ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Ты приглашаешь меня на обед? — Люк размял плечи. — Отлично. Я поеду за тобой, Келси, только захвачу бутылку вина из погреба. Сильвия Гриффин задолжала мне. Пожалуй, возьму пару бутылок. Знаешь, надеюсь не скоро увидеть это поместье.

— Даже спорить не стану, — усмехнулась девушка и заторопилась к машине.

Люк прибыл на десять минут позже, чем Келси. За это время она успела зажечь свечи на кухне и в столовой и накрыть на стол.

Келси передала Люку штопор, чтобы тот откупорил бутылку. Вино оказалось потрясающим; отпив из своего бокала, девушка решила ни о чем не думать, а просто наслаждаться вечером.

Но сначала нужно приготовить обед. Келси облачилась в фартук и начала колдовать у плиты. Не в силах усидеть на месте, Люк ходил взад-вперед по кухне. Он заметил календарь благотворительной организации на стене.

— Это очень хороший приют, — произнес он отстранение

— Откуда ты знаешь? Ты был там?

— Да, — сам не зная почему, признался Люк. — Во время путешествия в Гонконг.

— Значит, между сделками с недвижимостью ты заехал в приют в Камбодже?

— Я же говорил, что был в Камбодже, когда Сильвия умерла. Поэтому до меня не могли дозвониться.

— Ты поддерживаешь приют?

— Я оплатил его строительство. А представители благотворительной организации ведут дела.

Келси оторвалась от своего занятия.

— Сколько еще приютов ты построил, Люк?

— Несколько. В разных местах.

— А точнее?

— Двадцать четыре. Только не пытайся сделать из меня святого.

— Святой Лука уже есть — отозвалась Келси. — Пост занят. Ты не святой. Ты — богатый человек, которому не все равно… который вкладывает деньги в недвижимость.

— Пей свое вино, — посоветовал Люк и тут же сменил тему: — Могу я помочь тебе и почистить картошку?

Келси подала ему нож, глядя на него другими глазами. С теплотой и одобрением. Она жертвовала деньги в фонд этого приюта уже давно. Сердцем девушка всегда болела за детей, которые были лишены родителей.

— Мешки для мусора в крайнем ящике.

Она стояла перед ним в бесформенном фартуке, с закатанными рукавами, а на подбородке у нее прилип кусочек панировки для рыбы. Люку отчаянно хотелось поцеловать ее. Добавить в свою копилку еще один страстный поцелуй, от которого по спине бежали мурашки.

Мужчина поспешно достал мешок и принялся чистить картофель. Простое занятие возымело странный эффект. Призраки прошлого, преследующие его с тех пор, как он приехал в поместье Гриффинов, почти отступили.

Но эта домашняя сценка была для Люка в диковинку.

Когда еще он был так расслаблен и спокоен? Когда ему хотелось красиво говорить хотя бы с одной из своих пассий?

Ответ был короток и ясен: никогда.

Завтра Люку предстояло вернуться в Манхэттен. Забудет ли он тогда о Келси Норд?

Через десять минут карточка была брошена в кастрюлю.

— Кетчуп и тартар в холодильнике. Можешь отнести их в столовую. Уксус, соль и перец на полке. — С видом эксперта Келси жарила рыбное филе.

На холодильнике магнитом были прикреплены две фотографии. На первом снимке трое мальчишек окружали сестру, все четверо счастливо улыбались. На втором — пожилая пара, тоже с радостными лицами, стояла, обнявшись, на пороге дома.

— Мои родители, — пояснила Келси. — Глупо, но я до сих пор скучаю по ним. — Ее лицо смягчилось. — Они были женаты больше двадцати лет, когда погибли, и любили друг друга все сильнее день ото дня. В каком-то смысле хорошо, что они ушли вместе…

Не найдя нужных слов, Люк взял соусы и вышел. Проходя через гостиную, он заметил, что там все такой же хаос. Картины Келси влекли его как магнит. Глядя на них, он вдруг подумал, сможет ли переспать с Келси, а потом уехать, даже не оглянувшись? Нет. Эта девушка отличалась от дамочек, подобных Кларисс и Линдсей. Она была эмоциональна и необыкновенно чувственна.

Люк должен заняться с ней любовью. Но на чьих условиях? И чего ему это будет стоить?

Он уже почти добрался до столовой, как вдруг его взгляд привлек листок с текстом, написанным ярко-красным маркером. Заглавие гласило: «Список свободы». Люк бегло просмотрел записи: «Поступить в школу искусств. Путешествовать. Написать шедевр. Заняться безудержным сексом».

Мужчина остановился как вкопанный. Последнее было перечеркнуто и заменено на «Закрутить роман». Значит, Келси хочет роман с безудержным сексом. Может, она специально оставила список на виду, чтобы он прочел его?

— Обед готов, Люк! — позвала Келси из кухни. — Иди и возьми.

Иди и возьми… о да, подумал мужчина и вернулся в кухню.

Рыба была великолепна, как и картофель, приправленный уксусом и солью.

— Почему ни один мужчина в Хадли не предложил тебе руку и сердце? — искренне удивился Люк. — Ты красивая, у тебя отличная фигура и готовишь ты божественно.

— Ты забыл о троих мальчишках в придачу. Да и нормальных мужчин в Хадли практически нет.

Неудивительно, что Келси мечтает о безудержном сексе. Люк полил рыбу лимонным соком.

— Я наткнулся на твой список в гостиной.

— Мой список? — В ее глазах отразилась паника — Я случайно оставила его на виду. Люк, ты же не читал его?

— Ты оставила, а я прочел. — Люк очаровательно улыбнулся. — Трудно было пройти мимо написанного таким ярким маркером. У меня к тебе предложение. Вообще-то это касается нас обоих.

На бледном лице Келси заалели щеки.

— О боже… Я хотела забрать список наверх, а потом, должно быть, забыла…

— У меня есть дом на одном из Багамских островов, — продолжал Люк, все еще улыбаясь. — Мой хороший друг Рико Альбениц прилетает туда на несколько дней. Ты слышала о нем? — Келси кивнула, и тогда Люк продолжил: — Я позвоню ему сегодня вечером. А завтра мы полетим на Багамы, и ты сможешь взять у него пару уроков.

— У Рико Альбеница? Он даже не взглянет в мою сторону. Он же знаменит!

— Он сделает это. Если я попрошу.

— Бизнес?

— Рико — мой друг.

— Прости, — пробормотала Келси. — Но…

— Я не закончил. Пока мы будем на Багамах, закрутим роман. Понимаешь? Путешествие, безудержный секс и шанс рисовать. Ты сможешь одним махом вычеркнуть из своего списка три пункта.

— Как выгодно!

— Это называется тайм-менеджмент.

— Говоришь, как бизнесмен.

Люк склонился к ней.

— Ты хочешь меня, Келси, а я хочу тебя. Никогда раньше я не желал ни одну женщину так сильно. Ты не в моем вкусе. И я должен был бы развернуться и уехать. Поверь, я никогда не обсуждал с девушками свою мать, приюты и не сравнивал своих подружек с жемчужинами. Черт знает, почему я делаю все это с тобой. Но в одном нет сомнений: я не успокоюсь, пока мы не окажемся в одной постели.

Кажется, теперь Люк сказал все, что хотел. Он обмакнул последний кусок рыбы в тартар и отправил в рот. Келси, как завороженная следила за его движениями.

— Но я не могу завести роман с…

— Почему?

— Начнем с того, что у меня нет возможности улететь завтра. Вот так. У меня есть… обязанности.

— Нет. Последний брат уехал в колледж на прошлой неделе.

— Мне нужно продать дом.

— Ты сможешь сделать это после отпуска.

— У меня нет…

— Денег? Сегодня я выпишу тебе чек за работу. Перелет не будет стоить ни цента. Это мой личный лайнер. И жилье тоже. Мы остановимся в моем доме.

— Я имела в виду не деньги! — Келси гневно сверкнула глазами. — Я хотела сказать — одежды.

— Ты купишь все необходимое. Завтра мы прилетим в Нью-Йорк и задержимся там достаточно долго. Ты успеешь пройтись по магазинам.

— Но деньги, что ты заплатишь, предназначены для школы искусств, а не на одежду.

— Тогда я куплю ее для тебя. Много тебе не понадобится. Бикини, пара платьев, сандалии.

— Ты не станешь покупать мне одежду.

— Чье это правило? Не пора ли нарушить его?

— Так, стоп! — объявила Келси. — Мы ходим кругами. Я не собираюсь заводить с тобой роман.

— Но сегодня утром было хорошее начало.

— Я не такая.

— Кажется, ты десять лет жила ради кого угодно, только не ради себя, Келси. Разве не поэтому ты составила список? Я предлагаю тебе сделать что-то новое. Поехать в отпуск, отдохнуть и повеселиться. Насладиться жизнью по полной программе, прежде чем вернуться в Хадли, продать дом и начать учиться.

— Но как я скажу об этом братьям?

— Не говори.

— Я никогда в жизни не врала им.

— Тебе не придется врать. Ты просто не скажешь всей правды. Келси, у тебя теперь своя жизнь. Которую ты, черт возьми, заслужила!

— И сколько продлится наш роман?

— Все зависит только от нас, не так ли?

— Это не ответ.

— Это единственно возможный ответ. Вот мои условия, Келси: я не собираюсь жениться или заводить длительные отношения. Я буду верен тебе, пока мы будем любовниками. И того же жду от тебя. Когда придет время разорвать нашу связь, я сам скажу тебе об этом.

— Ты закончил? — раздраженно поинтересовалась Келси. Люк говорил с такой легкостью, будто уже не раз произносил подобные фразы.

— Да.

— Отлично. Теперь слушай. Если я соглашусь ехать — заметь, если, — то у меня тоже есть условия. Во-первых, не смей прерывать меня, когда я рисую. Во-вторых, если я захочу покинуть Багамы до того, как ты будешь готов отпустить меня, твой самолет должен быть в моем распоряжении. В-третьих, замужество не входит в мои планы. Я ищу свободу, а не обручальное кольцо. И последнее, ты потратишь на мой гардероб строго определенную сумму. И не смей даже думать, что сможешь меня купить. — Келси сделала глубокий вдох. — Ну, вот и все.

Кларисс или Линдсей, как и все остальные, ни за что не поставили бы ему таких условий. Они были бы счастливы тратить его деньги. Так почему же он злится, а не испытывает облегчение?

— Я приеду за тобой завтра в половине десятого. У тебя есть заграничный паспорт?

— Да, я как раз обновила его недавно.

— Отлично. Увидимся завтра. Будь готова. — С этими словами Люк вышел из комнаты.

Келси слышала, как за ним захлопнулась входная дверь. Почему он не поцеловал ее? И почему она так разочарована?

Роман с Люком Гриффином. Это не вызов, это сумасшествие!

Люк приехал ровно в половине десятого. К этому времени он уже связался с агентом по недвижимости, выставив поместье Гриффинов на продажу. Мебель будет продана с молотка позже. Мужчина постучал в дверь Келси и вошел.

Девушка пила кофе в кухне. Она была одета в обтягивающие коричневые брюки, бежевый свитер, а в уши вдела большие серьги-кольца.

Люк достал чашку и налил себе кофе.

— Слава богу, мне больше не придется переступать порог дома моей бабушки. Вертолет ждет нас. Ты готова?

— Ты решил, что я согласна ехать?

— Если нет, мне придется утащить тебя силой.

— О, избавь себя от проблем. Мои вещи уже собраны.

— Обаяние плюс сексуальность — и ты не устояла.

— Я не смогла устоять, чтобы вычеркнуть три пункта из моего списка, — парировала девушка.

— Может, стоит начать сейчас? — Люк подошел к Келси, поднял ее со стула и впился губами в ее губы.

Но он не собирался взять ее здесь. Нет. Хотя Люк и изнемогал от желания, он заставил себя отстраниться. Мужчина провел большим пальцем по ее влажным губам.

— Безудержный секс? О, да…

— До встречи с тобой я и не знала, каково это.

— Ты и не знаешь…

— Люк, ты пугаешь меня. Твои поцелуи… твои ласки… Как же мне позабыть о них, когда ты насытишься мною?

— Знаешь, как всегда говорила моя наставница, сестра Эльфрида? «Не буди лихо, пока оно тихо».

— Будь что будет, — прошептала Келси.

Три часа спустя Келси, кажется, перемерила половину магазина, куда привез ее Люк. Пока он терпеливо ждал снаружи, девушка надевала различные платья, шелковые юбки, туники и туфли.

Случайно Келси взглянула на ценники и поспешно вышла из примерочной. Люк читал финансовые сводки в газетах.

— Люк, здесь все слишком дорого. Мы должны пойти в более дешевый магазин.

— Тебе нравится одежда?

— Ну конечно! Но дело не в этом!

— Келси, чтобы проделать брешь в моем кошельке, тебе потребуется скупить полмира. Покупай все, что нравится. Включая наряд для январского вечера на Манхэттене. Мы поедем куда-нибудь поесть перед вылетом. И пожалуйста, забудь о ценах. Наслаждайся.

Келси выбрала наряды и тихо шепнула продавцу:

— Я хочу приобрести ночную сорочку. За свой счет.

Девушка выбрала коралловую шелковую рубашку на тонких бретельках и такой же пеньюар. Десять минут спустя она вышла к Люку в пальто с золотыми пуговицами, кожаных сапогах до колен и кашемировом платье, в которое влюбилась с первого взгляда.

— Я готова.

Люк оглядел Келси с ног до головы. Что-то промелькнуло в его голубых глазах.

— Поедим в «Ритце» в Баттери-Парке. Оттуда открывается чудесный вид на статую Свободы. Ты будешь самой красивой женщиной там.

Девушка незаметно смахнула слезы. Уже сидя в лимузине Люка, она произнесла мечтательно:

— Я чувствую себя принцессой.

— Покажи мне свое платье, — попросил Люк.

Келси распахнула пальто.

— Хмм… — Он что-то сказал шоферу, и тот остановил машину. — Жди здесь.

Люк вернулся через десять минут с коробкой в руках. Он достал ее, только когда они сели за стол дорогого ресторана и сделали заказ.

— Это подарок. К твоему платью.

Внутри оказались золотая цепочка с подвеской, браслет и серьги. На этот раз Келси не сдержала слез. Они застыли в глазах, сверкая, как бриллианты, в приглушенном свете люстры.

— Как красиво, — прошептала девушка. — Поможешь надеть?

Люк делал много подарков женщинам, но никогда это не приносило ему столько удовольствия. Он застегнул цепочку на шее Келси, потом справился с браслетом.

— Серьги наденешь сама.

Если бы Келси и Люк были одни, она отдалась бы ему без тени сомнения. Не потому, что он потратил на нее деньги. А из-за того, как он смотрел на нее сейчас. Из-за любви, с которой говорил о сестре Эльфриде; из-за легкой дрожи в руках, пока он застегивал украшения.

Келси надеялась только, что, когда придет время, она будет уверена в том, что все делает правильно.

Загрузка...