай, кому говорят! – Дернула сверток на себя и едва не уронила в грязь. – Не один ты тут голодный.

И тоже откусила кусок, быстро прожевала, пока нас не нашли. Затем бережно завернула обратно и попыталась устроить остатки в сумке. С трудом, но получилось. После этого снова надвинула капюшон на нос и поднялась на ноги.

– Счастливо оставаться, господин вор, – пожелала я новому знакомому.

Кстати, не представляю, на чью честь он там мог покушаться. Выглядел мой брат по несчастью весьма помятым.

– И вам также, госпожа ведьма, – ответил тот, поднимаясь и отвешивая шутовской поклон.

– Ведунья, – поправила я.

– Одной палки концы.

– Хам!

– Я бы на вашем месте говорил потише, стражи где-то поблизости.

Я пошла прочь. Стражи поблизости не было, а мне нужно выбраться из города. Переночевать тут вряд ли удастся. Разве что выбрать какую-нибудь убогую забегаловку на окраине города, где за гроши предлагают койку в общем зале и миску супа за столом.

Парень шел за мной. Преследует он меня, что ли? А вдруг обвинение не лишено оснований? Я обернулась, тот даже не поморщился.

– В чем дело? – спросила прямо.

– Ни в чем. Мне просто в ту же сторону, – ответил он.

Так я и поверила. Не иначе как мясцо по вкусу пришлось. Ну и пусть покупает сам. Я ускорила шаг, парень тоже. Бежать не рискнула – привлеку слишком много внимания.

– Послушай, тут неподалеку есть место…

Я обернулась и устало спросила:

– Какое место?

– Где можно поесть и отдохнуть и никто не задает лишних вопросов. Только у меня денег нет. Там всего-то полмедяшки надо. Одолжишь?

– А как отдавать будешь?

Конечно, я понимала, что никак. И в кошельке была огромная такая дыра, и всего-то пять медных монеток. А спорила больше для вида, потому что безумно устала.

– Натурой, – усмехнулся наглый некромант. – То есть могу служить тебе охраной в пути. Ты ведь куда-то идешь. Я тоже иду… куда-то. А куда именно, давай обсудим на полный желудок.

– Ты и так мое мясо надкусил! – возмутилась я.

– Да? Извини. – Некромант удивленно вскинул брови. – А я-то думал, это свинина.

Я только тихонько зарычала, но усталость брала свое, и я согласилась пойти за проклятым некромантом, соблазнителем девиц. Меня-то он уж точно соблазнил возможностью выспаться.

Так мы и дошли до маленького то ли трактирчика, то ли гостевого домишки, вся примечательность которого состояла из огромной вывески «Приют петуха». Зачем петуху приют, уточнять не стала. Судя по печи, нарисованной на вывеске, приют его – в кастрюле.

– Прошу, госпожа. – Некромант распахнул передо мной двери. В общем зале было темновато, несмотря на то что на улице царил белый день. Зато пахло ух как вкусно! Я втянула носом аромат и блаженно зажмурилась.

– Чем могу служить? – Полный добродушный хозяин тут же возник передо мной.

– Питер, нам нужна комната на двоих и обед, – за меня ответил некромант.

– А, это ты. – Хозяин мигом помрачнел. – Сначала деньги, потом еда.

– Вот, – протянула ему полмедяшки.

– Так это за вас, девушка. А за него?

Вздохнула и протянула еще одну мелкую монету. Ох уж этот некромант! Слишком дорого мне обходится. Но комнатушка, вопреки опасениям, оказалась достаточно уютной. Здесь было две кровати, небольшой стол и шкафчик. Чисто, тихо. Что еще надо? А некромант уже тащил меня обратно в общий зал. Хозяин подал нам две тарелки супа, и мы заработали ложками. Да, маловато, но лучше, чем ничего. Покончив то ли с обедом, то ли с ужином, мы вернулись в комнату. Парень тут же упал на свою кровать, вытянул ноги и довольно потянулся, как большой кот. Я же поставила на стол чайник, засунула сумку на верхнюю полку шкафа и подумала, что неплохо было бы вымыться. Увы, уборная, она же банная комната оказалась одна на этаж и представляла собой большую бочку.

– Хватит разлеживаться, – сказала я некроманту, вернувшись в комнату. – Наноси в бочку теплой воды.

– С чего бы это? – Тот приподнялся на локте.

– Я за тебя заплатила, отрабатывай вложенные деньги.

Парень недовольно поморщился, но возражать не стал, поэтому полчаса спустя я все-таки смогла сбросить пыльную одежду и насладиться горячей водой и душистым мылом. Затем в банную направился мой спутник, а я забралась под одеяло. Ну и пусть солнце в окно светит. Устала я, вот как.

Некромант вернулся четверть часа спустя. Теперь он тоже выглядел не так угрожающе, и щетина вроде бы стала короче. Парень как парень.

– Как тебя хоть зовут? – спросила его, высунув нос из-под одеяла.

– Ромашка, – ответил некромант.

– Как? – Я даже села.

– Ромашка, – повторил тот. – Вообще Ромаш, но так меня никто и никогда не называл. Еще от родителей повелось: Ромашка, и все тут.

Какая-то жутковатая ромашка получается, щетинистая, а главное – хищная, мясо любит.

– А меня Марьяна зовут, – сказала я, подумав.

– Знаю, на столбе прочитал.

– Давай спать, Ромашка?

А сама чуть не захихикала. Хорошо хоть сдержалась.

– Давай, – согласился тот, запирая дверь на щеколду и забираясь под одеяло.

– Чур, на мои припасы не покушаться.

И кому я это сказала? Мой странный спутник уже сопел и видел сны, а я раздумывала, что делать дальше, пока не уснула.

Загрузка...