Русские фамилии

Рецензенты: чл.-корр. АН СССР О. Н. Трубачев, доктор филологических наук А. В. Суперанская, доктор филологических наук В. К. Журавлев

Перевод с английского Л. В. Куркиной, В. П. Нерознака, Е. Р. Сквайрс

Редактор Н. Н. Попов

Редакция литературы по гуманитарным наукам

© Перевод на русский язык, послесловие и комментарии — издательство «Прогресс», 1989

От автора

В настоящей книге ставится задача исследовать современную систему русских фамилий в морфологическом и семантическом аспектах. Поскольку эта система является итогом длительного развития, необходим анализ исторических данных всякий раз, когда они способствуют лучшему ее пониманию. Настоящая книга, однако, вовсе не претендует на то, чтобы стать историей русских фамилий.

Материал для книги подбирался из разнообразных списков фамилий, таких, как адресные книги, указатели, библиографии. Особенно полезны оказались петербургская адресная книга [«Весь Петербург», 1910 г.] (см. с. 312), а также удобные указатели к «Летописи журнальных статей». Разумеется, из всех фамилий, зафиксированных в названных источниках, можно было учесть только часть, поэтому перечень фамилий, вошедших в данную книгу, является очень выборочным: были отобраны только те, которые иллюстрируют специфические типы или черты современных русских фамилий; будучи репрезентативными, они не исчерпывают всего многообразия. В книге приведено свыше 10 тысяч фамилий.

Литература о русских фамилиях достаточно обширна, но она не содержит обобщающих работ, подобных тем, что написаны о чешских, польских или украинских фамилиях, не говоря уже о богатой западноевропейской ономастической литературе. Поэтому настоящая книга — это как бы первый опыт со всеми присущими первому опыту изъянами. К ним можно отнести неадекватность в приведении фактов, неравномерность при рассмотрении различных аспектов и, наконец, множество вопросов, оставшихся открытыми. Но начало должно быть положено.

Организация материала внутри книги вызывала определенные трудности. Хочется надеяться, что оглавление поможет читателю уяснить принцип авторского подхода к предмету, но особое внимание следует обратить на Дополнение I, посвященное русским двойным фамилиям (которые противятся всем попыткам втянуть их в структуру работы). В Дополнении II предлагается частотный список, охватывающий сто самых распространенных русских фамилий (взятых из вышеупомянутой петербургской адресной книги).

В первом указателе представлены все приведенные в настоящей книге фамилии; во втором даются окончания русских фамилий по алфавиту.

Библиография в конце книги содержит как относительно недавнюю советскую литературу по этому предмету, так и работы, опубликованные за пределами СССР; последние часто не учитываются в советских библиографиях, превосходных в других отношениях.

В создании настоящей книги сыграли большую роль советы и замечания моих коллег и друзей. Автор особенно благодарен своему оксфордскому коллеге Джону Симмонсу за бескорыстную помощь. Он прочитал всю рукопись, указал на многие непоследовательности и пропуски, внес улучшения в структуру книги и, кроме того, придал силу и точность моему нетвердому английскому языку. Терпеливо занимаясь неблагодарным и требующим много времени делом, любезно помогая мне, он поддерживал нередко угасавший во мне энтузиазм.

Хочу также выразить искреннюю признательность и другим коллегам, чья великодушная помощь помогла избежать ошибок в разделах, где рассматривается ономастика незнакомых мне языков — особенно проф. Моше Альтбауэру, проф. Арашу Борманшинову, покойному проф. Давиду Джапаридзе, докт. Кире Эриксон, докт. Константину Храмову, проф. Валентину Кипарскому, проф. Карлу Менгесу, г‑же Хасмик Мамиконян, покойному проф. Григорию Нандришу, проф. Энтони Салису, проф. Георгию Шевелеву и докт. Виктору Ващенко. Моя жена оказала ценную помощь в трудном деле — расстановке ударения в русских фамилиях.

Оксфорд — Нью-Йорк, 1969

Введение

Русские фамилии обычно образуются от личных имен, то есть имен, данных тому или иному лицу, — к ним относятся как крестильные имена (то есть имена, полученные при крещении), так и прозвища, даваемые человеку по его профессии, месту проживания или каким-либо другим признакам. В этом отношении русская традиция не отличается от традиций других европейских народов.

Но между русским и западноевропейскими языками — например, английским, французским или немецким — есть существенная разница в том, каким образом имя становится фамилией. В этих языках любое индивидуальное имя может быть использовано и часто используется как фамилия без какого бы то ни было специального морфологического оформления. Примерами могут служить такие фамилии, как англ. Henry, Cooper, Norbury, Crow, King; франц. Hugo, Meunier, Lafayette, Corneille, Petit, Racine; нем. Ernst, Schröder, Adenauer, Braun, Fuchs, Schiller.

Однако и в западноевропейских языках встречаются фамилии, которые содержат специальный морфологический элемент, отличающий их от других имен. Чаще всего он указывает на отношение сына к отцу — такая фамилия, в сущности, является патронимом.

В германских языках форма родительного падежа на ‑s часто использовалась как патроним и позднее как фамилия. Примеры: англ. Atkins, Jones, Reynolds, Woods; нем. Albrechts, Eggers, Diederichs; голл. Cooremans, Janssens, Peeters.

Похожий способ, получивший распространение в эпоху Возрождения и особенно популярный у немцев, заключался в использовании формы латинского родительного падежа, например: Arnoldi, Petri, Andreae.

Иногда для образования патронима к личному имени (почти исключительно христианскому) добавляется слово со значением ‘сын’, например, англ. Addison, Parkinson, Robson.

Этот прием особенно характерен для скандинавских фамилий, таких, как шведск. Gunnarsson, Nilsson, Persson; датск. Andersen, Petersen, Rasmussen.

Кельтские патронимы, образованные при помощи Mac или O’ принадлежат к тому же типу: Macdonald, Macintosh, Macmillan; O’Casey, O’Connor, O’Hara.

Специальный тип патронима сформировался в английском путем добавления к имени слова Fitz (= франц. fils). Такие патронимы были характерны для британской аристократии и часто подразумевали внебрачное рождение: Fitzgerald, Fitzhughes, Fitzroy.

В русском языке использование немодифицированного личного имени в качестве фамилии — явление исключительное, особенно в отношении имен существительных (в английском это фамилии типа Jack, Miller). Такие фамилии в большинстве случаев украинского и белорусского происхождения, и великорус воспринимает их как чуждые исконно русскому типу. Фамилии в форме прилагательных (типа англ. White) встречаются у русских чаще, но широкого распространения не получили. Подавляющее большинство русских фамилий имеет патронимический характер, который выражается специальными суффиксами — почти исключительно это суффиксы ‑ов/‑ев и ‑ин, причем первый используется гораздо чаще, чем второй. Незначительную группу патронимических фамилий составляют имена, образованные от сохранившейся формы родительного падежа прилагательных в единственном (Дурново́) или во множественном (Черны́х, Широ́ких) числе.

Преобладание патронимической модели объединяет русских с другими православными славянами — болгарами, сербами и, в меньшей степени, украинцами и белорусами. Фамилии неправославных славян — поляков, чехов, словаков и словенцев — образуются по другой модели, более близкой западноевропейскому типу.

Патронимический тип русских фамилий настолько распространен, что он обязательно должен занять основную часть любого исследования на эту тему. Следовательно, при рассмотрении в исторической плоскости в первую очередь должны получить освещение два момента: (1) образование патронима и (2) превращение патронимов в наследственную фамилию. Этому посвящена глава I настоящей книги.

Русский язык — это язык с развитой морфологией, ему присуще стремление обозначить каждую семантическую категорию специальным признаком. Патроним всегда характеризуется суффиксом или падежным окончанием, и русские фамилии также обладают отличительными морфологическими признаками в виде суффиксов и падежных окончаний. Более того, поскольку патроним может быть образован от имен существительных, в составе которых имеются самостоятельные суффиксы со значением уменьшительности, принадлежности к профессии, места жительства и т. д., русские фамилии могут быть подразделены на большое число морфологических вариантов, каждый из которых обнаруживает характерную суффиксальную модель, охватывающую два или три конечных слога. Эти морфологические особенности объясняют, какое значение имеют формальные признаки для русских фамилий. Преимущественно в этом отношении они отличаются от английских, французских или немецких фамилий{1}.

Русские фамилии в форме существительных или прилагательных могут склоняться как в единственном, так и во множественном числе, то есть могут изменять свои окончания в соответствии с падежом. Большинство фамилий, таким образом, имеет более дюжины различных форм, и каждая из них обладает полным законным статусом. И в этом отношении русская фамильная форма далеко отстоит от строгой, неизменной и единой фамильной формы в неславянском европейском мире.

Наконец, в русских фамилиях ударение непостоянное (как в английском, но не как во французском), что является еще одним формальным признаком, который нельзя упускать из виду. Две формально одинаковые русские фамилии с разным ударением — это две различные фамилии.

Сложность морфологической структуры русских фамилий делает необходимым посвятить этому специальную главу (II) о форме фамилий — раздел, обычно отсутствующий в описаниях европейских фамилий.

В главах I и II, составляющих первую часть книги, рассматриваются общие вопросы. В главах III—VIII анализируется образование и значение, или, говоря точнее, семантика современных русских фамилий, при этом иногда затрагивается и этимология личных имен, лежащих в основе фамилий. Фамилии классифицируются по четырем традиционным семантическим группам согласно их образованию от (1) крестильных имен (гл. III—IV), (2) названий профессий (гл. V), (3) географических названий (гл. VI) и (4) прозвищ (гл. VII—VIII). Эти главы охватывают фамилии, которые из патронимов и прозвищ постепенно превратились в наследственные.

В IX главе рассматриваются искусственные фамилии. Их «искусственность» проявляется в том смысле, что они возникли как готовые формы, без той предшествующей исторической эволюции, которая характерна для исконных фамилий. Именно по этой причине в них часто обнаруживаются морфологические черты, которые в некоторой степени противоречат правилам русского словообразования. Фонд искусственных фамилий состоит из (1) фамилий русского духовенства, созданных в XVIII—XIX вв., (2) фамилий, данных внебрачным детям, (3) псевдонимов, (4) фамилий, придуманных писателями для своих литературных героев и (5) фамилий, сознательно измененных.

Части первая (гл. I и II) и вторая (гл. III—IX) целиком посвящены собственно русским фамилиям и образуют основную часть настоящей книги.

Русская империя была, а СССР остается многонациональным государством. Большинство наций, проживающих в СССР, имеют собственные национальные фамилии, которые во многих случаях превзяли русские суффиксы, например, ‑ов/‑ев, вписавшись таким образом в общую модель. От исконно русских фамилий они отличаются только этимологией.

Но некоторые фамилии, помимо этимологии, сохранили свою национальную форму, и, строго говоря, не могут быть отнесены к русским фамилиям. Однако они часто принадлежат людям, которые считают себя русскими, и поэтому должны быть рассмотрены в книге о русских фамилиях. В значительной части это фамилии украинского и белорусского происхождения. Морфологически и семантически они близки к чисто русским фамилиям, с которыми их связывает много общих черт. Они легко русифицируются. Такие фамилии рассматриваются в третьей части книги вместе с фамилиями, превзятыми из других славянских языков (гл. X—XII).

Наконец, четвертая часть посвящена русским фамилиям неславянского происхождения, восходящим к европейским (гл. XIII) или неевропейским языкам (гл. XIV). Они рассматриваются кратко, главным образом с точки зрения их русификации.

Если морфологическая структура и семантика русских фамилий исследуются в настоящей книге в достаточно полном объеме, то об их географическом распределении много сказать не удалось. Это обусловлено специфическими чертами развития русского общества, в особенности тем, что становление русских фамилий происходило в период, когда власть московского централизованного государства распространилась на огромную территорию европейской равнины и Сибирь. Быстрый процесс колонизации привел к относительно единообразному распределению как русских диалектов, так и русских фамилий. Поэтому местные традиции на современном этапе ономастических исследований едва ли могут быть выявлены. В этом отношении русская ономастика выразительно отличается от ономастики западноевропейских стран, где прослеживаются устойчивые местные варианты. Но в ряде случаев, когда некоторые типы фамилий могут быть привязаны к определенным ареалам, на такое отношение указывается.