Глава 5. Прочь из города

– Юдриш…

– Госпожа, после, – торопливо отозвался мужчина, обходя экипаж и осматривая колёса. Даже обошёл сзади и покачал сам корпус, проверяя рессоры.

– Но… – растерянная Лоэзия стояла посреди двора, кутаясь в шубку, и со страхом смотрела на суетящихся мужчин.

Она проснулась лишь два часа назад и сразу же попала в круговорот бурной деятельности. Даже Мариша обнять после долгой разлуки не успела и, что ужаснее, до сих пор не знала, что случилось с господином тёмным и почему она вдруг неожиданно оказалась в отчем доме. И первое мучило нестерпимо сильно.

– Но, дядя Юдриш, – подобрав юбки, она припустила за оборотнем, – а где господин тёмный?

Юдриш удивлённо вскинул брови. Даже «господин»? Нет, в отличие от того же Мариша, он был благодарен похитителю, что тот вернул девочку целой и совершенно здоровой. Даже не похудела. Но, видимо, этот тёмный очень хорошо обращался с малышкой, раз она с таким почтением в голосе называла его господином.

– Не знаю, – честно отозвался Юдриш. Мариш так-то запретил при Лоэзии упоминать похитителя, чтобы та не расстраивалась, но что-то подсказывало мужчине, что она расстроится, если он как раз-таки не упомянет о нём. – Он исчез сразу же.

– Куда исчез? – всполошилась девочка. – Может, он там?

– Где «там»? – не понял оборотень.

– Там, где вы меня нашли. В том домике.

На месте тёмного Юдриш не стал бы возвращаться на прежнее место жительства, даже если оно не засвечено: Мариш землю жрать будет, но найдёт ублюдка.

– Ни про какой домик не знаю, госпожа. Он сам вас принёс и с рук на ручки отдал Маришу. Наверное, вы вели себя очень плохо, – мужчина подмигнул девочке.

– А Май… – начала было она, но осеклась.

– Что «май»?

– Нет, ничего, – торопливо мотнула головой Лоэзия. – Но… Мариш же ничего плохого господину тёмному не сделал? Он ему… ничего не сломал?

Юдриша порой поражала наивная вера девочки в милосердие Мариша. Сломал… На такой исход и надеяться не стоило.

– Очень хотел, но поймать не смог. Не переживайте, госпожа. Ваш тёмный – тот ещё жук. Исчез сразу же, как от вас избавился.

Личико девушки немного расслабилось, и она уже с удивлением посмотрела на экипаж.

– А куда мы собираемся? И почему?

– Это распоряжение вашего отца, – невинно улыбнулся Юдриш. – Он хочет, чтобы вы некоторое время провели в загородном поместье.

– Вот как? – немного расстроенно пробормотала госпожа.

– Да, именно так, – рассказывать девочке о мятеже в городе Мариш запретил ещё строже, чем о тёмном.

Рисковать своей драгоценной привязанностью Мариш не желал и, как только начались погромы в городе, сразу распорядился собираться и отправил оборотней на улицы, чтобы они расчистили путь для экипажа. Более впутываться в смуту он никак не собирался.

Это проблема хайнеса. Мариш сделает уступку, что хотя бы не вмешается в свару на стороне врага повелителя.

– Живее, чего копаетесь? – во дворе появился сам Мариш.

Погладив Лоэзию по голове, дворецкий поманил к себе Юдриша, и они вместе отошли ближе к конюшне.

– Посыльный из дворца приехал, – тихо сообщил Мариш.

– И что? Хайнес задумал какую-то пакость?

– Хайнеса похитили.

– Чего?! – обалдел Юдриш.

– Среди охраны и придворных оказались предатели. Они перерезали часть стражи, некоторых из наших ребят в том числе. И уволокли куда-то нашего пернатого господина, – уголки губ Мариша презрительно дрогнули. – А сейчас кто-то усиленно разносит по городу весть, что хайнес с семьёй сбежал.

– Дела… – ошарашенно протянул Юдриш. – И что будем делать? Вмешаемся?

– Нет, – желтоватое, с тёмными от недосыпа кругами лицо дворецкого сморщилось.

– Уверен? Ты знаешь, кто это?

– Нет. Это меня и напрягает.

– Может, тогда…

– Мы не будем лезть, – твёрдо произнёс Мариш. – Но я отправил оборотней, чтобы они разобрались, с кем мы имеем дело. Мне не нравится, что мы даже не подозревали о творящихся во дворце делах. Довольно неприятно, надо сказать…


Погромы ещё не успели докатиться до престижных районов города. Богатые титулованные жители задействовали собственные силы, чтобы оградить себя от мятежников. Но всё же немногие из них рискнули остаться в своих домах. По улицам в сторону восточных ворот тянулись дорожные экипажи и роскошные кареты, увозившие хозяев прекрасных особняков и их главные ценности.

Небольшой белый особнячок, густо окружённый елями и соснами, казалось, уже был покинут, но на самом деле на заднем дворе царила тихая суета. К отправлению готовились два простых, без гербов и украшений, чёрных экипажа. Дверцы одного уже были закрыты, а рядом со вторым на вытяжку стояли двое оборотней самого сурового вида. Перед воротами терпеливо ожидали два конвоя из десяти всадников каждый.

Кухонная дверь скрипнула, и наружу в сопровождении дородной служанки вышла высокая, очень красивая женщина с длинными белокурыми волосами и ярко-синими, как самые чистые сапфиры, глазами. На руках она бережно держала завёрнутого в шерстяное одеяло белокурого мальчика.

– Госпожа Изаэллая, всё готово, – к женщине поспешил один из мужчин. Он протянул руки, чтобы принять ребёнка, но госпожа словно и не заметила его жеста.

– Госпожа Лийриша и Иия уже в экипаже?

– Да, – понизив голос, мужчина добавил: – Видимо, она очень переживает. Запретила её беспокоить.

– О, стоит ли её винить? – хайрени подняла на оборотня свои прекрасные глаза. – Мой брат, племянник… а тут ещё и вынужденное расставание с сыном. Благо что недолгое, и мы будем надеяться, что эта предосторожность всё же окажется излишней. Пусть они выезжают. Нас не должны видеть вместе.

– Да, госпожа.

Оборотень махнул рукой, и закрытый экипаж тронулся в путь. Ворота тут же распахнулись, карету окружил конвой, и вся процессия направилась в сторону восточных ворот.

Хайрени сама забралась в экипаж, позволила задёрнуть все занавеси и, едва дверцы закрылись, крепко прижала к себе мальчика.

– Госпожа, давайте я подержу господина, – служанка протянула руки, но хайрени нежно улыбнулась и отрицательно мотнула головой.

– Нет, Рана. Этого ребёнка доверили мне, и я не выпущу его из своих рук.


Ёрдел остановился недалеко от мясной лавки, из которой доносились ликующие крики ворья, и выудил из кармана серебряную пластину размером с ладонь. На пластине было три крохотных камешка, с одной стороны едва заметно заострённых. Два из них – крошечки розового кварца и авантюрина – смотрели острыми кончиками в разные стороны, а кусочек чёрного кварца – прямо между ними.

Сверившись с пластиной по направлению, Ёрдел убрал её в карман и прислушался к своим силам, пытаясь понять, как далеко привязанные к нему девочки. Сестра была не так далеко, но удалялась. Впрочем, не очень быстро. А вот расстояние до второй девочки стремительно увеличивалось, и Ёрдел, почувствовав неприятный зуд внутри, зашагал в направлении, куда смотрел уголок розового кварца.

За сестрой присматривает почти муж – оборотень ответственный и спокойный.

А вот за второй девочкой присматривает совсем уж тёмная личность, ко всем недостаткам ещё и склонная к истерикам.


Чёрный экипаж, окружённый суровыми охранниками, медленно ехал в череде других экипажей к восточным воротам. Занавеси его были плотно задёрнуты, ни единого луча не проникало внутрь.

У ворот возникла заминка.

– Что там?

– Дорогу слякоть разбила, вязнут.

– Этак мы до завтра от города не уедем…

Возницы зароптали-заворчали, в окна карет высунулись обеспокоенные лица.

– Господин… – к главе конвоя, что сопровождал чёрный экипаж, обратился один из всадников.

– Как и уговаривались, – коротко ответил тот.

Едва вынырнув за городские стены, экипаж отделился от основного потока и бодро попрыгал по ухабам и просевшим сугробам в сторону реки.

Один раз карета сильно накренилась набок, занавесь качнулась, и солнечный луч всё же проник внутрь и вспыхнул на рыжих волосах, в беспорядке размётанных по сиденью.


– Фу-ты, Тёмные, – досадливо протянул Юдриш, осматривая длинную процессию из карет, телег и обозов, тянущуюся от города.

Мариш недовольно осмотрелся, задержал взгляд на обеспокоенном розовом личике Лоэзии, которая опасливо смотрела в окошко, несмотря на строгий приказ не высовываться, и перевёл взгляд на полосу леса.

– Через Мохнатый мост поедем, – решил он.

Юдриш тоже с сомнением посмотрел на лес.

– Да почему бы и нет…

Дорога там, правда, была не езженная. Раньше, пока процветала деревня Цветных Глин, мостом частенько пользовались, но глиняный карьер иссяк, заработок исчез, жители начали переезжать в другие места, и о деревеньке стали забывать. Но мост ещё был крепок, только вот дорога… Но если уж выбирать между запруженным трактом и езде по колдобинам, то последнее будет всяко быстрее. Да и вон уже кто-то и путь наметил. По земле бежали колеи от колёс и полукружьями темнели отпечатки копыт.

Загрузка...