Сбежать от Питбуля (бонусы)

Бонус 4

Спит…

Перевернувшись на живот равномерно сопит. Глажу по обнажённой спине, обрисовывая пальцами впечатляющие рельефы. Слышу тихий стон удовольствия. И продолжаю поглаживать. Никогда не делала массаж мужчине. Не уверенна, что ему можно полноценный, но решаюсь немного потискать. Исключительно для расслабления.

Сев сверху, сжимаю его бёдрами. Это похоже на то, словно сидишь на жеребце. Даже хочется немного попрыгать.

Ну, что ж ты не попрыгала, когда он предлагал, там на диване?

Ой-ой… Идея с "попрыгать" отметается. К "седлу" мои органы не подготовлены.

Ложусь щекой на прохладную спину. Мой!…

Пока спит, можно смело изучать. Главное, чтобы не проснулся. Втыкаюсь носом между лопаток, вдыхая его запах. Он чуть-чуть пробивается сквозь аромат геля для душа. Щекочет под черепной коробкой. Трусь между лопаток губами, оставляя несколько поцелуев. Двигаюсь кончиком носа вверх. Вспоминаю, как он прикусывал меня здесь. И как тело моё выдавало короткое замыкание от удовольствия. Медленно сжимаю зубы на его загривке. Ещё один тихий стон, сквозь сон.

Замираю, ложусь сверху и расслабляясь. Спи, агрессор. Я тебя боюсь!

А потрогать его хочется… Как тигра. Красивый, мощный. Страх, что съест меня обостряет ощущения.

Переворачивается, я скатываюсь на бок. И тут же притягивает на грудь. Спим дальше… Он громко, глубоко и чуть неровно дышит мне прямо в ухо. От этого моему телу неспокойно. Мурашки идут волнами. И очень горячо между бёдер. Грудь болезненно и приятно тянет.

Не открывая глаз, увлечённо продолжаю свои экскурсии. Ладонь скользит по его грудным мышцам. Вздрагиваю от оглушающей вспышки ощущений, когда натыкаюсь ладонью на сосок.

Стоп-стоп-стоп… Ты нарвешься, Синичкина. Разбудишь, и он тебя сожрет.

Но тигр дышит глубоко, и я не могу удержаться. Ладонь сама ползёт ниже. Скользит по полоске волосков ниже пупка до резинки наспех натянутых шорт. А потом вдоль резинки по прессу.

Торцом ладони проезжаюсь по упругой напряжённой головке, натягивающей ткань. Ощущения сумбурны… Чувствую, как в лицо бросается кровь от стыда, но тело тянет как у мартовской кошки. Хочется вжаться в Дана и потереться об него.

Ладно, стоп… Пусть спит, целее буду. Дышу глубже, пытаясь тоже уснуть. Но дыхание не желает успокаиваться. К тому же мысль — отчего у него может быть эрекция во сне — будоражит. Что ему снится? Наше "шампанское"? Или его умопомрачительные поцелуи на моём южном полюсе?

Ловлю себя на том, что мои пальцы уже "шагают" по его стволу, играя с этим инструментом. Он пружинит и дёргается им на встречу. Головка оттягивает резинку шорт вверх. Мои пальцы нерешительно ныряют внутрь, касаясь очень горячей подрагивающей плоти.

Стон… Если он проснётся, то… я не выкручусь. Отдергиваю руку. Глажу по коротко бритому затылку.

Ладно пусть спит. Но не проходит и пяти минут, как мои пальцы снова оказываются там. Как магнит!

Опять убираю руку. Пытаюсь найти удобную позу. Ловлю себя на том, что трусь о его бедро… Замираю. Устроившись, кладу руку на живот. И она неконтролируемо съезжает ниже.

В голове моей неразумной всплывает слово "минет". Меня окатывает кипятком и оглушает от всплывающей картинки. Мужчинам это нравится… А мне нравится этот мужчина.

Я хочу попробовать?

Но я же не умею. И я не уверенна, что я готова к таким приключениям. Хотя… Это не так пугает, как сам секс. Это хотя бы не больно.

Чисто в качестве эксперимента сползаю лицом чуть ниже, ложась щекой на его солнечное сплетение. Веду пальцем под резинкой по животу. Касаюсь им головки… Она мокрая и скользкая. Веду обратно.

Просто взять в рот? А если эта бутылка шампанского выстрелит мне туда пеной?

Черт… облизываю губы. Нет, я пожалуй не решусь на такие фокусы!

С тихим рычанием, Дан ловит мою кисть. Смещает ниже на член, сжимает её на нём.

Ай! Не спит?!

— Ася… — сипло выдыхает.

Его большой палец сминает мои губы, проникая в рот. Вторая рука давит на затылок. Я зажмуриваюсь, теряя связь с реальностью. И в следующее мгновение мой рот растягивает тёплая терпкая плоть. Мыча, дергаюсь от неожиданности и шока. Но его пальцы сгребают на затылке мои волосы, удерживая меня на месте. Член на мгновение покидает мой рот, но не позволяя даже сглотнуть слюну врезается в него снова. Так глубоко, что я давлюсь им.

Ну вот, ты хотела минет?

Черт-черт… Ну не так же внезапно и нагло!

При следующей попытки протаранить моё горло, рефлекторно выставляю язык.

И я покусаю сейчас эту штуку, если она ещё так нахально…

— Вау, да… да, детка… — шепчет он, задыхаясь и сжимая волосы на затылке.

От этого шепота, я вся мягкая и послушная. Окей… Ладно… Не покусаю!..

Но перехватываю член рукой, чтобы хоть как-то контролировать его движения. Закрывая глаза, ощупываю упругую плоть языком. Вкус уже не так шокирует, как в первые мгновения. Но не успеваю я проявить никакой самостоятельности, как оказываюсь на спине и распятой.

— Дан! — испуганно бормочу я.

Мой рот затыкают влажным напористым поцелуем. Пола моего халата скользит в сторону. А под ним ничего… Дан тяжелый… И двигается как тугая мощная пружина… Как голодный зверь!

"Скажи ему, что у тебя ничего и никогда ещё не было!" — пролетает последняя разумная мысль в этом чувственном водовороте. Но чем я должна сказать? У меня во рту два языка, и обоими я не владею!

Горячая головка упирается мне между бёдер, именно туда, где давно уже болезненно ноет. Панически сжимаю его торс. Неуверенно мычу, пытаясь притормозить неизбежное.

— Ччч… — сбивчиво выдыхает Дан мне в рот.

И с тихим рычанием врезается в меня бёдрами! Не только бедрами! С воплем, впиваюсь ногтями в его широкие плечи. В глазах искры. Больно… Шокирующе… Сжимаюсь вся. Боги, как эта боеголовка влезла в меня, вообще?! Ощущение, что меня слегка разорвало.

— Детка?! — замирает Дан.

Хныкая, в эмоциях шлепаю ему по плечу. Я бы зарядила по щеке. Но опасаюсь за его голову.

Сползает чуть ниже, покидая меня. И что-то ласковое шепчет, зацеловывая шею. Щетина чувствительно скользит по коже, отвлекая от болезненных пульсирующих ощущений.

Кожа взрывается мурашками, я дрожу…

— Зайка моя маленькая… — шепчет Дан. — Прости…

Укус за мочку, кромку ушка… От остроты ощущений я почти забываю — за что?

Но несколько жадных головокружительных поцелуев, и этот садист снова толкается в меня.

Отрицательно и возмущённо мычу, пытаясь выкрутиться.

— Всё хорошо… — выдыхает он.

"Тебе — возможно!" — хочется парировать мне. Но два языка во рту так и не освоены для коммуникации. Один из них покидает мой рот, только для того, чтобы захватить ушко и сбивчиво сладенько уговаривать.

Я, черт возьми, не понимаю даже слов. Просто губы трутся о чувствительную кромку моего уха и низкий тембр его голоса проникает внутрь меня. От сорванного тяжёлого дыхания кружится голова.

Мне больно… остро… Меня смущает и ошеломляет то, как двигается его тело и вздохи, смешанные с не сдержанными стонами — его, мои… Между нами мокро, скользко… Моё тело не понимает, что происходит.

Неровно дышу, вскрикивая на каждый плавный толчок бёдрами и вторжение. Это так пошло… Спасите… Как потом смотреть ему в глаза?? Словно услышав мои истеричные мысли, отстраняясь, заглядывает в мои. Я слепну от его горячего, тающего взгляда, забываясь. И уже не чувствую ничего, кроме оглушающих подкатывающих к затылку волн. Я их помню. Когда он ласкал меня пальцами, так невыносимо остро было за мгновение до того, как… "мой кролик умер".

Зажмуриваюсь. Ощущаю, как неожиданно жёстко и по-животному беспощадно срывается его тело. Становится тяжелее, больше, безжалостнее… С рычанием кусает меня несколько раз в изгиб шеи. И потом ритмично и вколачивается, прижимая мое бедро к груди.

Шипя, вздрагивает всем телом, его ресницы часто порхают, взгляд стекленеет.

— Мм…

Это так проникновенно и обнажающе, что меня полностью расслабляет и топит в этой эмоции! Волны мурашек на мгновение поглощают меня в короткой болезненной, но приятной вспышке.

Мы надсадно дышим, обмениваясь дыханием. Ну вот… Свершилось.

Можно, я теперь ему врежу? Для гармонизации ощущений.

— Дурочка… — шепчет Касьянов. — Предупреждать же надо.

— Я предупреждала… — тихо пищу я.

— Ну, ты же знаешь, что я у тебя на голову ущербный… — покаянно. — Прости.

— Не ущербный, — обнимаю за шею, пряча лицо на его колючей щеке.

Ладно, обойдемся без карательных мер.

— Мы сейчас всё исправим… — ласкает меня губами. — Второй раз будет лучше.

— Вот сейчас точно врежу! Никаких вторых разов! — возмущённо выкручиваюсь я.

Отползаю от него, планируя сбежать.

— Асенька… Ты куда? — перехватывает за щиколотку.

Тянет меня к себе, жадно облизывая темные губы. Воинственно сдуваю прядь волос, упавших на лицо.

— За вилкой…

Улыбается гад. Красивый… Сбежишь от него, как же.