В мир я вышел, чтоб к цели заветной прийти,
Не боюсь умереть в чужеземном пути.
Если дух испущу – то покой обрету,
Коль останусь в живых – путь обратный найду.
Думаю, прочитав два эти два бейта, вы скажете: «Наш поэт решил странствовать по земле в поисках знаний и своего удела, совершая путешествие, как того требует религия: “расходитесь по земле, добивайтесь (честным трудом) благ Аллаха”. Религия не знает вялости, безделья и застоя».
Путешествия его предполагают два варианта: достижение определенной цели или уход из этого мира на чужбине.
Если поэт умрёт, то умрет как великий борец за истину и искатель знаний, и какой же это достойный поступок покинуть мир, желая дойти до своей цели. Если же он спасется, то вернётся на родину с исполненными мечтами, каким же скорым в этом случае будет его возвращение.
Выстраивание отношений с людьми – это нелегкое искусство со своими правилами и основами, где каждое действие имеет подобное себе противодействие. Тот, кто уважает людей, будет уважаем ими, а тот, кто относится к ним легкомысленно, сам может оказаться презираем ими.
Тот, кто пропускает людей через «сито», сам окажется среди «высевки», и достоинства его не будут признаны!
Тот, кто идёт против людей, окажется в итоге неправым. Об этих важных жизненных смыслах говорит аш-Шафи‘и в следующем стихотворении:
Кто людей уважает – народом любим,
Презирающий всех, как изгой, нелюдим.
Кто не любит людей – будет попран в правах,
Он не прав, что людей почитает за прах.
Как-то состоялись дебаты между аш-Шафи‘и (да будет доволен им Аллах) и Мухаммадом ибн Хасаном49, с которым был Бишр аль-Мариси50, в присутствии самого Харуна ар-Рашида51, куда аш-Шафи‘и привели в оковах и где он прочитал Бишру эти два бейта.
Думаю, что вы спросите: «Когда же наши чиновники будут иметь почёт?»
Я отвечу: «Тогда, когда каждый из них станет обращаться со своим народом уважительно, проявляя кротость и милость…
Когда станут смиренны и будут встречать людей с доброжелательным лицом и чистым сердцем…
Когда поделятся с людьми своим имуществом, проявляя щедрость…
Тогда-то люди и признают их главенство».
В эпоху аш-Шафи‘и (да будет доволен им Аллах) были гадальщики и предсказатели будущего, которые гадали, всматриваясь в небесные тела, однако сокровенное знает только Аллах, и верующему не стоит верить звездочету, ведь говорят же не зря: «Звездочеты лгут, даже если они правы».
По этой причине мы видим, как аш-Шафи‘и передает путникам письмо к звездочету, высказываясь о том, что он не верит его россказням, так же как и не верит в то, что он говорит якобы со слов планет о разгадывании сокровенного. Имам убежден, что эта вселенная находится под властью одного Владыки, Того кто знает, что было и что будет. Так как же об этом узнать звездочету?
От меня звездочету пошлите ответ,
Что не верю словам говорящих планет.
Верю я во Всевышнего, что б не случилось,
Знает Он лишь, Единый, что будет, что нет.
Люди увидели в Египте ученого курайшита (т.е. имама аш-Шафии), устроившегося в мечети, чтобы преподавать. Они смотрели, как он молится, и не видели раньше молитвы лучше, они слушали его речь и не слышали до этого речи слаще. Это не могло не разозлить некоторых местных факихов, испугавшихся за свое положение, которое они занимали в обществе.
Фитьян ибн Аби ас-Самх вышел за рамки морали в дебатах с аш-Шафи‘и и сказал ему то, чего не стоило говорить. Правитель Египта, узнав об этом, жестоко наказал Фитьяна, но его ученики все равно боролись с каждым кто приходил в религиозный кружок к аш-Шафи‘и, чтобы учиться у него. Имам немало пострадал от этих людей, а в двух бейтах он поведал о своем отношении к тем, кто преследовал его:
Ты скажи, что угодно, браня мою честь,
Но молчанием будет тебе моя весть.
Есть ответ у меня, не отвечу однако,
Не ответствует лев недостойным собакам.
Думаю, что вы подтвердите: «Нет пользы в ответе подлому человеку, обращая внимание на его подлость. Достойным людям стоит беречь свои силы и время и не тратить их впустую, караван знаний будет идти к своей цели, и лай собак его не остановит».