Шикарный мужчина. Инструкция по эксплуатации

Глава 2. Комплектация и инструкция по сборке

Настя

Я хочу поплакать.

Честно.

Как в сопливой мелодраме: с трясучкой и прозрачными ручьями по щекам. С разбросанными волосами, на взбитых подушках, в уютном пледе и с пачкой шоколада под боком.

Сериальный эталон женских страданий. Только без вина. На него у меня аллергия. Как и на мужиков с сегодняшнего дня.

Выть хочется страшно. Однако, кажется, есть проблема.

Подушка пахнет.

Воняет!

Смердит!

Женскими духами. И… не моими.

Я утыкаюсь в неё носом и тут же дергаюсь, как от грязного носка.

– Это что ещё за «Авеню стометровка»?.. – бормочу и нюхаю снова, на всякий случай.

Да, определённо не мой аромат. Слишком сладкий, липкий, с нотками мужского блядства и женской доступности.

Вот так и выясняется, что у меня, оказывается, есть нос.

Целых два года я благополучно игнорировала любые странные запахи, выдумывала для себя сказки о кондиционере для белья и легенды про освежитель воздуха в офисе.

А оказалось…

– И вот как в такой обстановке реветь?! – жалобно всхлипываю и с размаху швыряю злополучную подушку в стену. Но промахиваюсь.

Мой мягкий снаряд летит по дуге в сторону столика. Цепляет гребаный графин, и они вместе падают на пол.

Подушка – с тихим шлепком. Графин – звонко, на осколки.

– Проклятие… – На глаза наворачиваются первые слезы. Кажется, еще чуть-чуть, и я завою.

В надежде выдавить из себя хоть одну слезинку, я даже перестаю дышать. Жду. Надеюсь. Но, как назло, в этот момент раздается телефонный звонок, и на экране высвечивается: «Сима. 911».

Не раздумывая ни секунды, жму «принять», и вместо «алло» слышу голос сводной сестры, журналистки, блогера и вообще умницы-красавицы:

– Ну? Ты ревёшь или уже шьёшь куклу вуду?

– Сима, откуда узнала?

– Твой орёл уже поплакался моему соседу, что его выперли. Давил на жалость, чтобы впустили переночевать.

– Зря мы их познакомили… – Кусаю губу. – И как?

– Ну, Стас же ремонтом теплотрасс занимается. Подсказал, под каким мостом нынче теплее ночевать, – с гордостью произносит Сима. – Он у меня умный. Знает, что за мужскую солидарность по голове не поглажу и ужином не угощу.

– Повезло. – Отворачиваюсь в сторону телевизора. На нем как раз очередной сериал с брутальным героем и невинной овцой героиней.

– Везение в отношениях ни при чем. Выдрессировала, – холодно комментирует Сима и тут же уточняет: – Так ты как? Ревёшь?

– Не получается, – признаюсь. – И в душ сходила. И в кровати полежала. Не берет.

– «Послание в бутылке» пробовала? Прочищает слезные каналы лучше, чем химия – трубы в ванной.

– Мне кажется, сейчас никакое кино не поможет. Я такой дурой себя чувствую. Он прямо здесь ее… А я… даже поорать не смогла. Молча сложила вещи и выставила Дениса за дверь.

– М-да… Все хуже, чем я думала. Застряла ты, моя дорогая, основательно.

– Не трави душу. Скажи лучше, что делать?

– Слушай, если не помогает плач, то вариантов немного. Напиться. Помолиться. Или…

– Клин клином? – угадываю.

– Мой любимый, да. Клин. Клином. Желательно с хорошим прессом, опытными руками, без в.п. и желательно с в.о. Для самооценки!

– Ага. То есть снова в омут с головой, чтобы потом опять вытаскивать себя за волосы?

– Слышь, Мюнхгаузен, может, ты просто вечно лезешь не в те омуты? – спокойно замечает Сима.

Я замираю. Мысль про омуты царапает что-то внутри. Резонирует!

– Что? – усмехается сестра.

– А как понять, что мне нужно? У меня даже вместо списка для магазина получается «что-нибудь вкусненькое».

– Так это как раз просто! Есть упражнение. Рабочее, между прочим. Я с его помощью уже пятерых замуж выдала и троих женила. Слушай внимательно.

– Ага… – Хватаю со столика ручку и блокнот.

– Берёшь бумагу и пишешь портрет нужного тебе мужика. Внешность, возраст, профессию, взгляды на то и на сё, увлечения, уровень дохода и прочие особенности.

– Сантиметры тоже писать? – нервно хихикаю в трубку.

– Их самыми первыми! И обведи! Три раза!

– Поняла.

Быстро строчу на бумаге: «Восемнадцать. Метр девяносто. Карие глаза. Темные волосы. Ямочки на щеках. Бывший спортсмен. Сейчас бизнесмен. Не был женат. Возраст – тридцать девять».

– И всё? – спрашиваю, глядя на свой список.

– Сейчас! Какое всё? Теперь каждый день хоть пятнадцать минут в день представляй себя с этим идеальным. Разговаривай с ним, присматривайся.

– Меня в психушку не отвезут?

– И не надейся! Если бы из-за такой херни госпитализировали, половина популярных блогеров вещала бы в смирительных рубашках.

– Успокоила.

– Пиши давай! Есть большой шанс, что через неделю такой визуализации портрет начнет меняться. Ты поймёшь, что черновик – совсем не для жизни, и нужно переписать.

– А потом?

Что-то это упражнение уже перестает мне нравиться.

– Будешь работать честно, где-то через месяц встретишь того самого.

– Сим, ты сейчас говоришь как таролог, который хочет продать мне свечи с афродизиаком и курс «Как надышать вагиной на трешку в центре».

– Спасибо. Это лучший комплимент за неделю. Делай упражнение, Настя. Или я сама напишу за тебя – и ты потом пожалеешь. Потому что мой идеальный мужчина – это Джейсон Момоа, который умеет готовить, как Джейми Оливер, зарабатывает, как Безос, и молчит как рыба, когда я в ПМС.