Сбываются все мечты

Часть вторая. Рита

Я уже в третий раз обошла припаркованную машину. Присела на корточки рядом с высоким колесом.

– Ритик, ну ты долго еще? – проворчала Алла, ежась на ветру.

– Погоди! Если на тачке будет хоть одна царапина, Тема меня прибьет!

Я навернула еще один кружок вокруг внедорожника.

– Вроде все! – выдохнула я с облегчением. – Запрыгивай.

Алка тут же распахнула переднюю дверь.

– Давай, Ромашина, врубай печь! – проговорила подруга, когда я уселась рядом с ней за руль. – Зуб на зуб не попадает!

– Однако это не мешает тебе болтать без умолку.

Я с превеликим удовольствием исполнила просьбу Аллы. Что ж дубак-то такой? В новогоднюю ночь и на салюты не налюбуешься с такой погодой…

– Все-таки поверить не могу, что Заяц доверяет тебе свою машину.

– А что такого? Я – отличный водитель! – пожала плечами. – Артем на выездных играх, она все равно ему не нужна. К тому же у нас в отношениях на первом месте до-ве-ри-е! Так теплее?

– Угу! И ты не скучаешь по своему железному чудовищу? – напомнила о моей «любимой» машине Алла.

Я поморщилась:

– Чудовищу с мамой отлично живется. Он, кстати, в такую погоду и не заводится… Так что тащила бы ты сейчас пакеты с подарками на своем горбу.

– Ты такая великодушная, Рита! – отозвалась Аллочка. – Мой тебе поклон!

Я расплылась в самодовольной улыбке.

– Заедем еще в одно место? – осторожно спросила подруга.

– Это в какое? – поинтересовалась я.

– Да тут недалеко и ненадолго…

Тогда я потянулась через Аллу к бардачку и достала оттуда булку в шелестящей обертке.

– В таком случае мне нужно подкрепиться, – важно сообщила я. – В последний раз ела еще перед занятиями.

Вот уже полгода, как мы все благополучно окончили университет. Я продолжила учебу в магистратуре. Все-таки Тема был тогда прав: наука – мое все. Тем более, красный диплом (да, тот самый судьбоносный проект мы сдали на «отлично») мотивировал меня на новые достижения. Сам Заяц теперь играл в престижной хоккейной лиге. Представлял целую область. По сему, часто пропадал на выездах и различных сборах. В последнее время мы вообще редко виделись. Конечно, я безумно скучала. И даже сомневалась, что этот Новый год мы встретим вместе…

Я распечатала булку.

– А вот то, что я ем в машине, Теме необязательно знать! – серьезно предупредила я Аллу. – Крошки после себя стараюсь не оставлять.

Алла внимательно посмотрела на меня.

– Ритик, я тебя вообще не узнаю! Ты, дорогая моя, в край испортилась.

– В смысле? – я едва булкой своей не поперхнулась.

­– Такая плохая девочка. Ешь всухомятку, еще и в машине! Где вся твоя правильность? – воскликнула Алка. – Это аморально!

­– Что? Булочку схомячить? – ужаснулась я. – Может ты хотела сказать «аномально»?

Алка только привычно поморщилась:

– Может, и так! – Подруга достала из сумочки сотовый телефон. – Ладно, не умничай! Гляди, какая прелесть у нас с твоим братом дома живет.

Алла сунула мне под нос свой мобильник и пролистала несколько фотографий, на которых был изображен огромный угольно-черный кот.

– Его зовут Снеговик! – гордо сообщила Алка.

– Ему бы больше подошло имя Бегемот! – припомнила я «Мастера и Маргариту».

Алла укоризненно посмотрела на меня:

– Это тебе скоро подойдет имя Бегемот, если не перестанешь налегать на мучное.

– Не жадничай! – проворчала я, доедая булочку. – Ну, что? Куда трогаем? Веди меня, штурман.

Мы выехали на заснеженный проспект. Мимо мелькали украшенные к Новому году витрины магазинов.

– А мы елку нарядили! – похвасталась Алла. ­– И твой брат принимал в этом активное участие.

– Ромка с детства любитель елки наряжать, – отозвалась я. – У нас такие жаркие споры по этому поводу всегда были, особенно, кто украсит верхушку. Помню даже, один год сосну уронили. Вот от папы влетело…

– Приходи, кстати, на новоселье, – встряла Алла, продолжая любоваться фотографиями в своем телефоне. Я мельком глянула, на чем она там зависла. Селфи, селфи, селфи… Она, Рома и Снеговик на фоне нарядной елки.

– Круто! – отозвалась я. – Конечно, забегу! Сейчас направо?

– Угу! А у вас уже стоит елка?

– Я решила без нее обойтись, – сообщила я Алле.

– Как же так? – ахнула подруга.

– Мы сначала с Артемом долго спорили, какую поставить: живую или искусственную. Я была только за первый вариант! Но Заяц ведь упрямый… Она, говорит, сыпется. Пришлось уступить.

Алла открыла рот удивления.

– Ромашина, я не ослышалась? Ты уступила Артему?

– Ну да, – смутилась я. – Нужно же чем-то жертвовать в отношениях… Я поставила на кон живую елку. А потом выяснилось, что Тема вообще вряд ли успеет вернуться с выезда к Новому году, поэтому я решила совсем без елки. Ну ее!

– Что ж ты, одна Новый год встречать будешь? – всполошилась Алка. – Приходи к нам!

– Да я с родителями и бабулей если что. Не переживай! – рассмеялась я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ну, смотри, – покачала головой Алла. – Вот! Тут тормози!

Алла закричала так неожиданно, что я чуть не въехала в огромный сугроб.

– Зачем мы приехали на каток? – удивилась я. У меня отношения с коньками совсем не складывались. И все об этом прекрасно знали. Хотя я, честное слово, предпринимала несколько попыток научиться кататься.

– Я тут должна с Ромой встретиться, – ответила Алла.

– А, ну удачи! – отсалютовала я, оставаясь сидеть за рулем. – Привет ему от меня пламенный.

– Рита, перестань! – нахмурилась Алла. – Пора посмотреть своим страхам в лицо, и все-таки научиться кататься на коньках…

– Но мне это не надо! – запаниковала я.

– Надо, Федя, надо! – вздохнула Алла. – Твой парень и брат хоккеем занимаются. Тебе сам Бог велел!

– Все, Алл, отстань! – завертела я головой.

Тогда подруга решила воспользоваться запрещенным приемом:

– Рит, ну что мне тебя на слабо брать?

Еще секунда, и вот я уже распахнула дверь. Со стороны открытого катка доносилась веселая музыка. Я поморщилась. Мама дорогая, уже предвижу свой позор вселенского масштаба! Для храбрости полной грудью вдохнула морозный воздух.

У входа на каток нас встретил довольный Ромка.

– Уговорила ее? Молодец! Маргарита, у тебя вроде тридцать седьмой размер?

Брат протянул мне коньки.

– Вы все подстроили, да? – рассердилась я. Алла с Ромой переглянулись. – Ай, да ну вас! Давай сюда эти ботинки-убийцы!

Я протянула руки.

– Предатели! – пыхтела я, натягивая коньки. Брат с подругой быстро переобулись и вышли на лед. Я же все делала нарочно медленно. Рядом со мной на деревянной скамейке сидела девчонка, которая с легкостью зашнуровала свои коньки.

– В первый раз поедешь? – с сочувствием обратилась ко мне она.

– А? – откликнулась я. Это она мне? Видимо, физиономия у меня совсем кислая. – Нет, я не в первый… Просто не очень катаюсь.

– Это легко! Держи равновесие, правильно сгибай ноги. И, главное, не отталкивайся носком!

– Спасибо, – отозвалась я. Какие ценные советы! В теории-то у меня все хорошо, а вот на практике…

– Я вот уже умею кататься задним ходом, – похвасталась девчонка. – В планах разучить перекидной прыжок, дуги, циркуль… Тулуп!

– Ох, мне бы просто на них встать! – покачала головой я, указав рукой на коньки.

– Удачи! – фыркнула девчонка и буквально выпорхнула на лед.

Я продолжала сидеть на лавке, ковыряя носком конька прорезиненный пол. Интересно, тут есть поблизости кофе на вынос? Я бы посидела, кофеек попила. Тем более, музыка играет приятная, снежок идет, и люди такие счастливые… Улыбаются.

– Ты чего там расселась? – донесся до меня сердитый голос Алки. Подруга подъехала к бортику и теперь смотрела на меня.

– А чего бы и не посидеть, – скромно отозвалась я. – Посмотри, какие прелестные снежинки!

Кажется, я так долго оставалась на одном месте, что на шапке моей скоро образуется целый сугроб. Из колонок доносилась песня «Last Christmas».

– Рита! – вновь поторопила меня Алла.

– Бог мой! – воскликнула я. – Обожаю эту песню! Ласт Кристмас ай гив ю май харт…

– Рита! – Алла казалась такой рассерженной… Ух!

Я продолжила качать головой в такт мелодии:

– …бат зе вери некст дэй ю гэйв ит эвэй…

– Ри-и-и-та! – прогремела на весь каток Алла.

Кажется, я довела подругу. Все-таки поднялась со скамейки и на прямых ногах, словно на ходулях, прошествовала к бортику. По резиновому покрытию идти еще ничего. А вот на лед становиться страшно…

– Ты же катаешься на доске! – проговорила Алла, находясь от меня по ту сторону. – Коньки тебе тоже должны даться!

– Понимаешь, на сноуборде у меня все как-то сразу получилось… – промямлила я. – А вот с коньками с детства не задалось. Я не обучаема!

Алла рассмеялась:

– Я тоже так полтора года назад думала! А теперь? И все благодаря твоему брату!

Подруга тут же продемонстрировала свои умения: набрала немного скорости, а затем закружилась на одном месте.

– Ну, как? – подъехала ко мне довольная Алка.

– Ни дать ни взять – Татьяна Навка! – откликнулась я. К Алле тут же на огромной скорости подкатил Ромка. Приблизившись к нам, брат резко затормозил, едва не обдав меня снегом. Теперь я обратилась к нему: – Это было великолепно! Роман, а ваша фамилия случайно не Костомаров?

– Чего она там за бортиком опять умничает стоит? – обратился брат к Алле.

– Возомнила себя Тарасовой! – пожала плечами Алка, а затем крикнула мне: – Татьяна Анатольевна, прошу на лед! А то язвить вы, матушка, горазды!

Я, тяжело вздохнув, распахнула невысокую калитку. Осторожно поставила одну ногу на лед.

– У-уху! Вперед, Ромашина! – завизжала Алла, привлекая к себе внимание остальных катающихся.

– Ты б перестала орать на весь каток! – сердито отозвалась я. – Заранее спасибо.

Сзади меня уже столпился народ. Нужно всего лишь поставить вторую ногу на лед. Это несложно! Но почему я чувствовала себя так, будто собралась прыгнуть с парашютом, но до сих пор не могу решиться на последний рывок. Так и болтается одна моя нога в воздухе на высоте нескольких километров…

– Девушка, давайте быстрее! – раздался недовольный голос за спиной.

– Сейчас-сейчас! – пискнула я, поставив наконец вторую ногу на лед. Кто-то бесцеремонно толкнул меня плечом, и я немного продвинулась, освободив вход на каток. На лед сразу выкатились несколько человек, едва на сбив меня с ног. Я, зажмурившись, проковыляла к Алле и Ромке. Остановиалсь.

– Ну вот! Уже кое-что! – приободрила меня подруга.

– Кое-что позорное! – согласилась я, вытянувшись словно палка и боясь пошевелиться.

– Ты делаешь успехи, – поддакнул Рома.

– …в виртуозном стоянии на коньках! – добавила Алла.

– На одном месте! – не унимался Ромка. – В своей весовой категории…

– Супертяжелый вес после заточенной в машине булки!..

– Заткнитесь! – зашипела я. С тех пор, как эти голубчики спелись, насмешек мне прилетает в два раза больше. И защитить меня не кому! Заяц ведь уехал! – Думаю, на первый раз достаточно. Выталкивайте меня обратно.

Я указала рукой на выход.

– Ритик, давай не дури! – покачала головой Алла. – Ну-ка, поставь правильно ноги. Во-от так!

Подруга с силой толкнула меня в спину. И вот я на приличной скорости, согнувшись в три погибели, покатилась на середину катка. Ну, Алка, погоди! Оторвала взгляд от изрезанного узорами ровного льда и посмотрела по сторонам. Мимо мелькали розовощекие от мороза счастливые лица детей. Нужно отпустить ситуацию и взять себя в руки. Все не так уж страшно! Из колонок доносилось бодрое: «И уносят меня, и уносят меня в звенящую снежную даль…» Над головой плясали белые мухи и перемигивались яркие фонари праздничных гирлянд. Кажется, именно в такой обстановке обычно и происходят настоящие новогодние чудеса...

Упитанный наглый школьник резко затормозил прямо перед моим носом. От неожиданности я запнулась коньком и едва не свалилась. Признаюсь, не таких чудес я жаждала. Пацан злорадно захихикал.

– Ах, ты мелкий… – выругалась я. – Догоню – уши надеру!

­– Ха-ха-ха! – не унимался школьник. – Попробу-у-уй!

– Еще как попробую! – грозно гаркнула я.

Но парнишки уже и след простыл. Кого я обманываю? Если найти четыре крошечных конёчка и снарядить ими черепаху, она и то быстрее придет к своей цели.

Ноги мои уже гудели от напряжения, шапка съехала на глаза. А эти огонечки над головой не радовали, а нервировали. И музыка казалась чересчур веселой. И смех со всех сторон… Чему они все так радуются? Не удивлюсь, если это люди надо мной потешаются.

– Алка? Рома? – жалобно произнесла я, боясь обернуться. – Кто же так учит кататься на коньках?..

Меня будто вытолкали из лодки посередине огромного озера. Да еще и без спасательного жилета. А дальше выплывай, как знаешь…

– Хоть бы за руку держали! – злилась я.

И вот внезапно мне пришли на выручку! Сначала услышала за спиной легкое шуршание лезвий по льду, а потом кто-то взял меня за замерзшую ладонь. Я повернула голову и встретилась взглядом с родными смеющимися глазами.

– Заяц? – задохнулась я от восторга. – Ты… ты чего здесь делаешь? А выезд?

– Мне удалось вернуться раньше, – ответил Артем, улыбаясь мне. – Захотел сделать тебе сюрприз. Как этим двоим удалось поставить тебя на коньки?

– Ой, не спрашивай! – поморщилась я, крепче хватаясь за парня. Теперь не так страшно… Да что там! Уже вообще ни капельки не страшно! – Если выберусь отсюда живой, придушу их сразу!

– Просто стой на месте, – сказал Артем, держа меня за руки. – Я буду ехать спиной и катить тебя, согласна?

Я закивала, не в силах сдерживать счастливую улыбку. Сюрприз точно удался! Как же я соскучилась… И еще думала, что на Новый год останусь одна.

На улице уже смеркалось. Фонари светили еще ярче. Мы катались практически час. Даже вчетвером сыграли в догонялки. Насколько это было возможно с моим умением стоять на коньках. Конечно, я «пускалась в погоню», как инвалид-каракатица, но мне все равно было весело. Несколько раз с хохотом я плюхнулась на лед. Брюки все в снегу. Но мне не было больно или страшно… И совершенно все равно, что обо мне подумают другие.

Дело пошло быстрее, когда я взяла детскую каталку-пингвина. Скрючившись над своим новым помощником, я в два счета догнала Ромку, который больше всех отпускал свои язвительные шуточки по поводу моего катания. Так врезалась в брата, что едва его с ног не сбила.

– Воу-воу, Маргарита, полегче! – заорал Рома. – Темыч, вам в команду тафгай не нужен? Силовые приемчики с помощью пингвина…

Из динамиков одна рождественская мелодия сменялась другой. И вот сквозь звонкий смех Аллы я услышала, как играет Coldplay. Та самая акустическая версия «The Scientist».

«Конечно, странную музыку они ставят на катке» – промелькнуло у меня в голове. Я вспомнила, как эту песню мы с Темой слушали в наушниках в клубе, наблюдая за веселящейся толпой. И мелодия потом крутилась у меня в голове, когда мы с Аллой ехали в такси по утреннему весеннему городу. И как я постоянно улыбалась и хихикала, не обращая внимания на подколы подруги. Потому что уже была впервые в жизни по уши влюблена.

Я посмотрела на Артема. Интересно, а он вспомнит эту песню, или тот момент показался значимым лишь для меня? Тема перехватил мой взгляд и вытянул вперед руки.

– Давай ко мне? – кивнул он. В его глазах плясали чертики.

Мы были на середине катка. Я вздохнула. Кажется, он не обратил внимание на песню. Я отпустила своего пингвина, оттолкнулась коньком и поскользила в сторону Артема. Раз шаг, два, три, четыре… Затормозить вовремя не получилось, поэтому я сбила Тему, и мы вдвоем повалились на лед. Со смехом я тут же поднялась на ноги, а Артем не спешил следовать за мной. Тогда я потянула его за руку, и парень привстал на одно колено.

– Ты слышишь? – внезапно спросил Тема, внимательно глядя на меня. – Это Coldplay…

– Слышу, – кивнула я. В голове зашумело. Уж слишком в неоднозначной позе стоял передо мной Заяц.

– Маргарита Ромашина, – начал Артем, расстегивая молнию на нагрудном кармане пуховика. Вскоре парень вытащил небольшую коробочку. В таких обычно…

– Заяц, ты опять прикалываешься надо мной? ­– в панике проговорила я, пытаясь унять стук сердца. – Это шутка? Артем? Шутка?

Все это я твердила словно попугай. Тема продолжал улыбаться, протягивая мне кольцо. А я стояла, как вкопанная, от волнения кусая нижнюю губу.

– Рит? – обратился ко мне Заяц.

– А? – откликнулась я. Все напоминало какой-то заснеженный сон.

– Я что-то не слышу ответ.

Ноги меня уже не держали, поэтому я тоже плюхнулась на колени рядом с Артемом и протянула руку к кольцу. Так мы сидели друг напротив друга посреди большого открытого катка. Мимо нас то и дело проезжали люди, которые с нескрываемым любопытством посматривали в нашу сторону.

– Вы все подстроили, да? – шмыгнув носом, спросила я. – И эта олимпийская сборная по фигурному катанию все знала?

Я неопределенно кивнула в сторону, где, по моему мнению, сейчас находились Рома и Алла.

– Ты чего ревешь-то? – растерялся Артем.

– Ох, Заяц! – поморщилась я. – До чего ж ты толстокожий! Такой момент!

Горячие слезы текли по замерзшим щекам, а Артем продолжал смотреть на меня с недоумением.

– Ромашина, где ответ? – рассердился Тема. – Я, знаешь, тоже предложение руки и сердца не каждый день делаю…

Я вертела в руках красивое колечко и продолжала шмыгать носом.

– Ой, а я, что ли, не сказала?

– Что ли, не сказала, – передразнил меня Артем.

– Да, Тема, да! – счастливо захохотала я, вставая со льда. – Да! Да-а-а!

Артем тоже поднялся на ноги и рассмеялся, глядя, как я неловко топчусь в коньках от переполняющих меня эмоций.

– Ромашина, ты чего теперь сама орешь на весь каток? – подъехала к нам Алла. – Согласилась, что ль?

Я порывисто обняла подругу. Сейчас, при свете зажженных огоньков и редких падающих снежинок, Алла мне казалась еще красивее, чем обычно. И вообще мир будто заиграл другими красками.

– Поздравляю вас, зайцы мои! – захохотал Ромка, пожав руку Теме.

– Зайцы? – встрепенулась я.

– Ну да, – смущенно отозвался Артем. – Рита, ты возьмешь мою фамилию?

Тридцать первого декабря я проснулась одна. Пошарила рукой по пустой постели. Будто Тема мог спрятаться под одеялом! Куда он делся? И почему встал раньше меня?

– Артем?.. – выкрикнула я. – Ты дома?

Тишина. Странно, ушел с утра пораньше. Я подошла к окну и выглянула на улицу. Во дворе никого не было. За эти несколько дней выпало столько осадков, что снег пушистым покрывалом накрыл все: детскую площадку, деревья, крыши домов…

Я представила, какое оживление будет твориться на улице вечером. Как будет греметь за окном салют…

Посмотрела на стол. Никакой записки. Может, он оставил мне сообщение? Я потянулась за телефоном. Только от Аллы послание:

«Ритик! Ворочаюсь вот с утра! Эмоции переполняют! Поверить не могу, что Заяц сделал тебе предложение! Ааааа!»

Я негромко засмеялась и напечатала в ответ:

«ААААА!!!»

Алла тут же написала: «На катке! Романтика! Потому что под бой курантов тебе такое не предложишь…».

«Это еще почему?» – отправила я очередное сообщение, любуясь кольцом.

«Ты же задрыхнешь к тому времени! ХА!»

Я принялась искать самый изощренный смайлик, дабы показать, как возмущена Алкиным замечанием. Но тут услышала стук в дверь. Отложила телефон и бросилась в коридор.

Не посмотрев в глазок, распахнула дверь. И запрыгала на месте, когда увидела…

– Елочка! Елочка! Живая! Настоящая!

Артем выглянул из-за дерева:

– Угодил?

– Угодил-угодил! – рассмеялась я, пропуская Тему в квартиру.

Заяц прислонил ель к стене, расстегнул куртку и крепко обнял меня. Я уткнулась носом в шею парня и молчала. Его парфюм перемешался со сладким запахом хвои.

– Вот за это я и люблю Новый год, – тихо проговорила я. – За такие волшебные моменты.

– А я за бутерброды с икрой, – отозвался Артем.

– Заяц, я серьезно! – подняла голову и посмотрела на Тему.

– Так и я серьезно! Могу штук сто их съесть…

Я рассмеялась.

– Теперь у нас есть место, куда можно подарки положить, – сказал Артем, кивнув на праздничное дерево.

Я отрицательно покачала головой.

– Ты чего? – удивился Тема. – Что не так?

– Какие еще могут быть подарки? Ты, Заяц, будто «Ну, погоди!» не смотрел.

И я с энтузиазмом затянула:

– Наконец сбываются все ме-ечты!.. Лучший мой подарочек – э-это…

Но песенка моя была быстро спета. В этот момент сбоку на нас повалилась колючая елка.

– ...Это ты! – со смехом продолжил Артем, целуя меня в губы.

Конец