Штрафной удар в сердце

Информация

«Штрафной удар в сердце»

Автор: Мэри М.

Серия: «Шанс на любовь #1»

Переводчик: Оксана Б.

Редактор: Татьяна Н.

СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ГРУПП:

TOWWERS BOOK TRANSLATIONS

https://vk.com/towwersauthors

Оборотни. Романтический клуб

https://vk.com/club17727847

ПОСВЯЩЕНИЕ

Тем, кто отдает больше, чем берет, и несет на своих плечах весь этот груз, стараясь не показывать, как тяжело. Пусть кто-то придет и разделит ношу с вами — чтобы вы смогли наконец расправить крылья.

ОТ АВТОРА

Для меня было очень важно отразить в книге мексиканскую культуру.

При этом даже внутри мексиканского сообщества нет единого шаблона. Эта история написана через призму восприятия «no-sabo kid» — девушки, которую иммигрантка-мать научила любить свои корни. Женщины, нашедшей смелость сломать стереотипы мачизма¹, которые так часто ограничивают латиноамериканских дочерей.

Возможно, какие-то ситуации в книге будут вам неблизки — и это нормально. Но я всё равно надеюсь, что вам понравится.

История довольно лёгкая, но в ней есть:

— токсичные отношения с родителем,

— эмоциональные манипуляции,

— попытки социальной изоляции со стороны родителя.

P.S. «No-sabo kid» — термин для латиноамериканцев, слабо говорящих на испанском (от фразы «no sé» — «я не знаю»).

ГЛАВА 1

АРИЭЛЛА

Я — СИЛЬНАЯ, НЕЗАВИСИМАЯ ЖЕНЩИНА, КОТОРОЙ НИЧЕГО НЕ НУЖНО ОТ МУЖЧИНЫ… КРОМЕ ТОГО, ЧТОБЫ ОН НЕ РАЗГОВАРИВАЛ СО МНОЙ.

Я никогда не осознавала, что «потеть, как свинья» — не просто выражение, а вполне реальная вещь.

— Почему ты не сказала мне, что живешь в преисподней, Грасиэлла? — закричала я в открытую дверь, отчаянно тряся головой в попытке избежать очередной капли пота, которая текла мне в глаз.

Прошло уже две недели, как я последний раз дышала полной грудью. Кондиционер дул так сильно, что приходилось выбирать — либо переходить на плотные спортивные бюстгальтеры, либо выходить на улицу, в адскую жару.

— У меня сейчас река течет между mis nalgas². Это не просто повышенная вложность. А конец света.

Конечно, логически я понимала, что переезд из Калифорнии означает отказ от калифорнийской погоды, но я не до конца осознавала, чем это обернется.

Моя новая реальность?

Каждый раз, выходя на улицу, я выглядела как утопленная крыса, с волосами, прилипшими к голове из-за пота, отчаянно пытаясь вдохнуть хоть немного горячего воздуха.

Я посмотрела на аккуратное каре своей кузины и задумалась, не стоит ли мне тоже подстричься, но, поскольку мой гардероб состоял исключительно из черных леггинсов и шорт, длинные волосы и цветные спортивные топы были моими единственными женственными деталями гардероба.

Ладно. Я научусь терпеть пытку жарой.

Голос Граси прервал мои внутренние жалобы.

— Фу, Ариэлла. Отвратительно. И не позволяй техасцам услышать, как ты поносишь их штат.

Я закатила глаза. Они же знают, что техасская погода отстойная, верно? Кто вообще счастлив в таких условиях?

— Знаешь, что было бы полезно узнать до того, как я решила переехать сюда к тебе? Что здесь настолько влажно, что можно утонуть, — сказала я, занося в дом последнюю из коробок, которые отправила сюда заранее.

В типичной манере кузина Граси просто пожала плечами, игнорируя мои страдания.

— Ты сама решила переехать сюда в конце августа, — она потянула край моей футболки и сморщила нос. — Да, и этот оттенок серого? Больше никогда его не носи. По крайней мере, летом.

Мой стон эхом разнесся от кирпичных стен.

— Я бы хотела сказать, что ты привыкнешь, но нет, — добавила она, не особо помогая, вновь занимая свое место на потертом зеленом бархатном диване, чтобы наблюдать, как я играю в тетрис со своими коробками.

Их было всего три, но квартира Граси — теперь уже наша квартира — размером с гардеробную богатой домохозяйки. Не совсем крошечная, но нам приходилось по очереди ходить в некоторых местах.

Практически в каждом углу можно было увидеть элементы дизайна кузины — желтые и зеленые цвета с изящными деталями. Но теперь появились и мои яркие оранжевые и розовые акценты.

Наши личности были такими же разными, как и любимые цвета, но каким-то образом мы дополняли друг друга. Как солнце и луна, мы создавали баланс.

Она была солнечной и веселой, всегда видела лучшее в каждом дне. Я — огненная и резкая, и мое настроение могло меняться в одно мгновение.

— Спасибо за помощь с коробками, — съязвила я, бросив на нее взгляд через плечо, когда поставила последнюю.

Она пожала плечами, не впечатленная моим тоном.

— ¡Órale³! А что мне было с ними делать? — она жалобно попыталась напрячь бицепс. — Ты же работаешь, показывая мужчинам, как поднимать тяжести. Моя работа — следить за трендами.

— Силовая и физическая подготовка, Грасиэлла, — в сотый раз поправила я ее. — Я — тренер по силовой и физической подготовке. Ты должна знать, ведь ты тоже работаешь в сфере спорта.

Она отмахнулась рукой, на ее лице заиграла хитрая улыбка. Она прекрасно знала, как называется моя работа.

— Поправка: я работаю в спортивном маркетинге. Это не одно и то же. Я должна следить за имиджем моих клиентов и создавать контент для спортивной индустрии. Ты же просто орешь на мужчин в спортзале, — она усмехнулась. — Идеально тебе подходит. В любом случае, суть в том, что ты сильная. Мы обе знаем, что если мне что-то нужно перенести, я просто попрошу мужчину. Тоже попробуй.

Я цокнула языком, услышав ее ужасный совет.

— Я — сильная, независимая женщина, которой ничего не нужно от мужчин… кроме того, чтобы они не разговаривали со мной, — заявила я, снимая мокрую футболку, морщась от звука, с которым она шлепнулась о пол.

Она закатила глаза.

— Ты уже закончила? Я хочу заняться чем-нибудь веселым, — кузина заправила выбившуюся прядь за ухо и положила телефон на стол, теперь полностью сконцентрировавшись на мне.

Веселье в представлении Граси сильно отличалось от моего. Для меня идеальный вечер — кофе, отсутствие бюстгальтера и сериал про убийства. Может, еще дорогая доставка еды.

Для нее — маргарита и мужчина.

Я пошла на кухню, неторопливо допивая стакан ледяной воды, чтобы обдумать, как мне ответить.

Я откладывала ее предложение с тех пор, как приехала в Даллас, но если я не соглашусь выйти с ней куда-нибудь в ближайшее время, боюсь, она наймет кого-то, чтобы похитить меня и силой вытащить из дома. Вероятно, одного из тех парней, с кем она переписывается в приложении, потому что, судя по всему, именно так моя кузина решает все свои проблемы.

Потек кран? Найти совпадение в «Тиндер». Нужны новые шины? Найти совпадение в «Тиндер».

Я не была уверена, отбрасывает ли она феминизм назад или, наоборот, двигает его вперед…

Вздохнув при этой мысли, я наконец спросила:

— Когда ты говоришь «веселье», что именно ты имеешь в виду, Грасиэлла Сочитль Баррера?

Она открыла рот, чтобы ответить, но я перебила ее, заметив озорной блеск в глазах:

— Нет, серьезно, что именно ты имеешь в виду? Потому что я не хочу, чтобы ты сказала, что мы просто пойдем на «крутую тусовку» у твоих друзей, а потом я окажусь в какой-то случайной комнате в общаге на пересечении 11-й и Сан-Антонио, где какой-то парень ставит свой диджей-сет, а по кругу ходит бутылка водки «ЮВ Блю». Чудо, что мы вообще до сих пор живы.

Я скрестила руки на груди, чтобы не начать жестикулировать. Эта привычка трудно поддавалась контролю, я почти уверена, что у нас это вшито в ДНК: говорить с активной жестикуляцией руками и усиливать слова звуками.

Как будто доказывая мою точку зрения, Граси цокнула языком и отмахнулась:

— Ну, во-первых, мы не в Сан-Хосе, так что это исключено. И, кроме того, представь, насколько жалко выглядели бы две двадцатипятилетние женщины, если бы решили напиваться на студенческих вписках. Я не настолько отчаялась в поисках мужчины. А вот ты…

Она расхохоталась, когда я кинула в нее сандалию, задев ее голову, и осыпала ее всеми ругательствами, которые только пришли в голову.

— Ладно, ладно, — подняла она руки в знак капитуляции, пытаясь успокоиться. — Никаких мужчин. Это будет вечер для primas⁴. Один из моих клиентов пригласил меня на закрытое открытие спортивного бара. В списке гостей только спортсмены, агенты и маркетологи, — она села на колени, сияя, как щенок, предвкушающий прогулку. — Будет весело, — пообещала Граси, поднимая брови, пытаясь меня подкупить.

Я поняла, что выхода у меня нет.

— То есть ты хочешь провести «вечер для кузин» в баре, полном горячих спортсменов? — переспросила я, ощущая, как холодная столешница из нержавеющей стали успокаивает мою горячую кожу.

Ее улыбка была настолько приторной, что я удивилась, как у нее еще не выпали все зубы.

— Нет ничего более подходящего для девчачьего вечера, чем бесплатные маргариты и наблюдение за накаченными мужскими задницами, — заявила она.

— О, теперь еще и маргариты бесплатные?

— Конечно, если ты наденешь тот черный топ, который приподнимает твою грудь до самого подбородка.

Я покачала головой, не желая признавать, что она права. Если бы я это сделала, она бы возгордилась.

Указав на нее пальцем, я попыталась звучать строго:

— Mira⁵, мы пойдем…

Но меня прервал пронзительный крик радости.

Она добивалась этого ответа уже несколько дней, но я всеми силами избегала выхода из дома, используя время, чтобы адаптироваться к новому часовому поясу, погоде и осознанию того, что я больше не живу в доме своего детства.

Я переехала в Даллас не просто так. Мне нужно было сбежать от семейных ожиданий. И я знала, что мои родные никогда не позволили бы мне переехать в другой штат одной. Объяснять это своим белым друзьям всегда было унизительно.

«Как это ты не можешь принимать такие решения сама?».

«Но тебе же двадцать пять… ты же взрослая».

Да, все не так просто в моей семье. Культурные ожидания и нормы, передаваемые из поколения в поколение, серьезно мешают женской независимости.

В моей ситуации все усложнялось тем, что я действительно любила свою семью.

Было бы гораздо проще стать их разочарованием, если бы мне было плевать на их мнение. Иногда я даже желала, чтобы они вели себя хуже, тогда у меня появился бы веский повод просто вычеркнуть их из своей жизни.

Но даже тысячи километров не остановили моего отца и брата от постоянных вопросов и попыток контроля. Они хотели знать, что я делаю, куда иду и, конечно же, главный вопрос — с кем я встречаюсь?

Я вздохнула, потерла грудь в области сердца. Я надеялась, что со временем они поймут, что я живу своей жизнью, и гнетущее чувство вины за желание быть самостоятельной, наконец, исчезнет.

Граси вскочила с дивана и подбежала к мини-бару, который установила на полке.

— Выпьем!

Ее заявление тут же привлекло мое внимание. Текила и Грасиэлла — всегда к неприятностям. Если уж быть честной, то текила и я — тоже всегда к неприятностям.

— Только без попыток меня с кем-то свести, Граси, — предупредила я.

Она закатила глаза и протянула мне рюмку. Прозрачная жидкость переливалась у самого края, готовая пролиться мне на руку.

— Я серьезно. Я здесь ради карьеры, чтобы доказать всем, что я могу…

Последние слова были едва слышными.

Ее взгляд смягчился, уголки губ дрогнули в грустной улыбке. Если кто-то и понимал давление семьи, то Граси. Она сумела разорвать оковы, уехав в колледж, но заплатила за это цену. Ее отец до сих пор с ней не разговаривает.

Несмотря на все давление, я знала, что моя семья никогда не отвернется от меня так, как мой дядя отвернулся от нее.

Я тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли.

— Vamos⁶, — сказала я, подняв рюмку и дожидаясь, пока Граси сделает то же самое. — За новые возможности, за преодоление стереотипов и…

— И за удивительных кузин, которые позволяют тебе у них жить, — добавила она.

Я улыбнулась ей, временно забыв о своих тревогах.

— ¡Salud!⁷ — воскликнули мы в унисон.