V. По волнам

— Миледи, прошу на борт, — капитан Бафорд поклонился. Это был мужчина далеко за пятьдесят с седыми усами и бакенбардами в безупречно-сидящей на нем форме ангедольского флота.

Рафаэль объяснил, что первую часть пути мы поплывем до Бринга, второго по величине города Ангедолии, и вот уже там наймем корабль до Рэдлендских островов. Как я поняла, путешествовать на состоящем на службе судне было безопаснее, но на острова они вот уже несколько лет как не ходили.

Капитан дал указание помощнику, чтобы он взял наши вещи и проводил до кают. И тут-то оказалось, что каюта была всего одна! Маленькая, с единственным окошком и двумя подвешенными под потолком гамаками. Они чуть покачивались, едва не касаясь краями.

— Извини, Мышка, — проговорил в полголоса Рафаэль, когда я так и застыла в дверях. — Других вариантов не было. Мы не можем пропустить этот корабль, а до следующего месяцы.

Я глянула на него с подозрением. А ну как он это все подстроил?

— Дайте знать, если что-то понадобится, — отчеканил помощник, положив наши вещи под один из гамаков.

Рафаэль сунул ему монету, и тот был таков.

Я шагнула внутрь. Не то чтобы я ожидала удобства круизного лайнера, но это все было как-то слишком…

— Со мной тебе будет безопаснее, — привел еще один аргумент Рафаэль.

Я помнила все эти шутки про женщин на корабле, и понимала, что мой попутчик был, конечно, прав. Хотя это и было неудобно.

— Ладно, — согласилась я. — Но только попробуй что-нибудь предпринять.

— И что будет? — он игриво поднял бровь.

— А вот рискни и узнаешь, — буркнула я и попыталась протиснуться мимо него обратно в коридор.

Рафаэль как назло двинулся вперед и зажал меня в дверях. Его руки сами собой оказались у меня на талии. Он стоял так близко, что мое сердце снова заколотилось.

— Эй, — я уперлась ладонями ему в грудь. — Будешь приставать — я с тобой не поеду.

— Правда? — он усмехнулся. — Тогда поторопись, потому что корабль уже отплывает. Может успеешь прыгнуть за борт.

— Дурак, — я сжала кулаки.

Рафаэль наклонился и поцеловал меня в висок. По моему телу словно пошли электрические разряды.

— Пусти, — упрямо повторила я и попыталась вывернуться.

Рафаэль убрал руки и шагнул назад. Боясь смотреть ему в глаза, я выскочила в коридор, а оттуда спешно поднялась на палубу.

Корабль только отплыл, но до берега было совсем недалеко. Облокотившись на перила, я посмотрела вниз, на пенящуюся морскую воду.

Как можно было соглашаться на путешествие вдвоем с мужчиной?! Я злилась на себя даже больше, чем на Рафаэля. Говорила мне мама, что после темноты одной не ходят. И тут так же. Элементарные правила безопасности. А я что? Думаю, что раз мне все это снится, то со мной ничего не может случиться?

Рана на руке, из которой алхимик брал кровь, почему-то заныла. Я резко втянула носом соленый воздух, чтобы успокоиться, и обернулась.

Несколько матросов смотрели на меня с нескрываемым интересом. И интерес этот мне нравился куда меньше, чем приставания Рафаэля.

Собравшись с духом, я вернулась обратно в каюту и застала его лежащим на одном из гамаков.

— Слушай, Алонсо, — начала я с порога, не скрывая ярости в голосе. — Если тебе нужна моя помощь, а она тебе нужна, иначе ты бы меня не позвал, то будь добр выполни и мое условие. Никаких приставаний. Ты сам расторг помолвку, так что нечего тут. Считай, мы брат и сестра.

На последних словах Рафаэль улыбнулся и поднял раскрытые ладони.

— Как скажешь, Мышка. Буду держаться изо всех сил.

Я выдохнула и села на второй гамак.

— Что теперь? — спросила я.

— А теперь ждать, — он сложил руки на животе и закрыл глаза, изображая спящего.

Гад. Так и хотелось подскочить к нему и поколотить. Вот за это спокойствие и дикую уверенность. Думает, я никуда не денусь? Ничего, он еще узнает. Посмотрим, что там за артефакт на островах. Может, он мне сгодится куда больше.

Я сама себе фыркнула и, подобрав платье, тоже улеглась. От покачивания на волнах я даже задремала.

* * *

На ужин капитан Бафорд пригласил нас к себе в каюту. Мы ели лосось, запечённый в сухарях, и на вкус тот был очень даже ничего. Вот только с разговором не особенно клеилось. Капитан пытался расспрашивать Рафаэля, почему молодой граф Алонсо решил отправиться в такое путешествие без сопровождения, на что мой попутчик отвечал, что плывет в Бринг по важнейшему делу. Такого туману напустил, что я бы решила, что дело по меньшей мере государственное или исходит от самого короля.

Капитан его слушал, раскрыв рот, но было сложно сказать, верил ли. Мне не нравилось, как он на меня поглядывал. С интересом, но не мужским. Больше походило на плотоядный взгляд безумного алхимика.

А впрочем, скорее всего, работала моя паранойя, и после произошедшего казалось, что кругом враги. В прежней жизни на меня редко кто-то смотрел. Ну девушка и девушка, коих в Москве тысячи. В этом же мире я опаленная, да еще из аристократического рода, на который враги как раз и напали. Наверняка, с непривычки мне и мерещится.

Когда нудный ужин, наконец, закончился, мы раскланялись и вышли на воздух. Солнце опускалось в море, и я подошла к перилам ближе, чтобы насладиться зрелищем. Рафаэль молча встал рядом, но держа свое слово, меня не касался.

Я задумчиво смотрела на горизонт и золотую дорожку, тянущуюся к заходящему солнцу.

— Рафаэль, — позвала я.

— М? — откликнулся он.

— Все хотела тебя спросить. Тогда в замке, — я помялась. — Когда ты говорил с наемником. Ты знал его имя, а он намекнул на некую старую дружбу. О чем шла речь?

Я была не уверена, что Рафаэль захочет отвечать, но все же стоило его спросить.

— Дамиан и я выросли вместе, — помолчав, сказал он. — Мы дружили в детстве, были не разлей вода. Пока…пока его родители не решили, что ему будет лучше в городе.

— Почему они так решили? — удивилась я.

— У него развилась редкая болезнь.

— Пепельная хворь.

Рафаэль хитро улыбнулся:

— Он тебе показывал? Чем вы вдвоем занимались?

Я смутилась и, кажется, покраснела.

— Ничем, я случайно увидела…

— И он тебе понравился? — с губ Рафаэля не сходила издевательская усмешка.

— Брось, как мне может понравиться наемник, который продал меня чокнутому алхимику? — воскликнула я. — Да я даже лица его не видела.

— Вот последнее — самое главное, — он хохотнул.

— Да ну тебя, — я отмахнулась и снова посмотрела на заходящее солнце. — Просто мне подумалось, что толкает человека на такой путь. Почему он стал преступником, совсем не ценящим человеческую жизнь?

— Потому что понял, что никто не будет ценить его, — сказал Рафаэль неожиданно серьезно, и мы оба замолчали.

Солнечный диск скрылся за горизонтом, и мне стало прохладно.

— Пожалуй, вернусь в каюту, — сказала я, обняв себя руками.

— Мышка, — позвал Рафаэль.

— Да? — я обернулась.

— Никуда не ходи без меня. Даже если тебя позовет сам капитан.

— Ты мой телохранитель? — я усмехнулась, забыв, что в этом мире правильнее было бы сказать страж.

— Такое тело грех не охранять.

— Всё, я пошла, — я развернулась на каблуках.

И однако в словах Рафаэля мне почудился не столько флирт, сколько беспокойство. Причем обоснованное. Он что-то такое увидел или понял, что заставило его усомниться в капитане. А учитывая, что мы только отбыли и впереди еще две недели пути, знак это явно нехороший.

Меня передернуло.

* * *

Вопреки дурному предчувствию, ничего особенного не происходило. Один день плавно перетекал в другой. Мы только и делали, что ели, спали и гуляли по палубе. От скуки уже хотелось выброситься за борт.

Заметив, как я страдаю, капитан предложил мне книгу. Дневник ангедольского путешественника Рэдленда, открывшего, как можно догадаться, Рэдлендские острова. Написано было несколько скучновато, по крайней мере по началу, но потом я все же увлеклась.

Итак Рэдлендские острова — это целый архипелаг, состоящий из четырех больших островов и больше десятка маленьких. Как я поняла, что-то вроде Гавайев. С погодой там все было хорошо, круглый год лето и лишь пара месяцев — сезон дождей. Да и то дожди были теплые и скорее вносили в скучно-райскую жизнь хоть какое-то разнообразие.

Населяли Рэдлендские острова два коренных народа: далусы и тагосы. Внешне они были похожи. Загорелые, темноволосые и кареглазые. Чтобы не путаться, далусы раскрашивали свои тела красной краской, а тагосы — синей. Далусы занимали три главных острова, а тагосы — оставшийся четвертый плюс множество маленьких.

По всему выходило, что далусы были сильней и потихоньку теснили бедных тагосов. Но когда к ним прибыл чужак Рэдленд, оба народа разом объединились. Самого Рэдлендас его командой встретили с любопытством, все им показывали, давали делать записи в дневнике, но потом запретили острова покидать. Что логично, так как местные боялись, что они расскажут остальным ангедольцам об их земле.

Большая часть людей Рэдленда согласились остаться. Они взяли в жены местных красавиц и забыли о покинутой родине навсегда. Но не наш путешественник. Тайком от всех он готовил припасы и в одну безлунную ночь покинул острова на лодке.

Не представляю, каким надо быть отчаянным, чтобы на такое решиться. Сколько он плавал в открытом море неизвестно, но однажды его лодку все же нашли. Только вот сам Рэдленд был уже мертв. Зато остались его дневники и подробное описание, как добраться до островов. Вот так бравый ангедолец пожертвовал жизнью, чтобы его открытие увидело мир.

Я бы, наверное, так не смогла. Малодушно осталась бы доживать свои дни в раю. Или нет?

От внезапной мысли я так подскочила, что едва не свалилась с гамака. Дневник Рэдленда приземлился на дощатый пол.

— Ты чего? — удивился Рафаэль, выглядывая из-за перегородки.

В его руках было лезвие, а на щеках пенилось мыло.

Вообще, с гигиеной на корабле было неважно. Мало того, что мыться приходилось соленой водой из черпака, отчего мои волосы только чудом не превратились в сухую мочалку, так еще и как таковой ванной комнаты здесь не было, один лишь закуток с простыней вместо шторы. Только и оставалось, что надеяться на порядочность моего спутника.

Впрочем, надо отдать должное, если он и подсматривал, я его ни разу не поймала. И сама вела себя прилично. Хотя, каюсь, был соблазн заглянуть-таки.

— Скажи, Рафаэль, а ты когда-нибудь слышал о людях из другого мира? — решила я спросить напрямую. — Или вот чтобы человек всю жизнь был один и вдруг его как будто подменили? Как будто в него кто-то вселился?

Рафаэль поднял брови.

— В тебя кто-то вселился? — насмешливо спросил он.

— Это важно, — я насупилась.

— Нет, Мышка, не слышал, — он качнул головой и шагнул обратно за перегородку.

«Но это не значит, что такого никогда не было», — подумала я.

В дверь нашей каюты постучали. Я торопливо открыла.

— Простите, миледи, — начал матрос, — капитан просит вас присоединиться к нему на палубе.

Рафаэль снова высунулся из-за перегородки.

— Подождите меня, — сухо сказал он.

— Поднимайся за нами, — я махнула ему и вышла в коридор следом за матросом.

После двух недель скучного плавания мне казалось, что ничего не то что плохого, а даже просто интересного не произойдет. И как я ошибалась!

На палубе меня взяли в кольцо сразу десяток матросов. Капитан Бафорд стоял впереди.

— Миледи, — вежливо начал он. — Прошу извинить за бестактность, но вынужден вас арестовать.

Не похитить, не взять в плен…

— Арестовать? — я вскинула брови.

— К нам приближается пиратский корабль, — он указал рукой вправо.

Когда я повернула голову, то и впрямь увидела судно под черными парусами, явно плывущее к нам.

— И что с того? — воскликнула я.

— Мы отдадим вас вместо золота, — объяснил капитан. — А вы, как знать, может и договоритесь с их капитаном о прямой дороге на острова. Выгода обоим.

Бафорд так это прелестно объяснил, что было трудно на него злиться.

— Позвольте, я подожду их прибытия в вашей каюте, — я шагнула к мужчине.

— Не волнуйтесь, миледи, никто не будет портить товар накануне продажи, — он чуть склонил голову.

— Благодарю вас, — я ответила в такт.

Ну надо же, какое облегчение! Достанусь не этим матросам, а другим. Где вообще Рафаэль?

Я невольно обернулась. Заметив мой жест, капитан Бафорд добавил:

— Граф уже связан, миледи, и вам никак не поможет. Но если его выкупят вместе с вами, так будет даже лучше.

— Ну что ж, — мне оставалось только развести руками. — Давайте дождемся ваших гостей.

Капитан благодушно улыбнулся.

Пираты припарковались рядом с нашим кораблем и, перекинув рейку, взошли на борт небольшой делегацией из трех человек в изношенной и, вероятно, ворованной одежде. Самый главный был в пыльном камзоле с огромными манжетами и треуголке, украшенной лентой из страусиных перьев, очевидно, когда-то белых. Он был не высок ростом с большим животом, вываливавшимся из-под булыжного цвета рубахи.

— Капитан Эриксон, — Бафорд поздоровался первым. — Рад встрече.

Пират по случаю даже стянул треуголку, обнажая жидкие темные волосы, уже давно не прикрывавшую залысину.

— Взаимно-взаимно, — проговорил он. — Чем порадуешь сегодня?

Один из матросов толкнул меня в спину.

— Твоему вниманию прекрасная дева, — Бафорд указал на меня. — Благородных кровей и замужем не была.

Эриксон даже не подошёл, а подкатился ко мне и вытянул руку, намереваясь потрогать не то за подбородок, не то сразу за грудь. Я отпрянула в сторону, но меня тут же схватили матросы Бафорда.

— Рот открой, — приказал мне пират.

Я сжала челюсть.

— Поверь, все зубы на месте, — сообщил Бафорд. — Это первоклассный товар. Стоит дороже, чем наша обычная цена.

Эриксон развернулся и махнул своим приятелям.

— Отведите ее в мою каюту, — приказал он.

У меня в животе все сжалось. Где чертов Рафаэль? Неужели и правда его схватили?

— Где мой спутник? — крикнула я, когда двое пиратов подошли ближе.

— О чем она? — спросил Эриксон.

— Граф Алонсо, — ответил Бафорд. — За него можно получить немалый выкуп.

— А, — отмахнулся пират. — Много хлопот. Ведите девушку, чего заснули!

Мужики подхватили меня под мышки и поволокли к деревянному трапу. Я вырывалась и верещала, хотя часть меня и знала, что это бесполезно. Пираты никак не реагировали.

Перетащив меня на корабль с черными парусами, они втолкнули меня в каюту на корме.

— Будешь и дальше орать, — сказал один, — заткнем рот.

Он вытащил из кармана замызганный платок. И от мысли, что эта черно-серая тряпка окажется у меня во рту, сразу расхотелось кричать. Я замолчала и села на подвернувшуюся табуретку. Один из пиратов вышел, второй же привалился спиной к двери.

Меня он разглядывал долго и с удовольствием. Я же не хотела смотреть на него вовсе и предпочитала разглядывать каюту.

Огромная двухместная кровать, широкий стол с двумя креслами, несколько сундуков и карта во всю стену. Вот к ней я и подошла.

Ангедолия занимала целый материк, похожий на потолстевшую Великобританию. К югу через пролив от него был верхний край второго материка. Что-то с труднопроизносимым названием. А к востоку располагались те самые Рэдлендские острова.

Подойдя ближе, я принялась внимательно рассматривать сначала Ангедолию, а затем и острова. Я так увлеклась, что на мгновение даже забыла о сторожившем меня пирате. Благо он молчал и только сверлил взглядом.

Пока я изучала местную географию, Эриксон вернулся на корабль и широким шагом вошел в свою каюту. Стороживший меня матрос, не вымолвив ни слова, оставил нас одних.

— Миледи, — Эриксон снял шляпу и протер вспотевший лоб.

— Капитан, — я обернулась с притворной улыбкой.

— У вас простой выбор, миледи, — сообщил он. — Вы ночуете сегодня со мной или с моими людьми.

Загрузка...