Собственник (СИ)

31

Зато теперь я понимаю, что тот несчастный романтик так никуда из меня не выветрился. Не удалось мне его вытравить за эти годы, как я ни старался. И это именно ему вдруг стало противно даже видеть других девчонок, какими бы красавицами они ни были, не то, что прикасаться к ним или еще что-то побольше. Это именно из-за него не мог я удовлетвориться всем тем, чего достиг и что у меня было. Нет! Ему, блядь, мало денег, успеха, ревущей толпы, готовой носить меня на руках и гламурных красавиц, которых я могу вешать на свой член, как гирлянды на новогоднюю елку. Ему, блин, что-то другое подавай! Красивое, доброе и вечное! И, конечно же, возвышенное!

- Эх, глупый ты пацан, – бормочу, облив голову ледяной водой и всматриваясь в зеркало, обращаясь к тому самому романтику, которого все еще можно увидеть где-то очень сильно в глубине моих глаз. – Не бывает такого, ну, когда же ты поймешь и привыкнешь?

Но внутри, как бы я ни старался, зарождается какая-то робкая надежда. А вдруг на этот раз все будет по-другому? Не у меня зарождается, у него. Потому что, кому, как не мне, знать, что по-другому не бывает?

Вздохнув, качаю головой и отправляюсь обратно в комнату. Шесть утра. Наверное, звонить уже прилично. Хотя, за те деньги, которые я собираюсь отвалить, звонить прилично в любое время суток, – да, да, мой дорогой почти забытый романтик, деньги в этой жизни решают почти все, ты не знал? И пусть я сейчас, поддавшись импульсу, даже и пойду у тебя на поводу, но только ради того, чтобы ты сам во всем убедился.

Снова покачав головой и невесело усмехнувшись, набираю номер самого дорогого цветочного салона. И ни хрена не потому он мне известен, что я кому-то в последние годы покупал цветы. Просто они хотели, чтобы я сделал им рекламу.

- Левадская, 28, – бросаю я в трубку. Да, да, общежитие университета. Комната номер тридцать семь. Рутковская Валерия. Посылайте каждый час по шикарному букету, только пусть он каждый раз будет другим. Записка? Да. Валерии от Славы. Нет, без всяких сердечек и прочей мишуры. Просто надпись на бумаге. Хорошо, пусть будет золотым тиснением на белом. Бумага? На ваш выбор. Заказ на трое суток. Начинайте прямо сейчас. Сколько? Не вопрос.

Ну, что, может, дурные деньги, выигранные в казино, впервые послужат доброму делу?

У меня еще есть полтора часа, и я наконец-то блаженно проваливаюсь в сон. И чтобы вы подумали мне сниться? Не секс, не страсть, ни даже горячие поцелуи. Мне снится Валерия, прижимающая к себе цветы и улыбающаяся, вдыхая их аромат. Озаряющая весь мир своей улыбкой. Мать твою, романтик! Когда же ты уже повзрослеешь?