Школьное коловращение

Вторая глава

После уроков мальчики шли то к Ване, то к Мише. Вот тут-то и начиналась настоящая жизнь. Наконец-то можно было избавиться от скуки и повеселиться. Они вели разные увлекательные разговоры, всё время смеялись и что-то придумывали.

Однажды Ваня сказал Мише, что сочинил стихи. Они были в тетрадке с надписью «Стихи поэта». Ваня открыл её и прочитал:

- Я пошёл гулять во двор.

Я нашёл в траве топор,

Начал я рубить дрова.

Ух ты, раз, и ух ты, два.

Мише стихи понравились, но он стал их критиковать:

–– А что, топоры что ли, во дворе валяются?

–– Ну, это для рифмы.

–– Ну, надо придумать что-нибудь, что взаправду бывает. А ты ещё и рубить начал. Ты что ли, рубить умеешь?

–– Ну, раз топор нашёл, значит надо рубить дрова.

–– Ну можно, например, дерево рубить.

–– Зачем дерево рубить ни за что, ни про что.

–– Ну можно и не рубить ничего, а написать объявление. «Кто потерял топор?»

–– Ну это неинтересно. Зачем об это писать стихи? Человек нашёл топор и написал об этом объявление. Какой герой! А вот дров наколоть – это да! Это не всякий может. Об этом и стихи можно написать.

–– Ну ладно, давай теперь я сочиню.

–– Давай. Я тебе помогу.

–– Я пошёл гулять во двор.

–– Ты что? Это же я уже сочинил. Ты иди гулять в парк тогда.

–– Я пошёл гулять… в наш парк.

–– Вот. Дальше сочиняй.

–– Я пошёл гулять в наш парк. Все вороны… Нет, не так, Вороны мне сказали « Карк!»

–– Что, они прямо тебе именно сказали, поздоровались, что ли?

–– Ну ладно. Вороны закричали «Карк!»

–– Вот, хорошо. Давай дальше.

–– Но в парке было жарко…. и я ушёл из парка. Ну как, получилось?

–– Но жарко в парке не бывает, туда все идут как раз от жары прятаться.

–– Ну, тогда…Но в парке было холодно… и я ушёл… несолоно.

–– Что «несолоно»? Такого слова нет. Непосолённый, что ли?

–– Несолоно хлебавши. Было холодно, я не нагулялся и ушёл несолоно хлебавши.

–– «Несолоно хлебавши» понятно, а «не солоно» непонятно.

–– А ты догадайся, что, тебе всё разжёвывать надо? Над стихами же надо и подумать немного.

Как-то после уроков к Мише подошёл Игорь Горликов, самый лучший ученик в классе, и сказал:

– Марина Дмитриевна попросила меня позаниматься с тобой дополнительно, чтобы ты подтянулся.

– Да не надо со мной заниматься дополнительно, мне уроков и так хватает.

– Да я просто буду помогать тебе делать домашнее задание.

«Зачем помогать тому, —думал Миша,– без чего я прекрасно обхожусь, и без чего я и так проживу».

И чтобы отделаться от Игоря, он сказал:

– Я подумаю.

– Ну подумай.

«Что же, я до такой степени плох, – думал Миша,– что со мной надо заниматься дополнительно»? С другой стороны, Игорь ему нравился, он всегда был очень серьёзный, но всё равно заниматься с ним совсем не хотелось.

На следующий день Игорь снова подошел и спросил:

– Ты подумал?

– Ну, давай, но сегодня я не могу. Давай завтра.

Он надеялся, что Игорю, может быть, надоест, и он оставит его в покое.

Но Игорь оказался настойчивым, и на следующий день Мише пришлось начать заниматься.

Эти занятия ему нравились. Игорь был вдумчивый и не насмешливый. Но, когда Миша пытался поговорить о чем-нибудь другом, рассказать фильм или спросить о новой игре, Игорь не хотел отвлекаться на посторонние разговоры. И когда они заканчивали делать домашнее задание, то сразу спешил домой, хотя Мише хотелось, чтобы Игорь остался ещё немного. Миша ведь ни с кем не общался, и даже за партой сидел один, потому что его друг и сосед по парте Саша переехал. Миша дружил теперь с Ваней.

Как-то Ваня спросил его:

– А почему, когда мы разговариваем в классе все вместе, ты всегда где-нибудь в сторонке сидишь?

– Да я не умею разговаривать вместе со всеми. Я могу только с кем-то одним дружить.

Миша может и хотел бы общаться со всеми, но не знал, как это делать. Вот если бы кто подошёл к нему, заговорил, он бы откликнулся и тоже начал бы разговаривать. Но к нему никто не подходил с разговором. Хочет он сидеть в стороне, пусть сидит. Никого это не заботит. А просто так включаться в разговоры ребят он стеснялся, не знал, что сказать. «Смешно же будет, если я вдруг ни с того ни с сего начну участвовать в общем разговоре», – думал он.